Золотая помощь

— Ты чего вертишься? — Тёмно-карие глаза так и вперились в него с подозрением. Майкрофт издал неопределённый звук и вновь неуютно скрестил ноги. Заговорившись с Шерлоком по телефону, он чуть было не пропустил звонок будильника и не успел сходить в туалет. Организм, сука, напомнил ему об этом уже в дороге, когда возвращаться было слишком долго и затруднительно, а попросить остановиться не давала знаменитая гордость старшего Холмса, который под страхом смерти не признался бы, что хотел в туалет. Вот и была палка о двух концах — там, куда они ехали, туалеты не предусматривались, а выйти теперь уже можно было только в кустики, так как они выехали за город и теперь рассекали меж полей и сверкающих там и сям пролесков. Но кустики — это не уровень Майкрофта, поэтому он просто решил перетерпеть. К его сожалению, за время, проведённое вместе, инспектор Лестрейд поднаторел в дедукции. — Ты что, не пописал? — обеспокоенным и одновременно каким-то томным голосом поинтересовался он, вызвав обильное покраснение лицевого покрова у Холмса. — Грег! — Тот подозрительно и в какой-то мере испуганно глянул в сторону водителя. Тот не обращал на них внимания, спокойно управляя машиной и безучастно глядя вперёд. — Не кричи о таком. — Значит, не пописал, — уже тише и с куда большим удовлетворением произнёс Лестрейд, с видом: «А я говори-ил!..» глядя на смущённого Майкрофта. — Ты прямо как ребёнок, — мягко, но укоризненно заметил он, покачивая головой. — Понимаю, разговор с Шерлоком очень важен, но как же ты теперь вести конференцию будешь? Стоять у всех на виду, с полным мочевым пузырём, готовым опорожниться в любую минуту? Должно быть, будет будоражаще осознавать, что совсем скоро организм может не выдержать, и ты просто описаешься у всех на глазах. — Нет! Прекрати! — Майкрофт зажал пылающие уши. — Ладно, ты прав, я не рассчитал возможности. Я просто… потерплю. — Ты что, терпеть нельзя! — воскликнул Лестрейд. — Это может повредить твоему организму! А вдруг твой мочевой пузырь лопнет, и ты умрёшь? Представляешь, как будут описывать причину смерти? «Умер, поскольку не сходил дома в туалет, а потом терпел, как маленький мальчик»! — Грег, прекрати говорить такие страсти! — Майкрофт обхватил себя руками, гордо вздёрнув подбородок, однако в серо-голубых глазах появились неуверенность и даже страх. — Это не страсти, это жизнь. — Лестрейд вздохнул. — Может, всё-таки выйдешь в кустики? — Нет! — поспешно выдохнул Майкрофт, краснея пятнами. — Боже, все сразу догадаются, зачем мы остановились, и будут хихикать за спиной! И ты — больше всех, — с укоризной произнёс он, вздохнув, когда Грег нежно провёл ладонью по его телу. Лестрейд с интересом пощупал низ его живота, отмечая твёрдость переполненного мочевого пузыря. Майкрофт оттолкнул его руку и слегка наклонился вперёд, сжав колени друг с другом. — У-у, Майк, ты на грани, — тихо произнёс Лестрейд, глядя, как Холмс покачивался вперёд-назад, до дрожи сжимая колени. — Как же ты встанешь, бедолага, если описаешься прямо здесь? — Отстань! — мрачно рыкнул Майкрофт, принявшись преувеличенно бодро смотреть в окно. Машина как раз заехала на мост и рассекала какую-то древнюю реку, название которой Майкрофт не знал, а может, забыл. Взгляд упал на лениво перекатывающиеся волны, и внизу живота потянуло. Майкрофт судорожно задышал и закрыл глаза, пытаясь уговорить свой «транспорт» не заходить за грань. Он настолько погряз в Чертогах, пытаясь утихомирить естественные порывы организма, что не сразу заметил передислокацию Грега. Очнулся он лишь тогда, когда ширинка на его брюках была расстёгнута, а тёплые пальцы Лестрейда обхватили вялый член. — Ч… Что ты делаешь?! — Майкрофт замер в шоке, быстро-быстро моргая. — Т-с-с-с… Всего-лишь помогаю облегчить душу, — прошептал Лестрейд. А потом, к великому ужасу Майкрофта, взял член в рот, подвижными ротовыми мышцами продвигая его глубже в горло. — Ч… Твою мать, Грег!.. — Майкрофт почувствовал приятную истому и едва удержался от того, чтобы не описаться. Он вцепился пальцами в волосы Лестрейда и потянул их назад, пытаясь отодвинуть его, но инспектор упорно стоял на своём. Он положил руки на бёдра Майкрофта и принялся поглаживать их, с вибрирующим горловым смешком отодвигая судорожно дрожащие руки Холмса, с помощью которых тот пытался освободиться. — Т-с-с, Майк, хороший, расслабься… — невнятно бубнил он, обхватывая подвздошные косточки и поглаживая напряжённый живот мягкими касаниями подушечек пальцев. — Давай, сделай это… Нам обоим станет хорошо, так хорошо… — Нет! Нет! — Майкрофт сжал колени, но Лестрейд уже сидел меж ними, и нужного давления не получилось. — Боже, Грег, не заставляй… фу… — Не фукай. Давай, пописай мне в рот, ты ведь давно этого хотел, не так ли? — Нет! — Майкрофт сказал это визгливым, томным голосом, на его щеках расползались уже не пятна — настоящие пятнища красноты, которые парадоксально делали его невероятно симпатичным. — Нет… — простонал он куда более тихим и сломленным голосом, и внутри него Лестрейд увидел осознание. — Да. Да, милый, да, — он ласково погладил Майкрофта по коленке и поднял ладонь повыше. — Давай! — и он надавил на мочевой пузырь, одновременно сглотнув и сжав его член мощными мышцами глотки. Майкрофт издал долгий, пристыженный звук, похожий на всхлип. Лестрейд застонал, почувствовав, как в горло ему ударила горячая солоноватая струя. Холмс терпел долго — достаточно долго — чтобы его мочевой пузырь собрал рекордное количество урины. Лестрейд глотал и глотал, плавая на вершине блаженства, упиваясь своими извращёнными мечтами, которые вдруг стали сбываться. Он снова и снова поглаживал подрагивающий живот Майкрофта, с особым нажимом проводя по сокращающемуся мочевому пузырю, выдаивая любимого досуха. Майкрофт над ним хранил потрясающую тишину. Грег обстоятельно выжал губами его член, облизал досуха и запрятал обратно в брюки, прежде чем поднял голову и посмотрел на любимого. Холмс сидел, съёжившись, закрыв лицо в защиту из ладоней, и судорожно дышал, будто пытался сдержать всхлипы. Его уши, и шея, и та часть лица, что была видимой, пунцовели от стыда, которое он испытал только что. Лестрейда сначала дёрнуло в судороге возбуждения, а потом потопило в настоящем водовороте нежности. Он прижался к сжавшемуся в комок Холмсу и ласково поцеловал его в висок. — Ну, ну, солнышко… — он заправил за его ухо выбившуюся из прилизанной причёски рыжеватую прядь, и тихо зашептал в ухо, слегка покачивая Майкрофта. — Вот, теперь ты не опозоришься. — Не опозорюсь?! — Майкрофт звонко выдохнул носом. — Боги, а что я сделал только что?! — Т-с-с, не кричи… — Лестрейд кинул взгляд на всё также безучастного водителя и сграбастал Майкрофта в успокаивающие объятия. Майкрофт сердито ткнул его локтем в бок, но больше никак не отреагировал, из чего Лестрейд сделал вывод, что он злится, но не так уж сильно. — Всё хорошо, всё хорошо… — Он принялся покачивать любимого, шепча всякие глупости, и постепенно Майкрофт расслабился, уткнувшись лицом в его плечо. — Ещё раз так сделаешь — и я… я… я за себя не отвечаю! — проворчал он невнятно, и Лестрейд предвкушающе-хищно улыбнулся. — Замётано, милый, — усмехнулся он. — Замётано…