Утро не придёт

—Привет, котёнок. Ты уже засыпаешь? — спешно спрашивает Шин, нервно отрывая зубами корочку с нижней губы, когда ее собеседник наконец-то берет трубку. Рюджин подмигивает рядом стоящему Айки и переводит взгляд на выключенные окна особняка на втором этаже. —Нет, просто лежу, — голос Ханы слишком доброжелательный, если брать во внимание отношение старшей сестры пару часов назад к ней, —Ты скоро вернёшься? —Я уже внизу. А родители у себя? —Нет, уехали недавно. Сказали, что будут завтра днём. Вот как. Девушка отстраняет телефон от уха, секунду ожидая для того, чтобы проверить время на экране. Действительно поздно, но это играет сейчас ей на руку. Ещё лучше. Не то, чтобы родители могли бы выгнать японца за дверь. Нет. Здесь скорее разговор именно о его комфорте. Ее родители прекрасные, но Айки чувствовал бы себя не в своей тарелке, думая, что как-то стесняет их, что было бы совсем не так, но всё же. Конечно, был вариант остаться в «Гараже», однако… дом же всё равно в выигрыше? —Вы там решили до победного стоять? — голосом учительницы спрашивает младшая, напоминая о себе. —Заходите. «Вы». Видимо, за ними следят. Ну, конечно. Это же Хана. Если ей не дают ответы на нужные вопросы, она получает их сама. И судя по всему, для этого ей стоило просто посмотреть в окно. Гениально. Что же… спасибо, Хана. Ты переняла на свои плечи девяносто девять процентов задачи. —Заходи, — кивает Рюджин, и улыбается немного сжатому Айки, и бросает ключи на тумбочку у зеркала в прихожей. Ноги брюнета не решаются двигаться дальше, стоит ему зайти внутрь огромного дома. Ему кажется, что он перестаёт дышать. Не спешит, даёт себе время медленно осмотреть первый этаж: просторная гостиная, соединенная с кухней и комнаты чуть дальше. Всё выполнено в мраморе, и возможно это одна из причин, почему по коже пробегают мелкие мурашки. Он делает первый вдох за это время. Теперь изучает массивные столбы, что опирают собой высокие потолки, из-за чего голова невольно ползёт наверх. Сейчас ему удаётся увидеть только металлические перила лестниц, и краем глаза - холл на втором этаже, что частично скрывается за ними. Снаружи он не казался таким огромным и это просто сумасшествие. Стоит ли говорить, что прежде он не бывал в таких местах? И это дом! Дом! Айки оглядывается через плечо, смотря, как Рюджин стягивает с себя куртку и отмечает про себя ещё кое-что: любой шорох отдаётся эхом по всему этажу. Вот это акустика. Хотя… чему удивляться? —Твой дом похож на церковь. Девушка, стоящая перед зеркалом, моргает, смотря через него за спину, словно он сказал что-то непонятное, но выпускает смешок, закатив глаза, когда осознаёт смысл сказанного. —Надеюсь, это хорошо, — Рюджин дважды хлопает его по плечу. Сайто хмыкает в ответ и уже открывает рот, чтобы выдать только посетившую голову мысль, как: —Ну, привет! Девичий голос звучит откуда-то сверху, и он мысленно благодарит свои уши за оперативную службу, когда рефлекторно поднимает голову, замечая недавнюю «знакомую», что довольно ухмыляясь сложила руки на перила и смотрела на них сверху. Айки помнит, какие эмоции вызвала младшая Шин в прошлую встречу, однако он даёт ей ещё один шанс. Ведь если эта девчонка - сестра Рюджин, то они по-любому должны поладить. В их случае - хотя бы не проклинать друг друга. Хотя… тут ещё вопрос, кто кому даёт шанс. Характер у неё тот ещё. —Пойдём, я покажу тебе твою комнату, — произносит Рюджин, легко касаясь ладонью его спины, тем самым вырвав его из мыслей, на что он робко кивает. Он снова кидает взгляд на второй этаж, наблюдая, как младшая Шин устало выпрямляется, засовывая руки в карманы чёрной спортивки на молнии. А ее можно уже называть по имени? Хотя бы на время пребывания в этом доме. Будет сложно, но он постарается. Хана пропускает пальцы через чёрные, словно смола волосы, перекидывая их на бок и терпеливо ждёт, когда они окажутся рядом с ней. А за это время Сайто даёт себе возможность ближе изучить ее. Средние волосы чуть ниже ключиц, на шее украшение из белого жемчуга, что буквально сбивает его столку; оно не складывается с уверенным выражением лица и чёрной мешковатой одеждой. И ещё кое-что. В близи Шин ещё меньше, чем он представлял: зная свой рост, и делая нехитрые расчёты в голове, она должна быть чуть больше полутора метра ростом. Не то, что бы это плохо. Просто, как столько уверенности и сарказма могло поместиться в этом маленьком теле. Айки мысленно хмыкает. И видимо, такое явное изучение не остаётся незамеченным, судя по проедающему взгляду человека напротив. Он попал. —Вот и твоя комната, — Рюджин открывает дверь одной из многочисленных комнат в просторном холле и позволяет мимолетно пройтись глазами по стенам. Видимо, это гостевая комната, думает он, — полотенце в тумбочке, ванная в конце коридора в твоём расположении. Если что-то надо, моя комната через дверь, — указывает она, слабо улыбаясь. —А моя - слева от твоей, чего уж церемониться, — сообщает Хана с таким видом, словно не сказала ничего такого. Брюнетка замирает, смотря на младшую по меньшей мере в шоке, на что та безразлично пожимает плечами. —Хана… Эта девочка… Остаётся покачать головой и тяжело вздохнуть. Слова тут излишни. И в кого она такая, интересно? А если Рюджин предложит ей переночевать на первом этаже, это будет слишком палевно? Ладно, Шин, просто забудь. У твоей сестры просто искромётное чувство юмора, не больше. Будто первый раз, ей-Богу. Только вот Айки придётся смириться с ним. Здесь она уже бессильна. —Не знаю как вы, малыши, но я уже отрубаюсь, — устало зевает Рюджин, стуча пальцем по краю чашки, наполовину наполненной фруктовым чаем. Она подпирает кулаком подбородок, переводя взгляд на Хану и Айки, что мирно сидели за одним столом и ели пирожные, на удивление не метая молнии из глаз друг в друга. Это уже победа, согласитесь. Как старшая Рюджин считает себя безответственной, смотря на все виды сладостей, что наполнен столик, однако мысленно отмахивается от поучительного внутреннего голоса. Один раз живем, верно? Подумаешь, они слопали все сладости в холодильнике, что дальше? От этого никто не умрет. И от того, что она будет занудой, младшие ее не поблагодарят. Стрелки часов показывают за полночь, и Шин только убеждается, что пора закруглиться. Занятия никто не отменял, а в случае опоздания учителям будет до лампочки, чем занимались ученики до такого позднего времени. —Спать не собираетесь? Руки, держащие сладкие кексы, замирают в воздухе, не успев поднести их ко рту, а пары темных глаз встречаются друг с другом в замешательстве. Очень интересно. Брюнетка щурит глаза, наблюдая за этой картиной. Немые разговоры продолжаются секунд пятнадцать, однако инициативу на объяснение берет на себя Хана: —Мы посидим ещё минут десять и поднимемся. Да, Сайто? Во взгляде японца невооружённым взглядом читаются тысяча вопросов в купе с удивлением, отчего Рюджин хочет рассмеяться, но почему-то даёт этим двоим шанс, молча следя за представлением. Наконец Айки включается, замечая предупреждающий взгляд девчонки, сидящей рядом и подтверждает: —Да, Рюджин, ещё десять минут, — серьезно обещает он, даже откладывая от себя кекс, — и ты услышишь, как закрываются наши двери. Шин театрально сужает глаза, словно показывая, что видит этих двоих насквозь, но те не сдаются, так же сидя с уверенными лицами. —Я могу на тебя положиться? —Конечно, — кивает Сайто. Ну, что за дети. Ей безумно интересно, что они придумали, но шанс этим телепузикам она даст. И не дай Бог… —Ты за старшего, — командует она, строго смотря на японца, на что он кивает. —И не поубивайте друг друга за это время ради Бога, иначе я вас сама прибью, — шуточно предупреждает, вставая из-за стола. —Эй, а почему он за старшего?! — «включается» Хана, когда старшая сестра уже доходит до лестниц, однако вместо ответа просто машет рукой, даже не обернувшись. Ноги устало переступают каждую ступеньку, а тело будто наливается цементом, желая поскорее упасть на кровати и уснуть. Денёк и правда нескучным выдался. Зато какой результат! Сказка! Рюджин слышит за спиной сдержанные «потому что я старше тебя, Шин», «на два месяца?!», и почти не помнит, как оказывается в собственной комнате. Хана злобно выдыхает, слыша под боком тихий смешок победителя, из-за чего раздражается ещё больше. Какого чёрта, Рюджин?! Сестра предательница. Чудно! Она незаметно поворачивает голову, косясь на японца, что не замечая ее взгляда, гипнотизирует лежащую на краю стола ложку. Такой ракурс позволяет изучить только правую сторону лица парня: серебряные кольца на хряще и мочке уха, длинная челка, лезущая в глаза; далее, чуть ниже - красивый нос и пухлые губы. В принципе, профиль в целом скажем так… неплохой. Сайто наконец-то открывает взгляд от стола, поднимая глаза вперёд и задумчиво проводит кончиком языка по уголку губ, выглядя так, будто решает в уме сложную задачу. И о чем он думает, интересно? Хана мысленно щёлкает себя по лбу за излишнее любопытство, однако: —Спрашивай. —М? Приходится часто-часто заморгать, вопросительно приподнять брови, и теперь прямо посмотреть на Айки, чтобы узнать посыл вопроса или убедиться, звучал ли он вообще. —Ты же хочешь у меня что-то спросить или, может, сказать? Валяй. Что ж… ладно. Видимо, все-таки заметил. Шин тяжело вздыхает и пропускает ладонь сквозь волосы, смотря перед собой, вставая из-за стола. С чего он взял вообще? Ничего она не собирается спрашивать. Вот ещё. И вообще. Единственное, что она сейчас хочет - это последовать примеру Рюджин и отправиться спать. —Думаю, ты ошибаешься, Сайто, — брюнетка строит милое лицо и принимается убирать тарелки. Она слышит короткое мычание, а после движение рядом. Не трудно догадаться, что японец решил заняться тем же. Высокая фигура оказывается совсем рядом, когда грязная тарелка отправляется в раковину. Хана поворачивается на сто восемьдесят градусов, опираясь поясницей о столешницу, ощущая тело подростка рядом. Он действительно очень высокий, не нужно и голову поднимать, чтобы подтвердить эту мысль. Чем он питается? Нет, серьезно. Может, Сайто не воспринимает ее всерьёз из-за ее роста? Насколько уверенной она бы не была, перепалки между ними наверняка выглядят нелепо со стороны. И это выбивает ее, чёрт возьми! —Что случилось с Ли? Что?.. Она правда задала вопрос? Помнится, несколько минут назад брюнетка хотела поскорее уснуть. Так… что изменилось? Хана проигрышно прикрывает глаза, когда Айки вопросительно поворачивает к ней голову, хмыкая: —А говорила, что не собираешься ничего спрашивать. Шин цокает, закатывая глаза. Ой, ну извините, пожалуйста! —Не хочешь, не отвечай. Подумаешь… Получила, что хотела? Теперь точно спать, Шин Хана! Она уже отталкивается от столешницы, делая пару шагов к лестнице, однако не доходит метра, потому как: —Напился в стельку и крушил всё вокруг, — объясняет парень, расслабленно опираясь бедром в деревянную поверхность и скрещивает руки на груди. Вот как. Брюнетка поджимает губы и дергает бровями, получая неожиданную информацию. —Я тоже не перевариваю пьяных людей. Не думал уж он, что для того чтобы наладить контакт, им стоит заговорить о влиянии алкоголя на человека. Айки мысленно хмыкает, но сам серьёзен: он следит, как Хана возвращается на прежнее место, только в этот раз запрыгивает на столешницу в самом конце, видимо для того, чтобы опереться головой о стену. Она выглядит усталой, но не сводит с него расслабленного взгляда. —Слушай, я знаю, что ты меня ненавидишь, но… я не сделаю ничего плохого. Я всегда буду защищать Рюджин, не смотря на то, что я у Феликса, ясно? —Я тебя не ненавижу, — отрицает Шин, — я буду доверять тебе, пока доверяет Рюджин. Это единственный ее выход. Хану же не просвещают в их общие дела? Значит, она будет действовать так же, как действует ее сестра. Что ей ещё остаётся? Когда-нибудь ее будут считать достаточно взрослой и зрелой для того, чтобы пускать ее в важные дела, но видимо это будет точно не в ближайшее время. —Да ладно, твои взгляды, полные ненавистью, только слепой не заметит, — хмыкает японец. —А что ты хотел? Мы с тобой первый раз в жизни разговариваем! Я же должна тебя изучить. —Интересно, какого мнения ты будешь, когда раскопаешь детали моего прошлого и родословной. Хана закатывает глаза, хмыкая. Господь с тобой, друг. Вряд ли бы она занималась бы таким. Зачем ей это? —Пару безобидных пунктов будет достаточно, — с сарказмом сообщает она. —М-мм… — задумчиво тянет брюнет, смотря в потолок, — что ж, не уверен насчёт «безобидных», но я уже год не живу дома из-за того что мои родители бухают круглыми сутками, и если в такие моменты хотя бы появиться у них на глазах, они способны разбить ту же бутылку тебе об голову, чтобы не мешался. Поэтому я живу у Ликса, — слишком спокойно для таких слов произносит Айки, загибая пальцы, — им пофиг на меня, мне на них. Я не удивлюсь, если где-то услышу о том, что они откинулись. Она чувствует, как внутренности зажимаются. ..Что? Слушать то, что говорит этот парень почти невозможно. Будто ты перестаёшь существовать в этот момент. Потому что… Как это возможно вообще? Хана не моргает и не дышит даже когда Айки перестаёт говорить. Да нет же. Сейчас он рассмеется и скажет, что пошутил и назовёт ее доверчивой. Да? Она хочет, чтобы так произошло, чёрт возьми. Давай, Сайто. Назови меня доверчивой. Однако этого не происходит. —Ты поникла что ли? — тихо хмыкает он, удивляясь. —Ну ты даёшь, Шин. —Я… я не знала, прости. —Я рассказал тебе не для того, чтобы ты вздумала меня жалеть, а на случай того, если моя персона вдруг заинтересует тебя, ты всё узнала от меня лично. Он смотрит на младшую ещё пару секунд, а после, цокнув губами, отталкивается от столешницы, видимо направляясь на второй этаж. Руки рефлекторно тянутся к широким карманам объемной толстовки, и брюнет готов поклясться, что ощущает прожигающий спину взгляд. Похоже, он оставил впечатление. А если брать во внимание то, что он разговаривал с Шин Ханой, это считается огромным достижением. Надо же. Однако то, что он слышит в следующую секунду одним взмахом разрушает тот фундамент, который строил весь вечер. —У меня тоже такое случалось. Прости? И что это значит? Айки вопросительно выгибает брови, смотря на младшую Шин. Объяснений не ждать? —Я думал, у вас идеальная семья. Хана мотает головой: —Мой папа не биологический, биологический умер несколько лет назад. Потом появился мужчина, который говорил, что любит мою маму и нас с Рюджин. Но он был ужасным человеком, совершал немыслимые вещи. Больше досталось именно Рюджин, и я до сих пор не понимаю, как она справилась с этим дерьмом. Иногда меня это тоже касалось, но не как ее. Она натерпелась больше всех. Я не могу рассказать, что именно тогда происходило, но… временами я чувствую, что не настолько сильная, какой кажусь себе. Прошло достаточно много времени прежде чем я доверилась новым людям в жизни, и таких действительно единицы. Перешагнула через себя, чтобы довериться незнакомому мужчине, который стал частью моей семьи. Так же как и ты Феликсу, понимаешь? Вот поэтому я скептически ко всему отношусь. Думаю, в этом плане мы с тобой похожи. Действительно, похожи.