Вечерний танец в сентябре.

***

– Каать, слушай, а вот ты когда-нибудь хотел потанцевать под открытым небом? — задал вопрос Челябинск, лучезарно улыбаясь. Сейчас он сидел на свежескошенной траве, которая ещё была зелёной, хотя на дворе уже сентябрь. Юра обнял свои колени, пытаясь так согреться, а взор устремлëн в небо. Появились первые звëзды, что отразилось в этих чёрных омутах. Уралов готов поклясться, что в этот момент он убедился в красоте Юры. В который раз, мальчишка был убеждён тем, что Татищев был одним из прекрасных людей, даже не смотря на его природную красоту. Почему-то для Кости Челябинск был не только красивым, но и понимающим человеком, тем, кто всегда поддержит и будет рядом. Поддержит он в своём стиле, но на душе будет приятно от одного лишь его подбадривания. – Под открытым небом... — начал говорить слова вслух Костик, то и дело поглядывая в сторону, размышляя над предложением Челябинска. – Думаю, что хотел бы. Но было бы трудно танцевать без музыки, хотя, — Уралов хотел было сказать что-то ещё, но после смутился и прикусил губу. Он не хочет казаться слишком романтичным, по-девичьи романтичным. – Хотя что? — Татищев посмотрел на своего друга, левая бровь была приподнята, а правая слегка изогнута. Юре было любопытно, что хотел сказать Костя, но не стал, посчитав это пустяком или глупостью? – Кать, не парься, если будешь глупо звучать! Ты же знаешь, что я всегда тебя пойму и поддержу, даже если будет самая идиотская идея, — брюнет расплылся в улыбке. Положил руку на плечо более старшего товарища и похлопал, как бы и сейчас внушая ему уверенность. Костя тяжело выдохнул, уже всматриваясь в излюбленные глаза. Он проследил за каждым движением Татищева, после приоткрыл рот, намереваясь говорить, на что получил одобрительный кивок. – Хотя, можно было бы потанцевать и под звуки природы. М-м-м, вот знаешь, когда журчит речка, поют птицы и стрекочут кузнечики, — Екатеринбург сначала затараторил, а после стал более плавно, с особым наслаждением от того, что он представлял у себя в голове, рассказывать своему другу, который слушал его с особой внимательностью и излишней серьёзностью. Юрий молча встал с места, встревожив тем самым Костю. «Неужто уйдёт? » - пронеслось в голове у Уралова, но когда ему протянули руку, Костя с удивлением смотрел то на руку, то на Челябинск. Но без лишних объяснений, он понял, что замыслил Татищев и вложил свою ладонь в более маленькую, по сравнению с его. Мальчишки начали танцевать своеобразный вальс, стараясь внимать каждому звуку окружающей среды, но после задвигались быстрее, заставляя уже природу подстроить под них "мелодию". Движения были плавными, не смотря на то, что темп был чуточку быстрее для классического танца. Оба стали хихикать от подобного танца, но им было хорошо от того, что они могли так спокойно кружиться под открытым небом, в столь красивый и тëплый сентябрьский день. В новинку было танцевать с мужчиной, но пока рядом нет Уфы, Юра мог позволить себе подобную шалость. Танец подошёл к своему логическому завершению, ребята выдохлись, поэтому встав на середине поля, они пытались привести дыхание в норму. Юра и Костя были счастливы от подобного порыва плясок. – Это было красиво и необычно, — заявил спокойным голосом Костик, слегка улыбаясь. Сердце продолжало бешенно стучать. Или может оно всегда так стучит, когда рядом Юра? Юрий лишь кивнул, довольно улыбаясь. Перевёл взгляд на небо. – Думаю, что во дворце мы станцуем не хуже, чем здесь, — последнее, что сказал Юрий. А после сел на траву, продолжая любоваться видами. Костя ничего не сказал более, а просто сел рядом с ним и любовался звёздами, которые отражались в глазах Татищева.

***