Он хотел помочь, но он не имел права

Дафна Бриджертон, его коллега по новому проекту, была молода и прекрасна. И наверняка отлично воспитана и образована, как никак её старший брат — лучший друг Саймона по университету Энтони Бриджертон. Их с Дафной знакомство было странным: они встретились в студии, на читке сценария. Почему-то никто не посчитал необходимым провести для них совместные пробы. Видимо, режиссер считал, что они справятся. При первой встрече Саймон подумал, что руководство ошибалось: эта девушка не вызывала в нем ничего. Да, она была красива. На такую наверняка запало был большинство его однокурсников и друзей. Да и несомненно все так и было. Но вот его сердце осталось холодно. — Твоя Фиби, — произнес кастинг-директор. — Дафна Бриджертон. Но Саймон уже знал эту девушку, узнал ее по фотографиям, которые ему показывал Энтони. — А это твой Жан, — продолжил кастинг-директор. — Саймон Бассет, — произнесла Дафна. — Мне нравятся ваши работы. — Какие из них? — уточнил Бассет. — Я видела вашего Венецианского купца. Саймон усмехнулся. Он любил эту роль, возможно, даже гордился ею. Но ни за что бы не поверил, что такая девушка как Дафна, провела пару часов в театре. — Брат водил меня, — уточнил она. Теперь все стало на свои места. В деле был замешан Энтони Бриджертон. Что ж, пусть так. Ситуациях кардинально изменилась, когда они встретились через два месяца, чтобы непосредственно приступить к съемкам. Саймон не был поэтом, но если бы был, то написал бы сотни стихотворений о тонких и мягких чертах Дафны Бриджертон, ее точеном стане и прекрасных, немного рыжих волосах. Но Гастингс не стал писать не только из-за того, что не умел, но и потому, что не имел права — у Дафны Бриджертон был молодой человек. Найджел Бербрук не внушал Саймону доверия с самого первого взгляда. Но Дафна улыбалась и казалась счастливой, когда Найджел был рядом, так что Гастингс воздержался от советов. Дафна была молода, но, бесспорно, не глупа. Если бы Бербрук был таким, как казался Саймону, Дафна разобралась бы с ним сама. К тому же, у нее есть три старших брата. Советы от Саймона — это последнее, что ей нужно. С трудом, но юноша убедил себя в этом, и когда сделал это, то перестал следить за парой. Во всяком случае, он правда старался не провожать Дафну взглядом после съёмок или подмечать, в каком настроении она приехала на работу. Но Дафна держалась прекрасно. Всегда улыбалась, была приветлива. Привозила команде и касту пирожные или домашнее печенье. Обнимала каждого, кого встречала вечером, прежде чем отправиться домой. И Саймон отпустил ситуацию на самом деле. В действительности перестал следить за ней. Все изменилось, когда одним осенним утром он проснулся раньше, и вместо того, чтобы поехать на работу как обычно на машине, Бассет решил прогуляться. Лондонская осень прекрасна, так что Саймон медленно шел по улицам города в сторону съёмок, когда заметил припаркованную у тротуара машину. Он узнал сначала её, а потом и пассажиров: Дафну Бриджертон и Найджела Бербрука. Двое явно ругались. Конечно, Бассет не мог слышать слов, но по активной жестикуляции все было понятно. А потом он увидел, что Дафна влепила Найджелу пощечину и выскочила из автомобиля. Девушка не взглянула в его сторону, так что Саймон получил возможность проследить за ней. Дафна поплотнее закуталась в свой тренч, как будто прячась от всего мира. Через пять минут они подошли к территории съемок, и Дафна будто преобразилась. Она расправила плечи, расстегнула тренч и уверенной походкой вошла на территорию. — Дафна, — окликнул ее Саймон. Девушка обернулась и улыбнулась искренне, как раньше считал Бассет. Она была спокойна, как будто десять минут назад не ругалась со своим парнем и не влепила ему пощёчину. — Саймон! — девушка остановилась, чтобы обнять его. — Потрясающее утро, не правда ли? — Идеальное, — соврал, как и она, Бассет. — У Найджела сегодня есть съёмки? Он не будет ревновать, что ты меня обнимаешь. — Я всех обнимаю, — усмехнулась девушка. — И нет, но он заедет вечером за мной. Саймон кивнул. Она была обычной милой Дафной, но кое-что изменилось: теперь он знал, что это лишь представление. Дафна не была такой в реальной жизни. Конечно, можно было бы сказать себе, что это была единичная, случайная ссора и забыть обо всем. Вот только Саймон не мог. Ещё в университете он научился с первого взгляда отличать мерзавцев. А таких там было много. Именно эта способность позволила ему подружиться с Энтони Бриджертоном. Тот был безумно богат, оттого все верили, что он тот ещё негодяй. Но Саймон был другого мнения, поэтому договорился, чтобы ему позволили переехать к Бриджертону в комнату. Им понадобилось полчаса, чтобы подружиться: Саймон не ошибся в этом парне. И теперь был уверен, что не ошибся и в Найджеле Бербруке. Возможно, стоило позвонить Энтони? Но как отнеслась бы к этому Дафна? Она не просила о защите или помощи, хотя у нее была такая возможность. Значит и он не будет торопить события. В перерыве на обед Саймон сидел в стороне и наблюдал за всеми. Дафна болтала со своей подругой по съемкам Крессидой. Девушки кушали кексы, которые сегодня были прекрасны. Саймон заметил, как Дафна забрала кекс из руки Крессиды и отдала ей свой. — Не люблю шоколадные, — донес ветер до Бассета слова Дафны, и он улыбнулся. Было приятно узнать что-то личное о ней, узнать что-то вот так случайно. Со съёмочной площадки они вышли вместе. Дафна была спокойна, улыбалась и шутила. Саймон сделал вид, что им не по пути, так что девушка обняла его и направилась к машине, что стояла на парковке. Саймон закурил и сделал вид, что смотрит совсем в другую сторону, хотя косил взгляд на Дафну. Девушка села в машину, и Саймон увидел, что ее парень встретил ее пощечиной. А потом машина сорвалась с места и скрылась в потоке лондонских автомобилей. Саймон сделал ещё одну затяжку и выбросил сигарету. Он хотел что-то сделать!!! Если честно, он хотел бы убить Найджела Бербрука!!! Как тот мог! Прогулка до дома позволила успокоиться и принять решение. Завтра он снова пошел на съёмки пешком, но ему не повезло: Дафна вышла из машины вместе с Найджелом. Они держались за руки и целовались. Она заметила Бассета и приветливо ему помахала, тот кивнул в ответ. Вчера он решил, что подойдёт к Дафне и напрямую спросит о том, что видел. Но разве он мог сделать это теперь? Когда Бербрук крутился рядом, и когда они выглядели такими счастливыми? Так продолжалось неделю. Саймон встречал и провожал Дафну с работы, но у них с Найджелом как будто все было в порядке. Тем не менее, Саймон не верил этому. В очередной рабочий день он пришел и узнал, что сегодня они будут снимать сцену драки. Они с Найджелом разучили «хореографию» этой сцены уже давно, но почему-то Саймон был рад, что сможет выплеснуть эмоции. Шел пятый или шестой дубль, когда Саймон в конце концов увлёкся и ударил Найджела по-настоящему. Кольцо Жана разбило губу Бербрука, и тот неподдельно удивился. Бассет профессионально доиграл сцену до конца, бросил Найджела на тротуаре и ушел. — Снято! — произнес режиссер. Саймон вернулся к Бербруку. — Прости, — произнес Саймон, — кажется, я немного увлёкся. — Это идеально! — произнес режиссер, который тоже был рядом. — Это лучший кадр! И это удивление! Мы его точно вставим. Саймон, спасибо. Найджел, тебе тоже. Это было круто. Как только режиссер отошёл, рядом с мужчинами оказалась Дафна. — Ты в порядке? — заботливо спросила она. — Сильно болит. Бербрук сделал вид, что не так ошарашен произошедшим, как был на самом деле. — О чем вы думали Саймон? — возмутилась Дафна. — О вас, — хотел ответить Саймон, но только помотал головой и ушел. Это был последний съёмочный день Бербрука, так что режиссер принес торт, все аплодировали и поздравляли Найджела с прекрасной работой. А потом они уехали из Лондона, чтобы продолжить съёмки в других местах. Бербрук с ними не поехал, так что Саймону больше не приходилось переживать о безопасности девушки. Вместе с тем, та его будто возненавидела, что было очень плохо, поскольку им осталось снять только сцены медового месяца их персонажей, что подразумевало огромное количество поцелуев и милоты. И не только. Первый день прошел сложно: Дафна избегала на него смотреть и с трудом выдавливала улыбку. Режиссер был недоволен, так что закончил день раньше, и дал Дафне время прийти в себя. На следующий день она была идеальной актрисой и идеальной герцогиней. Она улыбалась и смотрела на Саймона влюблёнными глазами. — Не она, — поправил себя Бассет. — Фиби. И не на него, а на Жана. Эти съёмки прошли намного легче, чем можно было предполагать. Ни их поцелуи, ни огромное количество постельных сцен, которые им пришлось снять, как будто не вызывали у Дафны дискомфорт. Конечно, для этого были созданы все условия, но для девушки, которая, вероятная, его ненавидела, Бриджертон держалась отлично. Съёмки закончились, но потом он получил сообщение от шоураннера, что надо кое-что доснять, так что пришлось снова приехать в Лондон. Он зашёл в кафе и по необъяснимому порыву души взял не только двойной капучино для себя, но и пряный Латте для Дафны. И не ошибся. Сегодня девушка не излучала счастье. Глаза были красными. — Дафна, — поздоровался он с ней и протянул кофе. — Спасибо, — девушка попыталась выдавить улыбку. — Бессонная ночь? — уточнил он. — Вроде того, — согласилась она. — Хорошо, что Фиби как раз собирается сокрушаться о том, что Жан ее не любит. Саймон согласно кивнул. Ситуация повторилась и на следующий день, и через один. Саймон инстинктивно брал два кофе, а Дафна приходила на съёмки с красными глазами. — Это не бессонница, — как-то заметила вслух Крессида, — это слезы. Съёмки должны были продлиться только неделю, так что в последний день Саймон все же решил узнать у Дафны, что происходит. — Дафна, — обратился он к ней, отдавая кофе, — все хорошо? Ты выглядишь неважно. — Все супер, — и снова эта вымученная улыбка. — Это из-за Найджела? — спросил он напрямую. В глазах Дафны появились слезы, и она быстро отвела взгляд. — А что Найджел? — удивилась девушка. — Да мы расстались, но при чем здесь это? Я же сказала, я в порядке. И девушка направилась к своему трейлеру. — Расстались, — осознал Саймон. — И она плачет из-за него? Нет, — поправил он сам себя. — Она плачет, потому что наконец-то свободна. Бассет хотел догнать ее и заключить в объятия, но знал, что она только сильнее расплачется. — Ничего, — убедил он себя, — я ждал долго. Подожду ещё чуть-чуть. Но когда я понадоблюсь, я буду рядом. Обещаю. Вечером, когда они прощались, он действительно обнимал ее дольше, чем обычно, и сильнее. А потом услышал ее слабый шепот в его грудную клетку. — Спасибо. Саймон сделал вид, что не расслышал, но чувствовал, что в ближайшем будущем произойдет что-то, что свяжет их двоих навсегда.