Это и вправду ты

Собственный крик достал Альбериха из ночного кошмара. Холодный пот на лбу, на щеках следы от слëз, сердце быстро и болезненно стучало, а тело всё дрожало от страха. Дыхание раз за разом обрывалось, что ухудшало ситуацию. Рыцарю приходится приподняться и оглянуться вокруг. Темнота. Никто бы не поверил на слово, если бы им сказали, что капитан кавалерии просыпается в слезах, от ночных кошмаров. Но Кэйа не тот, за кого он себя выдавал за пределами своего дома. Все бы сказали, что он жизнерадостный и весёлый человек, что он всегда готов составить компанию в таверне и не только, но что скрывалось под этой фальшивой улыбкой? Об этом знал лишь сам Альберих, и никто более не должен был узнать. Сам рыцарь скрывал это, и у него получалось даже лучше чем у кого либо. Кэйа сжал область груди, где находилось сердце, пытаясь остановить его бешеное стучание, словно птицу, бившуюся об клетку, ищущую некий покой в этом мире. Через несколько минут, Альбериху удаётся успокоиться. Сколько это уже длилось? Кэйа сам даже не может на это ответить. В день смерти Крепуса, когда пути братьев разошлись, всё это вновь началось. Вновь?.. Именно. Маленькому Кэйи пришлось пережить разрушение своего родного города Каэнри'аха. Отец бросает мальчишку на неизведанной территории , говоря ему, что Альберих их последняя надежда. "Снова кошмары? "— знакомый, встревоженный голос мелькает в голове рыцаря. Кивок. Перед глазами на мгновение показывается облик маленького Дилюка. Взгляд силуэта отдавала капелькой сожаления, переживания и любви. Вот оно. Вот чего не хватало капитану кавалерии. Слëзы одна за другой скатывались вниз. Страх с каждым разом окутывал его тело сильнее, не давая и шанса пошевелиться. Альберих прижимает колени к груди, головой утыкается в них и закрывает глаза, чтобы остановить поток слëз. Ему надоело... Надоело всё это терпеть. Унижение со стороны человека, единственного, кто остался у Альбериха. Невыносимо больно, от этого хотелось всё больше умереть, исполнить желание названного брата. Но он любит его. Рыцарь был готов на всё, лишь бы просто увидеть Рагнвиндра. Пусть тот унижает, пусть он морально убивает Кэйю. Лишь бы увидеть его лицо. Вот что хотел Альберих больше всего на свете. Через час, Кэйа вновь уходит в сон. В комнате было слышно лишь прерывистое дыхание рыцаря. Через бесконечные секунды, наконец наступает утро. Кэйа медленно встаёт с кровати и уходит в ванну. Прохладный душ помогал, хоть и немного успокоить столь сильное сердцебиение. Встав напротив зеркала, Кэйа смотрел на отражение как на чужака. Сильно заметные мешки под глазами, бледная кожа, опухшие от слëз, очи. За последние несколько недель рыцарь перестал нормально есть, что весь исхудал до ужаса. Сиреневые глаза, словно потухли, не имея жизни в себе. Сам он удивлялся, от того как он мог двигаться в таком состоянии. Нервно усмехнувшись над своим внешним видом, Кэйа выходит из ванны, надевает привычную одежду и выходит из дома держа путь в штаб Орда Фавониус, даже забыв закрыть дверь за собой. На глаза действующего магистра Джинн он почти не попадался, характер девушки он прекрасно знал. Зайдя в свой кабинет, он присаживается за стол. Взяв стопку документов, Альберих принимается за работу. Часы бьют час дня. В дверь капитана неожиданно постучались. Кэйа никого не ждал, поэтому был явно удивлён. — Войдите. За дверью показывается Ноэлль, девушка улыбнувшись приветствует капитана кавалерии. — Сэр Кэйа, вас вызывает действующая магистр Джинн, сказала подойти немедленно. — Неожиданное предложение, хм... Скоро буду, спасибо. Натянув на своё лицо улыбку, Кэйа прощается с девушкой. Тяжело вздохнул, тот встаёт со стола и медленно удаляется в кабинет магистра. Постучавшись, рыцарь заходит, всё с такой же улыбкой на лице. — Доброе утро Джинн, что-то стряслось? — удивлённо спросил Альберих. Девушка, что то искала в стопке документов и разных бумаг. Не смотря на Кэйю, та подзывает его к себе. — Кэйа подой... — взгляд девушки пробежался по внешнему виду мужчины, — что с тобой, Кэйа? Выглядишь уставшим. — Хаха, просто немного не выспался, только и всего, не стоит переживать. Так зачем ты меня вызывала? — с интересом он поглядел на магистра. — Что значит не беспокойся? Я должна заставлять тебя работать в таком виде? В жизни себя не прощу, если сделаю это. Решено, я назначаю тебе день отдыха Нет! Неделю! — Девушка недовольно взглянула на Альбериха Перечить магистру Альберих не стал, продолжая улыбаться, он подошёл к двери. — Ладно, как скажешь Джинн. Ты тоже не перенапрягайся. Выйдя из кабинета улыбка исчезает с лица рыцаря. Альберих не мог оставить пост капитана, ведь на территории Анемо Архонта начали появляться всё больше существ, угражающих Мондштату. Тяжело вздохнув, Кэйа выходит из штаба, направляясь в своё любимое место. Открыв заветную дверь в таверну "Доля ангелов" взгляд устремляется на бармена, это был Дилюк. Кэйа привычно ухмыльнувшись присаживается напротив бармена. — Мне как обычно. Рагнвиндр лишь фыркнул и даже не взглянул на Альбериха, наливая рыцарю бокал "Полуденной смерти " и ставят перед ним. —Вы сегодня довольно рано, Сэр Кэйа. Как обычно бездельничаете? — Ну что вы, мастер Дилюк? Закончил с делами пораньше, почему бы не отдохнуть в столь хорошем месте. — Альберих лишь усмехнулся и взяв бокал в руки начал медленно пить. На улицах Мондштата начало темнеть, день заменялся вечером. Альберих уже выпивал шестой бокал по счету. Такие же пьяницы как и он, хором кричали наблюдая за капитаном. Кэйа протягивает бокал для 7 раза. — Мастер Дилюк, прошу ещё вина. — заявил Кэйа, смотря на Дилюка. Винодел всё так же не хотел смотреть в лицо предателя, но всё же решившись, он поворачивается лицом к рыцарю. Перед ним стояла ужасная картина. Кэйа выглядел как ходячий мертвец, глаза опухшие, тело выглядело как палки и ничего более, очи потеряли прежний блеск. — Сэр Кэйа, с вами всё хорошо? — грозно произнес Рагнвиндр, адресуя сказанное им, Альбериху. — Неужели вам интересно, что со мной? Оу, я удивлён, — смешком ответил Альберих.— я жду, мастер Дилюк. — Не хочется терять такого клиента, — цыкнув Дилюк продолжил протирать стаканы, что стояли рядом. — это был ваш последний бокал. Больше я вам не налью. —Да бросьте, Мастер Дилюк, налейте вина, — Альберих продолжал держаться на своём, но вместо алкоголя, Рагнвиндр наливает ему виноградного сока, который Кэйа так не любил. Тяжело вздохнув, он кидает мешочек моры на барную стойку. — Что если так? — с лица не сползала эта улыбка. — Вам бы лишь выпить, на большее и вовсе способны. Пьяные идиоты, вот кеми являются рыцари Ордена Фавония. Кэйа слабо глотает ком обиды, что застрял в горле. Встав со стула он собирается уходить, но остановившись на полпути, он вновь улыбается и смотрит на Рагнвиндра. —Эй... * Обними меня, прошу... * Внутренний голос вырывался, ныл, просил поддержки. Но Кэйа терпел это. Приняв нож в спину, или же устрашающий взгляд брата, Альберих бледнеет всё больше. — Хотя знаешь.. * Мне страшно... * — Неважно... Забудь... — Тц, не тратьте моё время зря. Вы лишь отвлекаете от работы, — фыркнул Рагнвиндр и отвернувшись от рыцаря продолжил протирать стаканы. Альберих открывает дверь и повернувшись в сторону Дилюка, он продолжает улыбаться. Через тяжёлую боль в сердце, он продолжал улыбаться. — До свидания мастер Дилюк, — Кэйа наконец-то выходит из таверны. Был бы рыцарь чуть сентиментален, расплакался бы прямо здесь. Альберих кое-как доходит до своего дома, придерживая улыбку на своём лице. Закрыв дверь за собой, Кэйа сползает по ней вниз, придерживая голову руками. Слезы подступали, но рыцарь держался, кусал губы до крови, жмурил глаза. Новая паническая атака начала окутывать тело Альбериха. В попытке встать, он падал обратно, колени отказывались держать его. Окружение темнело, свет исчезал. Сердцебиение с каждой секундой лишь учащалось, а дыхание срывалось, заставляя задыхаться. Альберих сжимается в дрожащий клубочек, пытаясь успокоиться. Ему страшно. Страшно остаться одному, он нуждался в поддержке, не от кого попало, а от сводного брата. Но он ненавидел синеволосого предателя. Лёгкие сжимаются, отказываясь принимать воздух. Альберих отчаянно держался и дышал. Уже на грани, краем глаза он видит Дилюка, молодого Дилюка, чувствует крепкую хватку на своём плече, отражение пропадает и Кэйа теряет сознание.

***

Венти наблюдал за рыцарем и виноделом со второго этажа таверны, выпивая свою долю алкоголя. Альберих уходит пытаясь, заговорить с Дилюком, глаза капитана были наполнены отчаянием и капелькой надежды. Бард спускается к Рагнвиндру за новой порцией вина. — Мастер Дилюк, за что вы с ним так грубо? — с интересом спросил Венти. — Тебе не обязано это зна... — Вам лучше поговорить с ним, — прерывает Венти . — Чтобы я с ним?! — повернувшись в сторону барда в шоке спросил Дилюк. — Именно, мне кажется с ним что-то не так. — Меня этот не вол... — Вы обязаны сходить и проведать его! — бард выглядил серьёзнее, чем в обычное время. Дилюк тяжело вздохнул и отведя взгляд в сторону кивнул. Через час таверна была закрыта, Рагнвиндр нехотя шёл в противоположную сторону города. Солнце ушло за горизонт, жителей почти не было видно. В окнах светились огни. Вот и был виден дом Альбериха. Винодел постучался. Никто не ответил, попытался открыть дверь, она была не заперта. В душе возникла небольшая тревога. Первое, что он заметил повергло его в шок, сердце забилось чаще. На полу лежал Кэйа и видно без сознания. Дилюк успокаивал себя тем, что возможно Альберих перепил, но как же он ошибался. Проверив сердцебиение Кэйи, тревога лишь усилилась, следующее заставило его оцепенеть и застыть на месте. Поднять Кэйю на руки не составило труда, он был намного легче. — Что же ты с собой сделал, идиот, — злобно прошептал Рагнвиндр, укладывая Кэйю на кровать. Дилюк решил подождать пробуждения Альбериха. Зайдя в кухню названного брата, Рагнвиндр зажигает одинокую свечу посреди стола. Вокруг был лишь один бардак , как будто хозяин дома покинул его несколько недель назад. Тяжело вздохнув, Дилюк начинает убираться. Альберих спал неспокойно. Кошмар вновь преследовал свою жертву. Тяжёлое дыхание, неожиданный крик и Кэйа просыпается. Вокруг всё так же темно. Страх новой силой окутал тело рыцаря. В попытке встать, он снова падает на пол, теряя всякую надежду. Уперевшись спиной к стене, Альберих прижимает коленки к себе, тяжело дыша. Слезы подступали. Крик Альбериха и неожиданный грохот заставили Дилюка примчаться в его комнату. В углу помещения доносилось тяжёлое дыхание, в нëм же всхлипы. Свечой он освещал путь и двигался в сторону звука. Рагнвиндр, остолбенел. Альберих дрожал и сидел в стороне. Кэйа услышав шаги в свою сторону, поднял голову. Перед ним стояла фигура. Фигура Дилюка. — Это правда ты?... — тревожно спросил Альберих. — Почему ты появляешься и исчезаешь, даже отражению до меня нет некого дела? Слëзы продолжали течь с единственного открытого глаза. — Не знаю кем ты являешься и почему ты всегда в облике Дилюка, но прошу... Обними меня... Побудь со мной хотя бы минуту и можешь наконец убить... я... я устал...— на лице не было видно привычной улыбки. Дилюк не мог ничего сказать, не сдвинуться с места. Неожиданное осознание. С самого детства Альбериха преследовали кошмары. Винодел мог остановить приступ своего брата, обнимая и прижимая к себе, пытаясь успокоить. Как Кэйа справлялся без него несколько лет, как он продолжал жить с кошмарами, как он терпел...терпел все унижения со стороны сводного брата, единственного на кого была возложена надежда. Тяжело упав на колени, Рагнвиндр притягивает брата и прижимает к себе. Не отпуская. Боясь потерять, глаза же ощущают непривычную влажность. Спустя несколько лет, Рагнвиндр плачет. Плачет, боясь потерять брата. Альберих успокаивается, дыхание стихает и наконец он обмякает в руках винодела. В испуге Дилюк проверяет сердцебиение. Все было в норме. Вздохнув с облегчением, он берёт Кэйю на руки и укладывает на кровать, не отходя ни на секунду и не отпуская из тёплых объятий. — Это и вправду ты, Люк...