Цветочная лавка на углу 5-ой улицы

      Волосы Джуна трепал холодный ветер, но он продолжал стоять на мосту и смотреть на воду. Раньше в такие редкие моменты созерцания в сознании мелькала идея о том, чтобы прямо сейчас перелезть через ограждения и прыгнуть. Теперь же такие мысли ужасали и тело инстинктивно отодвигалось подальше от перил.       Как только Хон смог отдышаться и вытереть слёзы на парковке неподалёку, он прочёл записку Пака целиком. Она и направила Хонджуна сюда, на широкий мост через реку, воды которой выглядели теперь пугающими для парня. Джун пошёл дальше, углубившись в свои мысли, забыв о заданиях и подсказках, до тех пор, пока прямоугольная бумажка сама не бросилась в глаза. Конверт снова был в пакетике, прикреплённый к бетонному столбу на уровне глаз.       Хон отлепил его, но вскрыть решил уже на другом берегу, где у ветра не будет шансов вырвать такую ценную вещицу из рук. Присев на первую попавшуюся скамейку, Джун эмоционально подготовил себя к чему-то трогательному, чтобы не заплакать снова, и разорвал бумагу. Однако, пробежав глазами по строчкам, парень тихо выругался. В письме было не совсем то, чего он ожидал.       «Тут красиво, не правда ли? Надеюсь, ты не забываешь о фото~       А сейчас обернись, за тобой холм. Туда ведёт тропа, которую ты можешь преодолеть, чтобы получить вознаграждение на вершине)».       Этот спортсмен доморощенный издевается? Джун уже бывал там с Уёном, но они выдохлись на пол пути и пришлось спускаться. А Хва предлагает в одиночку туда шуровать. Сколько времени это вообще займёт? Спасибо, конечно, Сонхва, за подарки и такое развлечение, но пора давать по съёбам.       Сидя и наблюдая за плавным движением реки, Хонджун прошёл все пять стадий принятия. Он порывался то записать гневное голосовое старшему, то поныть в личку Уёну, но не смог выбрать из двух вариантов, поэтому просто поднялся и пошёл. Сонхва написал «ты можешь», наверное, это должно быть правдой. Пак же никогда не врал ему. За сегодняшний день Хонджун прочувствовал на себе всё великолепие фраз «попытка не пытка» и «стоит хотя бы попробовать».       Джун стискивал зубы и кулаки, про себя в голос орал матом, задыхался, останавливался, но продолжал идти. Шаг за шагом. Ступенька за ступенькой. Когда парень начал полагать, что больше его ноги уже не выдержат, перед глазами оказалась табличка, известившая о том, что осталась всего треть пути. Внезапно, но этот простой факт добавил лёгкости ногам, и Хон даже ускорился. Он не смотрел на время или по сторонам, только вперёд, где вскоре наметилось окончание дорожки. Тропа и ступеньки были выложены деревянными досками, и стук ботинок о дерево стал единственным спутником хонова восхождения. Когда нога ступила на ровную смотровую площадку, с которой открывался вид на город, Джун выдохнул и стряхнул пару капель пота с висков. Опёрся о перила, постоял так какое-то время и всё-таки направился к краю.       Хонджун разом понял всех тех спортсменов, которых считал долбанутыми до этого момента. От картины перед глазами перехватывало дыхание. Джун вырос в этом городе и был уверен, что знает его как свои пять пальцев. Но он впервые взглянул на него с такого ракурса и это было удивительно. Тысячи домов, разноцветных огней и всё это под алым закатным небом. Каждому стоило хоть раз увидеть нечто подобное, чтобы знать к какому чувству надо стремиться всю свою жизнь. Сейчас Хонджуну хотелось запеть, закричать, станцевать или хоть как-то выразить свои чувства, но он не мог оторвать глаз от индустриального пейзажа. На такой высоте он казался самому себе птицей и чувствовал свободу. Множество вещей беспокоили его ежедневно, но сейчас они отошли на второй план. Здесь не хотелось думать или волноваться, только жить.       Хон не знал сколько так простоял, но стоило отыскать конверт, пока окончательно не стемнело. Пакет снова был примотан скотчем к перилам. Джун разорвал упаковку и подойдя к единственному тусклому фонарю прочёл:       «Я так люблю это место, считаю его потрясающим. Надеюсь, что ты успел взглянуть на заход солнца отсюда. Расскажешь мне о своих впечатлениях?)       О нет, кажется тебе уже пора спускаться. Куда? На работу!»       Джун просто улыбнулся. Он сердился когда получил прошлое задание, но теперь испытывал лишь огромную благодарность Хва и самому себе за преодоление слабости. Может это задание тоже станет чем-то приятным, несмотря на непривлекательную формулировку.       Спуск занял вдвое меньше времени, деревянный стук теперь был приятной музыкой для ушей. Солнце зашло за горизонт и теперь мир поделился на освещённые места и те, которые поглотил мрак. Джун любил темноту, поэтому прогулка до цветочной лавки оказалась приятной, не смотря на опускающуюся температуру. Зато холод заставлял идти быстрее, чтобы не замёрзнуть. Поэтому уже через пол часа довольный Хон стоял у двери, которую собственноручно запер всего сутки назад.       Над дверью зазвенел колокольчик, который Джун люто возненавидел за последний год, а за прилавком стоял смутно знакомый человек. Очевидно, сменщик Хона, с которым они пересекались раза два от силы.       — Привет.       — Добро пожаловать, чем я могу вам помочь? — натянул вежливую улыбку флорист. Видимо, он Джуна тоже не запомнил.       — Дело в том, что я работаю здесь… — Хонджун не знал, что именно надо сказать тут, чтобы получить следующую подсказку.       Положение спас Ёсан, внезапно выпрыгнувший из своей коморки.       — С днём рождения! — он на секунду повернулся к коллеге, — Это Хонджун, вы с ним смены делите, достань букет, — и вновь повернулся к Хону, — Хорошо выглядишь сегодня, будто не хочешь поубивать всех людей, попадающихся тебе на глаза, хе-хе.       — Спасибо, — хохотнул в ответ Джун, вовсе не уверенный в своём внешнем виде, после пройденного им марафона, — Мне ничего не оставляли?       — Да нет, было кое-что, — загадочно улыбнулся блондин и передал из рук коллеги букет из желтых хризантем Джуну.       Произошло, вероятно, самое удивительное за этот день, месяц, а может и год. Хонджуна обрадовал букет. Букет адресованный ему. Он с нежностью рассматривал лепестки, будто ещё недавно не сдерживал желание плюнуть на них прямо на глазах у покупателей.       — Вижу тебе нравится, — удовлетворённо отметил Ёсан, — Я рад. Сам собирал. Зная тебя, было непросто сделать что-то из того, что ты не ненавидишь.       — Спасибо большое, — Джун мягко похлопал коллегу по плечу, — Действительно очень красиво получилось.       — Благодари не меня, а своего красавчика-парня, — подмигнул Кан, — Кстати, он оставил ещё кое-что, — с этими словами парень вынул из нагрудного кармана бумагу.       — Спасибо ещё раз, — благодарно принял конверт Хон.       — Поздравляю ещё раз, — в тон ответил Ёсан, — А теперь, извини, но мне надо дожить до конца смены.       — Удачи, — пожелал Хонджун стремительно удаляющейся спине коллеги.       Новый конверт отправил парня в пекарню около его дома и Джун с удовольствием заглянул туда с букетом в руке. Выходил оттуда, Хон уже с цветами в одной и тортом в другой. Он даже почти поверил кассиру, который убеждал остолбеневшего Джуна в том, что именинникам положены бесплатные торты. Но конверт на праздничной коробке всё же выдавал причастность Пака к этой акции невиданной щедрости.       В новом конверте Джуну предлагалось прийти домой и быть там с десяти до одиннадцати вечера. Почему бы и нет? По сравнению с прошлыми, этот квест Хон выполнит легко. К тому же, куда ему ещё переться буквально с полными руками подарков. Поднимаяся в лифте, Джун уже представлял, как разберёт обновки, приберётся и наконец ляжет в кроватку, по которой так соскучился за этот долгий день.       Всё шло по плану. Цветы были поставлены в вазу, краски убраны в специальную коробку, торт в холодильник. Джун даже прибрался в спальне и ванной, выглядевших непрезентабельно после утренних сборов. Когда, наконец, парень переоделся в домашнее и готовился завалиться на одеяло, раздался звонок в дверь. Хон мгновенно побежал открывать, забыв об усталости. Руки тряслись от волнения, пока он отпирал дверь. Неужели он увидит уже своего парня, поцелует, расскажет обо всём: дне, о своих чувствах и впечатлениях; покажет фото…       Мечты рухнули, как только на пороге квартиры Хона обнаружился курьер. Джун надеялся, что пришедший парень не воспримет резкую смену эмоций на лице клиента на свой счёт, но сцена получилась до смешного неловкой. Поэтому, заперев дверь, Джун медленно выдохнул через рот и постучал себе по лбу. Пакет в своих руках парень даже не сразу заметил, но как только распахнул его, весьма остро ощутил, насколько сильно на самом деле проголодался за время прогулки.       Хонджун сидел на кухне и с наслажлением обмакивал роллы в соевый соус перед тем, как отправить их в рот. Всё-таки Пак Сонхва странный человек. Ведёт себя невинно, а подарки делает такие, как будто Джун его содержанка. В принципе, Хона такая перспектива скорее привлекала, чем отталкивала, он слишком давно не заказывал суши. А тут он мог съесть их все и не смотреть потом на баланс карты с болью. Сейчас парень закатывал глаза от удовольствия, после такого активного дня еда казалась ещё вкуснее, чем обычно.       По традиции, Джун открыл конверт только когда наелся до отвала и тщательно вытер руки. В этот раз бумага была не белой, а голубоватого оттенка и с маленьким нарисованным сердечком в уголке. Отличие в оформлении привлекали внимание и заново разжигали интерес, слегка поубавившийся после сытного ужина.       «Умница! Ты дошёл до самого конца! Да, это последний конверт. Не знаю, радует тебя этот факт или огорчает, но я не хочу расстраивать тебя в этот день. Поэтому, пожалуйста, ещё раз сходи в ванну и открой последний подарок.       Надеюсь, я смог сделать этот день значимым для тебя и ты надолго его запомнишь. Я очень горжусь твоей стойкостью и люблю<3       С днём рождения, малыш~»       Джун аккуратно, чтобы не помять, прижал конверт к груди. Факт наличия ещё одного подарка Джун принял уже спокойно, а вот последние слова письма действительно тронули. Хонджуна распирало от желания высказаться Паку в ответ. Поблагодарить, рассказать, какой Хва удивительный и как Джун его полюбил за это время. Но старший по прежнему не заходил в сеть и ничего не писал, поэтому идея была неосуществима. Это хоть и расстраивало Хона, но чувство благодарности не позволяло почувствовать хоть какой-то негатив к старшему.       Хонджун направился в ванную комнату с искренним изумлением. Он ведь уже пользовался ею сегодня, но видел лишь одну коробку. Пак пробрался в квартиру, пока хозяина не было, или просто надёжно спрятал заключительный подарок? Хон осмотрел всё помещение внимательным взглядом и сделал вывод, что спрятать что-либо возможно только в шкафчике под раковиной. Распахнув створки и подвигав содержимое полок, коробка вскоре была найдена за упаковкой туалетной бумаги. По размеру она была почти идентична найденной на этом же месте утром. Джун уселся прямо на тёплый пол и поднял крышку, в глаза сразу бросилась записка, лежащая поверх наполнения. На этот раз никакого конверта не было, просто несколько строк на стикере.       «Ты заслужил как следует отдохнуть сегодня. Потрать время на себя и наслаждайся~»       Хон бережно отложил бумажку и принялся рассматривать, что скрывалось под ней. Помимо геля для душа, шампуня и кондиционера, нашлись бомбочка и пена для ванн, лосьон для тела и даже масло для кутикулы. Пахло всё это так, будто Джун оказался в магазине косметики, но парень надеялся, что при использовании ароматы будут не такими сильными.       Всё содержимое подарка намекало, что имениннику пора принять ванну. Почему и нет? Парень пожал плечами и начал набирать воду. Влил сколько-то мерцающей жидкости в мощный поток воды из-под крана и на поверхности воды мгновенно начала расти пена. Ранее, Хон никогда не пользовался подобными средствами, поэтому сейчас это походило на магию для него. Он залип на несколько минут на лопающиеся пузырьки, но опомнился и, включив спокойный плейлист на телефоне, скинул с себя мягкую домашнюю одежду.       Хонджун аккуратно опускал в горячую воду правую ногу со стиснутыми пальчиками. Он боялся, что вода окажется слишком горячей, но пока это было скорее согревающе, чем обжигающе. Встав уже на обе ноги, Джун начал кое-как опускаться в воду полностью. Когда лопатки коснулись гладкой стенки ванной, Хон почувствовал, как к каждой конечности подвязали утяжеление в несколько килограммов, так они потяжелели. Зато мышцы, ноющие после покорение любимого холма Сонхва, начали расслабляться и перестали ныть от напряжения. Ради такого удовольствия определённо стоило преодолеть весь сегодняшний путь.       Когда Джун вообще последний раз принимал ванну? Почему отказался от такого приятного времяпровождения? Сначала парню потребовалось какое-то время, чтобы просто прочувствовать момент и полежать с закрытыми глазами, согреваясь ото всех ветров, что продували его сегодня. Потом он немного поиграл с пеной и рассматривал в какой цвет окрасила воду бомбочка, шипевшая несколько минут у Хона в ногах. Лишь после этого приступив к мытью, с интересом нюхая бутылочки, подаренные Паком и нанося средства на голову. Джун даже мылился дольше, чем обычно, попутно массируя уставшие мышцы рук и голову. Покачивая головой в такт играющей мелодии, Хон с удивлением вспомнил, что не взял с собой сегодня одноразку, отданную ему Хва. День выдался настолько богатым на события, что он забыл даже о никотине, от которого старательно пытался отказываться каждый день. Это осознание добавила Джуну гордости за себя любимого и он продолжил тереть ноги мочалкой с улыбкой на губах.       Вылезал из подостывшей ванны Хонджун с чувством, словно он заново родился. Зеркало запотело и он не знал, как выглядит сейчас, зато чувствовал себя прекрасно. Одевшись и намазавшись с головы до пят уходовыми средствами, благоухающий и довольный Хон наконец вышел из тёплого влажного помещения на холод коридора. Кожа мгновенно покрылась мурашками, и парень на цыпочках пробежал в спальню, ныряя под одеяло. Устроившись поудобнее и нацепив полотенце на влажные волосы, Джун взял в руки телефон. Экран безразлично отображал пустую панель уведомлений и цифры «23.42». Его день подходил к концу, оставляя парню калейдоскоп счастливых воспоминаний. Подумав об этом, Хон вспомнил о фотоаппарате и с трудом дотянувшись до футляра на тумбочке, решил просмотреть на результат своих стараний. На каждом кадре Джун зависал, рассматривая каждую деталь и заново проживая те же эмоции, что испытывал в момент съёмки. Это явно была одна из лучших идей Пака — запечатлеть этот день глазами самого именинника.       Из идиллии одиночества вырвал внезапный звонок в дверь. Хон даже вздрогнул всем телом от неожиданности и глянул на время. Без одной минуты полночь, кто мог появиться в такое время? Джун с опаской подошёл к двери и заглянул в глазок, резко выдыхая и стараясь быстрее-быстрее отпереть замок. Парень резко распахнул многострадальную дверь, что едва не угодил Паку в лоб. Старший увернулся и не придал этому значения, глядя только на Хонджуна, чьё ускорившееся дыхание выдавало волнение.       — С днём рождения, родной! — Хва протянул небольшой панкейк с горящей свечой на нём, — У тебя осталось 20 секунд, чтобы загадать желание.       Хонджун был насколько рад наконец видеть лицо старшего, слышать его голос и чувствовать знакомый парфюм, что едва не пропустил мимо ушей слова старшего. Но опомнившись сложил руки и зажмурился на пару секунд. Потом распахнул глаза и резко дунул, поднимая счастливый взгляд на Хва. Тот смотрел с восхищённой улыбкой, пока между ними тянулась ниточка дыма от потухшей свечки.       — Я так рад тебя видеть, — взволнованно признался Хон, не отрывая взгляда от бездонных глаз напротив.       — Я тоже, — просиял старший, — могу войти?       — Ах, да, разумеется, — Джун пропустил гостя в квартиру, получив быстрый чмок в висок.       — Как прошёл твой день? — поинтересовался Хва, раздеваясь.       Хонджун начал рассказ с самого своего пробуждения в одиночестве. В подробностях описывая, что испытывал после каждого задания, благодарил Пака за каждый подарок и сокрушался о цене всего этого. Пока Джун восторженно говорил, не контролируя свои жестикуляции и мимику, Хва с улыбкой слушал, доедая роллы на кухне.       Подробный пересказ заканчивался уже в спальне. Джун не мог спокойно лежать, поэтому, подпрыгивая, сидел напротив умиротворённого старшего и активно размахивал руками, придавая рассказу выразительности. Под конец он наконец придвинулся к старшему и взял того за руку.       — Спасибо, Хва. Это бесспорно самый удивительный день рождения, который у меня когда-либо был. Ума не приложу сколько времени у тебя ушло на подготовку, а денег… — смущённо замолк Джун.       — Я думал, что уже прояснил этот аспект в письмах, — подал голос Хва, — Но ещё раз, ты имеешь право тратить на меня своё время, тогда я имею право тратить на тебя свои деньги. Хорошо? Ты просто не представляешь, насколько счастливым меня делает твоя улыбка. И все траты стоят того, чтобы твои глаза сверкали, как сейчас, — старший прикоснулся губами к пальчикам Джуна на своей ладони, — Хочешь теперь послушать, как это всё выглядело с моей стороны?       — Разумеется, — воскликнул Хон, — весь день мучаюсь в догадках.       — Тогда ляг и положи на меня ноги, — старший похлопал непонимающего Хонджуна по бедру, — надо размять тебе мышцы после такого кросса по пересечённой местности, это полезно. Ложись на живот.       Младший послушно перевернулся и почувствовал, как тёплые руки начали водить по правой икре. Было приятно до тех пор, пока Хва слегка не сжал мышцу. Хон дернулся и зашипел.       — Больно же, мать твою!       — У тебя мышцы забиты, конечно больно, — невозмутимо отозвался Хва, — Если делать это регулярно, то они станут мягкими и боль пройдёт. А пока, дыши и концентрируйся на моём голосе.       — Ладно, — выдохнул Хонджун, подкладывая под грудь подушку для большего комфорта.       — Начнём с того, что я узнал о твоём дне рождения ещё неделю назад. От Уёна у меня дома после того, как ты заснул, — начал Хва, параллельно работая пальцами, — Он строго предупредил меня, что если я обосрусь с подарком, то он мне глаз на жопу натянет, и я поверил. Поэтому попросил у того же Уёна помощи с теми сторонами, что я ещё не слишком хорошо знаю в тебе. Так что совместными усилиями мы создали план маршрута. Дольше всего пришлось выбирать тебе подарки для ванной, честно говоря, — хохотнул брюнет, — на меня консультанты уже как на идиота смотрели, когда я третий день подряд заявлялся в магазин. И не говори, что это того не стоило, ты так приятно пахнешь, — старший согнул ногу Хона и поцеловал косточку на голеностопе, заставляя младшего побагроветь и спрятаться в подушке. Хва же размеренно продолжал, будто ничего такого не случилось, беря в руки вторую ногу, — Подговорить людей и персонал было проще, чем ты, наверняка, предполагаешь. Мне повезло, что везде люди были довольно доброжелательными. Я спрашивал о возможности что-то оставить для тебя несколько дней назад, а конверты уже раскидывал по городу сегодня утром. Последним оставил тот, что был на машине закреплён.       — Да, кстати, — встрепенулся Джун, — как ты весь день без машины прожил?       — Вполне спокойно, город то не очень большой. Если и требовалось, то брал такси, например, сейчас, чтобы успеть к тебе до полуночи.       — Ахренеть, — просто вздохнул Хон, заметив, что массаж окончен. Парень перекатился на спину, поднялся и переполз на колени к старшему, крепко обнимая, — не верится, что всё это ты сделал только ради меня.       — Ты это заслужил, — шепнул на ухо Пак, обнимая своего мальчика за талию.       — Я так люблю тебя, — слегка отстранился, чтобы заглянуть в глаза старшего, Хонджун.       — И я тебя, но это не совсем то, чего я добивался, организовывая этот квест, — усмехнулся Хва.       — А чего тогда? Была какая-то цель? — удивился младший.       — Да, — брюнет отвёл взгляд на пару секунд, но потом вновь твёрдо посмотрел на Хона, — Я хотел, чтобы ты почувствовал, как можно наслаждаться жизнью. Самостоятельно, без меня или кого-то ещё рядом, — он нежно погладил младшего по плечу, — Хотел, чтобы ты насладился жизнью и полюбил её.       — Тебе удалось, — сглотнул внезапно подкативший ком к горлу младший, — Я так рад, что не убил себя тогда, и что ты появился в моей жизни.       Сонхва снова остался на ночь, ни на минуту не выпуская из своих объятий хлюпающего носом Джуна. Сегодняшний день начался для младшего в одиночестве, но закончился под боком у любимого мужчины и это всё, чего он мог желать.