Как это могло стать любовью?

- Завтра? И какой ответ? – Мизуки ходила туда сюда по комнате и пыталась хоть что-то вспомнить. – Как сосредоточиться, когда так много не понятно? – она остановилась, перевела дыхание, успокоив его она присела прямо посреди комнаты. Девушка закрыла глаза и просто попыталась сосредоточиться на своем дыхании, такой метод часто спасал ее, когда нужно было успокоиться и расставить все по полочкам в голове. Дыхание становилось спокойнее, сердцебиение утихало, пока совсем не ушло на второй план, и Мизуки не окунулась в поток своего сознания. Она отчетливо видела, как заходит в бар, заказывает холодное пиво, даже помнит капли стекающие по стакану и легкую пенку. Когда один стакан был осушен, что-то пошло не так, тут уже воспоминания стали обрывистыми. Мелькали картинки быстро, в тумане и отголоски фраз. Не получалось ухватиться за какой-то определенный отрывок, в этот момент девушка осознала, что произошло. «Меня накачали чем-то» - быстро пронеслось в голове. Она не могла понять кто, ведь с ней был только ее напарник по наблюдению – Ишики. «Он не мог» - с угасающей надеждой подумала Мизуки. - Чужаков не принимают у нас. – обрывки монолога пронеслись в потоке воспоминаний. - Твоя сила не нравиться верхушке. – эта фразы была сказана без эмоций, Ишики просто ждал, когда девушку окончательно отрубит, и пил свое пиво. Больше в баре воспоминаний никаких не было. Далее только падение, непонятно откуда и куда. Темнота, лишь пустой взгляд бывшего напарника где-то мелькал. Она не понимала, как он мог так поступить? 2 года они вели охрану и наблюдение деревни, он был добр к ней, им было комфортно вместе. Шутили, веселились, поддерживали. Она не могла понять, неужели все это было спектаклем, но зачем? Мизуки все так же сидела посреди комнаты, она выпала из потока этих обрывистых воспоминаний и сейчас просто переваривала всю возникшую информацию. Она пыталась не поддаваться эмоциям, но, 2 года проведенных с человеком, в таких близких отношениях, не могли исчезнуть без следа. Ее накрывало отчаяние, в груди образовалась тяжесть, которая повалила ее на пол. Она притянула колени к себе и, тяжело дыша, пыталась не заплакать. Предательство, попытка убийства било в висках Мизуки, ей словно не хватало воздуха. - 2 года, – прошептала она, – и тут не смогли принять. – на этой фразе она провалилась в сон, или в воспоминания, все было слишком ярко и реально. Когда был уничтожен клан Мизуки, ей самой было 15-16 лет. Она была за пределами деревни и вернувшись обнаружила лишь гору трупов, которую собирались сжечь. Ее клан никогда особо не любили, относились с опаской и это отношение молодая куноичи забрала с собой по стране. Где бы она не находилась, увидев ее силу люди отворачивались от нее. Тут же она надеялась на принятие, находясь 2 года в последней деревне, она думала, что нашла свой дом, но ситуация опять же обернулась против нее. Тут от нее просто решили избавиться, как от какого то проклятия, быстро, верно и жестоко. Но кто ее принес сюда? - Ты чего на полу лежишь? – без стука войдя в комнату, спросила синеволосая девушка. Она медленно подошла к Мизуки и мягко потрепала ее по плечу. – Хей. Мизуки открыла глаза, по пробивающимся лучам она поняла, что снаружи уже утро. Увидев над собой человека, она медленно приподнялась на локти. Тело ныло от такого твердого сна, внутри была опустошенность. - Как зовут тебя? – с хрипотцой в голосе спросила Мизуки. Синеволосая девушка помогла ей встать и усадила на кровать, сама же продолжила стоять рядом. - Конан. – в ее взгляде промелькнуло какое-то сочувствие, но в ту же секунду исчезло оставляя лишь тень в ее янтарных глазах. – Собирайся, он ждет тебя. – она хотела было уйти, но Мизуки ее остановила. - Как я оказалась тут? Я должна была умереть. – последнюю фразу она произнесла шепотом, принятие факта предательства еще не до конца дошло до ее сознания. Конан на секунду задержалась, и открывая дверь сказала. - По дороге, он не любит ждать. Они обе вышли из комнаты. Коридоры были мрачные и сырые, свет давали только свечи на стенах. Никаких внешних звуков тут не было, тишина. Лишь ходьба эхом била по стенам этого места. - Один из членов нашей организации долгое время следил за тобой, - начала Конан. – У него по всей стране свои шпионы, и они докладывали о твоем перемещении. В деревне, где ты находилась тоже был такой человек. Он узнал, что тебя собираются убрать и передал это ему. Тот передал лидеру, и по счастливому, для тебя, стечению обстоятельств, лидер направлялся за хвостатым, как раз рядом с местом, где ты находилась. Он видел всю картину своеобразной казни над тобой и в последний момент спас тебя. Но травм не получилось избежать, поэтому потребовалось чуть больше времени, чтобы ты пришла в себя. Мизуки вздохнула, но от тяжести в груди сделать полный вдох у нее не получилось. Ее съедали мысли и итоги к которым она приходила. Хватило сил сказать только: - Ясно, видимо я должна быть благодарна. – она пожала плечами и продолжила идти за Конан, та же в свою очередь бросила на нее полный безразличия взгляд и сказала: - Тебе повезло, если бы не твоя сила за твою жизнь не боролись бы. Ты пригодишься лидеру в осуществлении нашей цели. – дальше они шли в тишине. - Ты приняла решение? – мужчина так же восседал на своем месте и сверлил Мизуки своими необычными глазами. Ответ был до боли очевиден. Ей все равно некуда было возвращаться, а для мира она была мертва, ей ничего не оставалось как дать положительный ответ и вступить в организацию ниндзя отступников – Акацке. Ее временное прибежище теперь здесь среди преступников, какой будет итог из этого союза она не знала, да и знать особо не хотелось, просто нужен был временный дом.