Шерлок Холмс и Ко

Сердце Джона застучало бешеным ритмом, и казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Шерлок же остался непоколебим и смирно дожидался ответа на заданный вопрос. После скрупулезного молчания тишину разбил тривиальный вопрос недоумевающего Джона: — Что? — Ты всё правильно расслышал, — заверил Холмс. — Шерлок, что за вздор?! Ватсон прошел пару шагов вперед и увидел спокойное, но весьма ужасающее выражение лица друга. Он смотрел вдаль, сквозь предметы опустошенным взглядом и продолжил говорить с небольшой насмешкой в голосе: — Не пытайся скрыть это от меня, у тебя не получается. Ты говоришь громче, чем обычно, чтобы скрыть волнение в голосе, — после этих слов детектив впервые поднял глаза на стоящего поодаль от него Джона Ватсона. Их взгляды встретились, и возникло энное напряжение, усиливающееся угнетающей атмосферой и некоторой задержкой реплик. — Да как... ты смеешь! — отрывисто провопил разъяренный Джон и накинулся на Шерлока. Схватив обеими руками детектива за лацкан пиджака, вышедший из себя Ватсон стащил его с кресла. — Я их не убивал! Шерлок тяжело вздохнул, вздернув брови вверх, и уже было открыл рот, чтобы в очередной раз возразить оппоненту, подлив масла в огонь, но дров уже было наломано слишком много. Джон, оскорбленный поведением своего друга, не выдержал такого давления в совокупности со столь серьезными обвинениями и зарядил другу кулаком прямо в лицо, не колеблясь ни секунды. Холмс, будучи обладателем недурных боксерских навыков, не отличился особой толерантностью по отношению к нападающему и точным ударом в под дых, а затем и в пульсирующий висок отправил его в нокаут. Пользуясь положением, Шерлок достал специально приготовленные наручники и пристегнул Ватсона к решетке камина. Через некоторое время военный доктор пришел в себя и, сделав пару телодвижений, осознал свою скованность в руках. Незамедлительно он перевел взгляд на пепельное облако сигаретного дыма, из которого, как ежик в тумане, выбивалась черная прядь кудрей. — Которая эта сигарета? Хочешь выкурить из меня признание в том, чего я не совершал? — покашливая, отметил доктор. — На полу весьма уютно, Джон? — перебил его Холмс и сделал очередную затяжку, чтобы дать рождение кольцу дыма, летящего в сторону друга, словно воздушный поцелуй. Лицо подозреваемого отдернулось в сторону, и из напряженных уст посыпались слова: — После таких обвинений я уже ничему не удивляюсь, Шерлок... — Джо-он, — протянул детектив с ироничностью, — хватит строить из себя невинную овечку. Не успев выдержать паузу, голову его осенила мысль, что расторопно и мгновенно обрела физическую форму в виде слов: — Кстати, не мог не заметить твой новый автомобиль, — он потряс новыми ключами. — Не думал, что безработный ветеран может позволить себе такое авто. — Ах, вот оно что! Я-то думал, я на криминальном допросе, а мы оказывается тут мою кредитную историю обсуждаем, — начал дерзить в ответ Джон. Обстановка накалялась и становилась явно враждебной. Обе стороны замолчали, чтобы умерить пыл и сбавить обороты. Шерлок резко встал с кресла и зашагал на кухню, откуда слышен был лишь скрип дверцы и мерзкий стеклянный звон. Он вернулся со стаканом скотча и мог бы хладнокровно прокатить его по полу, нещадно проливая содержимое на пол, тем самым демонстрируя свою отстраненность, но не стал. Напротив, он передал напиток другу в руки и, не брезгуя, присел рядом, попутно поправляя часы. Томным спокойном тоном он предложил поговорить. — Я обыскал дом на наличие жучков, Джон. Нас никто не подслушивает, а значит никто кроме нас не мог знать, куда мы направляемся. И тем не менее, улики были стерты менее чем за 12 часов до нашего прихода. — И что? Это основание подозревать меня? — Нельзя исключать варианты, твоя реакция была слишком… — Слишком какой? Шерлок, а что если бы тебя обвинил твой лучший друг в убийствах пожилых леди! — Джон сделал глоток крепкого виски. — Я долго игнорировал твою кандидатуру, но знаешь, люди часто не замечают очевидностей, вещей, которые прямо у них под носом машут флагом и кричат: “Это мы”! — показал жестами Холмс. — Вот именно. А ты подумал, что я мог рассказать об этом Мэри? Что нас могли подслушать чьи-то люди? Например, … — Мориарти, — одновременно произнесли два друга и скрестили свои взгляды. — Нет, он умер, — сразу же отмахнулся Шерлок. — Так же как и ты? — Сколько ты ее знаешь, Джон? Ты бы не стал рассказывать об этом, на тебя это не похоже. — Шерлок, ты плохо знаешь людей, ты же социопат. — Высокоактивный, — поправил детектив друга. — Высокоактивный, — повторил Джон и немного развернул корпус, издав железный стук от наручников. — Слушай, что только не сделаешь, чтобы произвести впечатление на даму, понимаешь? — Машина. Откуда у тебя деньги? Ты не работаешь, живешь на льготы, едва сводя концы с концами. Если взглянуть на это с точки зрения психологии, автомобиль - компенсация. Что ты компенсируешь? — При этих словах Джон характерно отдернул голову. — Что ж… Если ты и дальше намерен прикапываться к мелочам, тебе следует сразу же сдать меня Скотланд-ярду, — разговор начал вновь обретать напряжение. — Как ты мог усомниться в нашей дружбе? — При нашей первой встрече я не сдал тебя. — А стоило. Наверное, жалеешь об этом? — высоким тоном продолжил пассивно-агрессивную защиту Джон. — Так иди же! Почему не донесешь на меня? — Потому что я до сих пор надеюсь, что я ошибся! — с чувством прокричал Шерлок дрожащим голосом. Казалось, можно было услышать бешеный стук сердца, вырывающегося из груди. А кровь у обоих пульсировала так, что отдавало в горле. — Скажи, скажи мне, что я ошибся! Но последовала лишь тишина, разбивающая сердца, и на глазах у Джона начали наворачиваться слезы. И вот, мгновение назад бок о бок сидели два друга, а сейчас между ними пробежала мрачная тень словно ударная волна, раздробившая их на две части. Шерлок резко встал и твердой ногой устремился к двери. На секунду он остановился и развернулся, пытаясь что-то сказать. Джон замер в ожидании своего приговора, Холмс в конце концов собрался с мыслью и прерывисто сказал: —Не стоило… на меня давить, — он вновь прервался, но через боль выдавил из себя: — Не стоило использовать нашу дружбу. Затем он удалился в свою комнату, оставив за собой лишь удушающий хлопок двери, бесконечно оглушая и сжимая все изнутри бедного Ватсона. Убивая и разрушая реальность; словно пепел она рассеивалась в никуда, оставляя за собой пустоту, и только прислушавшись к себе, можно было разглядеть в ней сверхмассивную черную дыру — яркую звезду, которая перестала гореть,сжалась и начала поглощать в себя все на своем пути: все добрые лучики света, целые планеты отношений и галактики эмоций. Мир рушился и ускользал от него: Джон отключился.