Я (не) справляюсь

— Что ж ты, сопляк? Не полез меня спасать, вот как. — как всегда, начинаю ругать его. — Всё еще думаешь только о себе? Думаешь что можно просто молчать и всё, от тебя отстали? — снова надеваю эту, уже противную, маску безразличия. Но почему такое отвратное чуство? Почему мне так обидно? Я ведь так верила, что он меня спасет. Одновременно так смешно, и грустно. С самой себя. Но я слишком гордая, чтобы это признать. Я снова гордо шагаю к капсуле. И ведь специально иду так, чтобы он понял что мне, чёрт возьми, обидно. — Опять раскис! — со всей силы пинаю его ногой, как же хочеться чтобы он почуствовал всю мою злость. — Сколько лет уже с тобой приходиться возиться! — И я опять кричу, кричу так же, как четырнадцать лет назад. А я ведь по другому и не умею… Впрочем, плевать. Я справлюсь сама. Не нужен мне Синдзи. Но я никогда не приму то, что мне все-таки обидно, очень обидно.

***

Не знаю, сколько прошло времени, я очнулась в каком то странном месте. Рядом сидит Синдзи. — Я…спала? — широко распахнув глаза, пытаюсь осмотреться. — Идиот Синдзи? — Я рад, что смог снова тебя увидеть. — Синдзи улыбался. — Я хотел сказать тебе кое-что. Спасибо, что сказала, что я тебе нравился. Ты мне…тоже нравилась. Сердце пропускает удар. Ещё один. Казалось, я распахнула глаза ещё шире, но тут же приняв свою обычную эмоцию недовольства, я отворачиваюсь. Нельзя показать себя уязвимой. Нравилась? Что, чёрт возьми, он сейчас говорит? Я ему нравилась? Почему так больно… — Пока, Аска. Передавай привет Кенцуки. — Синдзи улыбался так легко, непринуждённо. Я бы даже поверила что всё хорошо, но. И тут я снова очнулась. Уже сама. Почему в горле стоит ком? Такой неприятный осадок, сердце разрываеться на части. Неужели это конец? Какая же я всё-таки глупая. Глупая Аска. Как же ты, могла привязаться к кому то? Обещала ведь, что справишься сама.