Бесконечный экспресс

Питер стоит на улице, ветер треплет его волосы. Вдалеке виднеется главная станция Ист-Энда, именно с нее уходят все поезда, развозя людей в разные уголки страны. У входа туда-сюда снуют мальчишки-угольщики, подряжаясь на будущие рейсы. Их там десятки, но повезет лишь немногим. Часто место на регулярном рейсе будь то экспресс или простой поезд, идущий только до какого-то одного города, занималось угольщиком прочно и надолго. Работа была сложной, тяжелой, связанной с унижением и постоянным пренебрежением, но зато она была стабильной. Паровозы будут ходить каждый день, развозя пассажиров по городам, несмотря ни на что. Для многих бедняков из затхлых, забытых казалось всеми, районов – это была единственная возможность принести в семью деньги. Питер вдыхает морозный воздух – погода портится, становится холоднее, близится зима. Он кутается в тонкую куртку, но совершенно бесполезно: она совсем не греет. Питер закашливается: с приходом холодов першение в горле одолевает его все чаще, возможно, у него впереди осталось не так уж много рейсов. Парень качает головой. Он тянется рукой в капюшон, а потом вспоминает, что там больше никого нет. Питер тихо вздыхает. Его жизнь медленно, но верно возвращалась в прежнее русло. Произошедшее казалось далеким сном: страшным, удивительным, но от этого не слишком реальным. – Чего застыл? – голова парня качает от сильного подзатыльника, из глаз сыплются искры. – Забыл, где мешки лежат? Экспресс уходит через полтора часа. Пошевеливайся! Питер кивает и Арбат проходит мимо него, направляясь к далекому локомотиву. Все как и раньше. Парень всеми силами пытается затолкать ненужную тоску поглубже в душу, и так же отчаянно смаргивает выступившие слезы. Он убеждает себя, что они из-за оплеухи Арбата. Насколько Питер понял, машинист действительно помогал заговорщикам, но лишь наводкой. Его освободили из-под следствия за сотрудничество с полицией. Точнее за то, что тогда он снизил скорость экспресса до минимальной, позволив мистеру Лоуренсу и его команде догнать поезд. И теперь Арбат полноправно вернулся на рейсы экспрессов в прежнюю команду с Питером. Парень снова вдыхает морозный воздух и ежится, чихая. Он делает один шаг, второй, направляясь к складам. Питер видит знакомые спины мальчишек-угольщиков. Он уже думает, о чем расскажет им. О своем настоящем, опасном, волнительном приключении. – А ну стоять! – его грубо хватают за шкирку. Питер удивленно оборачивается. Перед ним стоит мистер Лоуренс: его права рука вся еще на перевязи, но бинты с головы уже сняли. – Кто мне скажи, пожалуйста, – начинает мужчина недовольно, – говорил, что не отправится в рейс, пока меня не выпишут из больницы? Питер отводит взгляд и тихо говорит: – Я соврал. – Я так и подумал, – мистер Лоуренс смотрит на него укоризненно. – Чего ты дуришь, Питер? Сдались тебе эти поезда. – Я больше ничего не умею, – парень разводит руками, – простой мальчик-угольщик. – Ты – дурачок, вот ты кто. Подумал над моим предложением? – Я как и прежде отказываюсь, мистер Лоуренс. – Как же с тобой сложно, – мужчина вздыхает. – Такой ответ меня не устраивает. Питер молчит. Ему правда нечего сказать. – Почему ты отказываешься? – Потому что не хочу вашей жалости, – выпаливает Питер неожиданно для себя и тут же отворачивается. – Какой жалости, идиот? – мужчина встряхивает его, как тряпичную куклу. – Я уже объяснял, мне правда нужен помощник, коли я временно отошел от управления командой. Мне же надо на что-то жить? Надо. Кто-то должен быть моими глазами и ногами, пока я не у дел? Должен. Ты подходишь на эту роль лучше всех. Немного приведем в порядок твои мозги, научим грамоте, драться и готово – лучший подмастерья из всех. Парень упрямо хмурится. – Питер, пойдем уже отсюда? – мужчина отпускает ворот чужой куртки и вместо этого кладет ладонь ему на плечо. – Я между прочим из-за тебя второй раз из больницы сбежал. Парень обеспокоенно и удивленно оглядывает мистера Лоуренса. – С ума сошли? – Питер волнуется. – Врач опять на вас будет злиться. – Это все твоя вина, – голубые глаза смотрят на него тепло и ясно. – Ну что, идем? Питер думает еще несколько секунд, а потом неловко уточняет: – А я могу оставить Винченцо? – Буду только рад, – мужчина подталкивает его к выходу со станции. – Этот четвероногий преступник всего меня искусал: в доме совсем неуправляемый становится, а в больнице врачей пугает. Питер улыбается и уже сам идет следом за мистером Лоуренсом. – Чего смеешься? Это тоже твоя вина. Будешь его перевоспитывать. Парень кивает и отстает на шаг от Маккалистера Лоуренса. Он смотрит мужчине в спину, задумчиво, немного мечтательно. Как же ему сложно поверить, что среди угольной пыли, стука колес и серости реальности, его, именно его, Питера, нашло чудо. Чудо в лице этого непонятного, но невозможно притягательного мужчины с яркими, живыми голубыми глазами. Питеру сложно в такое верить. Он, в конце концов, обычный мальчишка-угольщик. Но он постарается, правда постарается. – Чего застыл? – оборачивается к нему Мак. – Идем скорее, холодно. – Иду, – кивает Питер и в два шага догоняет мужчину. Дальше они идут уже вместе. конец