Кутерьма вокруг дивана

Валера работал в (не)обычной районной библиотеке. Скажете, непрестижно? Это вы просто не знаете, какие в столицах стали продвинутые учреждения культуры! Евроремонты, стильные стеллажи, электронные книжки, фестивали с конкурсами, подкасты с соцсетями, писательские конференции и прочие танцы с саблями. А вот диван, хороший, мягкий, как бы кожаный, был только в кабинете директора. Тамара Петровна допускала до его дерматинового тела лишь избранных. Не то чтобы Валеру не устраивали кресла-мешки в детском отделе или мягчайшие стулья на абонементе, но… Он, гордый свеженьким статусом главного библиотекаря и хранителя фондов, трудился в книгохранении. И редко поднимался из своего полуподвального этажа. Валера и сам не понимал, с какого перепуга в его сознании накрепко связались туго набитые книжные стеллажи, солидные переплеты золотого тиснения, уютный запах пыли и непременно коричневый кожаный диван с валиками вместо подлокотников. А потому, однажды субботним вечером, встретившись с раритетом на помойке, главный хранитель не сумел побороть инстинкты. Он вцепился в никому не нужного монстра, приподнял с кряхтением с одной стороны, трезво оценил свою мускулатуру и вызвал грузовое такси вместе с рабсилой. Вот так, тайно, под покровом летней ночи и отключенной сигнализации, через задний (про)ход диван вошел в отдел книгохранения. Он воцарился в дальнем углу, подтащил — вроде как сам — хлипкий журнальный столик, чайник, сахарницу с чашками и неиссякаемую банку кофе. Валера, успокоив совесть железным: «я же не вынес, а принес», принялся робко проминать упругие кожаные подушки тощим задом, растягивать обеденный перерыв и устраивать десятиминутные лёжки после. Минуло три счастливых дня. Главному библиотекарю стал мерещиться неуместный сладковатый запах… Потом грянуло известие о скорой инвентаризации, внеплановой проверке пожарки и СЭС. И вишенкой на торте новость о смене руководства. Фамилия нового директора была тревожно-знакомой. Властный… О боже, неужели родственник ректора института культуры??? Валера заметался. *** Зам дира по АХЧ он отловил в темном закоулке подвальных коридоров, больше смахивающих на фортификационные сооружения средневекового замка. И нагло зазвал ее на рюмочку кофе в свой уютный уголок. Анна Трофимовна деликатно отпивала божественную арабику, хрустела печеньем и согласно кивала. — Давайте дадим инвентарный номер этому дивану. И пусть числится, — решительно заявил Валера, стараясь не морщиться от очередного «хрум-хрум». — В принципе можно, — неопределенно ответила завхоз. — У вашего отдела на балансе висит банкетка за шестнадцать рублей. Никто ее в глаза не видел со времен развала Союза, но никто и не списал. — А что, так бывает? — вытаращился Валера. — Вы еще, Валерий Николаевич, молодой. Нюансов не знаете, — Анна Трофимовна тонко улыбнулась. Валера истово закивал, нисколько не обижаясь на «молодого». Выпроводив царицу баланса и контроля, главный библиотекарь хотел было философски раскинуться на почти законной мебели, но тут его отвлекли заботы-работы. Пока он носился с пачкой запросов по бесконечным лабиринтам книгохранения, аромат кофе выветрился. И Валера снова ощутил неправильный запах. Он определенно вился вокруг дивана. Тревожная мысль мелькнула и пропала под бесконечную трель внутреннего телефона. Еще через несколько часов, умаявшийся библиотекарь рухнул на свой возлюбленный диван и подумал, что домой лучше не ходить вовсе. Все равно с утра сюда же возвращаться. Валера послал лучи добра овощному рагу, скучавшему в его холостяцком холодильнике и мужественно прокрался в кладовку уборщицы. В ту, что у туалета, в самом дальнем конце коридора. Повертел пару рабочих халатов, сморщил нос на замызганные карманы: — Бе-е-е. Нет, не годилось это на условное постельное белье. — О-о-о, — восхищенно протянул Валера, узрев огромный, до потолка, рулон чего-то похожего на ковер. Он решительно сдвинул в сторону палки-швабры, пожамкал белую мягкую ткань. «Подходит», — подумал библиотекарь. Рулон был длинный, но тонкий, он прогибался в поясе, грозя стукнуть по макушке своего похитителя. Валера ничтоже сумняшеся дернул его на себя, предполагая, что дотащит нетяжелый груз на плече. — Какая неожиданность, — культурно пискнул Валера. Рулон мягко огрел его по голове и не удержался на покатом плече. Библиотекарь поднатужился, пристроил под мышкой хвост рулона и поволок его по полу, обтер все фортификационные изгибы коридора, попутно сочувствуя электрикам с длинной стремянкой. Вот как они тут проходят??? Лежанка получилась прекрасная, только пришлось варварски приклеить скотчем сложенную в несколько раз ткань к коже дивана. После того, как соскользнул вместе с ней на пол. Засыпая, Валерий Николаевич зачем-то вспомнил, что же напоминала ему эта толстая, мягкая ткань. Ватин! Ватин за подкладкой бабушкиного пальто! В результате, сон приснился просто ретро какое-то с магическими коленцами. Для начала, Валера вроде как очутился в деревянной избе. Вместе с диваном. Сидел на нем и внимательно слушал древнего деда в драповом зеленом пальто. На седых дедовых лохмах сверкала стразами розовая бейсболка с КитиКэт. Дед-яг строго перечислял, что ему, постояльцу, то есть, не полагается делать. — И чтоб зубом не цыкать! — завершил тираду дед. — Которым? — уточнил Валера. — Верхней левой пятеркой. Валера завис, отсчитывая языком пятый зуб, неуверенно кивнул. Дед вышел, дверь, усеянная гвоздями, закрылась, гроздь рабочих уборщицких халатов мотнулась туда-сюда. Карман у одного из них был грязным. Валера подскочил, бросился к мутному зеркалу, не рассчитывая увидеть себя. — Какой оксюморон, — разочарованно вздохнул он. Все та же как будто со сна помятая унылая физиономия, все те же встрепанные волосы мышиного окраса. И рубашка, и брюки, и ре… А вот ремень он снял, когда ложился спать. Туфли тоже. Валера смущенно посмотрел на дырочку в правом носке, проехался ступней по лодыжке, убирая предательскую прореху с глаз долой. Сзади скрипнуло. — Властный ушел? — деловито спросил тонкий голос. Валера испуганно обернулся. Сиденье дивана приподнимала изнутри когтистая лапа, а шерстяная морда выглядывала робко, но глазками, круглыми такими, сверкала с любопытством. — Вы кто? — Лерыч, опять облом? У тебя амнезия. Мохнатый мини-тиранозавр выполз из дивана целиком, тихонько опустил сиденье на место, поправил травяную юбочку. Валера поморгал и цыкнул зубом. — Не надо! — пискнул тиранозаврик. Дверь в комнату распахнулась от мощного порыва ветра, синие халаты закрутились в воздушном водовороте, подхватили Валеру и непонятную разумную животинку, скрутили их в единую массу и унесли. Они невнятно вопили на два придушенных голоса, тыкали друг в друга когти, пальцы и локти, но рухнули в теплую воду все еще одним комком. — Лерыч, ты феерический дебил, я не умею плавать! — Я поражен, — возопил главный библиотекарь, хаотично взбивая воду, — меня переполняют эмоции! Мохнатый динозавр вытаращил глаза, захлопнул пасть и погрузился в глубины. — Э, куда же вы? Это неразумно… Валера внезапно нащупал дно и обнаружил себя посреди небольшого пруда. Ненатурально пышные лотосы и ядовито-зеленых лягушек он заметил краем глаза и отодвинул на задворки сознания. Первым делом следовало спасти нелепую зверушку. Мокрый и сразу отощавший тиранозаврик спасался с удовольствием. На берегу он потребовал костер, мясо и вернуться обратно. — Полагаю, ваше имя Дино? — робко вклинился в монолог Валера. И поежился. Рубашка не по сонному противно липла к телу. Про стопроцентно полиэстеровые брюки и вовсе говорить нечего. Хотя абсолютно летнее солнце сияло с ненормально синего неба, было зябковато. — Ну хоть что-то помнишь, — оскалился зверек, — давай, колдуй уже, я околеваю. — Я? От ответной фразы Валера чопорно покраснел, но с достоинством ответил: — Я не могу передать словами высшую степень своего удивления. Здесь какая-то ошибка. Я сплю у себя на работе, в подвале библиотеки. И этот недостойный балаган мне снится. Вы уверены, что фамилия того чудаковатого деда Властный? И кто, собственно, вы такой, Дино? Почему ведете себя так, как будто меня знаете? Дино со вздохом прикрыл лапой морду, потом по-собачьи встряхнулся, одарив Валеру веером брызг и листиком кувшинки на ухо. — Пи… Бл… Бзжд, — последнюю аббревиатуру тиранозаврик выговорил отчетливо. — Нам не избежать безвременной кончины, — вздохнул он и заговорил коротко, опасаясь, видимо, сорваться на привычную обсценную лексику. — Да, Лерыч. То есть, Валерий. Мы знакомы. Очень давно. С МагАкадемии. Это не сон. То, что ты считаешь реальность — сон. А это нет. Ты добыл диван-артефакт. Но не смог перебить его настройки на Властного. И мы опять все прое… то есть что-то упустили из виду. Я полгода хожу под заклятием. У тебя память отшибает после каждого захода. Валера некультурно шлепнулся задницей на ярко-зеленую траву. — Я? МагАкадемия? Властный ректор? — забормотал он. — Да не ректор! Ректором у нас был проф Семенович, добрейшей души эльф, хоть и некромант. Это у тебя наслоение второй реальности. Властный — это маг один. Нарезку у него сорвало, он не различает где реал, где нереал, раздает проклятия горстями, но виртуозно уходит от слежки. Вся магполиция на ушах стоит второй год. Мы с тобой в плане «Перехват» были. На свою голову. — Я? — Мы! — рявкнул Дино. — Хватит тупить, иди обратно, разбери этот богами проклятый артефакт, Мастер ты или хвост собачий? — Диван? Разобрать? — Диван, — кивнул лобастой башкой тиранозаврик. — Я на нем сплю, — признался Валера. — Ах ты нетрадиционная редиска! Какими еще нехорошими словами обозвал его Дино Валера не услышал. После удара тяжелым тиранозавровым хвостом в ухо он проснулся. На полу. В голове странно гудело. Тонкий ватин под ним был влажным, одежда тоже. Диван стоял рядом, как ни в чем ни бывало. А сладковатый душок вокруг него теперь остро напомнил водяные лотосы. Валера встал, посмотрел с печалью на грязные дырявые носки и только собрался было поразмыслить над странно-реальным сном, как сиденье дивана скрипнуло и приподнялось. — Отлично. Я тоже здесь, — сказал Дино, выбираясь наружу. С его травяной юбочки закапало на пол. — Я поражен! — Валера прижал руки к груди. — Я тоже. В этот раз ты просто отжигаешь. Имей в виду, память у меня абсолютная, а кристалл записи должен быть где-то, — Дино пошуршал юбкой. — Во всяком случае он был при мне и активирован на запись в тот момент, когда Властный меня проклял. Валера запутался в собственных ногах и неловко приземлился на упругую кожаную поверхность. — Сколько времени? Я ничего не понимаю, но у меня рабочий день скоро, — произнес он, как заклинание. — Начало девятого, — Дино безошибочно нашел на стене раритетные круглые часы. Где-то приглушенно застучали двери, донесся топот шагов. — Проверка. Валера окостенел. Мысли исчезли напрочь. — Что за проверка? Чем грозит? Прятаться? Главный библиотекарь только вращал круглыми глазами и молчал. В дверь требовательно заколотили. — Валерий Николаевич! Откройте! — Обуйся, чудило, а носки сними совсем. Во, зашевелился. Веселей давай! Чую за дверью интересные ауры, — подбодрил Дино и юркнул за стеллаж. Валера, как зомби, побрел на зов, но встрепенулся, почуяв, что голую пятку немедленно начало натирать отвратительно-дешевой туфлей. Делегация, вплывшая в отдел книгохранения, поражала своим величием. Строгая завхоз вела за собой не менее официальных дам в количестве двух штук. Замыкал шествие тот самый дед Властный, только упакованный в старомодный широкоплечий костюм. Седые волосы его были аккуратно причесаны. Валера не успел ничего сказать, даже поздороваться. По правде сказать, он бы и не смог. Горло перехватило потусторонним ужасом. Сон, с силой вторгающийся в реальность, принялся крушить какие-то барьеры в мозгу. — Начнем оттуда, — Анна Трофимовна простерла руку в сторону личного уголка хранителя фондов. — Госпожа Клотова, госпожа Лахетова, прошу вас. Господин Властный, а это Валерий Николаевич Ланцелотов, зав книгохранения. Вчера вы не встретились. Валера молча хлопнул губами и скосил глаза на завхоза, которая смазанной тенью метнулась обратно к дверям. И заперла их. А потом засеменила вперед, как и не было ничего. Валера, по-прежнему пребывая в прострации, добрел до своего личного пространства, которое оккупировали посторонние. Будущий директор властно ощупывал диван, а три женщины молча стояли, как будто окружая его. — Ой, что сейчас будет! — восторженно пискнул Дино откуда-то снизу. — Это отнести в мой кабинет, — повелел Властный супервластным голосом. Но на трех дам приказ не произвел магического действия. Валера видел только их спины, но был уверен, что женщины смотрят насмешливо. — Мера вашей ответственности оставляет желать лучшего, — сказала одна. — Ваше поведение не соответствует нашим ожиданиям, — добавила другая. — Мы вынуждены составить протокол, — кажется, эту фразу произнесла Анна Трофимовна. — Чертовы ведьмы! Вам со мной не совладать! Очешуеть, — взревел Властный, простирая руки. — Ой, — сказал Дино. Ничего не изменилось. Зато у Валеры в мозгах начал рассеиваться туман. — Это не диван, а банкетка, — сухо сказала Анна Трофимовна, — инвентарный номер пять-шесть-шесть-пять-два-три-два-дробь-восемнадцать. Властный снова неразборчиво заорал, размахивая руками. Лампы под потолком разом мигнули. — Ничего не выйдет, — бесцветно сказала первая дама, наверно Клотова. — Это уже не артефакт. Пройдемте, негражданин Властный. Вас ждет бесконечное правосудие. Вторая, наверное, Лахетова, дернула невидимую нить и как будто намотала на руку. А Анна Трофимовна чем-то невидимым металлически щелкнула. Неприятный дед исчез. — Вау, — прошептал Валера. Три пугающие фигуры в одинаковых строгих юбках-блузках развернулись и промаршировали мимо остолбеневшего библиотекаря. — Благодарю за службу, Ланцелотов, — обозначила улыбку Анна Трофимовна. — А теперь брысь отсюда. — Если бы я еще помнил, куда, — вздохнул Валера. — И что за служба. — Ах, да! В руке завхоза возникли огромные ножницы. — Не-не-не, не надо, он хороший, только отбитый немножко, — взвизгнул Дино, вставая грудью на защиту Валеры. Грудь была где-то на уровне полиэстеровых колен. — Ну что вы, мальчики, — Анна Трофимовна укоризненно покачала головой, — вам еще рано. Я просто отрежу вам ненужные кармические хвосты. Мальчики прищелкнули зубами. А женщина, от которой веяло сухой пылью веков, обошла их по кругу и в самом деле отрезала ножницами невидимое нечто. У Валеры в голове взорвался разноцветный салют, заныла стертая пятка и сломанная в прошлый, позабытый раз, правая рука. Он покосился вверх, на Дино, который светил голыми мудями сквозь прорехи шортов, полуистлевших за полгода в образе невиданной зверушки. — Благодарю, госпожа Пост, — согнулся вдвое напарник. Шорты отчетливо треснули. — Все-все, хватит, — та смешно сморщила нос, — мыться, одеваться и в управление. Писать отчеты. Дверь захлопнулась за сотрудниками отдела М. Напарники дружно простонали. — Дино, а мы где? Чот я все еще туплю, — признался Валера. — Да в библиотеке же академии! Не узнаешь? Неуч ты. — В такие недра нас не пускали. Ёксель! — и Валера бросился наружу. За многочисленными поворотами коридора еще слышался цокот каблучков. — Анна Трофимовна-а-а-а, — заорал Валера, — а чо воняет так премерзко? Может труп??? А осмотреть место преступления??? — Это чай, Ланцелотов. Чашки надо мыть за собой, м-м-маг-оперок, — донеслось издалека.