Пожиратель

Темнота. Из-за густого тумана ничего не видно. Не дай бог ещё на пожирателя нарваться. Пожиратели — мрачные существа, появляющиеся из тумана. Не до конца известно, что они и откуда. Просто в какой-то момент заявились в привычный мир и стали жрать жизненные силы. Только инопланетных роботов узаконили, как новая напасть — пожиратели, почему-то питающиеся их энергией. Тирейцы - роботизированная раса, прилетевшая на Землю относительно недавно, обладают удивительной способностью перерабатывать абсолютно все в пригодную для них энергию. Еду, воду, металл, электричество… Не так давно, лет десять назад, у них была какая-то война, и их дом был уничтожен. Переговорщики очень туманно выражались, так что, что за «дом» — не ясно. Город? Страна? Планета? Звёздная система? Во всяком случае, это так далеко, что нам и не снилось. Почуяв прибытие инопланетян, из каких-то глубин повалил густой туман, а вместе с ним и пожиратели. То ли демоны, то ли духи, доподлинно не известно. Выглядят как люди, но не спутаешь при всем желании. Поймать ещё ни одного не удавалось, когда пожиратель понимает, что загнан в угол, он просто растворяется черным дымом. То ли телепортация, то ли самоубийство. Если человек вдохнет этот дым, то заболеет страшной болезнью, в конце которой превращается в жуткого мутанта. Учёные работают, как могут, но информации от этого не больше. А теперь, когда Ангелина Сарферс — глава борцов с туманом, сама было схвачена пожирателями и обращена в мутанта, вообще все худо. Бороться сложно, но люди нашли способ. Пожиратели боятся пепла. Это никто не может объяснить, но паленое дерево убивает их, а железо сильно ослабляет. Питаются туманные в основном тирейцами, но и людьми закусить не прочь. Даже придумали запасать железных "на будущее". Заматывали в коконы и отписали энергию понемногу, ожидая, пока восстановится. Меня не покидает ощущение, что за мной кто-то идёт. Причем не первый час. Иногда среди деревьев мелькает бледный силуэт. Да что это? Только, казалось бы, оно стояло рядом, как уже нет. Ладно, я тут не гуляю. Я раздвинула ветки перед собой, вглядываясь в даль. На поляне, открывшейся виду, стоял небольшой сарай с когда-то красными, обшарпанными стенами. В окнах горел яркий, слепящий свет. Ни один пожиратель туда не сунется. Люди. Я печально вздохнула. Бродить по лесу в полном одиночестве при нулевой видимости уже осточертело, но и соваться к людям не хотелось. Но надо. В толпе безопаснее, да и нужна мне кое-какая информация. Не то что бы туман мог мне что-то сделать, но дикие звери никуда не делись. Я подошла ближе и постучала в старые ворота. Небольшое окошко отворилось и из него показался суровый мужчина. — Капюшон откинь. — Коротко приказал он. Я молча сняла капюшон толстого бордового плаща. Пожирателей выявляет. У них в основной своей массе кожа покрыта едва заметным туманом, а радужка красная. Сторож кивнул и открыл ворота. — Заходи быстрее. Я незамедлительно юркнула в теплое помещение. Из мебели здесь только расставленные по периметру ящики со слепящими свечами и костер. Огонь пожиратели не любят. В центре, у костра, скучковались люди и роботы. На мой приход никто не обратил внимания, все продолжили заниматься своими делами. Кто-то перешептывался, кто-то что-то читал, есть даже женшина с вязанием. Что интересно, тирейцы здесь были не только в привычной антропоморфной форме, но и с разнообразными апгрейдами и просто стилизованные по-другому. Один из таких, красно-черный робот с серебристым лицом и живой мимикой, с улыбкой помахал мне и похлопал по свободному месту рядом с собой. Тирейцы каким-то образом умудряются делать мимику на лице, полностью состоящем из металла. Мастера. Я села рядом с дружелюбным тирейцем, щурясь от света костра. Тут же разыгрался аппетит. — Замёрзла? — сочувствующе спросил сидящий рядом. — Не очень. А чего вы тут сидите? — я попыталась унять голод и не расплавиться в жаре костра. Вроде в метре от него сижу, а тепло, как будто живьём жгут. — Собирали беженцев до прихода тумана. Сейчас посветлеет и выберемся в крепость неподалеку. — Поделился информацией тиреец. Ясно. Туман разоряет многие города и люди и роботы бегут кто куда. Было основано несколько крепостей, где стены почти полностью состоят из железа, а вход посыпается пеплом. Пожирателю туда не просочиться. А мне как раз в одну из таких и нужно. На свету пожиратели слабеют, а на солнце вообще не выходят, поэтому логичнее выступать с рассветом. — А неподалеку — это примерно сколько? — я повернулась к единственому во всей толпе существу, которому на меня не пофиг. К тому самому тирейцу. — Километров сто. В нынешних реалиях это немного. Как тебя звать-то? Я А́вредер. Просто Ав. – Инопланетянин с интересом меня разглядывал. — Просто Шасс. — Ответила я, задергивая капюшон. Так хоть как-то можно укрыться от жара. — Шасс? Приятно познакомиться. — Улыбнулся разговорчивый робот. — Аналогично. Мы посидели с час, болтая ни о чем. Авредер оказался достаточно интересным собеседником, хорошо разбирался в земной литературе, интересовался музыкой. Даже удивительно встретить инопланетянина, разбирающегося в человеческих искусствах получше многих людей. Я даже свой томик стихов серебряного века из-под плаща извлекла по случаю. Сторож у двери ещё раз выглянул в окно. — Рассвет! Выходим, выходим! — громко объявил он. Все встали и направились к двери. Какой-то высокий человек, видимо, лидер группы, стал раздавать указания. — Идём. — Шепнул Авредер и взял меня за руку. Горячая сталь обожгла кожу. Тирейцы не замечают, как нагреваются. Я молча встала и пошла с ним. Достаточно большая группа, по моим прикидкам, человек тридцать, вышли из заброшенного строения и направились в лес за провожатым. Сейчас есть часов десять до прихода пожирателей, надо пройти как можно больше и быстрее найти укрытие. — А что ты ночью в лесу-то делала? — спросил Ав, беззаботно разглядывая природу. По виду тирейца и не скажешь, что одно неудачное движение и его может ждать мучительная смерть. — Отбилась от своих. Там был больной ребенок и я ушла в заброшенный город за лекарствами. А когда вернулась, их на месте уже не было. Границы тумана передвинулись и похоже, что они сбежали. Теперь иду в крепость, надеясь встретить их по пути. Перед глазами встала картинка бледного мальчика на носилках. Он заразился дымом пожирателя, и мог обратиться в мутанта. Люди таких убивают сразу. А мы своих не бросаем, вот я и пошла за лекарствами. — Ясно. — Тиреец кивнул и о чем-то задумался. Плащ спасал от жара солнца, как-никак лето на дворе, но горяченнвй металл все ещё жег руку. Я старалась не обращать на это внимания и просто шла, наслаждаясь природой по примеру Авредера. Шли долго, с редкими остановками. Надо было как можно больше пройти за день, пока не явились монстры. Граница тумана не очень далеко, если не сегодня, то завтра доберёмся. Вне своей зоны пожиратели не появляются. Очередная остановка произошла в заброшенном лагере. Туман уже намного жиже. Палатки брошены прямо так, пепел из костра был основательно вычерпан до самой земли, а кое-где лежали кучки белого порошка. Именно это остаётся от тирейцев, если пожиратель высосет их полностью. Похоже, была битва. Нет, не так. Похоже, было избиение младенцев. То есть, тирейцев. Тирейцы из группы синхронно приложили руку к груди и сели, что-то шепча на своем языке. И Авредер в том числе. Когда роботы встали и все разошлись по своим делам, я обратилась к Аву: — А что это было? — Аналог похорон. Так обращаются к умершим, стоя над их останками. — Пояснил красно-черный. Вид его перестал быть веселым. На лице отразилась скорбь. Тирейцы всегда друг за друга горой, и гибель собрата — настоящее горе. И в этом мы похожи. Я взяла робота за руку, пытаясь приободрить. Странно. Такое другое существо вызывает некоторую симпатию. Пусть мы почти и не знакомы, но он был со мной добр. Редко встречаю подобное отношение за последнее время. Тиреец улыбнулся. Кажется, на душе его стало спокойнее. Почему-то это вызвало облегчение. — Ладно, проехали. — Робот помотал головой. — Ты как, сильно устала? — Есть немного. — Я села на землю рядом с ним. — Отдохни. Вам, людям, нужен отдых. — Ав всмотрелся в мое лицо и покровительственно положил руку на плечо. Приятно. Мы посидели ещё сполчаса и главарь приказал подниматься. Что интересно, он пользуется достаточно большим авторитетом. Палатки было приказано свернуть и нести с собой, причем сам он взял сразу три, хотя они не такие уж и лёгкие. Туман медленно, но верно рассеивался по мере отдаления от центра. Темнело. Прошли мы прилично, со слов направляющего, где-то одну пятую пути. Тирейцы любят точные числа. Было бы время, думаю, они бы до сантиметра все рассчитали. Остановились на ночлег мы в ущелье в густой чаще. Лагерь разложили достаточно быстро и все тут же занялись своими делами. Внезапно в тумане мелькнул тот самый бледный силуэт, что так долго преследует меня. Да что ты такое? Я отошла от лагеря и направилась в темноту. На пути сидел маленький человеческий мальчик. Он безуспешно бил камнем по ореху. Люди настолько деградировали, что даже пропитание сами себе добыть не могут. Слабый, не достойный существования вид. Среди ветвей маячила бледная несуразная фигура. Вроде как женская. Одета в лёгкую зелёную свечку и рваные джинсы. По такой погоде, в тумане и в настолько лёгкой одежде? Кожа белая, почти как у трупа, волосы огненно-рыжие. Правая рука длиннее левой раза в два и широченная кисть лежит на земле. Спина сгорблена. Точнее, не так — выгнута. С ногами тоже какая-то фигня. Да что это? Девушка резко обернулась. Ее лицо искорежено, на нем застыло недалёкое, отстраненное выражение. Правая половина вроде как человеческая, а левый глаз круглый, похожий на рыбий. Радужка ярко-зеленая, но оба зрачка выцвели. Да это ж туманный мутант! Я сделала пару шагов назад. Жуткое зрелище. Девушка открыла неестественно огромный рот и выдала негромкий звук, что-то среднее между хрипением, шипением и воем. После заражения черным туманом люди очень сильно меняются и теряют рассудок. Это уже не разумное существо. Я приготовилась к бою, но мутантка снисходительно улыбнулась. — Боишшся? — с придыханием прошипела она. — Нет. — Я выпрямилась во весь рост, пытаясь выглядеть уверенно. Что это вообще? Мутант, способный на членораздельную речь? Впервые такое вижу. — Усснаешшшь? — рыжая выпрямилась на столько, на сколько позволяла кривая спина. В голосе слышалась ярость. Я отрицательно помотала головой, вглядываясь в ее лицо. К чему она клонит? — А так? — девушка достала из кармана джинсов старую, истертую фотографию. На ней изображена… сама Ангелина Сарферс! Предводитель борцов с туманниками! Я быстро сравнила улыбающуюся человечку на фото и покореженного туманом мутанта. Похожа. Очень похожа. Получается, Ангелина после мутации сохранила рассудок? Но как? — Что ты делаешь в этом лагере? — бывшая борец с пожирателями подобрала с земли неестественно длинную руку. — Хочу найти группу людей, от которой отбилась. — Эта ситуация начинает напрягать. — Я хочу найти заражённого туманом. Я сжала губы, ожидая реакции. Ситуация становится опасной. Она легко может убить меня. — Иди, я тебя не трону. — Махнула рукой Ангелина. — Пусть я больше не переношу солнечный свет, но честь осталась. Она улыбнулась, глядя на мое непонимающее лицо. — Я знаю грань между монстром и разумным существом. — Девушка развернулась и ушла в лес. Чего? То есть, получается, она с самого начала знала, что я прибилась к этим людям, и именно она наблюдала за мной? Вот это мастерство. А ведь она могла убить меня, я бы и не заметила. Я облегчённо выдохнула. Но все же, профессионализм не может не вызывать уважение. Получается, и среди людей есть достойные уважения существа. Эта встреча заставила меня задуматься. По пути обратно попался тот самый мальчик с орехом. Странно, ему так никто и не помог. Наверное, сирота. В тумане многие теряют родственников. А что если бы один из наших детей голодал, не в силах даже орех разбить? Я присела рядом с ним. — Помочь? Мальчик не ответил. Я взяла его орех, положила на булыжник и с силой ударила камнем. Скорлупа раскололась и стали видны почерневшие от тумана внутренности ореха. Есть его уже нельзя. Мальчик грустно вздохнул и отвернулся. Аж жалко его, что ли? Мне человека жалко. Докатилась. — Эх, на. — Я достала из кармана завялявшееся печенье. Когда-то у людей взяла, да так и лежит. Я их не ем. Глаза мальчика засветились от радости. Он опасливо протянул руку к еде, а когда понял, что я не возражаю, быстро схватил печеньку и стал усиленно жевать. Я улыбнулась. Если забыть, что этот ребенок вообще не из моего племени, то он выглядит даже мило. И как-то… Жалко? Голодный, худой, мелкий… Но больше еды у меня нет. Люди выставили часовых и развели костер. Все придвинулись ближе к палящему, слепящему огню. Бррр. Я отошла в тень деревьев, пристально наблюдая за народом. А они ведь действительно… Живые? Разумные? Социальные. Среди своих у них принята взаимопомощь. Странно, но как только всех вытрясли из теплых жилищ и поставили под угрозу, люди сплотились. А у них есть шанс на выживание. И к тирейцам они стали намного терпимее. Если раньше железных чуть ли не на сувениры растащить готовы были, то сейчас относятся к ним как к полноценным членам общины. Люди ели, припасы были в основном свои. Я заметила за деревом того самого пацана, которому недавно отдала печенье. Похоже, он все еще голоден. Неподалеку я видела куст красных ягод, которые иногда едят люди. Вот к нему и схожу. Я быстро встала и направилась за ягодами. Причудливые, что-то вроде конуса, состоящего из маленьких шариков. Как интересно. Я набрала их в карман и вернулась в лагерь, опять заняв свою позицию на пригорке за деревьями. И где парень? На плечо легла тяжёлая рука. Запахло железом. Надо сказать, я уже привыкла. — Привет, Авредер. — Вздохнула я. К счастью, толстый плащ защищал от губительных прикосновений железного товарища. — О, узнала! — красно-черный робот улыбнулся во весь рот. — Чего сидишь? — За человечеством наблюдаю. — И что? Интересно? — Ав уставился на людей у костра. — Вполне. Не видишь худощавого мальчишку в клетчатой рубашке и затасканных красных штанах? — я внимательно вгляделась в толпу, ища моего голодающего. — Ари? — спросил тиреец, тоже оглядывая народ. — Что? — Ари. Существо, о котором хочется заботиться. У вас, похоже, нет такого слова. — Авредер что-то прикинул в уме. — Не его ищешь? Товарищ показал куда-то вправо. И правда, мой пацан. Сидит на земле и что-то чертит. Я поблагодарила Ава и направилась к детенку. — Что делаешь? — я присела рядом, разглядывая замысловатый рисунок. — Рисую. — Сказал мальчик, не отрываясь от своего занятия. — Есть будешь? — я протянула ему горсть собранных ягод забавной формы. Мальчик недоверчиво покосился на меня и помотал головой. Неужто ядовитые? — Как тебя зовут хоть? — Кел. Келек. — Пробормотал мелкий, поглядывая на ягоды. — Ясно. Ладно, сиди. — Я оставила ягоды и ушла назад к Аву. Пацан не притронулся к ягодам, пока я не отошла за деревья. — Ари. — Хитро прищурившись протянул железный товарищ. — Вероятно. Поздний вечер. Все разошлись, разложили палатки. Авредер проследил, чтобы я укуталась в плащ и улеглась возле потушенного костра, дабы не замёрзла. Ага, «не замёрзла». Зажарилась! Но тиреец был непреклонен. Ладно уж. Наутро мы вышли из укрытия и направились по направлению к крепости. Осталось примерно три-четыре дня пути. Группа вышла из тумана и солнце стало ещё жарче, а привычные грязь и топи сменились цивилизованной дорогой, мощеной булыжником. Я натянула капюшон пониже. Ну и жара. К Аву теперь вообще прикоснуться невозможно. Возникло желание скинуть плащ и всю одежду, что бы хоть как-то охладиться. Но нельзя, солнечный удар сразу схвачу. Авредер стал настороженно оглядываться. — Чшш! Я кого-то слышу. — Друг напрягся и подошел поближе ко мне. Заволновались и другие тирейцы. У них слух лучше. Несколько храбрецов вызвалось проверить. Спины добровольцев скрылись за деревьями. — Хей! Тут люди! — высунулся один из разведчиков. На обратной стороне лесополосы действительно оказался ещё одна группа. Та самая, с которой я шла некоторое время. Ну конечно, где же их ещё можно встретить, как не на главной дороге, ведущей к ближайшей крепости? Если тут есть ещё люди, то мы их скоро увидим. У новоприбывших было несколько машин. Нас быстро рассадили по местам и цепочка техники продолжила свой путь. В одной из машин лежал пораженный туманом мальчик. Он либо станет мутантом, либо превратится в пожирателя. Случаи полного исцеления бывают редко. За ним я сюда и пришла. Но сейчас соваться туда опасно. Люди могут заразиться от него или просто помешать. Так что подожду, пока все уснут, чтобы никто не путался под ногами. Машины двигались намного быстрее людей и за этот день мы преодолели почти в два раза больше пути, чем пешком. По моим прикидкам, осталось один-два дня и уже в крепости. Надо будет слинять раньше. Тирейцев разумно расположили в кузове одного из грузовиков. Большинство из них в кабину не помещалось. С ними же ехали мужчины, не поместившиеся в машинах. Женщин и детей прятали в первую очередь, так что мы с Келеком сейчас восседаем на мягких сидениях битком набитой машины. Кел сидел съежившись и глядел в окно. — А… Тебя как зовут? — робко спросил мальчик. — Называй меня просто Шасс. — Ответила я, улыбаясь. Есть контакт. — Спасибо за малину, Шасс… — так же тихо произнес Келек. — За что? — я заинтересованно навострила ушки. А вот этого слова я не знаю. — Ну, за ягоды… — парень поежился, как от холода, хотя в машине стояла дикая жара. Ага. Значит, те причудливые ягодки называются «малина». Запомню. — Пожалуйста. А лет тебе сколько? — Семь. Больше мальчик говорить не захотел. Ну и ладно. Мне ещё своего мальчика надо вытаскивать. Вечером, когда все уснули, я вылезла из машины и направилась к зараженному. Бледный пацан лежал на импровизированном матрасе. На лбу уже проступала темная сеточка. У пожирателей кровь черная. Я подошла поближе, доставая найденный в городе пакетик с темно-фиолетовым порошком. Люди и представить себе не могут ценности этой штуки. Новоявленному пожирателю понадобится пища... И в изначальном плане ею должны были стать люди и тирейцы из лагеря... Я высыпала немного на ладонь, растирая подобие фиолетовой муки по открытым участкам тела мальчика. Блондинистые волосы заметно потемнели, кровь окончательно стала черной и вены сильно выделялись на бледной коже. А что если пострадает Ав? Или Кел? Да даже если не пострадают, как они отнесутся к тому, что я привела сюда монстра? Но и бросать его нельзя. Пожиратели своих не бросают. Мальчик открыл красные глаза. — я хочу есть… — зашипел он. Пожиратели общаются на человеческих языках, но не всякий может понять их речь. — уходи. ищи корм в другом месте... – заявила я в ответ. Пусть не узнают, что пожирателя пробудила я. Просто уйду по-тихому, все равно в крепость мне нельзя. Убьют сразу. Новоявленный туманник поднялся и буквально испарился из машины. Я вышла, настороженно оглядываясь. Вроде бы ничего. Вернувшись в машину, ещё раз оглядела все, что можно и уснула. Утро наступило внезапно. Как-то я уже и привыкла спать по ночам. Люди просыпались, многие выходили разминаться. Я тоже выбралась из машины, но сразу же вернулась обратно. Солнце не жгло кожу. Что? Я пригляделась. Территория замотана едва заметными нитями паутины. Опа-на! Да и видимость плохая... Туман! Я обернулась на Келека. Спит. Отлично. А как там Ав? Сердце сжалось от беспокойства. Паутина и туман могут свидетельствовать только об одном: наличие достаточно сильного пожирателя неподалеку. А тирейцы - самый лакомый кусочек. Плечо обожгло железом. Я резко обернулась. Сзади стоял Авредер. Фух! – Привет. Чего подскочила? – вопросительно поднял бровь тиреец. – Да так, ничего. – Быстро соврала я, забирая у него свою руку. Сожжёт к чертям. В принципе, если быстро проехать этот участок... Раздался вскрик. Все резко обернулись. Молодая тирейка попалась в паутину пожирателя. От нее пошли искры. Сеть вытягивает жизненные силы. – Пожиратель. – Авредер задвинул меня за спину, пробормотав что-то на своем языке. Подозреваю, что-то ругательное. Все резко пришли в движение. Тирейцы достали причудливое и необычное оружие своей планеты, люди вооружались пистолетами и ружьями, некоротые взяли разнообразные ножи. Железные разрубили паутину и освободили сородича, но никого не отпускало плохое предчувствие. Цепочка машин была накрыта куполом паутины. Точнее, энергетических нитей, похожих на нее. Все смотрели вверх, пытаясь выцепить среди деревьев пожирателя. Обычно они плетут купол, натягивая его на деревья, и оставляют основную нить в руках. А потом просто дёргают за нее и купол превращается в плотный кокон, высасывая силы всех, кто находится внутри. Раз пожиратель еще не напал, стоит найти его среди деревьев и пристрелить раньше, чем он успеет захлопнуть ловушку. Как ему удалось провести такую сложную работу за одну ночь, да ещё и так, чтобы не заметили круглосуточно бодрствующие тирейцы? И как-то странно паутина расположена. Как будто плели ее сверху вниз. Получается, пожиратель плел ее с самой верхней точки, в нашем случае крепкой ветки прямо над нашими головами, спускаясь все ниже? Тогда он не на деревьях, а... – Ав, он под землей! – крикнула я, на автомате вытягивая одну руку вперёд, а вторую заводя за спину. Секунды не прошло, как почва неподалеку от нас буквально взорвалась и из ямы выскочило здоровенное паукообразные существо. Четыре длинных конечности, похожих на человеческие, и ещё две сухие хитиновые лапы между ними. Спина полностью заросла хитином, а на когда-то человеческом лице сверкали два алых глаза. Пожиратель. Что интересно, из нового поколения. Нынешняя молодежь все больше похожа на людей, предки наши даже вертикально стоять не умели. А этого можно даже за человека принять, если бледноватую кожу стыренной у людей косметикой замаскировать, а хитин на спине и две лишних лапы накрыть плотным плащом. А глаза красные можно на альбиноса списать. Только волосы надо обесцветить, а то у пожирателей они черные. Я-то знаю, я-то мастер. Парень, которого я недавно обратила, зашипел и выстрелил паутиной в одного из людей. Остальные не знают о куполе, значит, если он не справится сам, легко затянет ловушку. Так получается меньше энергии, зато гарантированно. Черный паук стал обездвиживать членов группы, но и люди не спали. Ловкая тварь в первые же минуты словила пару пуль в хитиновый панцырь. К сожалению или к счастью, пробить его сложно. Пожиратели очень быстры. Наши тирейцы расположились по территории так, что бы нанести удар откуда бы паук не появился. Я перестала понимать речь смуглокожих, они перешли на свой язык. Поздно спохватились. Пожиратель успел протянуть сети и теперь достаточно лихо выкашивал население. Точнее, оно само зачастую попадалось на едва заметные нити. За пауком бегало около половины мужчин и тирейцев, большая часть осталась под куполом, а женщины и дети прятались по машинам. Ав бросил меня на землю, приказав прятаться. Черт... Осталось надеяться, что они справятся, но ехидный голосок интуиции так и шептал: "надейся, надейся...". Внезапно, мне не пофиг, сожрёт он их, или нет. Но если вылезу, меня прибьет либо пацан, которого я обратила, либо люди. И я их не осужу. Страшно. Сжалась и не могу заставить себя действовать. Слабая. Нежизнеспособная. Раздался вскрик. Знакомый какой-то голос... Келек! Я вылезла из-за машины, оглядывая обстановку. Пожиратель схватил мелкого средней лапой и высасывал жизненные силы. Не долго думая я вылетела из-за машины, скидывая плащ. Мгновенно оказавшись рядом, полоснула острым когтем по глазам собрата. Не попала. Пожиратель зашипел, откидывая Келека. Я стала бить острыми хитиновым лапами по незащищённым животу и горлу, пацан отскочил, пытаясь удрать, но я не медленнее. Гулять так гулять. Пока не прибью, не остановлюсь. Ишь чего надумал, моего ари трогать! Мы носились по поляне как угорелые. Я стояла в основном на двух ногах, он же атаковал с четырех. Ещё две выполняют функцию рук. Соролич прыгает на меня, пытаясь сбить с ног, я отскакиваю, выставляя острые средние лапы. Он наткнулся на мои когти и пропорол тонкий слой хитина на руке. Зашипев, противник развернулся, царапая когтями спину. Хитин повредил, но не смертельно. Я упала на четыре лапы, попытавшись вспороть ему живот, но пацан не пальцем делан. Он прыгнул на меня и тут же отлетел в сторону. Рядом со мной стоял Авредер. На сердце сразу стало легче. Отвлеклась. Меня сбило сетью. Ничего она мне не сделает, выпить пожирателя можно только если кровь идёт. Паук подскочил, но Ав ударил его в висок, за что поплатился дырой в плече и был обмотан сетью с него до головы. Я пришла в себя и разорвала паутину, атакуя врага острыми лапами. Он развернулся, хватая меня за горло. Силы медленно покидали тело. Видимо, я все же поранилась. Глаза закрываются, не хватает воздуха... Яркая вспышка, где-то на грани уплывающего сознания слышится болезненное шипение противника. Я из последних сил открыла глаза и ударила его когтем, распарывая кожу на обожженном лице. Запахло пеплом. Я осмотрелась. Из-за деревьев подмигнул круглым зелёным глазом знакомый белый силуэт. Пожиратель буквально горел, посыпанный пеплом. Я не долго думая нанесла несколько ударов когтями по незащищённому животу. Все. Я попыталась оценить свое состояние. Лапы болят от пепла, дали о себе знать многочисленные порезы на спине и боках, солнце дико жжет кожу. Как я раньше этого не замечала? Оказывается, у меня теперь всего один коготь, второй обломился. Поймала на себе настороженные взгляды людей. Стоп, Авредер! Он так и лежит, замотанный в кокон. Я быстро разрезала паутину единственным когтем. Товарищ пустым взглядом уставился вверх, безвольно лёжа на земле. Я остановилась на секунду, гася желание выпить до конца. Вспомнилось, что за все время путешествий я питалась только остаточным следом тирейцев. Жить можно, но хочется жраать... Так, нет. Надо сорвать паутину. Друг сильно истощен. Он перевел взгляд на меня, пытаясь что-то сказать, но я приложила палец к губам. Пусть экономит энергию. – Шасс! – к нам подбежал Келек. – Все хорошо? Я так испугался! По щекам мальчика текли слезы. – Тише, все хорошо. Пойдем, поможешь мне. – Я утешающе погладила его лапой по волосам и поманила за собой. Мы подошли к машинам, возле которых валялись коконы с людьми и тирейцами. – Я займусь коконами, а ты вытащи людей из машин. – Я старалась говорит как можно ласковее. Кел кивнул и вытащив откуда-то нож побежал освобождать сородичей. Ушлый пацан. А я принялась распутывать связанных паутиной людей. Опыт имеется, так что я просто присела рядом и стала срезать лапами слой за слоем. Вскоре можно было увидеть бледного мужчину. Дышит. Отлично. Я оттащила его от паутины и продолжила работу. У пожирателей чутье на энергию, так что я сразу выделила коконы с мертвецами, сосредоточившись на живых. Более-менее работоспособных единицы, большинство лежат без движения. Я нашла свой плащ и натянула капюшон пониже. Самой уже хотелось свалиться рядом с горой едва живых людей. Солнце истощает похлеще паутины. – Шасс! – ко мне подбежал Келек. – Я закончил! Мальчик гордо продемонстрировал опутанный кусками липкой паутины нож. – Молодец. – Я вздохнула, опираясь на машину, но тут же отдернула руку. Ай! Мало того, что железная, так ещё и горяченная! Пожиратели очень чувствительны к температурам. – Что ещё? – темноволосый мальчишка заглянул мне в глаза. – Пожалуй, можешь найти более-менее здоровых и организовать помощь пострадавшим. – Я вытерла пот со лба. Ну и жара... Темнота. Сознание заявило, что сражаться под палящим солнцем, а потом работать в душном плаще - не вариант и уплыло в неведомые дали. Что интересно, пришла в себя я в блаженной прохладе. Фуух! Жрать хочу. Но тирейцев кушать - не вариант. Жаль. Разлепив глаза я поняла, что нахожусь в темном, накрытом брезентом кузове армейской машины, в которой солдаты ездят. Ко мне Тут раньше тот пацан лежал... Нехорошо получилось? Да нет. Надо признать, что я привязалась к этим существам, так что прибила его за дело. С трудом поднявшись, отметила, что разбитый хитин на лапах, как и прочие ранения, заботливо перебинтован. В углу стояла кружка с каким-то отваром и туесок с чем-то шевелящимся. Отвар из местных трав, отравой не пахнет. Хм, а вкусно. Допив содержимое кружки, принялась за туесок. Как ни странно, но с едой люди угадали, в коробке лежало несколько растений, вырванных с корнем, и сидела мышь. Я печально посмотрела на серый комочек энергии. Я, конечно, охочусь на животных, но выпивать беспомощное существо стало как-то жалко. Докатилась. Я открыла коробку, вытряхивая грызуна из машины. Тот серой молнией рванул прочь. Замечательно. Выпив жизнь цветов я осторожно высунулась из машины. Вечер. Солнце уже не палит, дует прохладный ветерок. Колонна встала на ночёвку. Долго же я спала. – О, Шасс! – раздался рядом негромкий голос. Я резко обернулась. Рядом с машиной стоял Авредер. – С пробуждением. – Товарищ приветственно кивнул. Энергетический фон ещё не выправился и тиреец с трудом держался на ногах. – чего стоишшь? лежи, выссдоравливай. – Прошипела я. – Я вашего пожирательского шипения не понимаю. – Ав мотнул головой. – Вообще, то, что вы разговаривать умеете, узнал только когда с тобой познакомился. Я пожала плечами. – Лежи, говорю, выздоравливай. – Со вздохом сказала я. Непривычно все же. – А дурную пожирательницу кто сторожить будет? – Хитро улыбнулся он. – Тебя решили оставить в группе. И не без вмешательства одной интересной личности. – Ангелина Сарферс? – Я уже ничему не удивлюсь. Авредер молча кивнул. – Ты хочешь бежать? – посерьёзнее, спросил он. – Ну не в крепость же идти. А так... Даже не знаю. За Келом надо присматривать, тебя к кровати привязать и заставить отдохнуть и вылечиться... – сказала я, прикидывая в уме, что ещё можно сделать. – За мальчишкой присмотрю. В крепости тебя не тронут. Ты остаешься? Эх. Я задумалась. Отказаться от независимости и полной свободы ради друзей и безопасности? Хотя, никто же не будет против, если я раз в недельку буду сваливать на охоту? Так-то среди людей я и остаточной энергией могу питаться, а свежатинкой и раз в некоторое время лакомиться можно. Но... Не социальное я существо. А вдруг сорвусь? А вдруг раню Ава или Кела? Хотя... – Остаюсь. – Твердо сказала я, прикрыв глаза. Авредер облегчённо улыбнулся. Но остался ещё один момент. – Эмм... Ав, а... Как ты вообще относишься к тому, что к вам проник пожиратель? И то, что я - пожиратель? – тщательно подбирая слова, поинтересовалась я. – Да я с самого начала о чем-то таком догадывался. – Махнул рукой собеседник. – Гуляешь ночью одна в эпицентре тумана, стараешься не приближаться к огню, носишь плащ, скрывающий лишние конечности, не выносишь моих прикосновений. Да тут все ясно. – Да? Странно. Раньше никто не догадывался. – Я задумчиво почесала затылок. – Я думаю, догадывались. Люди не такие уж и монстры, а ты достаточно спокойна и безопасна. – Робот сложил руки за спиной и смотрит куда-то в темную даль. – Я тоже раньше их недолюбливал. Слишком они похожи на тех, с кем мы воевали годами. Но нет, с ними вполне можно договориться. Я встала рядом, тоже вглядываясь в чистое, звёздное небо. Пусть жить в тумане мне теперь вряд ли удастся, но местное небо тоже красиво. Пусть я вряд ли буду общаться с другими пожирателями, но человеческое общество тоже по-своему интересно. Пусть старая одинокая жизнь была прекрасна, но новая будет лучше.