Возвращение домой

      Рампо непринуждённо зевает, и его взгляд плавно падает на календарь. Пятнадцатое сентября. Эдогава лениво потянулся и встал из-за рабочего стола. — Сегодня поедешь?       Рампо ловит на себе взгляд Йосано и негромко усмехается: — Нужно сказать директору, что я отправлюсь вечером, — он кивнул и поправил съехавшую набок шляпу. Акико слегка подняла брови. — Обычно ты всегда ездил исключительно с ним, — пробормотала девушка. — Что-то случилось? — на что Рампо лишь снисходительно пожал плечами. — Да ничего, — протянул Эдогава. — В этот раз я попрошу кое-кого другого, — он кинул взгляд в дальнюю часть офиса, где за одним из компьютеров развалился Дазай, прижавшись щекой к клавиатуре. — Не спи за клавиатурой, дурень! Ты вообще знаешь, сколько это стоит?! — взвился сидевший за соседним ноутбуком Куникида и бесцеремонно пнул дремлющего напарника под столом. — Понятно, — Йосано улыбнулась. — Тогда хорошей вам дороги. — Вот бли-ин, — раздосадованно простонал Дазай, раскачаиваясь на стуле. — Такими темпами я точно умру от скуки! — А разве вы не этого хотите? — пробормотал Ацуши, на что его наставник со страдальческим оханьем всплеснул руками. — Не понимаешь, Ацуши-кун! — он тягостно вздохнул, будто на плечах, как минимум, все проблемы человечества. — Смерть должна быть быстрой и даже в меру веселой! — Весёлой? — неуверенно переспросил Накаджима. — Даже не пытайся вдуматься в то, что говорит Дазай, — фыркнул Куникида. — Лучше бы занялся делом, — он несильно поддел Осаму подзатыльником, однако последний взвыл так, будто это был удар тяжёлой арматурой. — Как бессердечно, Куникида-кун! — К твоему счастью, Куникида, я уже нашёл работу для него на ближайшие дни, — Эдогава подходит к чужому столу, на что получает в ответ тонкую улыбку. — Чем могу быть обязан нашему великому детективу? — Дазай задирает голову, чтобы лучше рассмотреть своего коллегу. Его волосы забавно свесились назад, и Рампо хмыкнул. — Отправишься со мной в Юбари. Сегодня.       Осаму чертыхнулся на стуле, едва не упав с него. Он медленно моргнул, обрабатывая услышанное. — Что?       Дазай был один из не многих, кто знал причину отправки детектива в свой родной город. Пятнадцатого сентября двенадцать лет назад родители Эдогавы погибли в чудовищной автокатастрофе.       Рампо всегда отправляется туда только с Фукудзавой, потому что так будет гораздо лучше для него самого. Не для защиты и даже не для ориентирования в городе. Эдогаве было очень важно, кто конкретно находится с ним. — У тебя слишком уж чуткий слух, поэтому повторять не буду, — Рампо разворачивается спиной и направляется обратно к своему месту. — Вечером буду ждать тебя возле офиса агентства.

***

      Дазай прильнул к облезлой от сырости стенке в коридоре общежития, согревая заледеневшие на холоде ладони. Осень только началась, а ночью уже невозможно нормально спать без тёплого одеяла или кадомацу.       За плечом совсем небольшая сумка, которую по большей части Дазай взял лишь для вида того, что у него с собой какие-то вещи, быстро засунув предметы первой необходимости, сменное бельё и сигареты с зажигалкой.       Он закуривает, не обращая внимание ни на табличку о просьбе не курить, — Куникида лично её прибил гвоздями, пообещав, что следующим будет Дазай, — ни на скрипнувшую дверь. — Ну и чего топчешься здесь, — на пороге показалась тёмная макушка детектива, который слегка поморщился от едкого запаха табака. — Свою мерзость можешь и на улице курить. — Прошу прощения, — виновато улыбнулся Дазай, перехватив из рук Эдогавы небольшую сумку с вещами. Не то что он был не в состоянии, но противиться не стал, сунув руки в карманы. — Мы как раз успеваем на рейс в шесть часов, — бодро продолжил Осаму. — Готовы к поездке, Рампо-сан? — Угу, — Рампо сильнее укутался в красный вязаный шарф, когда в лицо ударил неприятный ветер. — Нам долго идти до вокзала? — Совсем немного, — кивнул Дазай. — Минут двадцать, если быть точным. — Тогда пошли быстрее, а не то я умру от холода, — пробурчал детектив, зашаркав ботинками по опавшей листве.       Вплоть до места назначения они бурно обсуждали последний месяц, порой подшучивая над неудачными налётами мафии на их офис. Дазай охотно слушал и кивал, когда Рампо жаловался на скудность дел и нахваливал свои великолепные дедуктивные навыки и внимательность, которые носили название «Ультрадедукциия». Осаму и не смел возразить. Только изредка мягко оттягивал разглагольствовавшего на всю улицу Рампо за пончо, когда тот путал направление.       У Эдогавы была странная привычка крепко цепляться за пальто Дазая, когда они находились в местах с большим скоплением людей. Рампо часто жаловался на шум электричек, который так сильно раздражал его. — Да уж, — оценивающе протянул Осаму. — Народу и впрямь сегодня много. Наверняка все едут в Токио, — он обернулся на детектива. — Вы там не потерялись? — Если я здесь, то вряд ли, — спокойно ответил Эдогава и тут же что-то озлобленно зашипел, когда его чуть не сбила с ног толпа прохожих, уводя за собой вглубь. Однако Дазай успел схватить чужую руку, мягко притянув ближе к себе. — Но лучше всё равно держитесь крепче, — усмехнулся Осаму, когда Рампо вцепился в его ладонь. — Не волнуйтесь, уже в вагоне людей будет гораздо меньше. — Надеюсь, — фыркнул Эдогава, со всем своим недовольным видом следуя до кассы.       Мило улыбаясь, Дазай о чём-то беседовал с молодой девушкой возле кассового аппарата, заговаривая ей зубы о скидке сердечно больным. Честно, Рампо и не вслушивался. Его голова сейчас была слишком тяжёлая и уставшая от предстоящей поездки. — Всё в порядке, Рампо-сан?       Эдогава не успевает среагировать, как оказывается уже в вагоне на потрёпанном, но довольно мягком сиденье. По правое его плечо сидит Дазай, в забавном жесте наклонив голову набок.       Рампо по-прежнему не отпускал чужую руку, но Осаму был вовсе не против. Он лишь глупо посмеялся, стараясь скрыть слегка порозовевшие щёки. — Вы странно притихли, как только мы сели в поезд, — негромко пояснил Дазай, готовый к тому, что детектив расцепит их руки, ведь в этом уже нет необходимости. Однако Эдогава всё так же держал ладонь Осаму, глядя куда-то в окно. — В конце концов, это мой родной город, где я вырос, — пробормотал Рампо и вдруг усмехнулся. — Прошёл целый год с последнего визита. — Думаю, всё будет хорошо, — с мягким гудением Дазай переплетает их пальцы. Кажется, на секунду рука детектива дёрнулась, но он быстро возвращает самообладание, придвинувшись поближе к Осаму.       Это почти смешно, что бывший мафиози с чёрным сердцем и детектив с избалованным характером могут проявлять такую нежность и заботу по отношению к чувствам другого человека — особенно, когда ни один из них не известен своей тактичностью. — Да.       Они ехали молча, лениво наблюдая за мелькавшими в окне чёрными полями и лесами. В вагоне приглушённо горел свет. Осаму ещё какое-то время смотрит на выглядывающий из-за туч худой полумесяц, пока не поворачивает голову к своему спутнику, который уже успел задремать на его плече.       Дазай думал.       Думал, почему выбор Рампо пал именно на него, хотя возможно для других это было очевидно.       Однако Осаму хотел узнать о детективе чуточку больше за эту поездку, ибо последнему было известно о нём абсолютно всё.       Рампо знал с самого начала.       Дазаю до сих пор интересно, почему же тогда, на вступительном экзамене в вооружённое детективное агентство, Эдогава умолчал о его прошлом месте работы, лишь выбросив небольшую шутку, которую смог понять только Осаму.       Дазай смотрит на переплетение их пальцев и, сам не зная почему, улыбается. — Рампо-сан.       Спустя несколько часов Осаму осторожно затормошил спящего Эдогаву за плечо. Тот сонно поморщился, вяло приоткрыв глаза. — Через несколько минут мы будем на месте, — доложил Дазай и мягким движением чуть поправил растрёпанные волосы детектива. — Что-то в этот раз поезд приехал слишком быстро, — Рампо лениво потянулся и поднялся со своего насиженного места, потянувшись за своей сумкой.       Уже стоя на перроне, в лицо ударяет прохладный, но даже немного приятный ветерок. Эдогава вглядывался в знакомую местность небольшого городка, чувствуя какую-то странную лёгкость во всём теле. — А ничего и не поменялось, — будто самому себе пробормотал Рампо. — И куда нам дальше идти? — поинтересовался Осаму, оглядываясь среди пустынного вокзала и пары рабочих фонарей. — Нам сейчас нужно выйти на главную улицу, а затем… — Эдогава вертит головой, пока не замолчал на полуслове. — Я помню это место! — детектив вдруг оживился, переключив своё внимание совсем в другую сторону. — Точно же! — он рысцой подбегает к небольшой тропинке, ведущей куда-то тенистые деревья. — Мы с родителями часто проходили через пастбище, где работал старый знакомый отца, который занимался лошадьми.       Приятная ностальгия позволила снова ощутить запах цветущего вереска, а в ушах раздалось знакомое фырканье пасущихся лошадей. — Впрочем, там всё равно идти дольше, — Рампо снова стушевался, еле заметно сдвинув брови на переносице. — Да и заросло уже, наверное. — Времени у нас полно, — улыбнулся подошедший к детективу Дазай. — К тому же, я бы не отказался от прогулки по вашему любимому месту! — восторженно воскликнул он. — Да и ходить короткими путями скучно, не находите? — глаза Рампо по-детски радостно заблестели, и он нетерпеливо улыбнулся. — Тогда пошли.       Рампо абсолютно всегда нужен был кто-то, кто сможет его провести до места преступления или даже до магазина со сладостями на соседней улице. Однако сейчас, находясь в Юбари, Эдогава преспокойно ориентировался на каждом дереве, уверенно шагая по опавшим листьям. — Вы так хорошо знаете всё здесь, — как-то удивлённо пробормотал Дазай, а потом вдруг усмехнулся: — Похоже, что теперь вы являетесь моим сопровождающим, Рампо-сан. — Моя мать учила запоминать дорогу с помощью ассоциаций, — пояснил детектив. — В семье она у нас считались самой умной, хотя на деле была обычной домохозяйкой. — Ассоциаций? — вопросительно приподнял одну бровь Осаму. — Видишь вон то огромное дерево, у которого ветки на щупальца похожи? — Дазай чуть пришурился в темноте и кивнул. — Отец в шутку рассказывал, что в полнолуние на него слетаются все летучие мыши, потому оно и без листьев всегда. Значит, теперь нам налево. — Интересно, — Дазай чуть призадумался от такой необычной ассоциации, и его губы сами расползлись в лёгкой улыбке. — А вот здесь мы с матерью строили крепость зимой, — Рампо указал кивком на небольшую лощинку, покрытую мхом, и загнул ещё один палец. — Теперь прямо. — Вы зачем-то загибаете пальцы, как будто считаете, — вдруг с любопытством протянул Дазай. — Это тоже какая-то наводка для вас? — По пути домой всего пять таких ассоциаций, — с важным видом начал объяснять Эдогава. — Мы прошли две, — он ухмыльнулся. — Следовательно, идти осталось не больше десяти минут!       Осаму остановился. И впрямь невероятный. — Ты чего это смеёшься? — недовольно прищурился детектив, обернувшись через плечо. Дазай и не скрывал тонкой улыбки. — Теперь у вас появятся новые ассоциации, — просто ответил Осаму с весьма загадочным выражением лица.       Как и сказал Эдогава, через десять минут они уже достигли своего места назначения. Дазай снова с интересом вглядывается в небольшие деревянные дома, прикидывая, какой из них является домом детектива. — Надо сначала зайти к соседке за ключами, — бросил Рампо и со скрипом приоткрыл старую калитку.        Он довольно громко постучал пару раз, и дверь почти сразу же открыла пожилая женщина лет шестидесяти. Она сначала протёрла свои толстые линзы на очках, а затем более детально присмотрелась к гостям. — Бог ты мой! — ахнула она. — Рампо-кун, ты, что ли? — Извините за поздний визит, Маки-сан, — вежливо улыбнулся детектив. — Я за ключами. — Конечно, конечно! — суетливо заохала Маки. — Сейчас, сейчас!       Она протягивает звенящую связку ключей и внимательно разглядывает Рампо, мягко потянув его за одну щеку. — Что-то ты совсем исхудал в своей Йокогаме, — пробормотала старуха. — Небось опять ешь всякую дрянь вместо овощей. — А вот и нет, — пробубнил Эдогава. Дазай же прыснул в кулак. — Да я ж тебя помню ещё с пелёнок, — заехидничала Маки. — Всегда лишь бы что-то сладкое подавай тебе, а овощами плевался. Надо было ещё тогда Фукудзаве-доно пожаловаться на твоё питание! — Он не помешает мне, — фыркнул Рампо. — Вижу, ты с другой компанией на этой раз, — старуха взглянула на Дазая. — Какой симпатичный молодой человек. — Дазай Осаму, — он учтиво поклонился пожилой даме, и та лишь хохотнула: — Да брось тебе эти замашки! — Маки снова взглянула на Эдогаву. — А то пора бы уже кем-то и обзавестись на двадцать седьмом году. — Чт… — только и выдавил из себя Эдогава, растерянно захлопав глазами. — Кавалер твой, да? — тут же приметила старуха. — Выглядит сносно. Хоть под венец с ним идти! — детектив немного смутился, ссутулив плечи. — Я лучше завтра зайду, — буркнул он и со связкой ключей быстрым шагом удалился. — Ты это, смотри за ним, — напутствует Маки, посмотрев на Дазая. — А то как бы то же, что и с предкам не случилось с ним, — она печально охнула. — лицо матери, а твердолобство отцовское… — Доброй ночи, Маки-сан, — улыбнулся на последок Осаму и выбежал вдогонку за Эдогавой. — Рампо-сан!       Рампо фыркнул, обиженно надув губы. Он сунул руки в карманы, яростно пнув кучу сухих листьев. — Ну и долго ты там уши грел? — с явными нотками раздражения процедил Эдогава, на что Дазай лишь невинно пожал плечами. — Ваша соседка очень милая женщина. — Вот к ней и иди тогда, — едко усмехнулся Рампо. — Да будет вам, Рампо-сан, — Осаму примирительно поднял руки и негромко засмеялся. — Но вам и впрямь не помешало бы есть побольше существенной пищи. — Боже, заткнись, — уже беззлобно проворчал детектив, пряча за своим шарфом полуулыбку. — Сам-то не лучше! Эй! — воскликнул он, когда чужие руки крепко обхватили со спины. — Дазай!       Рампо недовольно извивается в довольно крепкой хватке, пытаясь пинать нападавшего по ногам, на что получал в ответ лёгкие смешки. Эдогава наконец поворачивается к коллеге лицом, угрюмо хмыкнув: — Дурак. — Разве есть что-то плохого в дурачестве? — улыбается Дазай, прижав детектива ещё ближе, пока тот не уткнулся задранным подбородком в чужую грудь. — Да и ночь сегодня прекрасная, — хитрый взгляд Осаму опустился на обветренные губы Эдогавы. — Но вы, конечно же, ещё прекрасней. — Не подлизывайся, — фыркнул Рампо, ловко увернувшись от чужих губ. — Вы меня ранили в самое сердце, — уныло протянул Дазай, но тонкая улыбка всё-таки выдавала его притворство. — Всего лишь один поцелуй. — Мне холодно, — пробурчал Эдогава, вывернувшись из чужих рук. — Пошли быстрее в дом. — Эта ваша черта меня умиляет, — Осаму стянул с тёмной макушки детектива его шляпу, надев себе на голову. Рампо что-то проворчал, однако попытки отобрать свою вещь не предпринял. Он возится с ключами, пытаясь открыть старую деревянную дверь. — Этот дурацкий замок всегда с трудом поворачивается! — Эдогава раздражённо пыхтит, пытаясь повернуть ключ. — И как Маки-сан вообще открывает эту дверь?! — Давайте помогу, — Дазай протиснулся вперёд и, мягко положив свою руку на чужую, слегка толкнул дверь от себя и ловким движением прокрутил ключ на два оборота. — После вас, — он галантно пропустил Эдогаву дальше в дом, следом заходя за ним. — Вообще-то, — протянул Рампо, — я и сам бы справился,       На ощупь Эдогава находит выключатель, и мягкий свет позволяет более детально рассмотреть довольно просторный одноэтажный дом. Дазай проходит дальше, видимо, в сторону гостиной, параллельно снимая пальто. Он даже удивился идеальной чистоте — ни пылинки. — Даже после того, как дом стал заброшен, Маки-сан продолжала ухаживать за ним, — пробормотал Эдогава. — Она была уверена, что я сюда вернусь и не раз. — Я в очередной раз поражаюсь этой пожилой дамой, — усмехнувшись, отозвался с другого конца комнаты Дазай, взгляд которого устремился на целый зелёный уголок из множества видов растений: папоротники, фикусы, кактусы — всё ярко цвело и зеленело. — Это матери, — за спиной Осаму услышал негромкий голос детектива. — Отцу сильно досталось, когда он уронил один из них. — Весело у вас было, — разглядывая портреты на стенах, улыбнулся Дазай. — Было, — тихо повторил Рампо, проводя пятёрней по лакированной столешнице, в которой его отец хранил все распутанные преступления и почётные грамоты от руководства. — Ого! А это вы, Рампо-сан?       Эдогаву из мыслей вывел звонкий вскрик Осаму. Он держал в руках небольшую фотографию в рамке, где был изображён семейный портрет.       Мальчик, рот которого был перемазан чем-то сладким, держал на вилке большой кусок торта. Рядом стояли родители: красивая молодая девушка с аккуратно собранными в пучок тёмными волосами. Её ярко-зелёные глаза хитро прищуренные, как и у самого мальчика. По правое плечо от сына стоял русоволосый мужчина. Он улыбался, приобняв ребёнка за плечи. — Это был мой восьмой день рождения, — просто ответил Рампо, не видя в этом ничего особенного. — Восемь лет?! — Дазай округлил глаза. — Такой мелкий, — заулыбался он. — Вы просто копия своей матери, — Эдогава прищурился. — Теперь понятно, в кого вы такой обаятельный, Рампо-сан! — Но характером я весь в отца, — чуть смутившись, фыркнул Рампо. — Видно, у вас он был очень бойкий, — хмыкнул Дазай. — Настолько, что вся полиция в городе его боялась, — и оба засмеялись. — Я так понимаю, про еду у тебя спрашивать бесполезно, — в ответ Осаму усмехнулся и развёл руками. — Я взял с собой лапшу быстрого приготовления и несколько онигири с лососем и твоим жареным крабом. — Как приятно, что Рампо-сан так заботится обо мне, — пролепетал Дазай, заключив ворчащего Рампо в крепкие объятия. — Отцепись уже и иди разбирать продукты, — пробормотал Эдогава. — Слушаюсь и повинуюсь! — весело ответил Осаму и мягко клюнул детектива в уголок губ. — Вот прилип же ко мне, — буркнул Эдогава, однако порозовевшие щёки выдали его смущение. Самую малость.       Что-то напевая себе под нос, довольный собой Дазай удалился в сторону кухни, шурша сумками. Рампо ещё некоторое время стоял на месте, в неловком жесте потерев поцелованное место. Он ещё только привыкает к таким приливам нежности от Осаму. Ощущения весьма странные, но детективу определённо нравится.       Его ноги сами привели в спальню родителей. Всё в ней осталось точно таким же, как Рампо и запомнил. Широкая кровать в плюшевыми белыми пледами, выполненные в таких же светлых тонах сервант, шкаф и туалетный столик, на котором всё ещё аккуратно стояли тюбики разных кремов и масок. Это выглядит так, словно его мать должна вот-вот вернуться и заниматься вечерним уходом лица.       На прикроватной тумбочке лежала отцовская недочитанная газета, где говорится о его заслугах детектива. Но он так и не прочитал её, ведь после несчастного случая никто из супругов не вернулся домой.       Машинально Эдогава открывает ящики, будто хочет в них что-то найти. Только вот он не знает что. Рампо вытаскивает небольшую коробку и присаживается на кровать для удобства. И только детектив открыл её, его глаза неожиданно широко распахнулись.       Вместе с плёночными фотографиями в коробке находилась небольшая плюшевая игрушка. Это был небольшой чёрный кот с охотничьей кепкой и в одеянии стереотипного детектива. Только левая лапа у игрушки была оторвана, а один глаз-пуговица небрежно болтался на последних нитках. — Из меня, конечно, повар так себе, но есть вполне можно! Что вы думаете по поводу…       Дазай было заходит в комнату, как тут же умолкает, заметив тяжёлый взгляд Эдогавы, прикованный к порванной мягкой игрушке. — Рампо-сан? — Я давно искал его, но даже не думал, что найду здесь, — наконец медленно проговорил Рампо. — Кого? — осторожно спросил Осаму, разглядывая плюшевого кота в руках детектива. — Эту игрушку когда-то привёз отец из командировки, — он ненадолго замолчал, проворачивая мысль несколько раз в голове. — Я его называл Мистер Сажа. Я часто спал с ним, потому что тогда мне ничего не снилось, — Дазай подошёл чуть ближе, внимательно слушая Эдогаву, — не люблю сны, — детектив сморщился. — Они никогда не были хорошими. — Что-то Мистер Сажа выглядит немного потрёпанным, — негромко усмехнулся Осаму. Но в его голосе не было и намёка на смех. Его бесцветная улыбка застыла, когда он увидел столь серьёзное выражение лица детектива. Приоткрытые глаза смотрели на игрушку с непонятной грустью. — Я отдал его матери, чтобы она его подшила, но видимо забыла, — пробормотал Рампо. — А потом случилась авария.       Нет, детектив не плакал, но его голос был переполнен глубокой печалью. Дазай поджал губы, не зная, что и сказать. — Может, вы заберёте его в Йокогаму? — вдруг спросил Осаму. — Нет, — хоть голос Рампо и прозвучал довольно резко, он аккуратно положил Мистера Сажу обратно в коробку и закрыл её. — Пусть это останется в прошлом. — Но он же вам дорог, — с явной осторожностью возразил Дазай. — В любом случае, ты там что-то говорил про еду, — Эдогава быстро ставит коробку на место и поворачивается к Осаму с привычным прищуром. — А то я ужасно голоден. — Конечно, Рампо-сан, — улыбнувшись, кивнул Дазай, вдруг добавив: — Только можно вас кое о чём попросить? — О чём?       Осаму сделал ещё один шаг навстречу детективу и осторожно обнял его, мягко прижав к себе. Рампо замолчал, и его руки безвольно повисли. Дазай уложил подбородок на чужую макушку и тихо вздохнул. — Можно мы так немного постоим?       Осаму прекрасно знает, что Эдогава не потерпит чьей-то жалости, даже если очень нуждался в ней — не примет. Дазай же не предлагал помощь. Напрямую, по крайней мере. Под видом собственной прихоти он стискиввет детектива в молчаливых, но тёплых объятиях, чтобы пожалеть.       Рампо знает. И потому благодарен.       Эдогава уткнулся лбом в плечо Дазая и прижался ближе, принимая тепло чужого тела. Руки совсем немного дрожат, но Рампо их прячет в ткани своего пончо.       Стояли они так не очень долго. Но этого времени вполне хватило, чтобы Эдогава с каким-то облегчением негромко выдохнул. — Предлагаю пройти за стол, — мягко оглаживая рукой плечи детектива, первый нарушил тишину Дазай. — Вы, должно быть, устали, — Рампо молча кивнул и с явной неохотой отлип от удобного плеча своего коллеги.       Весь оставшийся вечер Эдогава был слишком тихим и задумчивым. На любые вопросы он что-то рассеянно отвечал, а затем продолжал пребывать в своих мыслях. Дазай и не думал мешать. Он прекрасно понимал. — Вы хотите побыть один?       Осаму прислонился к дверному косяку, глядя, как Рампо завернулся в мягкий плед на кровати родителей. Он был повернут спиной, сверлив взглядом узоры на обоях. — Я буду спать на диване в гостиной, — сказал Дазай. — Если что-то будет нужно, то зовите. — Останься       Осаму медленно моргнул, когда детектив поднялся и как-то вяло улыбнулся. — Где-то здесь должны быть вещи отца, которые подойдут тебе, — порывшись в шкафу, Рампо кидает в своего спутника парой пижамных штанов и длинную клетчатую рубашку. Сам же детектив лениво раздевается, натягивая на себя выцветшую от стирки тёмную футболку и широкие шорты до колен. — Вы уверены, что стоит? — Дазай, кажется, мнётся, покосившись на большую кровать. — Мне не составит труда поспать в другой комнате. — Перестань, — фыркнул Эдогава, расстилая постель. — И вообще, я же не просто так взял тебя с собой, — щёки совсем немного покраснели. — Поэтому я хочу, чтобы ты спал здесь. Со мной.       Осаму снисходительно улыбнулся. — Как вам удобно.       В комнате приглушённо горел свет от небольшого ночника. Дазай довольно быстро привык к тому, что лампу он будет выключать только под утро, потому что Рампо не мог спать в полной темноте. Тот никогда не объяснялся по этому поводу. Лишь что-то ворчал себе под нос. — Ты спишь?       Негромкий вопрос детектива разорвал тишину. Он так и был повёрнут спиной к Осаму. — Я долго засыпаю в незнакомых местах, — с негромким смешком пояснил Дазай. Он задумчиво вглядывался в потолок, лёжа на спине и умостив руки за голову. — А вы почему не спите, Рампо-сан? — Не спится, — фыркнул Эдогава. — Странно для вас. — Замолчи.       Осаму хмыкнул и совсем ненадолго прикрыл глаза, чтобы потом вытащить одну руку и, не поворачиваясь, пробежался пальцами по спине Рампо. Тот в лёгком раздражении приоткрыл глаза. — Что? — Просто, — невинно улыбнулся Дазай, безо всяких усилий поворачивая детектива к себе лицом — он даже не сопротивлялся. — Ночью спать одному довольно холодно, знаете ли. — Да что ты говоришь, — подразнил Рампо и позволил придвинуть себя ещё ближе. Его ладони рефлекторно упёрлись в чужую грудь. — А вы очень тёплый, — как бы в знак подтверждения Осаму переплёл их ноги. Эдогава не привык к такому тесному контакту с кем-либо. Однако сейчас лицо Дазая было в досягаемости дециметра. — Что-то не так? — Дазай заметил странное смятение на лице детектива. — Не знаю, — спустя некоторое время молчания ответил Рампо. — Это всё слишком странно. — Но вам нравится. — Но мне нравится. — Можно я вас поцелую? — прямо спросил Осаму. Кажется, Эдогава на несколько секунд залип и медленно моргнул. — Я плохо целуюсь, — наконец пробормотал он. — Очень даже приятно я бы сказал, — усмехнулся Дазай, когда их носы мягко столкнулись. Он мог почувствовать прерывистое дыхание Рампо на своих губах. — Разве что это не будет долго, — буркнул Эдогава. Он хочет добавить что-то, но умолкает, когда его нежно целуют.       Это и впрямь не было так мучительно долго. Может, десять или даже двадцать секунд. Рампо сразу же сбился после пяти, когда холодные пальцы крепко схватили его за талию. Детектив всегда теряется в такие моменты, испытывая смешанные чувства.       Руки Дазая никогда не заходили за пределы дозволенного. Осаму знал, что Эдогава доверял ему, поэтому совершенно не хотелось подорвать столь хрупкое доверие детектива, который никогда не подпускал к себе кого-то так близко.       Осаму всегда целовал с какой-то дурацкой и совершено не свойственной ему нежностью. Его губы были все в шрамах и обкусанные, что совершенно не волновало Рампо, который медленно расслаблялся под чувственным поцелуем. Он был полностью уверен в действиях Дазая, поэтому позволял ему вести.       Словно смакуя друг друга, они с самозабвением то и дело соприкасались губами — не углубляясь, еле-еле дотрагиваясь в практически целомудренных жестах. — Я правда рад, что вы меня взяли с собой, — Дазай так же осторожно отстранился, заглядывая в приоткрытые глаза Эдогавы. Тот молча смотрит в ответ. — Почему? — Потому что сегодня я целовался с самым красивым детективом в мире, — Рампо фыркнул, мягко пихнув Осаму в плечо. — Глупый. — Нет, я серьёзно, — как-то растерянно повторил Дазай. — Я вас очень, очень люблю, Рампо-сан. Честное слово! — он с жаром схватил ладони детектива, прижимая их к своим губам. Щёки Эдогавы вспыхнули. — Ты говоришь слишком неловкие вещи, — наконец пробормотал Рампо, поджав влажные губы. — Я что-то разговорился, — негромко рассмеялся Осаму. У самого-то вон как уши горят. — Вы завтра что-то ещё планируете? — Надо зайти на кладбище, — уже более сонно пробормотал Рампо и слегка зевнул. — Цветы положить, — он уткнулся лицом в чужую грудь. — А теперь помолчи хоть немного и спи. — Как скажете, — Дазай хмыкнул, зарывшись носом в тёмные волосы детектива, которые пахли душистым шампунем. Осаму мысленно отметил, что с момента посадки на поезд он даже не закурил. — А ночью правда холодно.       Неосознанно Рампо теснее жмётся к тёплому телу Дазая, расслабленно прикрыв глаза. Осаму только молча усмехается. Уже через несколько минут было слышно тихое сопение великого детектива.       Дазай же долго не мог сомкнуть глаз, задумчивым взглядом сверлив потолок. Для удобства он снова перевернулся на спину, всё ещё приобнимая одной рукой уснувшего Эдогаву. Тот спал крепко, лишь изредка ворочаясь во сне. Осаму размышлял над последними событиями, мягко клюнув Рампо в его тёмную макушку. Ему нравилось чувствовать тепло чужого тела. А конкретно — Эдогавы.       Глаза медленно слипаются.       Дазай никогда не был любителем вставать рано утром, однако ему пришлось под оклики великого детектива. — Ты обещал же, что встанешь! — перед глазами маячила недовольная физиономия Рампо, который, в отличие от своего спутника, прекрасно выспался. — Дазай! — он тормошит Осаму за плечи, пытаясь хотя бы на миллиметр сдвинуть последнего ближе к краю кровати. — Мы с вами не в одной весовой категории, Рампо-сан, — пробормотал в подушку Дазай. — Так что у вас ничего не получится. — Быстро поднял свою перебинтованную задницу! — теряя всякое приличие и терпение, выругался Эдогава, стянув с Осаму одеяло, о котором тот не шибко беспокоился. — Сильное заявление. — Последнее предупреждение, — процедил Рампо. — Тяну белый флаг, — так же в подушку отозвался Дазай, но тут же подавился воздухом, когда на него прыгнули сверху. — Между прочим, я кровожадный мафиози. Хоть и бывший, — Осаму поднял голову. — Который боится собак, — съязвил Эдогава. — Мне напомнить, как кровожадный мафиози обходил через весь квартал, когда увидел несколько бродячих собак? — Они были очень злыми и голодными, — пропыхтел Дазай, резко скидывая с себя тушку детектива, а затем ловким движением пригвоздил его к матрасу, зафиксировав запястья. — А я не хочу лечиться у Йосано-сан от бешенства. — Бешенство не лечится, — подразнил Рампо и попытался пнуть нападавшего. — Скорее, это ты бешенный, а не эти дворняги. — Вот тогда возьму и укушу вас, — осклабился Осаму и предупредительно наклонился к чужой шее. Он угрожающе клацнул зубами, но на деле оставил на коже лишь мягкий поцелуй. — Я же просил не делать так! — Что? — улыбнулся Дазай. — Я просто забыл, что шея у вас очень чувствительная. — Всё ты помнишь, — наконец отпихнув от себя Осаму, фыркнул Эдогава и потёр шею. — И у нас дел полно, чтоб ты знал.       Дел и впрямь было невпроворот. Но Рампо всё это делал с каким-то наслаждением, хотя он явно был не из тех людей, кто любит работать.       Эдогава передвигался довольно тихими шагами. Он прошёлся по всем растениям в доме с небольшой лейкой. Конечно, за домом постоянно ухаживает Маки-сан, но ему хотелось сделать всё самому.       После причудливой уборки они зашли к соседке. Маки-сан была очень рада визиту. Она достала всевозможные угощения для гостей и несколько сортов чая. Дазай неожиданно вздрогнул, когда неожиданно услышал в доме лай. — У вас есть собаки? — поинтересовался у старухи Осаму. Та, чуть прищурившись, закивала. — Ты про Челси? — улыбнулась Маки. — Знакомые подарили на юбилей. Очень воспитанная, между прочим! — она обернулась. — Челси! Иди сюда! — Не стоит, — больно широко заулыбался Дазай, нервно усмехнувшись. — Дазай боится собак, — пояснил Эдогава. — Не боюсь, а недолюбливаю, — поправил детектива Осаму. — Рампо-сан, ну как вам не стыдно позорить меня перед дамой! — обиженно протянул он. Он в немом визге дёрнул ногой, вцепившись в локтевой сустав детектива. Маленький шпиц с любопытством покосился на светлое пальто Дазая, звонко тявкнув. — Она любит гостей, — лукаво протянула Маки, потрепав любимицу за лохматым ушком. — Видимо, я являюсь большим исключением, — с мнимой улыбкой пробормотал Осаму, приподняв ноги. Рампо только фыркнул и положил руку на чужое колено, слегка надавив, дабы тот опустил ноги обратно на пол. — Да она меньше тебя, — дразнящим тоном певуче протянул Эдогава. — Вам-то легко говорить! — Ну хватит вам спорить, — добродушно проворчала старуха, разливая чай.       После того, как они уже вышли от соседки, лицо детектива снова приобрело задумчивый вид. В руках у него был букет белых лилий. Сначала можно было подумать, что он предназначен для прекрасной девушки, если не присмотреться к чётному количеству цветов.       Рампо нёс букет осторожно двумя руками, дабы случайно не повредить хрупкие стебли. Дазай снова шёл рядом. Он молча оглядывал поля и небольшие частные дома, которые были видны издалека. Они направлялись в сторону местного кладбища.       Осаму никогда не видел ничего особенного в ритуале захоронения умерших и дальнейшем поминании. Но он знал, насколько это было важно для Рампо, который за весь их небольшой путь не проронил ни слова. Он предавался какими-то своими мыслями, явно связанными с воспоминаниями о родителях. Лицо оставалось таким же спокойным.       Дазай без особого интереса разглядывал различные надгробия, мимо которых они проходили. Столько людей и столько же обстоятельств, по которым они ушли из жизни. Пожар, несчастный случай, авария, осложнения здоровья, самоубийство… На последнем Осаму сосредоточился больше всего. А ведь если так подумать, то рано или поздно он добьётся своей смерти. Что почувствует Рампо? Не сможет смириться или примет как должное? Будет ли так же приносить на его могилу цветы? — Мама их любила, — Эдогава осторожно укладывает букет возле надгробия. — Я здесь только четвёртый раз. — Что? — Дазай с недоумением посмотрел на детектива. — Первый был, когда их только похоронили, — пояснил Рампо. — На второй я уже ездил с директором, мне тогда было пятнадцать. А в третий — восемнадцать, — он выдержал небольшую паузу, однако для обоих она показалась вечной. Эдогава смотрит безотрывно на выцарапанную гравировку имён и даты смерти. В его приоткрытых глазах была странная пустота. — В последующие разы я не мог, поэтому ждал директора на входе. — Вы плакали? — Да.       Дазай задумчиво мычит, думая, что бы такого спросить. Единственную могилу, которую он посещает, была могила Одасаку. Каждый раз Осаму приносит целую бутылку сакэ и пьёт. В его голове тишина, ему не хочется плакать. Дазай отпустил, он понимает, что Сакуноске уже не вернуть к жизни. Рампо не может. Он всё ещё держится за умерших родителей, словно это им чем-то поможет. — Что вы чувствуете, Рампо-сан? — вдруг поинтересовался Дазай. — Я чувствую себя дома, — Эдогава совсем немного улыбается, прикрыв веки. — Когда я закрываю глаза, то слышу их.       Осаму медленно моргнул, переваривая в голове услышанное. — Правда? — Попробуй, — Рампо мягко взял его руку. — Ты обязательно почувствуешь.       Дазай чувствовал лишь тепло ладони Эдогавы. Он слабо верил во всю эту сказочную забаву, но решил подыграть детективу, потому что тот верил всей душой. Это показалось Осаму необычным, ведь Рампо доверял всегда лишь законам логики. К паранормальным вещам он относился скептически, высмеивая всех тех, кто об этом толкует. Но сейчас он выглядит именно так, как будто искренне верит.       Для большего проникновения обстановкой, Осаму тоже прикрыл глаза, вслушиваясь в далёкое пение птиц. Ладонь детектива отдавала приятным жаром, из-за чего Дазай сжал её чуточку крепче. Непослушный осенний ветер щекотливо ерошит волосы на затылке, заставляя его чуть поёжиться от лёгкой прохлады. Он словно что-то нашёптывает своим неслышимым голосом. По телу пробежались мурашки.       Осаму неожиданно вздрогнул и обернулся, почувствовав, как на его плечи совсем невесомо и мягко надавили. Эдогава это заметил и негромко засмеялся. — Ты бы им понравился.       Он по-прежнему выглядит как-то потеряно, озираясь по сторонам. — Пойдём. Надо успеть зайти за вещами, — детектив тянет Дазая на себя, уже двумя руками сжимая его ладонь. Тот быстро проморгался, сфокусировав взгляд на Рампо. — Как скажете, Рампо-сан, — улыбается он. А идею о своей смерти решил пока что отложить. Слишком уж омрачала мысль о том, что Дазай больше не почувствует чужого тепла.       Уже на обратной дороге в Йокогаму Рампо выглядел более расслабленно и безмятежно, закидывая в рот очередную конфету. На удивление, он чувствовал себя бодро, поэтому на этот раз решил не спать в поезде. Он сопровождал уходящие за окном знакомые окрестности Юбари прощальной улыбкой, плавными движениями расчёсывая пальцами пряди каштановых волос Дазая, который почти сразу же заснул на его плече.

***

      Солнце медленно уплывало за горизонт. К счастью, на вечер дождя не обещали, так что можно было прогуляться до общежития пешком. С этой мыслью Осаму задумчиво прогудел, разглядывая из окна снующих туда-сюда прохожих. Очередной рабочий день подошёл к концу, и можно было насладиться долгожданным отдыхом.       Дазай напоследок переглядывается с Йосано, и та загадочно улыбается, уходя почти последней из офиса агентства. Она чуть ли не за шкирку следом увела за собой Куникиду и Ацуши под каким-то предлогом «помочь». Да, именно «помочь». Рампо не составило бы труда узнать суть, но ему было как-то лень над этим думать. Да и в принципе думать. — Так что ты там хотел? — он неохотно оторвал голову от стола и взглянул на улыбающегося Дазая. — Не просто же так я торчу здесь до вечера. — Разумеется, Рампо-сан, — утвердительно кивнул Осаму. — Просто хотел кое-что показать вам. Думаю, это очень важно. — И что же это? — фыркнув, незаинтересованно спросил Эдогава, однако со своего встал и потянулся. — Надеюсь, это мои любимые эклеры. — О, это само собой, — тут же заверил Дазай. — Они уже у вас в комнате на столе. — Интересно, — хмыкнул Рампо, по привычке лукаво прищурившись. — Я даже не буду использовать способность, потому что ты меня действительно заинтриговал. — Что ж, рад слышать, — со смешком ответил Дазай, держа руки за спиной. — А есть какие-нибудь предположения? — поинтересовался он. Эдогава вдруг потянулся к своим очкам, которые всегда хранил в грудном кармане. Детектив кладёт их на стол, демонстративно отодвигая от себя. — Понятия не имею, — улыбается Рампо, пытаясь заглянуть за спину Осаму. — Так что же это? — А вы подойдите поближе, — в той же манере тянет он. — Такую вещь точно лучше разглядеть во всех деталях. — Ты заставляешь меня идти у тебя на поводу, — Эдогава шагает ему навстречу, всё будто бы пытаясь что-то разглядеть за чужой спиной. — Давай уже! — с детской капризностью воскликнул он. — Готовы? — Ага!       В одно мгновение глаза Рампо широко распахнулись, а рот приоткрылся в беззвучном шоке. Он быстро-быстро моргает, не кажется ли ему это. Однако нет. Дазай всё так же стоит перед ним, протянув небольшую игрушку. Плюшевый кот, который был весь потрёпан, теперь аккуратно подлатан. Оторванная лапа была заменена на другую, правда, более серого цвета. Оторванный глаз-пуговица тоже обновлён и выглядит гораздо лучше. Вместо старомодной охотничьей кепки, на голове Мистера Сажи красовался уже знакомый берет коричневого цвета и такое же миниатюрное пончо. На белой мордочке добавились очки в чёрной оправе. Рампо поднимает неверящий взгляд с игрушки на Дазая. — Та-дам! — воскликнул Осаму, не скрывая широкой улыбки. — Ну как? Вам нравится? — он неловко засмеялся. — Я, конечно, не умею шить, но сотрудники агентства помогли придать Мистеру Саже презентабельный вид.       Рампо выглядит действительно удивлённым. Он приоткрывает губы, но ни одно слово так и не сорвалось с языка. Мысли в голове перепутались. Перед глазами стояла влажная пелена. Эдогава шмыгает носом, роняя молчаливые слёзы. Его губы задрожали в полувсхлипе. — Простите, что не спросил на это разрешения, — виновато улыбнулся Дазай. — Просто… — он умолкает на полуслове, когда его стиснули в крепких объятиях. — Ну-ну, Рампо-сан, — проворковал Осаму, мягко обняв детектива в ответ. — Всё хорошо.       Эдогава быстро вытирает глаза и притягивает Дазая за воротник рубашки, прижавшись к его приоткрытым губам. Тот удивлённо замычал, сделав сначала шаг назад от такого неожиданного напора детектива. Рампо впервые целует его сам вот так, нежно переминая чужие губы. — Только попробуй умереть, — прошептал ему в самые губы Рампо, не прерывая зрительного контакта. Руки Дазая крепче смыкаются вокруг талии детектива, а сам он наклоняется для ещё одного поцелуя.       Я буду жить только ради вас.