Маркартский медведь

Кровь окрашивала каменные закоулки Маркарта, в то время как Ульфрик Буревестник со своими людьми прорывался сквозь оккупированный город. Бой выдался тяжелым. Маги-предельцы представляли серьезную угрозу для нордского ополчения, у которых не было никаких защитных амулетов и зелий. Но благодаря сильной воле и жестокости, люди Ульфрика вытеснили Изгоев, укрывшихся в городе среди хаоса войны. Уже был полдень, когда накал битвы начал утихать. Ульфрик приказал своим людям очистить Маркарт, что означало убийство всех пленных Изгоев и грабеж домов с лавками. Сам же лидер решил немного передохнуть на троне в глубине Подкаменной крепости. Несколько людей из ополчения вошли в тронный зал, таща одного из Изгоев к Ульфрику. Возрастом он походил на их самых молодых рекрутов, с чистым выбритым лицом и узкими коричневыми глазами. Глаза мальчишки переполняла жизнь. Ульфрик мог чувствовать его энергию через всю комнату — ненависть и жар исходящие от тела. Однажды, и он был в похожей ситуации — узником Альдмерского Доминиона. На его скулах был зеленый боевой окрас, а также на теле, образуя Т-образный узор на груди. Мех на одежде оказался порван и окрашен в крови; ожерелье из зубов саблезуба болталось на шее. Он пытался вырваться из рук захватчиков, натягивая веревки вокруг своих запястий. — Мы нашли его, милорд. Это он убивал лучших из нас. Ульфрик усмехнулся. — Этот щенок? Похоже, нам понадобятся люди получше. — Он использовал магию, сир. Мы дали ему живицу сприггана, чтобы утихомирить, но я не знаю как долго продлится эффект. — Оставь его мне. Вы свободны. — Сказал Ульфрик. Каждый дюйм Подкаменной крепости заполнил его низкий голос. Его подчиненные ушли, как и было велено, освободив заключенного из своей крепкой хватки. Их перчатки оставили красные следы на коже. Ульфрик подошел ближе, рассматривая предельца. — Как твое имя, Изгой? Ответом была тишина. Изгой больше не пытался разорвать веревки. Ульфрик вынул кинжал из пояса и провел тупым наконечником вдоль его груди, останавливаясь около ключиц. Он не надавливал; это был медленное, ленивое движение. Затем, он подкинул кинжал в руке и срезал амулет с шеи мальчишки. Ожерелье с глухим стуком упало на пол. — Одран. — Многие женщины будут скорбеть из-за того, что ты совершил. Многие дети остались без отцов из-за твоих мелких заклинаний и остроконечных ножей. — Разве про себя ты не можешь сказать тоже самое? Глаза Одрана вспыхнули, устремляясь на Ульфрика, смело встречаясь с ним взглядом. — Конечно, могу. Я убил многих, но ты молод. И я хочу, чтобы ты знал — насилие всегда будет следовать за тобой, после каждой отнятой жизни. Ты понял? Ульфрик не отнимал кинжал от него. Он провел дорожку вниз по груди и животу, срезая мех, что покрывал нижнюю часть тела. На каменном полу образовалась мягкая аккуратная горстка. Ульфрик наблюдал, как грудь Одрана быстро вздымалась и опускалась, будучи полностью открытым пред своим поработителем. Молодой Изгой действительно походил на приз для победителя. Он был хорошо сложен — стройный с прорисовывающимися мышцами. У него был твердый живот, легкие очертания брюшных мышц доказывали его тренированность. — Я понял, — ответил Одран. Ульфрик уже был твердым. На самом деле, он уже был с того момента, когда увидел огонь в глазах мальчишки, первую искру гнева. Благодаря этому, он овладеет им с наибольшим удовольствием. — Прекрасно. У меня есть еще парочка уроков для тебя. Вставай на колени. Одран уставился на Ульфрика. Он вздрогнул от холодного воздуха крепости, потянув веревки. Но он не преклонился. Ульфрик расстегнул свой ремень и скинул штаны на пол, где лежали кучки меха от одежды Одрана. — Ну же, не заставляй меня делать это силой. Одран медленно опустился на колени. Он не сводил глаз с Ульфрика, даже когда пришлось задрать голову. Вид его члена рядом с лицом Одрана, заставлял Ульфрика биться в желании, но он растягивал момент, кладя свою большую, грубую руку на щеку Изгоя. Он взял его за челюсть и разомкнул губы, проскальзывая внутрь большим пальцем. — Давно у меня не было таких, как ты, парень. Ты мне нравишься. Ты сильный, я чувствую это. Одран был скользким и влажным — Ульфрик не мог больше ждать. Он толкнулся членом в его губы, собирая влажность вокруг, проникая глубже. Рот мальчишки обволакивал плоть теплотой. Одран не открывал рот шире в акте неповиновения, но это создавало дополнительное давление вокруг члена Ульфрика, помогая легче трахать его горло. Ульфрик положил руку на затылок Изгоя, чувствуя как короткие волосы щекочут его ладонь под тяжелым весом его черепа. С усилием, он проник глубже в горло Изгоя. Ульфрик задал умеренный темп, толкаясь в рот Одрана и смакуя полученные ощущения. Его пленник так и сидел в одном положении, позволяя использовать себя. Ульфрик заметил его закрытые глаза. — Посмотри на меня. Вот так. Я хочу видеть огонь в твоих глазах. Его глаза резко распахнулись, как только Ульфрик почувствовал зубы на своем члене. Он вскрикнул от боли, вытаскивая орган изо рта Одрана, инстинктивно ударяя мальчишку по лицо с размаху. Этого хватило, чтобы выбить из Одрана всхлип, возбудивший Ульфрика еще больше. — Неблагодарный, — прошипел он хриплым, злым тоном. Однако, он убеждал себя в том, что он успешно сломал волю юного Изгоя; укус не был знаком сопротивления, а наоборот. Ульфрик жаждал огня. Тем самым, Одран показал, что понял его. Ульфрик дернул его за бицепс, заставляя встать. Развернув его к себе спиной, он начал изучать Изгоя — худощавые мышцы спины и небольшая выпуклость зада. Плечи пересекали старые шрамы, будто от плети; небольшая рана с левой стороны бедра выглядела так, словно она досталась ему сегодня. Ульфрик прижался своим телом к Одрану. Его твердый член достиг нижней точки его спины. — Я вижу, ты стал более благодарным. — Сказал Ульфрик. Его борода щекотала шею Изгоя. Он провел рукой вдоль позвоночника, заставляя Одрана невольно вздрогнуть. — Вашему виду незнакомы манеры. — Так же, как и вашему, норд. Ульфрик со смехом отстранился. Ему нравился голос Изгоя — полный гордости, энергии и жажды крови. Он звучал четко, как колокол в промозглой башне; его западный акцент указывал на бретонское наследие предельца. — Возможно. Но мы не дикари, как вы. Ульфрик сел на трон, обхватывая основание своего члена. Затем он поманил Одрана, уговаривая того сесть к себе на колени, впиваясь пальцами в кожу его бедер. Он втиснулся между его ног, поглаживая член юноши, попутно разрабатывая его дырочку пальцами. Он был невероятно узким, каким мог быть только идеальный девственник. Член Ульфрика подпрыгнул от возбуждения. Естество Одрана терлось о его собственное, пока тот разрабатывал предельца, и вскоре, орган Изгоя налился кровью, жаждая скорой развязки — так же как и его поработитель. Ульфрик протиснул пальцы в горло Одрана, заставляя его хорошенько их облизать, чтобы облегчить свое последующее проникновение внутрь тела юноши. Когда Ульфрик протиснул головку члена внутрь, он расслаблено выдохнул, удобнее усаживаясь на троне, пока Одран медленно покачивался сидя у того на коленях. Юноша глубоко вздохнул и опустил голову — словно он уже сдался, принимая судьбу поверженного. Картина с прекрасным видом. Ульфрик понимал данную форму освобождения, так же как и понимал гордость быть победителем. Он чувствовал приближение оргазма. Он не был уверен в том, что Одран тоже был близок — или вообще готов кончить — однако, Ульфрик чувствовал предэякулят струившийся по его руке. Он потер большим пальцем кончик члена юноши — его руки мозолисты от владения топором и от работы с точильным камнем. Одран начал двигаться быстрее, отвечая на последние толчки Ульфрика, за которыми последовало семя, полностью заполнившее растянутый вход. Ульфрик не проронил ни слова, как только кончил — только шумно выдохнул, когда его член дернулся внутри пленника. Как только он снова открыл глаза, он был удостоен узреть вид молодого Изгоя. Руки Одрана все еще были связаны, создавая иллюзию скромности, пока того трахали. Его член истекал семенем, жаждая наконец-то излиться; гнев проявлялся на лице мальчишки сквозь пелену секса. — Ну же, Изгой, — на выдохе сказал Ульфрик, его руки обвили ствол юноши. — Кончи для меня. Одран пытался не показывать свое удовольствие, но реакция его тела говорила об обратном. Сперма паутиной растянулась по его груди и руке Ульфрика. Колечко мышц сжалось от оргазма, заставляя Ульфрика почувствовать последнюю частичку наслаждения. На мгновение он затрясся, после того, как все закончилось; казалось, слеза засияла в его глазу. Ульфрик поднес свою руку, покрытую спермой, к губам юноши, чтобы он очистил ее. Когда тот слизал каждую каплю, мужчина взял Одрана за подбородок, проводя большим пальцем по его губам в нежной благодарности. Как только Ульфрик переоделся, он привел одного из своих людей в комнату, где Одран все еще стоял голым. — Его возьмите с собой в лагерь Предела для тренировки. И дайте ему одежды и брони. Он бегло прошелся взглядом по телу предельца, так, словно представлял его одетым, оснащенным идеальной стальной броней. — И не спускайте с него глаз. У мальца острые коготки.