i put myself back in the narrative

Наступает очередное непрошенное утро. Уже достаточное количество дней пробуждение давалось невыносимо сложно. Была ли проблема в нескончаемой бессонницей, или всё это вызвано отсутствием желания проживать каждый новый день? Ничего не менялось долгое время. С определенного дня каждое утро начало представлять из себя лишь подготовку к очередному испытанию, которое в свою очередь приводило к раскрытию ран на разбитом сердце и спутанным, будто клубок пряжи, мыслям в голове к ночи. Порче. Разве он не слишком молод чтобы с ним так обошлись? Разве он, лишенный родителей, не должен обрести хотя бы «истинную» любовь? Любовь, которая была бы такая же безвозмездная и чистая, как его собственная. — Я дышу медленно и глубоко, — произносит Порче осипшим от сна голосом, пытаясь избавиться от раздирающих душу воспоминаний, которые казалось уже забрали все его слезы. Он и не знал раньше, что можно так больно обжечься, просто доверив свои чувства не тому человеку. На часах время приближалось к полудню. На самом деле оно уже давно не имело никакого влияния над Порче. Школа закончена, какие-либо планы на будущее отсутствуют, а его брат, единственный, чьи слова имеют вес, постоянно занят Кинном и бизнесом, доставшимся ему, как новой главе побочной семьи. Несмотря на это — вставать приходится. К примеру, чтобы раскрыть шторы и увидеть согревающий солнечный свет. Возможно, это влияние витамина D, а возможно, тепло от солнца заменяло Порче тепло людей, но что бесспорно — ему становится лучше от света, ему это нравится. На самом деле, даже это не всегда позволяло Порче сразу встать с кровати, он мог часами после пробуждения залипать в телефоне, бесконечно листая ленты соцсетей или играть в пресловутые «три в ряд», лишь бы не думать о лишнем и не утруждать себя заботой о чем-либо за пределами его зоны комфорта. Поэтому теперь телефон ставился на зарядку в противоположном от кровати углу комнаты. Изначально это раздражало. Особенно когда с утра ему звонили друзья, разбивая на кусочки попытку Порче выспаться после череды бессонных ночей, полных переживаниями и тяжести в душе. Но спустя несколько недель он оборвал все связи с теми людьми. Сейчас ему кажутся дикими те дни, когда он покрасил волосы и первый раз пошел в бар с полузнакомыми, не внушающими доверия личностями. Он чувствовал себя ужасно, ему нужна была поддержка, а его друзья хотели решить всё это алкоголем и наркотиками? Разве так бы поступили люди, которые хотят поддержать тебя и искренне заботятся о тебе? Наверное, не будь у Порче Порша — он бы никогда не узнал, что такое настоящая любовь и волнение, не подпитываемое какой-либо выгодой для человека, а исходящее из желания всего лучшего для тебя. С таким братом, признаться честно, Порче было «некомфортно» страдать. У него была возможность ходить в хорошую и дорогую школу, есть горячую еду, не беспокоиться о деньгах и, самое главное, безопасность. Все тяжести семьи взял на себя Порш. Он зарабатывал деньги, пытаясь избавиться от долгов и коллекторов, он учился, и он общался с Порче, помогая тому принять все изменения, творящиеся у него в голове и успокоить ураган мыслей. Сейчас Порш наконец свободен от долгов, от всех не очень легальных подработок и, наконец, он стал любим. Порче не хочет рушить эту хрупкую гармонию. Его собственные проблемы не должны приносить страдания другим, ведь так? Неуклюже перекатившись к краю кровати, Че принимает решение наконец встать, раскрыть шторы и, взяв телефон, сесть в кресло, на которое бы падали согревающие лучи солнца. Садясь, он отмечает, что вещи, лежавшие неподалеку, выглядят иначе. Их словно кто-то хотел прибрать, но этого человека хватило лишь на пару футболок и несколько пустых пачек от снэков из всей кучи барахла. Подобные подозрения были откинуты на второй план довольно быстро, потому что Порче давно просил никого, за исключением брата и каких-то безвыходных ситуаций, воздержаться от посещения его комнаты, в особенности, когда он спит или отсутствует. Данная просьба была услышана, ее так никто и не нарушил за пару месяцев. Че перестали нравится люди. Ему казалось, что даже Танкхун теперь надсмехался над ним или хотел сблизиться с подростком не для того, чтобы весело провести время вместе, а для какой-то иной, корыстной цели. Встав с кровати не хотелось даже потянуться, не хотелось в принципе всего. Пройдя пару шагов до окон, Порче резко сдвинул шторы в сторону стены. Глаза сильно слепило с непривычки, а тем временем по комнате уже летали небольшие частицы пыли, подсвечиваемые ярким светом. Сонная дрёма быстро отступает после такого ритуала. Порче направился к столу с телефоном и в голову снова пришла мысль, что, когда он засыпал всё выглядело по-другому. Здесь точно не было этих пачек снеков, не было воды в кувшине и уж точно Че не заменил старый, протертый кабель для зарядки телефона, пока спал. Казалось, что подростка должно это взволновать, поскольку он не может даже предположить чьих это рук дело, к примеру, Порш слишком занят для таких занятий ранним утром, а другим нет смысла переступать просьбу о посещении комнаты. На самом деле Че понимает всё спустя пару секунд. Порче хорошо понимает кто это мог быть. То самое сообщение с незнакомого аккаунта всё еще у него в голове, как и тот факт, что сейчас Че находится в доме основной семьи. Ему это ненавистно. Он не ненавидел Кима. Он не был зол на Кима. Но он и не чувствовал, что всё еще любит Кима. Че испытывал то самое чувство, которое в своей жизни наверняка испытывал каждый. Чувство, когда ты не хочешь лишаться любимого человека, но после нанесенных травм ты просто не можешь считать его любимым. Возможно, он бы хотел снова произнести: «Я люблю тебя, Пи’Ким», но он не позволяет себе обмануть собственное сердце. Порче сложно от нескончаемого потока мыслей, ему хотелось наконец прекратить свои метания и прийти к логическому концу их, с Кимом, истории. Возможно, им нужно вернуться к тому, что было, ведь теперь, похоже, что он нужен Киму. Но точно ли хоть в этот раз старший не играет с ним? Как же хочется избавиться от всех эмоций порой. Но как избавиться от того, чего ты даже понять не в состоянии? Порче не знает. — Надо оставить снэки для Макао, — произносит, будто не для себя, Че. Ким мог бы появиться перед ним в любой момент, сказать напрямую что чувствует, извиниться в конце концов, но он словно пытается откупиться, так и не показавшись перед глазами. Одно дело оставь он эти «дары» в пакете за дверью, но какое право он имеет каждый раз врываться в мысли Че, в его личное пространство? Почему Ким хочет буквально поселиться в его мыслях? Порче взял телефон со стола, но после отпало желание даже скролить ленту. Неужели Киму было тяжело хотя бы оставить записку? Зачем ему делать всё это? Че стоял в размышлениях у стола, пока его взгляд не зацепился за гитару, стоящую неподалеку и уже успевшую покрыться тонким слоем пыли. Когда-то за день и пары часов не проходило без того, что подросток брал ее в руки и играл незамысловатые мелодии. Тогда будто сама гитара давала ему вдохновение и стимул показать человеку, который подарил ее, что Че заслуживает играть на ней. Но имеет ли смысл играть теперь? Кому и что он хочет сейчас доказать? Он не особенный, он успел это понять к 19 годам. Возможно, Че надо развеяться. Скорее всего, Танкхун был бы рад его пустить в свою комнату и посмотреть с ним сериалов. Надо просто выйти за дверь своей уютной обители и попытать удачу. Путь не был сильно долгим, их комнаты расположены достаточно близко друг от друга, поэтому Порче сразу заметил, что шум, доносящийся из нее, гораздо громче обычного. Танкхун нередко бывает в плохом настроении, но он никогда не срывался на младшего, словно тот был ему родным братом или даже сыном, именно поэтому подросток не оставил свою идею и все же подошел к двери. После того как собравшись с волей Че неспешно постучал по двери костяшками пальцев, шум резко прекратился и послышались шаги. Дверь открылась, а за ней, как неудивительно, находился владелец этой комнаты. — Че, привет, ты слегка неожиданно пришел. Тебе что-то нужно от меня? — Было видно, что Кхун не особо рад его видеть, словно подросток оборвал того на чем-то важном. — Ничего особенного, Пи’, я просто хотел провести время вместе, но мне кажется я появился не совсем в подходящее время, — пробормотал Порче, ему было некомфортно от мысли, что даже всегда веселый Кхун мог быть не рад его появлению. — Ох, Че… Да, я занят и это дело, увы, нельзя отложить, — взгляд старшего стал серьезней и слегка агрессивен, это было немного необычно для него. — Ничего, Пи’, я просто пойду и… Я найду чем себе заняться, прости за беспокойство Пи’, — сложив руки в вай, подросток уже собрался уходить, но его неожиданно потрепали по голове. — Порче, прости. Мы можем поиграть вместе уже через пару часов, но сейчас у меня правда есть одно дело. Я к тебе приду вечером, хорошо? — Взгляд старшего снова стал мягким и добрым, он всё же не хотел срываться на Че. Подросток улыбнулся, посмотрев прямо в глаза Кхуна и кивнув, пошел обратно в свою комнату. Сейчас в ней можно поиграть пару часов в одиночке, а после уже придет Пи’ и возможно, даже возьмет с собой Арма и Пола. Не сказать, что Че сдружился с ними, как его брат, но их компания была ему комфортна и всё же лучше одиночества или странных «друзей». Придя в комнату, Порче встретила только звенящая тишина. Он придвинул к любимому креслу небольшой кофейный столик, поставил на него ноутбук и включил его. Солнце немного мешало, отсвечивая изображение с экрана, поэтому от варианта провести время за игрой пришлось отказаться. Казалось, сегодня всё в мире было против него. Казалось, что пара незаметных деталей изменившиеся в его комнате, с самого пробуждения задали свой, отличный, от привычного Порче, ритм дня. И вот даже сейчас, Порче откинув на потом, всё ещё не пройденную, очередную часть его любимой серии фэнтезийных игр, решает посмотреть какое-либо видео на youtube. В рекомендациях у него давно можно было найти только различные летсплеи, немного лекций для школы и музыкальные клипы одного конкретного исполнителя. Несмотря на то, что последний тип видео Че не смотрел уже пару месяцев, они всё равно достаточно часто появлялись у него на главной странице, что несомненно вызывало смешанные чувства. Не желая хотя бы сейчас видеть лицо Кима, подросток моментально включает случайное видео, на превью которого красовался милый рыжий кот. Спустя непродолжительное время следить за сюжетной линией стало невыносимо трудно, а глаза начинали закрываться сами по себе. Уже в очередной раз на мгновение закрыв глаза Порче засыпает, и просыпается лишь ближе к закату от размеренного стука в дверь. «Танкхун, — неожиданно пронеслось в голове у Че, — он наконец освободился и пришел. Как он и обещал». — Сейчас, Пи’, подожди буквально секунду, — бросил фразу подросток. Вставая с кресла и выключая ноутбук, который, вероятно, крутил уже десятое видео из автовоспроизведения, Че протирая глаза направился к двери. Стук всё еще не прекратился. — Пи’, я же просил подождать немного, — говорил уже более тихим и непрорезавшимся, после сна, голосом Порче, пока открывал дверь. Раньше Че представлял, как он себя поведет, если встретиться с Кимом. В его размышлениях он всегда был одет в лучшую свою одежду, имел холодный, бесчувственный взгляд, говорил различными заученные фразами, из которых он хотел донести только одну мысль — «я забыл тебя». Че точно не ожидал встретить Кима на пороге собственной комнаты, в мгновение сразу после сна, в мятой домашней одежде, всё еще растирая слипавшиеся глаза. Ким наоборот был по-привычному идеален. Весь его вид говорил о том, что он уверен в себе на сто процентов. — Давно не виделись, Пи’Ким, — пытаясь скрыть растерянность сказал Че, глядя старшему в глаза. В этот раз он не даст слабину, он может промолчать или проплакаться, но только когда останется один и точно не перед Кимом, — прошло и правда много времени с нашей последней встречи. Порче оперся плечом на дверной косяк, слегка уменьшая, итак, небольшое расстояние между этими двумя. — Так как у тебя дела? — Будто прослушав слова младшего безэмоционально произнес Ким. Че всегда замечал, что по лицу его Пи’ нельзя понять, о чем тот думает, сейчас это его еще сильнее угнетало. Он не хотел бы продолжать бесполезный диалог, если он не приведет раскрытию основного мотива неожиданного визита. — Я в порядке. Мне уже позабылись все плохие вещи, — спокойно отвел Че, пока его сердце стучало, как бешенное. Ему страшно, беспокойно? Из-за чего именно? Они уже давно никто друг другу, даже если ты разрыдаешься вновь — ему будет все равно. — Рад это слышать, — таким же спокойным тоном произнес Ким, ни на секунду не отрывая взгляд от лица Че. Подростку казалось, что старший снова раскусил все его мысли в этот момент. Словно они оба с самой первой секунды понимали, что Порче не в порядке, что ему всё еще плохо. Словно Ким знал, что, слушая песню, из того самого видео, Порче рыдал, словно ребенок, и не мог остановить плач еще долгое время. Пока Че был в размышлениях успело повиснуть неловкое молчание. Эти двое просто не знали о чем можно разговаривать, после всего, что было. Подростку не нравилось всё это. Старший вновь ворвался в его жизнь совершенно неожиданно и без какой-либо четкой причины. В глазах подростка — эта ситуация была похожа лишь на попытку вынудить его думать только о Киме и больше ничего. — Пи’Ким, так зачем ты здесь? — Голос начинал дрожать. В прошлом самую сильную боль Порче доставлял даже не сам разрыв, не ложь, не сухое «Прости» напоследок — хуже было от факта, что Пи’Ким всегда думал только о себе. Ким считал, что именно из-за него Порче однажды попадет в жестокий мир мафии, что в отличие от него самого — подросток может не пережить следующее нападение. Че видел в этом только попытку Кима обелить себя. — Теперь можно считать, что Пи’Ким не виноват, я правильно понимаю? Пи’Ким, ты можешь наконец перестать волноваться обо мне. Ты наконец понял, что это не твоя ошибка привела туда, где я сейчас, поэтому, прошу, оставь меня наконец, — сказав это, Че высвободил лишь часть давно гнетущих его мыслей. — Дело не в этом. Ким явно не думал, что подросток так воспримет всё произошедшее. Ким не хотел разбивать сердце, Ким действительно полагал что действует верно, когда он буквально разрушил весь мир Че. — Тогда в чём, Пи’Ким? Пи’Ким, я прекрасно осознаю, что мир без меня совершенно такой же, как и когда я здесь. — Нет. Это не так, Че. Мир без тебя никогда не сможет быть таким же, как с тобой. Я не смею просить у тебя второго шанса, но если ты мне доверишься — то я исправлю все свои ошибки, я не хочу разбивать твое сердце, поверь, — Че невольно подмечает, что это, наверное, первый раз, когда старший не говорит ему завуалировано про свои переживания. Возможно, можно было бы дать шанс. «Дать шанс и снова обжечься, да, Порче Киттисават?» — Хватит лгать, Пи’Ким. Мы оба прекрасно понимаем, что исправить ошибки возможно лишь вернувшись в прошлое. Пи’Ким, машину времени пока не изобрели, а я уже не наивный дурак, полагающий, что его кумир влюбился в него. Пи’Ким, ты ничего уже не исправишь, поэтому хватит приносить новые шрамы. Хватит заставлять меня думать о тебе. Я не ненавижу тебя, ты можешь быть спокоен. «Но благодаря нему ты ненавидишь себя, скажешь ему об этом?» — Порче, — шепотом произнес Ким, одновременно поднося свою руку к щеке подростка. Че сам не заметил, как по его лицу скатилась слеза. Он и не подозревал, что так быстро растеряет весь свой холод. Грубоватая рука аккуратно опустилась на раскрасневшуюся щеку пока большим пальцем мягко стирали выступившие слезы. У Че не осталось сил на дальнейшую борьбу, он просто устал. Как ему лишиться мыслей о Киме, когда он здесь, когда он успокаивает и волнуется, когда подросток сам готов прыгнуть в его объятья, лишь почувствовав малейший намек на нежность со стороны старшего. — Прекрати, Пи’Ким. С меня достаточно, хватит играть со мной, — оттолкнув Пи’ бросает Че, — я сам себя успокою, я сам справлюсь со всем. «Нет сил сказать это, глядя ему в лицо, слабак?» — Посмотри на меня, Че. — Пи’Ким, прекрати и уходи, — дыхание сбивается, еще чуть-чуть и вместо одной слезы будет целый водопад. — Я сказал посмотреть на меня, Че, — Ким начал приближаться к подростку, на что тот машинально начал пятиться назад, пока, споткнувшись, не сел на кровать, край которой находится напротив дверей комнаты. Теперь они точно остались наедине. Че словно оказался в космосе, он не мог дышать, все тело стало невесомым и, словно, ватным. Он боялся продолжения, он не знал, что сделает его Пи’, он лишь чувствовал, что последняя реплика уже не звучала, словно его Пи’Ким раскаивается. — Посмотри мне в глаза, Че, — акцентируя внимание на каждом слове произнес Ким. Подождав некоторое время, казавшееся им двоим бесконечностью, Пи’ положил свои руки на затылок Че, тем самым буквально заставив его поднять свой взгляд, — я, не наврежу тебе больше, ты веришь? Вакуум. В голове Нонг’ вакуум, никаких мыслей, один страх довериться. Доверишься и тебя снова бросят, ничего не поменяется. — Я хочу поцеловать тебя, ты позволишь? Подожди, не отвечай. Я буду действовать медленно, если хочешь — беги и тогда я, клянусь, никогда больше не заставлю тебя вспоминать об мне, хорошо? — Руки нежно поглаживали затылок, играясь с короткими волосами, а владелец этих рук смотрел самым нежным взглядом в глаза Че. Дыхание подростка окончательно сбилось, сердце стучало в бешенном такте, ему страшно, ведь он не особенный. Его никогда не полюбят также, как любит он. Ладони, лежа на коленях, крепко сжаты в кулаки, а ногти больно впиваются в нежную кожу. Он точно больше не переживет разбитого сердца, определенно не переживет, так почему же он не бежит? Тем временем их лица с каждой секундой всё ближе, горячее дыхание Пи’Ким обжигает, а руки медленно перемещаются. Одна из них размещается на щеке, а другая мягко ложится на сжатые кисти Порче. Первый поцелуй касается уголка глаз, второй падает чуть ниже к щеке. Дорожка из поцелуев очень медленно приближается к губам, вызывая в голове Нонг’а бурю трепетных эмоций и переживаний. Неожиданно отдаляясь, Ким с выдохом произносит невероятно хрупкое «Можно?». Че, закрыв глаза, заглушив любые мысли, слегка кивает. Этот кивок работает словно спусковой крючок для Пи’Кима, он невероятно быстро приближается обратно, одновременно немного подтягивая самого подростка. Старший начинает терзать его Нонг’а, чьи губы столь податливые и долго желанные. Язык Кима проходит по нижней губе Че, будто пробуя зайти чуть дальше обычного поцелуя и младший, словно еще раз отвечая согласием, приоткрывает рот. Словно спустя бесконечное количество времени, когда воздух в груди Нонг’а закончился, они наконец отрываются друг от друга. Че, всё еще не уверен, что поступил верно. Его Пи’Ким действительно снова его Пи’Ким? — Че, я не позволю снова разбить твое сердце, ты веришь? — С сожалением Ким смотрел на его любимого, он надеется, что его простят, несмотря на все несказанные слова, их прошлое и всё прочее. Пи’ понимает, что сейчас Че может отказать ему в последний раз и это будет справедливо, после всего пережитого по его вине, но он будет благодарить любимого всю жизнь, если только он даст шанс. — Последний шанс, Пи’Ким, я, — не успевшее восстановиться дыхание подводило, а из глаз вновь потекли слезы, — не справлюсь с таким еще раз. — Я не подведу тебя, — в глазах Кима начали скапливаться слезы, — больше никогда.