𝕐𝕆𝕌ℝ ℙ𝕆𝕆𝕃𝕊 𝕆𝔽 𝕄𝔼𝕋𝔸𝕃 ℂ𝕆𝕃𝕆ℝ

      

***

      Апрель.       Если быть точным, то семнадцатое число и, к слову, уже темно. Для этого времени уж точно. Тучи, которых с утра и следа не было, набежали буквально за минут пятнадцать до окончания бурной деятельности в научном клубе.       В любом случае и Сенку, и Хром ушли бы пораньше. Привычных Тайджу и Юдзурихи не было. У первого намечалась поездка к бабушке, а у второй дела в клубе рукоделия. Цукаса и Рури были заняты делами в совете, хотя уже должны были закончить и Шишио, как и Кохаку, должен был уйти на вечернюю тренировку. Рури же с Хромом планировали пойти и подтянуть английский второго.       Вышеупомянутая Кохаку сейчас сидела напротив стола, с которого постепенно пропадали минзурки и реактивы. Её волосы были собраны в хвост, рукава рубашки и пиджака закатаны до локтя, а юбка изрядно помялась из-за сидения на стуле спинкой вперёд. А-ля, львица в нападении.       Её внимательный взгляд заставлял Сенку вздрогнуть. В последнее время она стала слишком назойливой. Не хватало, чтобы лезла в его личную жизнь, ту, что вне школы.       - Сенку, это новая рубашка? - спрашиват блондинка, рассматривая его, - Давно у тебя новый телефон?       - Нет, - коротко бросает Ишигами, чувствуя, как в кармане брюк вибрирует телефон и ему приходится открыть и прочитать сообщение.       Обперевшись бедром на стол, он стоял спиной к девушке и та запросто незаметно подкралась, рассматривая в дисплее короткое сообщение от контакта менталист.              "Не задерживайся, дорогой Сенку."       "Я жду, дружочек. Тебе купить энергетика?"       И девушка просто в шоке лёгкой усмешка на лице друга. Хром же просто не видит или делает вид, что не видит, какое у Сенку лицо.       "Да, купи. Буду через 17 минут," - и глупая, нескрываемая улыбочка.       Кохаку всё так же пялится в телефон, отмечая, что, вроде бы у Сенку был другой и то, что его отец у него записан по-другому.       - Ты с кем-то познакомился?       - Просто друг отца, - кидает друг учёный и закрывает шкафчик, кивая Хрому, - Мне ещё добираться до места встречи, так что пока.       И только спина мелькает в дверном проёме.       Блондинка поворачивается к Хрому и тот кивает на немой вопрос:       - Друг его отца по работе часто тут бывает и поэтому подвозит его до нужной улицы. Он вроде живёт в комплексе неподалёку.       - И они настолько близки, что он даже напитки ему покупает?       Хром пожимает плечами, мол, не моё дело, я и не лезу. Девушка вздыхает и смотрит в окно, где уже виден Сенку, который идёт под моросящим дождичком всё так же залипая в телефон.

***

      Погода на улице просто замечательна. Если не считать мелкого дождя и зябкого северного ветра - невероятно атмосферно.       Если так подумать, то в такую погоду они и встретились. Сенку тогда долго пытался завершить исследование, но так ничего и не добился. Выходя из здания, он кутался в шарф и ругал себя за непредусмотрительность. Сейчас ничего не изменилось, кроме шарфа. На те же грабли наступает, как на него похоже.       И тогда, в тот злосчастный день, он и знакомится с ним. У стеллажа с напитками. Высокий, подтянутый парень, скорее всего студент, подмечает Сенку для себя. Он зовёт парня, чтобы обойти его, но тот зациклился на каких-то своих мыслях и дёргается, когда на маленьком плазменном телевизоре у кассы женский голос громко не озвучивает: "Асагири Ген! Смею сказать, самый молодой фокусник на телевидении".       И он смотрит на Сенку.       Долгие гляделки и неловкий голос спустя реплику фокусника в передаче. Идентичный, как и причёска, которую Сенку, честно, не понимал.       - Извини, я что-то задумался, - и отступает, всё так же смотря на школьника.       Наверное в тот самый момент?       Да, определенно.       Сенку застыл рассматривая причудливый образ незнакомца. Его лицо было всё также спрятано под маской, но линия челюсти и едва заметные скулы были мягко огибаемы элементом того "странного", но необычайно загадочного и, скорее даже, миражно таинственного и неизведанного.       Красивые руки, серые глаза, что в тени были тёмно-синими, подтянутость, красивая осанка, хорошо подобранная и сочитающаяся одежда, лиловый бесформенный шарф и даже кольца с браслетами - всё так гармонично, так сочиталась с этим незнакомцем, так влекло и тянуло. Раньше у Сенку никогда не было возможности хорошо проанализировать свою точку зрения иррациональности "любви с первого взгляда". Ну, не было? Получай.       Сейчас всё немного ускорилось и, одновременно с этим, замедлилось, обвило их в кокон вот этого круглосуточного магазинчика, этого стеллажа, холодильника и кофейной машинки.       Наверное, так и чувствовалось влечение? Да, скорее всего это оно и было, немного терпкое, с едва заметной горчинкой, от осознания, что сейчас они снова станут незнакомцами, и приторной сладостью чужого заинтересованного взгляда.       От этого взгляда в груди теплело и напекало где-то внизу живота. От его голоса приятно расслаблялись тело и мысли преобретали вязкую тягучесть, голова переставала болеть от потока информации, что постоянно анализировалась. От самого вида хотелось просто стоять и смотреть.       Он был необычен. Что-то скрытое от глаз всех, неизведанное и манящее. Этот шарм, движения, отточенные жесты и мимика, что идеально контролировались даже будучи скрытыми.       Как всем известно, то, что неизведанно и скрыто, хочется изучить первым. Нет, ну это буквально было положено перед Сенку фактом: незнакомый, но очень интересный тип, который явно что-то скрывает. Ну, это же логично, что он захотел изучить новый объект, эксперимент "тайны незнакомца в маске" успешно взял своё начало.       - Со мной что-то не так? На лице грязь? - парень тут же смотрит в отражение в стекле холодильника.       - Да, - медленно тянет Ишигами, глотая вязкую слюну, - эта маска выглядит по-уродски на тебе.       Немного ошеломлённый, он смотрит на Сенку, как на восьмое чудо света. Его глаза, по-лисьи узкие, хитрые и угловато острые, щурятся и возле них появляются едва заметные морщинки. Улыбается. Он десять миллиардов процентов улыбается такому тупому подкату. Хотя можно ли было считать полуоскорбление подкатом. В общем-то, если это говорит именно Сенку, то, скорее всего, да.       - Смело, - тянет незнакомец елейным тоном, наклоняя голову вбок, открывая вид на кадык и ключицы, обтянутые тканью сиреневой водолазки, - С чего же ты пришёл к этому выводу?       - Я предполагаю, что у тебя и без того нормальное лицо, - сохраняя надменный тон, растягивая слова, как это делал его собеседник, мямлит Ишигами, - Нелогично, я считаю.       - Может я хочу сохранить анонимность, - пожимает плечами парень напротив, наконец выуживая из холодильника ванильную колу и разогревая её, перекатывая из ладони в ладонь. Даже не нервозность прослеживалась в его ловких движениях. Невиданный профессионализм и отточенность действий.       - Тогда стоило бы изменить и голос, Асагири Ген.       - Думаешь? До тебя никто ни разу не раскусывал меня, - растягивая, взгляд быстро пробегает от потёртых кед к рубашке, от сумки к лицу, - Ишигами Сенку..? - как бы подвтерждая свою догадку, парень немного наклоняется к собеседнику.       - И где же прокололся я? - скрещивая руки на груди, фыркает он, наблюдая за тем, как тонкие пальцы немного стягивают маску вниз, позволяя рассмотреть лицо Гена лучше.       Прямой нос, острые скулы, но лицо так не кажется тощим, лисьи глаза. Тонкие, немного бледные и потрескавшиеся губы, алеющие ближе к линии его хитрой, такой же обварожительной улыбки. Острый подбородок, плавно переходящий в шею. Не было даже намёка на лишний вес, парень перед ним был, скорее всего, жилистым и с хорошим метаболизмом.       - Я подметил имя на твоём студенческом, когда ты зашёл сюда. Да и сумка у тебя не закрыта, учебники же промокнут, не думаешь? - Асагири был немного противен, в плане чтения и манипулирования. Такое бывает у Сенку, когда он чувствует, что кто-то пытается управлять им. Но, что очень странно, пока что, ничего не сделал.       - А говорят, что величайший фокусник, - подтрунивал над старшим, Сенку всё же решается и выуживает из холодильника энергетический напиток, - а на самом деле простой шарлатан.       - Фу, как некультурно, - тянет Асагири, скрещивая руки на груди и поддельно обижаясь.       - Культурность занимает лишнее время и вообще нелогична. Тупая трата энергии, которая может быть потрачена мной на что-то более стоящее, - ворчит школьник, закрывая глаза, - например те же эксперименты, изучение новой информации...       - ... Ужин со мной в пятницу, примерно в восемь, - добавляет Асагири, косясь на свои наручные часы.       - Ну, или это.       - Ох, правда?       - Погоди, что?

***

      На том же самом месте стоит уже с чёрно-белым сплитом и в другой одежде тот же самый парень. На этот раз он обращает внимание на подростка и спешно следует к кассе самообслуживания.       На сей раз "незнакомец" только тихо выскальзывает из поля зрения кассира, что был поглощён чтением новой манги. Сенку лишь дёргает уголками губ, наблюдая, как Ген спешно раскрывает зонт и, чуть ли не силой забрав сумку у Ишигами, ведёт его к машине.       Школьник сам распахивает дверь и садится на переднее сидение рядом с водительским. Наблюдая, как Асагири сначал убирает его сумку назад, а потом и сам садится, но уже на место рядом, предварительно убрав зонт.       Наконец оба позволяют себе выдохнуть, рассматривая друг друга. Ген тянется первым, немного жестковато придерживая младшего за подбородок и смакуя вкус его губ.       Вальяжно закинув вторую руку на шею Ишигами, он притягивает его ближе, мягко пробегаясь языком по линии верхней губы и углубляя поцелуй. К счастью потолки в автомобиле позволяют Гену нависнуть над школьником, перебирая его волосы, немного влажные и волнистые от моросящего дождя, под который попал подросток, пока тот шёл до магазина.       Сжимать новую рубашку на Гене вошло уже в привычку. В принципе бесить и раздражать вечно спокойного и рассудительного парня было неким личным фетишем Ишигами. Так приятно видеть напряжённого Асагири, который про себя считал уже даже не до десяти, а до ста, профессионально игнорируя язвительные замечания младшего.       Что-то портить в идеальном образе менталиста было приятно и на грани какого-то извращённого оргазма. Видеть, как спокойное лицо начинает багроветь в районе скул и щёк. Как его ровный до этого пробор сплита смешивается с другой частью. Как его рубашка мнётся и обтягивает худые плечи и лопатки.       Ишигами правда не любитель этих "слюнявых обменов". Ладно, он делает это с Асагири в безлюдных местах. Вообще трогают друг друга только или в такие моменты - на пустырях или пустых парковках, когда старший за неимением планов на вечер после съёмок относительно свободен, - или в квартире у Гена.       Во-первых, это ведь сугубо личное дело и то, как нынешнее поколение выставляет нечто подобное напоказ просто бесит Сенку. Правда он всё равно успокаивается, потому что рядом с Асагири сложно быть пассивно-агрессивным.       Во-вторых, Ген не может позволить себе отношения в данный период. Слишком много шума будет, а у него ещё не утих тот скандал, когда он случайно ляпнул личную информацию, которую "прочитал" с одного из ведущих их совместной программы. Та шутка о том, что, скорее всего, ведущий агрессирует на однополую тематику так из-за личного опыта была просто крайней точкой. Зато Ген стал ещё популярнее с той фразой: "Зато точно нет риска, что вы станете дедушкой".       Сенку понравилась эта фраза. Он думал также. Да и Бьякуя был вполне лоялен к его выбору. Сказал, мол, главное, чтобы ты был не наукофил. Извините, неужели все думают, что ему правда никто не может понравиться?       А как же Ген? Он ведь смог понравиться ему и даже начать встречаться. Конечно, Сенку бесило, что к нему относятся, как к принцессе или девушке: то сумку заберут, то купят какие-то ненужные крема, то просто подарок. Это было приятно первое время, потом начало раздражать за неимением возможности сделать что-то взамен. И слышать: "Просто будь, для меня этого достаточно," - бесило вдвойне.       Ишигами нравился серьёзный Ген. Немного раздражённый и резкий. Именно такой он был настоящий. Без маски клоуна или чего-то ещё. Нет, не подумайте, Сенку в принципе привлекал Асагири. В отличии от остальных, он был умным, развитым во многих сферах, с ним можно было спорить и также узнавать что-то новое. Красивая внешность была просто приятным бонусом в дополнение, как и деньги, на которые Сенку обращал своё в последнюю очередь.       Из мыслей вывела рука, что с нажимом прошлась прессу и паху, заставляя дёрнуться от неожиданности. Воздух у Сенку заканчивался, но, к сожалению, по горькому опыту известно, что это не помешает Асагири продолжать, заставляя навернуться на глазах слезам из-за нехватки кислорода в лёгких.       Как и ожидалось, его сильнее припечатали к сидению. Рука, до этого зарывшаяся в волосы вернулась на шею, не позволяя отстраниться ни на миллиметр, на грудь легла вторая. Через рубашку она нашла сосок и ловкие пальцы сжали его, выкручивая.       Воздуха не было, как и возможности вздохнуть. Всё вокруг плыло и рябило. Пелена на глазах постепенно сгущалась.       Его губы уже начали неметь от покусываний, а руки начали слабеть, просто цепляясь за плечи, рубашку, шею.       Асагири отстранился тягуче медленно, рассматривая подростка. На подбородке скопилась слюна, на глазах пелена из слёз, тело немного подрагивает и грудь часто часто вздымается.       - Это за тот раз, - бросает он, спешно приводя Ишигами в порядок. Тот лениво подаётся вперёд, утыкаясь в ключицы, - Мне тебя ещё домой везти.       - Я останусь сегодня у тебя. Папа всё равно в командировке, - мямлит Сенку, вдыхая парфюм, который, кажется, въелся в его кожу.       Его лицо вытирают влажной салфеткой, поглаживая по щекам и скулам, тихо что-то рассказывая.       Ген всегда был таким. Он мог вспылить или отомстить, но Ишигами всегда потом получал извинения и такие лёгкие поглаживания. Он был аккуратен с Сенку, не смел делать больше дозволенного. Так подросток сам делал первые шаги. Сначала припечатал Гена и поцеловал, хотя это было просто касание губ, Асагири всё равно его углубил. Или тот раз, когда Сенку почти насильно отсосал у старшего в машине?       На любые выходки он получал снисходительный взгляд и лекцию, почему так делать нельзя и этичность их отношений пробивает дно общественных моральных принципов. Благо так было первые пару месяцев, сейчас Ген просто мстит и извиняется, покрывая лицо лёгкими поцелуями.       Нега рассеивается, когда по носу щёлкают и Асагири напротив тянет довольную улыбку, в последний раз целуя в висок и отстраняясь.       Сенку поудобнее устраивается на сидение, положив голову на стекло. Машина наконец тронулась с места, езжая в другую сторону от дома Ишигами.       На стоянке осталась только Кохаку, что видела только то, как Сенку сел в машину к какому-то незнакомому ей парню и оба поехали в другую сторону.

***

      Дома у Гена всегда было убрано, чисто и организованно. Он любил заморачиваться по пустякам. Это изрядно бесило, но всё равно было удобно.       Сенку обнимают со спины, стягивая с него шарф. Ген аккуратно снял с шеи тёплую, мягкую ткань и, сложив, убрал в шкаф.       - Много уроков на выходные задали? - спокойно спрашивает парень, наблюдая, как Сенку следует его примеру и стягивает обувь, подставляя к батареи поближе.       - Я уже всё сделал, так что какая разница? - мямлит Ишигами, зарываясь в чужое плечо носом. Кардиган на Гене был мягким, сиреневым, с вшитым сбоку цветком. Бежевая рубашка, которую так беспощадно мял подросток в машине, сейчас была аккуратно поправлена и заправлена в брюки песочного цвета.       - Надеюсь, что у тебя больше нет планов на выходные, - положив голову на плечо Сенку, он целует шею, проходясь до уха и продолжает, - Мы не виделись целую вечность.       - Всего лишь сто пятьдесят два с половиной часа. Это не вечность, - закатывает глаза подросток, зарываясь пальцами в сплит.       Сенку никогда не был аккуратным. Его внешний вид останавливался на приемлемо. Большего так-то учёному и не нужно. Он не волнуется о своей популярности в школе. Ему всё равно, что о нём думает женская половина. Зачем, если это лишняя трата времени. Все эти свидания, ухаживания, время вместе. Ишигами не видел себя в отношениях с милой девочкой. Это Тайджу может влюбиться в такую. Для Ишигами идеалом был Ген.       За ним не надо ухаживать. Он вырос из периода, когда надо постоянно нежиться и доказывать свою любовь. Ему хватало переписок или утреннего звонка, чтобы узнать, в порядке ли Сенку. Достаточно редких встреч, чтобы утолить тактильный голод. За ним не надо было ухаживать. Он взял это на себя: различные подарки, походы в музеи, на научные выставки или обсерватории.       Ген не был смазливым. Да, он следил за своим внешним видом. А как иначе, он ведь телезвезда. Возможно иногда он и заставлял Сенку ухаживать за собой, но это было из собственной прихоти: Асагири обожал мазать руки подростка кремом и долго-долго втирать его в кожу.       Парень не был навязчивым. Иногда он был чрезмерно заботливым: заставлял носить тёплые вещи, следить за собой, пить меньше энергетиков, следил за режимом Ишигами и даже приезжал и готовил ему и Бьякуе ужин. Но, на удивление, это не бесило. Асагири просто был научен своим опытом и так пытался заботиться о подростке. Если он как-то вредил ему, то сам это замечал. На то он и самопровозглашённый психолог. Из мыслей вывел тоже Ген. Он отстранился, беря лицо подростка в свои ладони и всматриваясь в него, кивая своим мыслям.       - Может просто отдохнём? Ты работал над своей новой ракетой допоздна, тебе необходим перерыв, - чужие пальцы с осторожностью гладят тонкую кожу под глазами. Ту, что в сумраке прихожей казалась тёмно-синей, с тенями от длинных светлых ресниц.       - Просто отдых? - Сенку вскидывает брови, всё так же полуприкрыв веки, рассматривая лицо напротив.       Ген улыбается, кивая. Он долго рассматривает уставшее тело перед ним, поглаживая лицо и позволяя греться о своё, позволяя спрятать руки под рубашкой.       В отличие от Асагири у Сенку пальцы немного грубоватые. Так часто выражается сам менталист, растирая крем и изучая каждый шрам, неровность кожи или мозоль. Ни разу ещё на руки юного учёного не смотрели так благоговейно, мечтательно и заботливо. Обычно просто сочувствено вздыхали и едва заметно кивали. И эта жалость раздражала. В нём видели слабого? Почему эти взгляды приносили только раздражение?       Ген всегда баловал его. Какое-то неописуемое чувство удовлетворения, когда у Сенку загорались глаза от билетов на новую научную выставку или будь то очередная новая научная штуковина, в которых Асагири ни в жизни не разберётся, но всё равно купит ту самую, которую хотел подросток. А ведь тот даже не скажет, может опять его психоанализ или просто хорошая дедукция? Но менталист никогда не прогадывал: самое лучшее, новейшей модели и хорошей фирмы, с необходимыми, для опытов своего учёного-бойфренда, дополнительными функциями.       И, что самое странное, это никогда не было чем-то навязчивым. Правда. Раз в несколько недель Ген отводил его на выставку и через неделю после дарил что-нибудь. В какой-то момент был застой и Асагири просто предложил ему прогуляться по магазинам. Хотя, если по правде, дома всё равно ждал подарок, но не связанный с наукой. Изначально подарок даже не был замечен. Гену пришлось намекнуть подростку, мол, проверь свой шкаф с одеждой, третья полка снизу. К слову, относительно недавнее событие и жёсткий стёб следующие несколько дней. В ответ прилетела жёсткая отдача, и, по правде, Сенку понимал даже, что перегнул в тот момент палку. Тема истинных эмоций у Гена была закрытой. Ему то ли было больно, то ли просто неприятно, но после на сообщение ответили колко, но холодно.       На удивление сейчас всё было тихо. Но Сенку всё равно немного неловко переминался с ноги на ногу, под внимательным взглядом тёмных глаз. Сумрак всегда был для них чем-то слишком интимным. Чаще всего это было то время, когда происходила любая близость, которая имела шансы перейти в нечто большее, чем обычные долгие объятия.       В тот раз, полгода тому назад, Сенку просто зависал в телефоне, перебирая пока ещё полностью угольные пряди Гена. Сначала просто игривые поглаживания шеи, которая была у старшего особенно чувствительной. Потом тягуче долгий и мягкий поцелуй. Всё было буднично, пока он просто не оседлал чужие бёдра, кивая ошеломлённому парню.       На самом деле всё это было из чистейшего любопытства Ишигами. Он хотел понять, нравится ли ему это или нет. По итогу сошлись на том, что понравилось, но нужно время на прелюдию, чтобы тело расслабились. Пусть юношеская гибкость и была большим плюсом, но в остальном же разницы не было.       - Да, просто отдых. Посмотрим что-нибудь не особо интеллектуальное, поедим вкусной и вредной химии и потом ляжем спать, если не появится сил на что-то ещё, - шепчет в самые губы Ген.       И Ишигами подаётся вперёд, тыкаясь своими губами в его. Тот с готовностью отвечает, лениво сминая и покусывая, изредка оттягивая.       - Я не против. Только стоит переодеться, - мычит Сенку, когда его шею целуют, с нажимом проходят по сонной артерии.       - Сходим в душ вместе?       - Да, так будет проще, - соглашается юноша и притягивая Асагири на последний детский поцелуй, делясь своим теплом губ.

***

      Тело Гена подтянуто и немного подкачано. Приятная упругость мышц без мужланской грубости и бархатистая кожа.       Иногда возникал вопрос: Асагири правда телезвезда и шоумен, а не модель из какого-нибудь Vogue.       Вообще лицо этого парня в последнее время буквально везде. Духи, косметика, собственные книги, передачи, шоу, товары для ухода за собой. И к слову бюджет у Гена всё рос и рос. Как-то он сказал, что, скорее всего, если они дотерпят до выпуска и не разойдутся, то менталист вполне способен будет содержать Сенку со всеми его хотелками.       Ишигами в общем-то и не против, хотя маловероятно, что он сам не будет получать прибыль с своих исследований. Поэтому он только усмехнулся, наблюдая дальше за работающим менталистом.       Тело Асагири не было похоже на его. Оно было самую малость тощим, хоть и подтянутым. Скорее всего это генетика. По фотографиям Ген пошёл в мать. Высокая, стройная женщина с такими же металлическими глазами и чёрным ореолом вокруг, со смольным волосами и длинными пальцами. Пианистка в театре и репетитор на дому.       Отец у Гена был, но он никогда его не показывал, отмахиваясь, мол, я никогда с ним не ладил, вот и нет фотографий. Не хочет говорить - не надо. Сенку не хотел давить на больное. Хотя недавно получилось. Не со зла, просто тогда он вспылил, но всё равно не хотел. Передразнивания Гена были не обидными. Да, немного раздражали, но ведь он не пытался задеть его.       Асагири коснулся плеча Сенку мягко, оглаживая и поднимаясь к шее, заставляя посмотреть на себя, как бы спрашивая, всё ли хорошо.       Ген никогда не умел долго обижаться на младшего. Он не попрекал его и не говорил ничего в оправдание своих же насмешек. Ишигами вспылил, Асагири разжёг, тот его задел и они просто помолчали, начиная общение как и раньше.       Для Сенку были приятны все эти ухаживания и иногда он чувствовал вину, когда злился на Асагири и язвил ему. Но тот не обижался. Просто пропускал сквозь себя, как что-то само собой разумеющееся.       Он - психолог. Он должен уметь выглядеть так: холодно к чужим проблемам, насмешкам и действиям. Дай он слабину, папарацци и другие звёзды сожрали бы его. И, честно, Сенку не хочет быть одним из тех, кто заставляет Гена носить маску, а-ля, "я клоун" или "попробуй вякни и я тебя опущу на дно Марианской впадины, щенок".       Асагири вполне себе мог манипулировать Сенку. Иногда он так и делал, чтобы узнать, какой сюрприз сделать в следующий раз, но это не было противным.       Он прекрасно обходился с ним, будто найдя другой подход, не виданный другими.       Мягкие поглаживания, пока Ишигами был занят уроками или собственными исследованиями. Массаж и лёгкие поцелуи, когда что-то не получалось. Иногда возникала мысль, что, будь он каким-нибудь важным лицом и неси он на себе хоть гору ответственности, Асагири бы смог забрать часть и Сенку бы даже не заметил.       Он помогал ему и никогда не смотрел с жалостью. Всегда говорил с ним, чтобы отвлечь и, к примеру, исправить что-то, чтобы подсчёты были верны.       Или, как сейчас. Стоя перед Сенку, массировать кожу головы, мыля шампунь и позволял немного повиснуть на себе и понять, мол, Кохаку опять не отстаёт.       - Сенку-чан, я могу, конечно, оставить у тебя на шее засос. Так она увидит, что территория помечена и так далее, но мы же не животные, - невесомый поцелуй в уголок глаза, - Попробуй намекнуть или сделать так, чтобы она увидела, что у тебя кто-то есть.       - Иногда я не понимаю, хорошо или плохо, что ты никогда меня не ревнуешь, - подставляясь струям воды и пальцам Гена, что уже смывали пену с волос, он переводит взгляд на мягкую улыбку и хитрый прищур.       - А тебе хочется внимания и почувствовать себя полностью ведомым? Я доверяю тебе, не думаю, что мне стоит беспокоиться. Меня, конечно, тоже Кохаку-чан напрягает, но не настолько, чтобы ходить рядом с тобой с ружьём и отстреливать всех, кто ведётся на твоё милое личико. Это глупо ревновать человека. Я ведь точно знаю, что ты не тот, для которого отношения - только способ выделиться.       Да, точно. Асагири всегда доверял ему. И тот момент, когда ему призналась самая умная девочка школы. Или когда Кохаку держала его под руку, чтобы от неё отцепился какой-то парень. У Гена никогда не было мысли, что Сенку уйдёт. Он был или настолько сильно уверен, что неотразимо прекрасен, или настолько доверял своему парню, что не обращал на подобные факторы внимания.       - Да, думаю, в этом есть смысл, - тихо соглашается Сенку, наблюдая, как Ген постепенно выключает воду и выходит из душевой кабинки, - И я не милый.       - Скажи это, когда хочешь поцеловать и не говоришь или когда кончаешь, или когда дуешься, - Асагири провёл носом по щеке, - Ты не представляешь, насколько ты милый. Мне нравится, как ты смотришь на меня, когда не получаешь продолжение или как ты радуешься, когда я что-то дарю.       - А я и забыл, что ты сентименталист, - фыркнул Ишигами, пытаясь отвернуться, но парень не позволил, тихо смеясь и извиняясь.       Кафель холодный и немного зябко стоять так, голышом, в ожидании, пока его укутают.       У них есть собственная традиция что ли. После совместного купания Ген обязательно закутывал Сенку в полотенце и вытирал. Просто обычно Ишигами надевал на мокрое тело футболку и шорты и жил себе спокойно. Но, раз была возможность сохранить энергию и просто подождать, пока за тебя всё сделают, почему бы и нет?       У Гена руки живут иногда своей жизнью. В тёплых помещениях с хорошим отоплением или под горячей водой они всегда холодные, в то время как на морозе они горячие.       Было приятно чувствовать, как тонкие пальцы в последний раз проходятся по щеке и убирают прядь волос за ухо.       Приятно, когда его толкают к столешнице и усаживают, покрывая обнажённые шею, ключицы и плечи поцелуями. Как его бёдра гладят и иногда царапают, немного сжимая. Как его грудь быстро вздымается от резкого контраста горячего тела Асагири, его холодных пальцев и сколь холодной стойки. Благо, что встроенная раковина была далеко.       Поцелуи переходят на грудь и Ген поднимает взгляд на Сенку и тот кивает. Они частенько занимались этим в ванной, чаще всего потому, что тут свет был немного приглушённым, если специально не включить оба светильника.       Медленно спускаясь к бёдрам он опять выпрямился, притягивая тело ближе к краю.       Мягкость чужого тела иногда даже перерастала в нечто фетишистское. Асагири мог часами упиваться просто касаниями и прелюдия могла затянуться на очень долгое время. Один раз дошло до сорока восьми минут, Сенку специально считал.       Его притягивают ближе и смотрят в глаза, наклоняя его за шею к себе для поцелуя. Долгого, ленивого, немного мокрого, потому что Асагири никогда не упускал такой возможности. Отстраняясь, он вновь кусает нижнюю губу парня напротив и отстраняется, кутая Ишигами в махровый салатовый халат.       - Думаю, мы оба слишком сильно вымотались за неделю, чтобы продолжать.       И Сенку согласен. Он смотрит, как Ген натягивает на себя свой халат, но, на удивление, не махровый, а немного шелковистый, серый с какой-то корейской надписью.       - Будем переодеваться?       - Мы всё равно ляжем голыми спать.       Ген треплет его по волосам и отправляет на кухню приготовить всё к их вечернему марафону и заказать роллы.       Кухня у Гена тёмная. С тёмно-синими и фиолетовыми вставками и, изредка, серыми элементами. В контейнере в холодильнике стоял какой-то суп, а на самой нижней нераспакованные продукты. Видимо Асагири закупился спустя недельное отсутствие.       После душа они часто расходились по разным комнатам. На самом деле это было как-то неосознанно, но регулярно. И Ген всегда шёл переодеваться первым, подыскивая для Ишигами что-нибудь, чтобы тот не сидел в одном халате. Даже если он изо дня в день говорил, что останется в нём Асагири всё равно приносил растянутую футболку с Мун из Сейлормун, которую выцепил в каком-то секонде ещё в школьные годы или нечто подобное       Они как-то по умолчанию всегда хранили вещи друг друга. Так у Гена постепенно появилась парочка футболок с Дораэмоном, боксеры Сенку, которые он просто оставлял с остальной пижамой или одеждой и синяя байка.       У Сенку был склад носков. В прямом смысле. Откуда у Гена носки с клубникой или кокосом? О, а вот эти с Сатурном и созвездием Льва? На каждую пару была своя история, которую можно было слушать, и появлялось ощущение, будто читаешь древние мифы Греции.       У Ишигами были рубашки Гена, которые он надевал, когда засыпал у него посреди недели. И Кохаку долго смотрела на рубашку, спрашивая, откуда у него такие деньги. В общем-то общество менталиста научило его бесподобно выкручиваться, мол, да в секонд заглянул и оказалось, что там кто-то сдал её, не зная, что она дорогая или подобный бред, который, на удивление, работал и ему верили.       Когда Сенку отвлекается от пересыпания чипсов в тарелку и телефона с их вечерним сетом, Ген уже находится на кухне с бельём и большой футболкой с надписью, будто из ДжоДжо. Взгляд у Сенку был, как минимум, насмешливый.       - Ты у какого качка это спёр?       - Просто заглянул в секонд хэнд и нашёл это, - закатил глаза парень и кинул вещи в Сенку. Тот едва не уронил новый телефон, тут же переводя взгляд на Гена, - Я не злюсь на тебя за тот комментарий. Даже если ты не спрашивал, я просто хочу, чтобы ты это знал.       - Приму к сведению. Я заказал, будет через полтора часа.       - Успеем уничтожить чипсы и колу. Переодевайся, жду тебя в спальне.       - Что ты задумал?       - Как минимум просмотр твоего любимого творения японских аниматоров.       Асагири быстро преодолевает расстояние между ними и коротко целует в скулу, заглядывая в телефон и уходя.       Сенку следует за ним, захватив одежду и тарелку с чипсами.       Вечер обещает быть интересным.