Scarlet Eyes

По коридору больницы раздались гулкие шаги, атмосфера наполнилась тяжестью. Люди, сидящие в приемной, медленно обернулись, чтобы взглянуть на незнакомца, однако сразу же отводили глаза, когда их взгляды встречались. Дойдя до нужной палаты, мужчина резко открыл дверь и вошел, своими голубыми глазами смотря на пациента, находившегося там. — Ну привет, счастливчик, что выжил после двух ударов битой и ножевого ранения в бок, — прозвучал насмешливый голос незнакомца, который вошел в палату Кена, криво улыбаясь, будто силой смог вытянуть улыбку на лице. — Ты... брат Такемичи? — Кен нахмурился, глядя на незваного гостя, который ворвался в его палату без предупреждения. Его голос прозвучал немного напряженно. Он продолжал смотреть на мужчину с голубыми глазами, оценивая его настроение и намерения. Незнакомец задумчиво скрестил руки на груди и кивнул, не сбавляя своей насмешливой улыбки. — О, а это так легко понять? Наверное это из-за наших с ним голубых глаз — хихикнул Томоэ, сужая глаза, а затем закатил их и насмешливым взглядом посмотрел на парня. — Ладно, я сюда пришел, чтобы узнать, не видел ли ты что-нибудь странное? Например, во время этой драки, Такемичи не контактировал с кем-то подозрительным? — Вроде нет... — после слов Томоэ, Кен с подозрением взглянул на него, словно ожидая следующей фразы от этого человека. Ему не нравилось, куда ведет этот разговор. Он был озадачен и раздражен вторжением этого незваного гостя в его личное пространство. Однако он понял, что сейчас не время для открытой конфронтации. Он решил пока придержать свои эмоции и выяснить, что же привело этого человека к нему. — Вроде нет? — переспросил мужчина с сомнением в голосе, затем продолжил, пронзительно вглядываясь в Рюгуджи. — Ты лжешь. Ты должен был хотябы что-то увидеть — Взгляд Ханагаки стал холодным и презрительным. Он медленно поднял руку и положил ее на шею Кена, сжимая ее крепко. Воздух стал напряженным, а тишина гнетущей. — Отвечай, — произнес Томоэ с твердостью в голосе. — Что ты видел? Расскажи мне, с кем подозрительным он мог контактировать? Кен почувствовал, как сердце его заторопилось от неожиданности и напряжения. Он встретился взглядом с Томоэ, и в его голубых глазах прочиталась готовность использовать насилие. Сжатие руки на шее Кена были неприятными и давили на его дыхание. — Ханма... Ханма подходил к нему... Но я не видел что-то подозрительного между ними... — ответил Кен, делая все возможное, чтобы его голос не дрогнул. Ханагаки на миг задумался, склонив голову в сторону и сканируя свою память в поисках узнаваемости имени «Ханма». Поняв, что он не знает, кто это может быть, он снова взглянул на парня. Он медленно отпустил его шею, словно выпуская из своих рук невидимую удушающую цепь, и на его губах появилась фальшивая улыбка. — Отлично, я тебя понял. Рюгуджи глубоко вдохнул воздух и с неким гневом посмотрел на Томоэ, стоящего перед ним. Но после его лицо стало выражать беспокойство и тревогу.— Что случилось с Такемичи? Где он сейчас? — Ох, он дома валяеться под конской дозой антипсихотиков и стабилизаторов настроения, чтобы угомонить его агрессию и вернуть в нормальное состояние. — Нехотя сказал Томоэ, а после добавил — А насчёт того что я спрашивал ранее, было обнаружено что он был под наркотиками. Эти наркотики для людей являются обычной травой, но на вампиров они имеют влияние как такое себе недо-успокоительное с приятным запахом что вызывает зависимость Рюгуджи ощутил, как земля исчезает у него из-под ног. Наркотики? Он не мог поверить своим ушам. Он не ожидал услышать такую информацию. И что больше он не понимал, зачем человеку будет нужна такая трава. Разве что он может знать про существование вампиров и использовать этот наркотик в своих целях. Кен задумчиво взглянул на молодого мужчину. Томоэ фыркнул, затем, словно задумавшись о чем-то, посмотрел в окно. Через несколько секунд он достал ручку и листок бумаги, на котором быстро и кривым почерком записал свой номер телефона. — Так как ты друг Такемичи и уже знаешь о его вампирстве, в экстренных случаях, связанных с его вампиризмом, ты можешь мне позвонить, — сказал Томоэ и не дожидаясь ответа Кена, тихо вышел из палаты, закрыв за собой дверь.

***

Такемичи валялся закрытым в комнате под высокими дозами антипсихотиков и стабилизаторов настроения, чтобы подавить свою вампирскую природу и предотвратить желание пить кровь. Он испытывать мучения из-за подавления своей сущности. Но он знал что ему просто нужно пройти этот период, ведь он не мог позволить себе пить человеческую кровь. Такемичи ощущал голод и недостаток энергии, что вызывает у него чувство физического истощения. Всё это сопровождаться букетом других проблем, таких как слабость, головная болью и общим недомоганием. Такемичи замирает, фиксируя его алые глаза на одной точке. Его дыхание становится тяжелым, и каждый вдох, каждый выдох кажеться не тяжело выполнимым действием. Он словно пытается насильно вдохнуть воздух, впитывая его в себя с усилием, которое кажется почти невозможным. И внезапно на его телефоне появилось сообщение от Чифую: «У нас будет битва с Вальхалла...». Сначала Такемичи не смог понять, что это значит. Он хотел узнать причину происходящего, но был слишком слаб, чтобы взять телефон и написать ответное сообщение. Ему пришлось просто читать появляющиеся на экране тексты. Затем экран телефона погас, и Такемичи тяжело вздохнул, взглянув в окно. Снаружи царила тихая ночь. Приятный аромат доносился из окна, наполняя его тело приятными ощущениями. Он вдыхал его, и казалось, что вся боль и тяжесть отступили на второй план. Закрыв глаза, он облегченно вздохнул, а когда открыл глаза, увидел Ханму, карабкающегося в его комнату через окно... — Ч-что ты здесь делаешь?! — Алые глаза Такемичи резко расширились, и он попытался рявкнуть, чтобы заставить человека уйти. Однако странный запах вновь проник в его ноздри.Такемичи стиснул зубы, борясь с эффектом этого опьяняющего аромата. Он начал понимать что что-то здесь не чисто... Тем временем Ханма медленно приближался к нему, на лице загадочная улыбка. В его глазах горела искра веселья. Ханма наклонился, и его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от вампира. Его взгляд был проницательным и соблазнительным. Его голос почти подобен шепоту Такемичи на ухо.— Какое интересное зрелище, вампир, страдающий от запрета на питье человеческой крови~ — Он маняще улыбается и Ханагаки краснеет как маков цвет. — Хочешь я тебя накормлю? — Хихикает Ханма, снимая футболку и оголяя свой торс, на который падает лунный свет делая его более фактурным. Каждый изгиб его тела делал его более притягательным. Парень садится рядом с Такемичи и поднимает его, посадив на свои колени, повернув его лицо к своей бледной шее. Растерянный и покрасневший Такемичи не знает, как поступить, ему кажется, что его насильно заставляют пить человеческую кровь. Но Ханагаки был таким расслабленым из-за этого запаха как будто был под гипнозом. Его дыхание было таким же тяжелым как и у Ханмы, что начал наклонять его голову ближе к своей коже. Вампир наклонился, прижавшись губами к его шее легким прикосновением — и это легкое прикосновение заставило Ханму дрогнуть, а после озорно улыбнуться.   Такемичи с затуманеным взглядом смотрел на тело парня, его зубы острые и блестящие на фоне мерцающего света. Он медленно высунул свой шершавый, длинный язык и лизнул кожу парня будто пробуя её на вкус, Ханма на это действие лишь легко вздохнул в ответ, его голова небольшим движением откинулась назад. Глаза Такемичи хищно блеснули, он был слишком опьянен и не мог противостоять соблазну, поэтому отрыв рот и оголяя свои клыки он был готов кусать. Глаза Такемичи прожгли Ханму хищным блеском, отражая его жажду. Он ощутил, как его тело пронизывает желание, плоть и кровь этого брюнета стали его единственной притягательностью. С обнаженными клыками, длинными и острыми, он приготовился к моменту, который его сущность так хотела...