— Нехрена себе, массажик

Знаете, какова жизнь актера? И в принципе любого человека, который работает в сфере телевидения? Мы думаем, что все эти люди с телевизора работают больше других. Пока одни уже идут домой, предвещая скорый отдых, ведущие или артисты кино продолжают работать, даже не заикаясь об отдыхе. Нет, конечно, у них бывает отдых, бесспорно, но в основном ребята с телевидения работают до посинения. Ведь их смотрят, любят, ценят, сходят с ума и ждут от них что-то новое и невероятное. И вот представьте, эти люди сутками на ногах, перебегая с одной программы на другую, снимая несколько выпусков наперед, ездят на гастроли и совсем забывают про личную жизнь, пока им не скажут — все, баста, отбой и они не поваляться на кресла гримёрок, переводя дыхание и пытаясь собрать силы в одну кучку, чтобы донести себя хотя бы до такси. Одних из этих людей вы знаете — это ребята из шоу Импровизации. Вы когда-нибудь думали, что они чувствуют, когда садятся на мягкие стулья, после двадцати часов съёмок? Вы можете себе представить то, что эти радостные улыбки на экранах меркнут, как только камера выключается, и они превращаются в один большой сгусток усталости и желании наконец лечь в кровать с любимым человеком или обычной подушкой? Знаете, как у них болят кости и мышцы от долгого движения? Особенно у Арсения, который любит покрасоваться и выделывает нереальные трюки, от которых сердце замирает и в груди холодеет. И не в том дело, что он уже не очень-то молод, а в том, что... Просто-напросто что-то может пойти не так. Человеческое тело — непредсказуемая вещь. Что-то обязательно может пойти не так и мы не в силах это предугадать. Я думаю, вам не стоит напоминать те случаи, когда актеры ранили себя. Таких случаев тьма — и это тоже одна из причин. Если в первой причине человеческое тело может дать сбой: защемить позвоночник, сведёт судорога, резкая боль в боку, то во второй причине — факторы. То есть, актер играет на сцене, например, в той же вращающейся комнате и ему впрядет в голову выкинуть трюк. Опять—таки возвращаемся к Арсу, он любитель показать свою силу, и иногда его трюк выходит из-под контроля. Ну, вот взять хотя бы тот, когда комната вращалась, а он зацепился за какой-то предмет? После, он не удержался и больно стукнулся ногами. Вообще, к чему я тут все это пишу? А к тому, что наши ребята готовы пожертвовать собой, лишь бы нас порадовать (хотя, из-за того, что они себя калечат их хочется сильно так сжать в руках, а потом обнять). Они стараются для нас, отдают всего себя — и выдыхаются, еле доползая до дома. Порой, они даже и до дома не доходят, спят прямо в студии. И знаете, как обидно за этих людей, когда многие зрители на разных голосах голосят, что те, кто связан с телевидением, получают лёгкие деньги и вообще, они зря тратят свое время и билеты слишком дорогие. А вы попробуйте арендовать помещение, декорации, найти операторов и монтажеров, потратить силы и энергию, и после посчитать, во сколько вам обошёлся весь капитал? Вот и молчите. Нет, это я не вам, а тем, кто выступает против. Итак, давайте к истории. В один из таких суматошных дней ребята с трудом попрощались со зрителями, держа в руках последние капли сил, улыбаясь тем, кто осмелился подойти к ним и попросить фото и автограф. Когда же за последним человеком закрылась дверь, ребята облегчённо выдохнули, оседая на свои пуфики. К ним тут же подходит менеджер Оксана, напоминая их расписание на ближайшие дни, после чего желает парням спокойной ночи и уходит, под усталые взгляды ребят. Ее место заменяет продюсер, которого воспринимать уже нет сил и он об этом знает, поэтому просто говорит им переодеться и отправиться по домам. А завтра явиться в точное время и не опаздывать — Шастун! Парни уныло покивали и встав на ноги, отправились в гримерки. Вообще, обычно, они делили одну, ту, что около актерской. Но в этот раз решили разойтись по разным, лишь бы побыть одним. В одной из этих комнат сидел Арс, рассматривая свое отражение, на котором был чистый старик. И нет, я не к тому, что Арс старый, просто он сейчас так выглядит: мешки под глазами, из-за чего щеки кажутся обвисшими, серого оттенка кожа, небрежная щетина, которая постепенно превращается в ураган, складки на лбу и бледные, стеклянные глаза. Чистый старик. И как гримёрам удается скрыть все эти недостатки? Видать, они волшебники. Арс проводит по лицу рукой, ощущая под ладонью лёгкое покалывание и шершавость. Усталость и недосып прямо на глазах, и с этим определенно нужно что-то делать. Для начала: поспать. Но как это возможно? Наверное, в другой жизни. Он уже умыт и переодет, но вот подняться на ноги и отправится домой — совсем не хочется, сил нет. А тут ещё и мышцы вдруг начали ныть и болеть, отчего Арс стал мять плечи, но облегчения это не приносит. Спустя несколько секунд безрезультатного самомассажа, мужчина раздражённо встаёт с места, чтобы уйти из студии, но его мягко возвращают на место чьи-то руки, которые начинают поглаживать по плечам, лопаткам и шее, разогревая кожу своей. Арс смотрит в зеркало, замечая в нем Антона, из-за которого сердце у мужчины затрепыхало так, что ещё немного и выпрыгнет из груди прямо на туалетный столик. Антон в зеркало не смотрит, сосредоточившись на своих действиях и совсем, кажется, не был смущён. Арс не скроет, что давно испытывает чувство к этому высокому парню, который уже не гладит его плечи, а несильно мнет их, массируя круговыми движениями. Как давно он любит? Это трудно сказать. Арс осознал свои чувства в тот момент, когда они оба играли во вращающейся комнате, где один из них должен был помочь другому сделать предложение девушке. Тогда его будто обухом по голове стукнуло, когда он понял, почему ему так легко и хорошо с этим парнем, и почему он все время хочет быть с ним рядом. А может это тот злополучный мишка ему в ушко шепнул? Не знаю, но с того момента, Арс по уши утонул в Антоне, не замечая ничего вокруг. Его радовало любое внимание этого человека и он даже от этого был счастлив, что уж говорить о мелочах? А ещё ему нравилось наблюдать за ним, особенно в те моменты, когда парень был счастлив и смеялся так открыто, что Арсу самому хотелось улыбаться и сделать так, чтобы парень продолжал так светиться. Грустил вместе с ним и радовался тоже. Что же делает с нами эта любовь? Тем временем Антон так замял плечи, что они стали красными. Руки требовательно теребят рубашку, немо прося снять её и Арс слушается, расстегивая ее и стягивая с себя, чувствуя, как краснеют уши. Хотя, чего тут смущаться? Они же двое мужчины. Теплые руки на секунду исчезают с плеч, а после слышится тихий голос: — Ложись на диван. От низкого баритона пробирает дрожь от самой макушки до пят, и где-то в животе разгорается пожар. Арс послушно встаёт и ничего не спрашивая, ложится на диван, ожидая, что Антон собирается делать дальше. Теплые руки ложатся на спину и начинают медленно поглаживать, разогревая кожу. Лёгкие мурашки бегут по телу, разливая приятное тепло, отчего Арс жмурится и расслабляется, разрешая парню делать все, что тому вздумается. Антон молчал и Арс тоже не решался нарушить тишину, предаваясь приятным ощущениям. Через несколько минут трение рук по коже прекратились на пару секунд, будто Антон что-то обдумывал, а после Арс почувствовал движение и на его ноги уселась тощая задница, практически впритык к пятой точке. — Мне так будет удобнее, не против? — Раздается над самым ухом и снова табун мурашек пробегают по коже. Арс в ответ кивает не находя сил произнести хоть одно словно. Руки снова начинают гладить спину, постепенно переходя на круговые движения и слегка надавливают на кожу. Арс млеет под каждым движением ловких пальцев, ощущая такое блаженство, что хочется мурчать. Он утыкается лбом в сложенные руки и немного двигается в сторону, чтобы Антону было удобнее стоять на коленях. Шаст замирает на секунду, когда обтянутая джинсами задница случайно мажет по паху и мотнув головой — продолжает массировать спину. Начинает с поясницы, которая напряжена так, словно натянутая струна. Антон мнет ее, собирая пальцами кожу и разглаживая, вдавливая и растягивая, постепенно двигаясь вверх к плечам. Им он удиляет внимание больше. Из-за того, что парню пришлось наклониться вперёд, пах его упёрся в чужую задницу, создавая микроскопическое трение. Этого хватило достаточно, чтобы Арса бросило в жар. Руки уже кажутся раскаленным железом, но под ними все так же невыносимо хорошо и приятно, а жар в животе разгорается с новой силой. Тем временем руки мягко переходят на лопатки и снова чужой пах упирается в задницу. Арс с другом переводит дыхание и кусает губу, надеясь, что Антон не заметит его красных ушей. — Не болят больше? — Голос звучит нежно и с огромной заботой. — Нет... Спасибо, — шепчет Арс, невольно подняв зад и чуть не скулит, когда упирается в пах парня. — Хорошо... — Горячий выдох обжигает ухо, заставляя Арса трепетать. Жар в животе усилился и осел где-то в паху возбуждением. Руки перестают мучить кожу спины, которая стала пунцовой и нежно галдят, успокаивая ее после массажа. Движения Арсу кажутся интимными, отчего он возбуждается ещё больше и от этого становится только краснее. Он даже не замечает того, что сильнее прижался к чужому паху, словно призывая к действию и Антон одной рукой скользит к плоскому животу, лаская крепкий пресс. Арс вздрагивает, когда чувствует на плече лёгкий поцелуй и замирает, ощущая щекочущее чувство во всем теле. Продолжая ласкать пресс мужчины, Антон цепочкой выцеловывает линию от плеча к шее и прижимается к чужой спине. Арс уже не в силах держать себя, вжимается в парня, будто желает стать с ним одним целым. Все та же теплая рука медленно растегивает пуговицу на джинсах и медленно залезает под резинку боксеров, мягко касаясь возбужденной плоти. Арса прошибает ток от касания и он начинает невольно дрожать в предвкушении. — Арс... Голос низкий, властный и полный желания. Арса бросает в кровь от такого голоса и его это только сильнее возбуждает. Антон медленно ласкает чужой член, прижимаясь пахом в задницу мужчины, другой рукой скользнув к его шее. Мягко повернув голову Арса в сторону, Антон целует линию подбородка, медленно переходя к губам и резко сжав плоть в своей руке, ловит прерывистым выдох поцелуем. Арсу сносит башню и он полностью отдается Антону, подмахивая ему в так движения руки на его члене. Антон с каждой секундой ускоряет темп, тяжело дыша над его ухом, одновременно тычась пахом в зад мужчины. Арс в руках Антона тихо постанывает, выгибаясь в спине, прося большего и в следующий миг обнаруживает себя и Антона полностью голыми. Антон аккуратно, с нежностью гладит по ягодицам Арса, возбуждая его ещё сильнее. Арс нетерпеливо подаётся назад и хнычет, когда получает лёгкий хлопок по правой ягодице. Антон начинает растягивать мужчину медленно, осторожно, почти дразня его и наслаждаясь тихими вздохами и всхлипами. Как только Арс был растянут достаточно, Антон вошёл в него медленно, отчего тот тихо взвизгнул и подался назад, желая полностью ощутить парня в себе. Антон мягко придержал его за бедра и начал двигаться медленно, пытаясь найти нужную точку. По спине снова пробежались теплые ладони и замерли на груди, вместе с поцелуем на шее. — Арс... Я... — Давай... Пожалуйста. Антон будто бы до этого держался из последних сил, чтобы не сорваться и когда он получил разрешение — вдруг вошёл во всю длину, выбив стон из груди мужчины, что только раззадорило его. Антон входил и выходил из идеальной задницы так быстро, что Арс почти не успевал переводить дыхание и ему только и оставалось упираться лбом к руке, издавая стоны от каждого толчка. Чем громче Арс стонал, тем быстрее Антон ускорялся, наслаждаясь тем, что мужчина испытывает удовольствие. В какой-то момент он обхватил ствол Арса, который болезненно тёрся об обивку дивана и стал надрачивать в темпе, от чего мужчина почти задохнулся от переполняющих его чувств и ощущений. Кажется, что он сейчас разорвется от спектра удовольствия. Обе плоти начинают пульсировать и в следующую секунду оба кончают. Один в руку парня, второй глубоко в заднице. Обмягнув, оба валятся на диван, Антон успевает убрать испачканную руку, вытерев ее об футболку, при этом не слезая с Арса. Оба тяжело дышат, но при этом улыбаются. Осознание приходит медленно, отчего они краснеют, но друг от друга не отходят. — Прости! Говорят они одновременно и спустя секунду смеются, нежась в объятиях друг друга. Арс с трудом изворачивается в руках парня, встречаясь с ним взглядом и смущённо краснеет, замечая такой же румянец на его щеках. Они смотрят друг на друга несколько долгих секунд, прежде чем прильнуть к губам в жарком поцелуе. Арс обхватывает рукой голову парня, зарываясь в темные волосы, второй обнимая за плечи, притягивая его ближе. Антон сам зарывается в темные волосы, двигая торсом, вновь потираясь пахом об бедра мужчины, ловя его выдохи. Арс выгибается в спине, соглашаясь на второй круг и тихо стонет, чувствуя, как вмиг возбудившийся ствол нетерпеливо тычиться в его дырочку. Антон снова входит медленно, на этот раз заглядывая в голубые глаза, встречая в них желание. Арс стонет, когда Антон снова задевает чувствительную точку и тот ловит ласкающий слух звук губами, убыстряя темп. Оторвавшись от губ, Антон мокрыми поцелуями спускается к шее и кусает кожу в порыве страсти при резком толчке, отчего Арс уже не просто стонет, а почти кричит. — Тише, родной, тише... Шепчет Антон, целуя беззащитную, соблазнительную шею, переходя к уху, дыша прямо в него. Он снова резко входит, шипя от желания как следует оттрахать. Арс выгибается сильнее, обхватывая талию парня ногами и подмахивая ему навстречу. Антон не выдерживает и резко насаживает мужчину до самых яиц, ловя особо громкий стон губами и страстно целует его, да так, что рот у того немеет.

***

Антон, как и Арс сам не знает, с какого момента влюбился в мужчину, да ещё и в своего коллегу. Он стал замечать, что все чаще останавливает свой взгляд на Арсе и все больше залипает на него, забывая обо всем на свете. Антон старался делать вид, что не понимает своих чувств, но чем дальше он осознавал, чем больше они становились. Антону хотелось быть рядом с Арсом, трогать его и быть рядом. Он даже и мечтать об этом не мог, потому что знал, что такие отношения нереальны. Он знал, что Арс чувствует к нему взаимные чувства, но признаваться все равно боялся... Ровно до этого дня, когда он вошёл в гримёрку, чтобы забрать забытую им зарядку и увидел как Арс пытался облегчить себе боль. Ему сразу же пришла в голову идея сделать мужчине массаж и задуманное он сразу же привел к действию. Пока он делал массаж, то с трудом держал себя в руках, но после не смог. Арс будто специально дразнил его. И вот сейчас после второго круга оба лежат уже на полу, не в силах подняться. Им не нужно друг другу говорить слова признания, ибо все уже сказано их телом. Антон крепко обнимает тело мужчины, массируя пальцами кожу головы. Арс жмется к его груди, слушая стук сердца парня и улыбаясь посмеивается тихонько. — Ты чего там? — Нежно спрашивает Антон и Арс поднимает голову, встречаясь с зелёными глазами, которые были полны любви. — Нихрена себе, массажик был, — фыркает он, забавно морща нос. Антон ярко улыбается в ответ, разглядывая любимое лицо и после немного подтягивает мужчину вверх, целуя кончик носа. — Это мой фирменный и только для тебя, родной, — произнес он, накрывая припухшие губы своими.