Настоящая любовь

Всё когда-то кончается. Музыка бьёт по ушам, но это ощущается приятно и обволакивающе, потому что поёт не кто-то — поёт Юнги. Чонгук стоит среди всей толпы фанатов и не может оторвать взгляда от сцены. То, как Юнги двигается. То, как Юнги поёт. То, как Юнги чувствует себя самим собой на сцене. Это безумно восхищает, завораживает, цепляет. И Чонгук цепляется, думая, что всё когда-то проходит. Кто-то приходит в нашу жизнь, чтобы остаться в ней навсегда, чтобы вытащить нас из наших проблем и спасти. Кто-то приходит в нашу жизнь, чтобы дать какой-то урок, а после исчезнуть. Кто-то приходит в нашу жизнь, чтобы мы помогли им, а не они нам. И это совершенно нормально. Так нужно. Так — жизнь. Невозможно не ошибаться, не падать и не хотеть всё бросить. Невозможно делать всё идеально на все сто процентов. Потому что это жизнь. Здесь нет идеальности. Чонгук вспоминает Тэхёна и не может назвать его своей ошибкой. Нет, наоборот, всё было так, как должно было быть. Тэхён был его частью именно тогда, когда он должен был быть. Разве можно жалеть о счастье? Да, было больно. Да, было трудно и тяжело. Да, было сложно. Но, ведь, там, где есть счастье, обязательно будет и боль. Там, где есть спокойствие, будет и тревожность. В этой жизни будет всё. Разве можно об этом жалеть? Разве бывает счастье без трудности? Ведь даже на концерте у Юнги не было когда-то столько фанатов. Ведь если бы не Тэхён, Чонгук не стоял бы сейчас здесь, потому что, возможно, до сих пор бы не понял, что Юнги в его жизни не просто друг, потому что не оглянулся бы вокруг и не открыл бы глаза, не снял бы розовые очки, которые по итогу уже начинали разбиваться стёклами внутрь. Чонгук Тэхёну сейчас искренне благодарен. Возможно, кто-то этого не поймёт или осудит, но это не значит, что он поменяет своё мнение. Каждый находится на своей ступени в этой жизни. Каждый шагает в своём темпе. Здесь нет первых или последних. Здесь нет победителей или проигравших. Здесь все равны. Здесь каждый не просто так. Юнги говорит свою финальную речь, и концерт заканчивается. Множество людей что-то кричат, пытаются каким-то образом взять автограф или пробраться за сцену, но их не пускают. Лишь Чонгук аккуратно старается обойти каждого, чтобы пробраться за кулисы, потому что ему дозволено. Потому что его там ждут. Он идёт по белому коридору за сценой и видит, что навстречу ему уже летит Юнги. Он запыхавшийся, уставший, но счастливый. Такой безумно счастливый, что большего Чонгуку и не надо. Лишь бы видеть его вот таким. Чонгук улыбается так ярко и нежно, насколько может, и чувствует, как внутри у него разливается спокойствие. Оно течёт по венам, заполняя собой каждый миллиметр. И Чонгук понимает — он там, где он должен быть. — Это было шикарно, кот. — Восхищаясь тут же выпаливает Чонгук, когда Юнги подходит к нему, и, не выдерживая, кидается с объятьями. — Спасибо. — Улыбается ещё более ярко Мин. — Позволишь? — Он кладёт руку на затылок Чонгуку, и тот, кивая, тянется сам за поцелуем. — Тебе — всё, что угодно. — Шепчет он в губы, накрывая их своими и прижимаясь ближе. Юнги подхватывает Чонгука за талию, чуть приподнимая, и крутится вместе с ним, не разрывая поцелуя. И мир вокруг замирает. Всё когда-то заканчивается. Чонгук улыбается в поцелуй и понимает, что он не хочет больше быть один, что одиночество, несомненно, приятно. Но ещё приятнее, когда его есть с кем разделить. Чонгук понимает, что он наконец-то на своём месте, что каждый шрам на теле его возлюбленного — его дом, уют и комфорт, который он готов беречь, целовать и охранять. Охранять любимое тело от новых шрамов, охранять родную душу от любых увечий, и просто быть рядом, чтобы ни случилось. — Я наконец-то пробрался сюда! — Кричит на весь коридор молодой парень, и Юнги с Чонгуком тут же отрываются друг от друга, оборачиваясь. Не узнать настолько родной голос безумно тяжело. — Как же я по вам скучал. — Произносит Хосок, появляясь наконец в проходе и с разбегу кидаясь в объятья обоих. — Мы думали ты не приедешь уже. — Делится своими мыслями Юнги, не переставая улыбаться. — Разве я мог? — Обиженно спрашивает Хосок, святясь от счастья. — Юн тебе так идёт рыжий, не смей перекрашиваться. — Тут же наставляет он, теребя волосы Мина. — И ты, Гук, тебе тоже так идёт тёмный. — Восхищается и, точно так же, разлахмачивает и его волосы. — Так. Ты, вроде, говорил, что не один приедешь.? Так и где? — Переводит тему Юнги. — Её не пустили! — Возмущённо делится Хосок. — Поэтому она осталась ждать нас у выхода. — Это та девушка, о которой ты прожжужал нам все уши? — Улыбаясь, интересуется Чонгук. — Именно она! — Лишь подмигивает Хосок. — Кстати, я вам ещё такое не рассказал! Думаю это скажет она. — Хитро улыбается парень. И все трое начинают смеяться. Просто потому что. Этому не нужно объяснений. И так тепло на душе. Словно, ничего больше и не надо. И только хорошее впереди, все в этом уверены. Всё когда-то кончается. Вот и плохое тоже. Кончилось.

***

Жизнь не стоит на месте. Тэхён заходит в квартиру и бросает сумки на пол прямо у входа. Ёнтан тут же выбегает с другой комнаты, счастливо лая и прыгая на своего хозяина. Ким тепло улыбается и, подхватывая собачонку на руки, проходит в гостиную. Жизнь всегда куда-то движется, и, хочешь ты этого или нет, тебе придётся двигаться вместе с ней дальше. А вот в каком направлении — выбирать тебе. Ким садится на тёмно-синий диван и оглядывается вокруг. Столько всего изменилось, что даже представить трудно. Изменилась природа, изменилась обстановка, изменились цели и планы на будущее. Изменился и Тэхён. Ведь всё движется. Тэхён устроился на работу простым официантом в кафе рядом со своим домом. Он стал больше улыбаться и убрал свои колючки, которыми защищался от всех ещё с детства, царапая каждого. Даже тех, кто пытался ему помочь. Тэхён теперь улыбается чаще и легче и старается работать над собой, над своим поведением и над своими чувствами и мыслями. Кто-то может подумать, что он вернулся туда, откуда начинал свой путь. И, возможно, это предположение будет верно. Но, ведь, важно не то, куда он вернулся, а то, каким он теперь стал. Иногда стоит вернуться на несколько шагов назад, чтобы набраться новых сил и продолжить идти. Только уже в правильном направлении. Жизнь хоть и постоянно движется, но каждому даёт столько шансов, сколько ему потребуется, чтобы стать хоть на каплю лучше. Лучше не кого-то, а лучше себя прежнего. Тэхён глубоко вдыхает лавандовый аромат, который постоянно царит у него в квартире благодаря ароматизаторам, и прикрывает глаза. Возможно, единственное, что осталось неизменным — осознание, что чувства к Чонгуку всё ещё спрятаны глубоко внутри. И Тэхён не хочет от них избавляться. Пусть будут там, пусть живут и процветают. Они ведь никому не мешают. Глупо и безрассудно говорить, что Тэхён ничего не чувствовал по отношению к Чонгуку. Он чувствовал. Он любил и любит. Просто он не знал, что делать с этими чувствами. Его не научили. Не научили ни любить, ни чувствовать, ни отпускать. И поэтому сейчас ему приходится учиться всему этому самостоятельно, совершая ошибки, падая, разбиваясь и снова вставая, чтобы продолжить идти. Что оставалось ещё делать маленькому мальчику, которого никто не любил и о котором забыли даже собственные родители? Тэхёну было легче стать жестоким зверем, раз уж он оказался среди таких же зверей. Всё всегда движется, и иногда приходится начинать это движение сначала. Только уже другим почерком, да и с другим опытом и видением окружающего мира. Сколько дней понадобилось Тэхёну чтобы понять, что Богом — зависимость, от которой нужно было избавляться? Сколько дней понадобилось ему, чтобы понять, что Чонгук — спасение, за которое он не успел ухватиться? Сколько дней понадобилось ему, чтобы принять это и двигаться дальше? Не сосчитаешь. А нужно ли? Да и если нужно, то кому? Тэхён выдыхает, ещё раз оглядывается по сторонам и идёт в коридор за пакетами, чтобы отнести их на кухню, посмеиваясь с того, как Ёнтан крутится у него под ногами. Было сложно. Было сложно уходить и начинать жить заново. Было сложно привыкать делать всё в одиночестве. Было сложно начинать работать над собой и открываться этому миру под другим углом. Было сложно начинать становится лучшей версией себя. Но главное начать, как бы ни было сложно. Вот в чём весь фокус. Солнце ярко светит прямо в кухонное окно, освещая серый интерьер комнаты. Тэхён ставит пакеты на стол, начиная разбирать свои покупки. Вот она — его новая жизнь. Спокойная, размеренная и тихая, окутанная одиночеством, которое стало комфортным и свыклось с хозяином. Жизнь никогда не стоит на месте. Она течёт своим чередом. И нельзя пытаться это исправить, остановить или ускорить. Возможно, когда-то, Тэхён снова откроет своё сердце кому-то, кто ответит ему взаимностью. Только здоровой взаимностью. Возможно, когда-то наступит черёд Тэхёна кого-то спасать. Но сейчас он там, где должен быть, на той ступени, на которой должен находиться. А впереди только самое лучшее. И никак иначе и быть не может.

***

Солнце легко и непринуждённо освещает весеннюю Землю, зелёная трава под ногами обволакивает своей мягкостью и свежестью, а запах свежей домашней еды придаёт уюта и тепла. Словно в детстве у бабушки. Тэхён покручивает тонкое колечко на пальце и понимает, что оно с ним было почти всегда. Во все тяжёлые и счастливые моменты. И лёгкая улыбка проскальзывает на его лице. — Тэ, ты будешь чай или кофе? — Милая девушка присаживается рядом с Кимом на клетчатый плед, постеленный на траве, держа в руках два термоса. — Пожалуй чай. — Благодарно кивает Тэхён и тянет свои руки помочь с термосами. — Спасибо, Майя. — Тэхён! — Раздаётся крик на весь парк, и Ким весело улыбается, забирая свою чашку и делая небольшой глоток. — Забери своё чудовище, я тебя прошу! — Бежит от Ёнтана Богом, поправляя спавшую на глаза чёлку. — Что уже нагулялись? — Смеётся Тэхён и, отставляя в сторону чашку чая, подхватывает прибежавшую собаку на руки. — Он сама скорость! — Возмущается Богом и присаживается рядом с девушкой, целуя ту в щёку и заправляя её волосы за ушко. Богом с Майей уже полгода вместе. Срок небольшой, но это и не важно, когда любишь. Когда чувствуешь, что человек твой, что тебе без него никуда. Ким улыбается ярко и думает, что он счастлив видеть Пака таким. Добрым, счастливым, любящим. Совершенно другим человеком. Не тем, что был ещё год назад. Жизнь движется вперёд. И сейчас, как будто бы, всё встаёт на свои места. Богом изменился. И помог ему в этом Тэхён. Пак рад, что парень не отказался общаться дальше, оставшись друзьями. Тэхён же рад, что его приняли именно другом и позволили идти дальше. Если раньше Тэхён боялся, что может вернуться, то теперь он точно знает, что не наступит на одни и те же грабли во второй раз. Винил ли он себя за то, что ушёл тогда от Чонгука? Да. И не раз. Но разве кто-то сказал ему тогда, что Богом — это нездоровая привычка? Разве этот кто-то был на его месте? Нет. И жалеть о чём-то будет глупо, потому что это преподнесло свои уроки, которые остаётся только запомнить. Телефон Тэхёна вибрирует, оповещая о звонке, и парень, извиняясь, отходит в сторону. — Да? — Ким улыбается, прислоняясь к стволу дерева и прикрывая глаза. — Тэ, на вечер всё в силе? Мы идём в кино? — Чонгук по ту сторону звонка тоже улыбается — Тэхён чувствует. — Конечно. — Произносит Тэхён, слыша, как Юнги кричит в трубку о том, что он был прав. — Отлично! Мы будем ждать тебя. — И это мы звучит так тепло, что комфорт передаётся и Киму. Мы — Юнги и Чонгук, Хосок и его девушка. Мы — слишком правильно. И от этого так тепло и спокойно. Тэхён улыбается и спокойно выдыхает, вспоминая, как волновался, когда извинялся перед Чонгуком и Юнги и предлагал им остаться друзьями. Главная проблема всех людей в том, что они не умеют прощать. Ни себя, ни других. Чонгук отпустил его. Отпустил и простил. И осознания этого хватает, чтобы продолжать идти дальше. Жизнь постоянно движется, но иногда стоит остановиться, осмотреться по сторонам и понять — в правильном ли направлении ты движешься. Или стоит начать сначала.

Amais