Ангел, не убивай меня

      — Встреча двоих — это иногда еще и вопрос времени. Найти друг друга надо в подходящий момент.

      Арсению двадцать лет. Его жизнь должна продолжаться, но она не имеет того смысла, который должна нести, без одного юного парня.       Попов стоит на крыше многоэтажки, разглядывая холодный мраморный плинтус далеко внизу, смотря с высоты в тринадцать этажей. Его тёмные густые волосы развеваются на ветру, чёрная как локоны рубашка на нем сильно помялась. Ткань обдувается буйными потоками воздуха, которые готовы буквально понести юношу над просторами города. В голубых глазах уныние и боль, серость и тоска, которые точно не были присущи парню три года назад. — Совсем скоро мы встретимся, Антон, и я наконец-то смогу обнять и прижать к себе твоё худое прозрачное тело… — через силу шепчет Попов, готовый сделать решающее действие. Он оглядывает округу, мысленно прощаясь со всем, что его на самом деле и не держало, с тем, что он видит в последний раз.       Шаг вперёд.       Сердцебиение учащается.       Тело юноши стремглав летит вниз.       И уже ничего не изменить.       

* Два года назад *

— Нет, я прошу Вас, это какая-то ошибка! Поймите меня правильно, мне ещё нельзя, я слишком молод, мне всего пятнадцать! Вся жизнь должна быть впереди! Я исправлюсь, я больше не буду плавать в том пруду! — Впереди Вас больше не ждёт путь жизни. Попрощайтесь с этим миром навсегда, здесь Ваш дух уже ничего не держит. Тело уже начало гнить, но сущность души бессмертна, — голос был тяжёлым, но таким бесконечным, отдаваясь с каждой стороны белоснежной прострации. Место неизвестности и судьбоносных решений.

* Многое время спустя (в этом месте у времени нет рамок) *

— Господин, когда же вы примите решение? Какова моя следующая судьба? Почему другие души уже были определены в другие миры, кроме меня? — Мальчик мой, я отдаю тебя обратно в земной мир, но в совершенно иной роли. Душа твоя чиста и прозрачна, самая светлая и чистая для жизни грешных людей. Твоя новая миссия стать ангелом-хранителем для такого же человека, каким ты был раньше. — Но… но я ничего не знаю… Как это быть хранителем? А если я не смогу? Если я его… убью? — Я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе. Ты готов, главное поверь в себя и свою силу, — громогласный голос остановил свою речь, готовясь закончить и принять точное, окончательное решение. — Помни, твоя личность неизвестна подопечному человеку. Он не видит тебя, возможно даже не знает о твоем существовании, но верит. Ты можешь подавать различные знаки внимания, спасая и оберегая его от различных недугов. Главная задача ангела-хранителя — довести человека до конца его биологического пути. Твоё тело вернётся к тебе, как и земное имя «Антон». Ты словно продолжаешь свою жизнь, но теперь твоя задача это другой человек. Сейчас он является твоей жизнью. Арсений Попов — его имя, — невесомый, не имеющий веса бас прекратил свой говор, заявив решающую фразу властным и многогранным голосом. — Ты готов. Удачного пути!...

* Земля *

      Тело парня переносится в другие временные рамки вселенной, но оно больше не просит пить, есть или спать, теперь облик состоит из души, проявляясь в мире как его вид из прошлой жизни. — Это моё тело?! Да ну! Ничёсе, круто! А я могу проходить сквозь стены? — юноша прыгает в сторону одной из обычных комнатных стен квартиры, в которую его отправили на защиту человеческой жизни. Парень буквально проникает в бетонную стену, выходя в новое помещение. — Охренеть…       Антон оглядывается по сторонам в поисках своего подопечного. Квартира казалась ему вполне уютной и очень чистой. Белые обои, миниатюрные люстры, белоснежно чистые ковры и отсутствие разбросанных в беспорядке вещей поражали парня. Квартира была двухкомнатной. Зал, который Шастун уже успел осмотреть, имел плазменный телевизор необычайно громадных размеров. Две приставки и стопка башней сложенных кассет с играми. Юноша мог о таком только мечтать при жизни. Сейчас такие привилегии не имели никакой ценности для него, но владельцу таких имений он открыто завидовал. — Ну и где же сам Арсений или как его там? — Шастун прошёл по коридору в сторону кухни, где услышал подающие жизнь звуки. Всхлипы доносились из ванной комнаты, они были отчаянны и терзали душу. Стоило лишь прислушаться, как можно сразу определить человека по-настоящему страдающего. Давно мертвый внутри, но живой снаружи, в глубокой депрессии. — Кто плачет? Тебе помочь? — Антон стоял возле ванной комнаты в ожидании ответа, но был полностью проигнорирован. Только потом до него дошло, что его существование — не жизнь, здесь его как не видят, так и не слышат. Теперь он только собственный собеседник. — Идиот, — комментирует свой прошлый поступок парень, решаясь зайти в маленькое помещение, откуда доносились душераздирающие звуки.       В ванной комнате над белой мраморной раковиной стоял темноволосый брюнет с голубыми потухшими глазами, из которых лились реки безграничных слез. Просторная белая рубашка была закатана по самые локти, ниже пояса чёрные классические брюки. В одной руке Попов держит канцелярский нож с чёрно-красной ручкой, другую прямо перед собой, готовясь сделать первый и последний глубокий порез. Вытянутая конечность была повернута венами кверху, вторая готовилась их вскрыть. Арсений буквально задыхался в собственных эмоциях и пронзительной моральной боли, которая съедала его изнутри.       Антон застыл в гримасе неповторимого шока. Сейчас он точно не понимал, как ему действовать дальше. Его не слышат, его не видят, его не чувствуют. И как ангелы-хранители вообще защищают своих людей? Но эмоции берут верх над разумом, поэтому парень по привычке закричал. Закричал так, что кровь в жилах леденеет. Каждый звук был пропитан будоражащим его страхом. Этот человек — ответственность Антона, он не может подвести Всевышнего, не может подвести попросту себя. — БЛЯТЬ, АРСЕНИЙ! Или как там тебя… Быстро уйди от раковины, выкинь лезвие! Я СКАЗАЛ: ВЫКИНЬ ЛЕЗВИЕ! — Шастун не мог подобрать слов от накатившего осознания всей следующей неизвестности, всего понимания его бесполезности и беспомощности. — Это кто?! Кто здесь?! — обезумевши выкрикнул Попов. Теперь кровь в жилах холодела у обоих.       «Он меня услышал?..» — В голове юноши не складывался пазл, такого не может быть, никак не может быть.       Арсений аккуратно положил лезвие на раковину, начиная медленно поворачиваться. Шастун стоял сзади. Сердца у него не было, но какое-то неприятное, скручивающее душу чувство подходило комком к горлу от прихлынувшего адреналина. Взглянув в сторону Антона, Попов закричал. Закричал от страха проникновения незнакомца в квартиру. Но точно ли это обычный незнакомец, если его тело полупрозрачное? — К-кто ты и… что т-ты вообще?! Т-ты видение? Моё видение? А, ну конечно. Тебя же нет, так? Это от таблеток… — мысли вслух. Попов считает этого ангела своими галлюцинациями и побочным эффектом от препаратов. — Ты хотел ещё от передоза лекарств сдохнуть? Ну и нахуя мне тебя дали, — меняется в лице парень, вздыхая от своей злой и несправедливой участи. — Т-т-ты не видение? — в этот момент глаза Попова леденеют от понимания, что перед ним сейчас стоит что-то реальное, но только что? — Я… я… Я в п-полицию поз-звоню и… — студент буквально задыхался в собственных переживаниях, которые спирали всё дыхание. У Антона, к сожалению, нет биологических свойств тела, но если бы были, то тот давно бы уже упал в обморок от осознания того, что его подопечный в первые же минуты его службы два раза чуть не умер и, в конечном счёте, видит его, что самое пугающее. Да и эмоции он теперь испытывает в меньшей степени. Он также заметил это, сославшись на отсутствие нервных клеток и как такового сильного эмоционального состояния, присущее обычным людям. — Звони. Не держу. Всё равно тебя за психа примут, тем более в твоей крови сейчас не малое количество препаратов, которые точно никак не взаимосвязаны, — констатирует как факт Шастун, уже спокойно глядя на Арса. — О моем существовании ты не должен знать, о том, что ты меня видишь и слышишь, я вообще молчу. Сейчас скрывать уже нечего, поэтому скажу все как есть. Я — ангел-хранитель обычного земного человека. Меня, к сожалению, отправили к тебе. Ты не сумасшедший, хотя я бы не стал верить неизвестному духу в своей ванной.       Арсений продолжительное время молча внимательно следит за каждым действием парня, а после упорно смотрит в его серые бесцветные глаза, прогоняя из раза в раз в своей голове все выше сказанное своим ангелом.

* Нынешнее время (Два года спустя) *

      Студент стоит на кухне, заваривая себе крепкий горячий кофе. Сегодня пары отменили, поэтому Попов мог с наслаждением отдыхать в собственной квартире, которая досталась парню в наследство от родителей. Он добавляет две ложки сахара, перемешивает, достаёт румяную булочку из хлебницы и направляется в зал пересматривать фильм, который так бурно в последнее время обсуждают его однокурсники.       Арсений заходит в другую комнату и садится на диван, как из параллельной стены выходит человекоподобная нечисть в облике парня. — "Динамо" победила со счётом 8:2, представляешь! — восторгается Шастун, прокручивая как плёнку каждый гол любимой команды в своей голове. — Опять у соседа ночевал? — как уже ясное говорит Попов, делая первый глоток кофе. — Да этот старик вообще телек не вырубает, а футбол ты никогда не включаешь, только если тебе скучно одному, и ты это делаешь для галочки, чтобы только я не уходил, — Антон силой мысли хватает пульт от телевизора и падает на диван рядом с подопечным. За последнее время работы юноша многое успел узнать о своих способностях, поэтому овладев теми, которые были ему известны, старался воспользоваться каждым. — Ты мой ангел-хранитель, не забыл? Всегда рядом должен быть, — Попов ухмыляется, искоса глядя на юношу. За прожитое время они смогли хорошо сдружиться и не на шутку привязаться друг к другу, ведь у каждого из них единственными близкими людьми для парней были они сами. — Тяжело не забыть. Но, если ты не знал, мне приходит сигнал, когда ты собираешься вытворить ерунду. — А, это как с картингом полтора года назад случилось? — отдаваясь воспоминаниям спрашивает Арсений, желающий знать подробности той истории вновь. — Ага. Ты тогда билет в первый ряд взял. И на повороте чуть ли не за секунду до моего появления машина должна была вылететь с трассы, взлетев на пару метров, и упасть точно на тебя. У меня как раз сигнал сработал, это впервые было, ведь обычно я всегда с тобой ходил, чтобы ничего не учудил. Такое ощущение странное, тревога жуткая, — Антон словно морозился от представления этого чувства, издав характерное «бр-р-р». — Будешь фильм смотреть? — предлагает старший, улыбаясь уголком рта. — Ужастик вроде, я их не очень люблю, а одному страшно, — на самом деле сегодня Арсений просто хотел провести время со своим хранителем. Если бы он мог касаться парня, то давно бы взял за кофту и насильно потянул к себе, сковывая в объятиях и заставляя смотреть с ним фильм. Хотя мне не кажется, что Шастун был бы против такого расклада событий. — А я, когда жив был, столько их пересмотрел, — юноша замолчал от нахлынувших воспоминаний, и хоть прошло уже не малое количество времени, жить среди обычной человеческой жизни и не вспоминать и о своей было очень тяжело… Молодые люди старались как можно реже вспоминать его прошлое, но и сам Шастун никогда не говорил Попову больше, чем: «Я утонул в пруду. Это не суицид, ужасная случайность», и студент верил. Но Антон никогда не заговаривался о прошлом и личном дальше этих слов.       Молодые люди лежали рядом и смотрели кино, которое так бурно обсуждали однокурсники Арсения. Антон тоже мечтал ходить в учебное заведение, получить аттестат, устроится на работу и жить семейной жизнью, но судьба расставила все по местам. Значит, это не его, значит, так надо. Хотя так не хочется в это верить…       На самом страшном моменте Попов стал жмуриться, стараясь скрыть это от своего друга. Иной раз отворачиваясь или вовсе отлучаясь в другую комнату за едой и напитками, прося не выключать фильм. — Арс, я же вижу, что тебе страшно, зачем же мы это смотрим тогда? — Антон точно подметил, ведь старший и правда заметно ежится от каждого шороха в кадре. — Мне не страшно, главное, что тебе интересно. Мы и так редко смотрим что-то вместе, — Попов давно признал, что в фильмах ужасов он промах, но ради юноши был готов сидеть до конца. — Если бы я только мог касаться людей, то прижал бы тебя всей силой к себе и не отпускал, — глубоко задумавшись, тихо прошептал Шаст. Попов был уверен, он одновременно вспоминает свое прошлое, стараясь этого не показать.       Арсений поцеловал парня в неощутимую прозрачную макушку, пролепетав: «Я тоже, Антош, я тоже…»

* Из воспоминаний Арсения *

— Зачем ты позвал меня, Попов? — недовольно спрашивает девушка, стоящая на холодном морозе, полностью укутанная в пуховый платок. — Я хотел сказать, что… Я люблю тебя, Алёна! Ты лучшее, что случалось со мной! Я люблю тебя с восьмого класса школы! Если бы ты только знала, насколько мои чувства дошли до предела. Я больше не могу скрывать их. Ты мне нравишься, я влюблен в тебя, я люблю тебя, — лепечет парень, смотря сначала вниз, но по итогу осмеливается взглянуть в глаза своей любви. — Я хочу, чтобы ты стала моей спутницей жизни, поверь, мои чувства к тебе — это нечто невообразимое. Ты никогда не пожалеешь, — Арсений в буквальном смысле расстилался перед девушкой, желая лишь одно заветного «Ты мне тоже». Но мы с вами не в сказке, к сожалению, это суровые реалии наших дней. — Попов, ты совсем? Кто сказал, что я вообще чувствую к тебе какую-либо симпатию? — Но, — молодого юношу перебивает девушка, показывая, что она ещё не договорила. — Ты был лишь моим другом, не больше. Не знаю, что ты там напридумывал, но это не взаимно. Арс, я не ожидала от тебя такого. Это так… странно, даже просто слышать от тебя эту глупость. Ты… и я… Да ну, не чуди, Арс, — Алёна заканчивает свою речь, не желая даже говорить с Поповым, воспринимая это как предательство со стороны друга. «Только нормальную дружбу испортил» — считала молодая особа. — Хорошо, я понял, — выдавил из себя слова Арс и бестактно развернулся, направившись домой. — Арс, ты куда? Мы же планировали ко мне. Ты обещал дать переписать свой конспект и к сессии помочь подготовиться, — вслед уходящему парню твердила девушка. Но юноша не оборачивался, ничего в ответ не говорил. Он понял, с кем его на самом деле связала судьба и кто этот человек, который на долгие годы забрал его хрупкое и целое сердце, в конце чего разбил о каменные плиты.       Тем же вечером Антон застал студента за попыткой суицида. Тот был на грани самоубийства, он слишком сильно привязался к Алёне, чтобы так тяжело распрощаться. «Лучше вообще никогда ничего не чувствовать, чем жить с этой болью ещё долгие годы…» — и Арсений принял решение на вскрытие вен. Мысленно попрощавшись с жизнью, в которой ему не повезло абсолютно со всем, молодой человек поднёс канцелярский нож над мягким местом…       Парень являлся сиротой, воспитанным в детском доме. Не имел друзей, ведь был изгоем класса, где те лишь измывались над его мягкой и хрупкой натурой. Единственная, в ком студент видел смысл, была та самая девушка — Алёна, на которую он возлагал свои последние надежды, и то, предала его. Оказывается, между ними никогда и ничего не было настоящего, как и в жизни Попова в принципе. Его существование — голимые страдания и мучения, которые лишь изо дня в день росли.       …Как неожиданно для себя слышит чей-то до боли пронизывающий голос, который заставил прекратить свое бичевание. На пороге стоял полу прозрачный силуэт подростка. Арсений принял это за свои галлюцинации, ведь прежде всего пытался покончить с собой с помощью таблеток и передоза препаратов, но из-за довольно сильного и выносливого организма этот вариант отпал. Поэтому юноша списывал появление таких галлюцинаций на побочное действие медикаментов, которое отражалось в очень слабой форме, если знать, сколько он успел их заглотать в первые двадцать минут после грубого отказа девушки.       Арсений быстро принял все объяснения Антона, на самом деле даже не сильно задумываясь. Ему было всё слишком безразлично, даже то, что в его доме появляется незнакомый дух, который заявляет, что будет жить у него.       С того момента Антон стал настоящим пластырем для того, чтобы заклеить рану от Алёны. Теперь Антон — его вселенная. Недосягаемая, зато взаимная и живая. Хотя с последним определением можно поспорить.       Шастун стал не просто ангелом-хранителем для Попова, не просто спасителем его земной жизни, но и глубокой, преданной любовью. Арсений не мог представить свои однообразные дни без этого солнечного лучика, который каждую минуту дарит заботу и внимание для такого нуждающегося в них Попова.