Дорогая Тоф

4.

Может быть, она и не спала, но точно уже засыпала — голос был хрипловатым и тихим. Тоф немного потянулась и приподнялась на локтях, пытаясь разлепить сонные глаза, пока Зуко думал, что же он ей скажет. — Не трудись оправдываться, — сказала девушка, будто прочитав его мысли и немного потянувшись. — Твой дядя мне все рассказал. И про заговоры, и про твой запор, и бла-бла-бла… Взрослый мужчина покраснел от пяток до своей царственной макушки от этих слов, а его собеседница, что минуту назад казалась мирно спящей, уже активно делала зарядку, чтобы себя взбодрить. Казалось, что для нее проблема заговора с целью покушения на лорда огня по значимости не уступало другой весьма щепетильной проблеме со здоровьем этого самого лорда. — Это неправда, и вообще было давно! — Зуко мысленно пообещал влепить себе оплеуху, когда выдастся возможность. Давно он себя так не чувствовал. — Не парься, я никому не скажу. — Тоф начала наверстывать круги по комнате. После непродолжительного сна она была неожиданно бодрой и чувствовала непривычное предвкушение чего-то интересного. — Лучше скажи, где моя одежда? В этом ходить я не собираюсь, слишком воняет твоим величием. — А, — от стыда Зуко совсем забыл о том, о чем хотел поговорить со своей гостьей. — Я попросил подготовить тебе комнату на третьем этаже, твои вещи должны быть там. Потом лично схожу и принесу. Тоф внезапно остановилась и напряглась. Было видно, как она вслушивается в тишину, но непонятно, зачем. Вскоре Зуко и сам понял, в чем дело: в коридоре послышались спешные шаги. Мужчина быстро встал с кровати и аккуратно выпроводил девушку за заднюю дверь, которая вела в маленький сад, так продуманно усаженный густыми зарослями кустов и деревьев. Он, было, подвел к своим губам указательный палец, дабы жестом показать, чтобы она не шумела, но быстро спохватился и вместо этого ударил себя по лбу. — Не шуми, — сказал он и прикрыл дверь, а сам уселся за письменный стол и взял первую попавшуюся в руки книгу. Тоф слышала, как звонко отворилась дверь, и как в комнату буквально залетел маленький человечек, весь запыхавшийся и напуганный. — Хозяин Зуко, — девочка никак не могла восстановить дыхание, а в ее голосе звучали слезы, — та комната, с госпожой Бейфонг… она… она… Лорд огня заволновался. Что-то вновь происходит, но. быть может, это сыграет ему на руку. Зуко опустился на колени перед ребенком и взял ее за плечи, мягко поднимая брови, и девочка немного успокоилась. — Тихо. Все хорошо. Как тебя зовут? — Чо Азуши. — малышка вытерла слезы рукавом. — Госпожа Чо, что произошло с гостевой комнатой на третьем этаже, куда я приказал поселить Тоф Бейфонг? — Она сгорела! — Азуши начала рыдать навзрыд. — Сгорела дотла! Зуко требовалось действовать быстро. Он похлопал девочку по спине, кивнув в знак благодарности, и немедля ринулся на третий этаж, закрыв дверь и абсолютно забыв, что оставил там сразу двоих очень важных людей — когда происходит много вещей, люди иногда и дышать не успевают, не то, что думать. Хозяин Огня, тем не менее, двигался по коридорам с присущем ему величием и достоинством — его одежды развивались с каждым широким шагом, который он делал, а взгляд веял угрозой. Стены вновь пустовали. Достигнул цели, он увидел Аньхао и Личжао О — люди, который он назначил ответсвенными за заселение соей гостьи. Супруги же появление лорда огня не заметили, ведь были с головой погружены в активный спор. — Там не было Бейфонг, я тебе говорю! Никого там не было! — Я знаю, она была в замке, Азуши ее видела! Где еще, по-твоему, она… — К счастью, госпожа Бейфонг отбыла в город по своим делам, и я прослежу, чтобы она заселилась в хороший гостевой дом. В моем замке ведь никто не в безопасности, так? — Хозяин Зуко! Мужчина и женщина упали ниц. Лорд огня оглядел все, что осталось от комнаты: один пепел и немного стен. Это не было обычным пламенем. — Господин О, вы и ваша жена отправитесь в исправительную колонию на два месяца. Из-за вас Страна огня не укажет должного уважения почтительному дому Бейфонг и моему доброму другу. Кто-то еще причастен к пожару? Аньхао шустро подползла к коленям Зуко. — Прошу, ваше величество, простите нам нашу оплошность! Мы не можем отправится так далеко, моя племянница… она сиротка и совсем мала, мы не можем ее оставить, прошу вас… Зуко осторожно убрал свою стопу из-под лица Аньхао. — Ваша племянница — Азуши? Что случилось с ее родителями? — Моя сестра и ее муж погибли на войне, сражаясь против аватара. Мы воспитываем девочку с тех пор. Зуко глубоко вздохнул и подумал: все случилось так, как он и предсказывал, только вот он не знал, мог ли доверять чете О или нет. Они могли быть лишь шестеренками в этом запутанном механизме. — Госпожа О, вы понижены со своей должности главной смотрительницы и со своим мужем отправитесь в стиральную. Азуши продолжит посещать занятия во двордце.

***

— Вы живы! Тоф проснулась. Перед ней стояла та самая девочка, чей голос ей удалось услышать некоторое время назад — она не могла ее увидеть, но знала, что, судя по росту, ей не больше пяти лет, и что сейчас она искренне радуется — поэтому девушка не испугалась. Действительно, с чего бы ей бояться ребенка? К тому же, вероятно, Зуко сам запер ее здесь от греха подальше, а значит, разбираться с этим ему. — Жива. Ты кто такая? — Госпожа Чо Азуши! — гордо пропела девочка. — А вы — Тоф Бейфонг? Тоф села поудобнее и с живым интересом посмотрела на юную госпожу. Вечер становился интереснее. — Угу. — Ты красивая. А моя тетя хотела, чтобы вы… чтобы ты умерла. Наверное. Чтобы она осталось самой красивой. Девушка лишь вскинула брови после такого заявления. Она поднялась, размяла затекшую спину, и открыла дверь в спальню Зуко, приглашая гостью за собой. — Моя тетя О мне не нравится. — жизнерадостно рассказывала Азуши, будто она знала Тоф всю жизнь. Она шустро запрыгнула на мягкую кровать. — Она не разрешает мне есть перед сном и говорит, что Хозяин Зуко плохой человек. Мне показалось, что он хороший. А тебе? — Погоди. Кто твоя тетя? И где твои родители? — Мои родители в темнице, уже много дней. А моя тетя Аньхао и дядя Личжао заботятся обо мне. Азуши шмыгнула носом. Тоф знала, что ей очень грустно, и она сама от этого опечалилась. Маленькая девочка, должно быть, очень одинока в огромном замке, ведь никакие люди не могут заменить родителей. Девушка сжалась и обняла себя руками: ей стало очень некомфортно и… стыдно. Пока она относилась к своим родителям, которые бесконечно любили ее, так пренебрежительно, кто-то такой маленький и беззащитный скучал по своим. Азуши устроилась на коленях Тоф и обняла ее за живот, и она почувствовала, что ее одежда становится влажноватой. Было совсем не ясно, что делать в такой ситуации, ведь брутальный маг земли привыкла выражать свои чувства иначе, но объятья ощущались очень приятно и тепло. Когда же этого мага обнимали в последний раз? Тоф неловко поглаживала девочку за волосы. Они были короткие и очень пушистые на ощупь, и разлетались в стороны, как маленький одуванчик. Малышка пахла мылом и была очень теплой, нежной. Азуши плакала, и Тоф не заметила, как и ее глаза слегка (слегка!) увлажнились, пусть она и прибывала в немом шоке. Дверь отворилась, и Зуко застыл на пороге: сцена была удивительной. Он аккуратно запер дверь и присел рядом, стараясь не подавать виду, что он здесь есть. — Азуши… мм… так почему твои родители в темнице? — Тоф аккуратно спросила, глядя сквозь Зуко, но зная о его присутствии. Тот лишь помотал головой: что за бестактность по отношению к ребенку! Тем более, ее родители ведь погибли предателями, насколько он знал. Девочка отстранилась и протерла лицо ладошками. — Они хотели рассказать хозяину Зуко что-то. Какой-то секрет. Поэтому мой дядя сделал так, чтобы они были заперты. Почему-то никому нельзя знать этот страшный секрет. Тоф продолжала неловко гладить Азуши по голове. — Ты нам расскажешь, что за секрет это такой? — Нет. - Девочка слезала с колен Тоф. - Папа учил меня, как хранить секреты.

***

— Значит, Аньхао либо шестерка, либо его заставили. Я смогу поговорить с — как там ты назвал его босса? — с этим Ли, и выяснить, какую он играет в этом роль. Потому что если они заключены в эту темницу, а не ту, которая где-то у черта на куличиках, то мы сможем очень быстро вытащить их оттуда. — Тоф. Азуши убежала где-то час назад, и с нее взяли слово, что она никому не разболтает о девушке в спальне Зуко — и даже если она это сделает, люди подумают в первую очередь о совсем другом. (Когда Лорд Огня объяснял ей это, Тоф демонстративно изобразила рвотные позывы, а тот закатил глаза). Это был первый момент, когда эти двое могли нормально поговорить, и в воздухе ощущалось напряженность и невысказанность, которую девушка тщетно пыталась наполнить словами, — которые, ко всему прочему, действительно имели смысл. Совсем не было удивительно, как Тоф быстро вписалась в их сумасшедшие интриги — без лишних вопросов и промедлений, как всегда. — А еще, — сказала она, — мы можем сделать из Азуши нашу шпионку. Чтобы следила за дядюшкой. — Тоф… Они сидели друг напротив друга, вновь на полу, в хаосе из подушек, которые никто решил не убирать. Зуко слушал, правда слушал, но еще больше он набирался уверенности с ней поговорить; они этим, конечно, и занимались, правда поговорить надо было о другом. Это как писать письмо: нужно ориентироваться на то, какие у вас отношения с этим конкретным человеком, какова тема письма и как правильно ее изложить. Вот только над письмом Зуко думал несколько дней, а тут у него столько времени не было. — Да что? — Спасибо. Девушка будто никак не отреагировала. Ее голова и до этого была слегка опущена, и сейчас ее губы сжались в тонкую нить, показывающую ее раздражение. На сегодня было уже достаточно сантиментов, которые иногда пугали Тоф и вводили в ступор, как, например, сейчас. — Пожалуйста. Нет, она действительно понимала, что Зуко есть, за что ее благодарить, и что ранее она как раз таки бесилась из-за отсутствия благодарности, но сейчас, когда это произошло, она ощущала себя странно. Еще немного они просидели в полной тишине, а потом девушка с силой ударила кулаком о плечо Зуко, и только после его возмущенного «Ай!» позволила себе улыбнуться, в своей привычной манере. После этого обстановка между ними разрядилась, и они наконец-то почувствовали себя, как раньше: комфортно и немного играючи. Раньше напряжение и невысказанность бременем весело над ними: они не знали, как относится друг к другу спустя столько лет, но Зуко и Тоф забыли, что когда-то уже подружились. Что не требовалось никаких длинных писем, и что достаточно было одного слова. — Ну… значит, дядя тебе все рассказал. И причину, почему ты будешь жить в моей комнате, тоже? — Вообще-то нет. Но знаешь, так как комната, в которой я вроде как должна была остаться, сгорела, я что-то да поняла. Зуко почесал затылок. Это объяснить намного сложнее, чем любой заговор. И, вероятно, именно поэтому Айро любезно предоставил эту возможность своему племяннику. — Видишь ли, Тоф, — Зуко отвел взгляд, пусть и в случае его подруги это не помогало, — мне нужно, чтобы ты всегда была рядом. Я не могу держать охрану: во-первых, это было бы очень подозрительно, так как никому нельзя знать, что я знаю о заговоре, во-вторых, не всем я могу доверять. А еще тебя дважды пытались устранить. Так что мы можем друг друга защищать, — на этих словах Хозяин Огня очень замялся. Уж больно смазливо все это звучало. — Мы сказали, что поселим тебя в гостевой дом неподалеку отсюда. Так что тебе лучше быть очень тихой на протяжении всего времени. После своего монолога Зуко ожидал всего — протестов, жалоб и обид, и это было бы правильно и справедливо. Прокручивая в своей голове этот момент, он уже решил и придумал, как он будет уговаривать ее, что будет готов идти на поблажки в виде массажа ног каждое воскресенье или что-то вроде того. — Ладно. — Тоф поднялась с пола и с громким скрипящим звуком взвалилась на кровать. — Что ты уставился? Думаешь, я буду спать на полу? Нет уж, спасибо, мне хватило твоего мокрого подвала. «В ней говорит благородная кровь» — усмехнулся про себя Зуко и сразу же обрадовался, что Тоф не настолько хороша в чтении мыслей. Он подобрал подушку с пола и аккуратно лег на тахту, прямо в одежде; раздеваться придется позже, и, пусть Тоф и слепа, это все равно ощущалось бы неловко. Однако, закрывая глаза на неудобные вещи, на сгоревшую комнату, на подготовленное убийство, Зуко был очень доволен. План на завтра уже был составлен и обговорен: вечером намечается званный ужин с господином Ли, начальником подземной темницы. Тот факт, что Тоф была поселена именно во дворец, может означать, что выше Командира Ли у них союзников нет, ведь иначе ее бы поселили в «ту самую тюрьму у черта на куличиках» — ведь она была куда боле защищенной и ее полномочиями владели другие люди, куда более несговорчивые. Даже когда Зуко перевел Озая поближе к замку, они были очень, очень недовольны — а ведь делал он это тогда, когда и заподозрил неладное. В общем, так или иначе, их ожидал трудный день, но дела заспорились, что не могло не радовать. Зуко легким движением руки погасил свет. Было так приятно слышать чье-то дыхание близко к себе, всего в паре шагов. Зуко не любил думать, и порой не мог уснуть из-за потока нескончаемых мыслей в своей голове. Сейчас, даже не смотря на его одежду, которая завтра оставит отметины на коже и будет вонять, Зуко быстро засыпал под чье-то мирное и размеренное сопение.