Утро не придёт

Рюджин старается не издавать лишних звуков, поднимаясь по лестницам, ведущих в их с Ханой комнаты. Хоть время и позднее, ей удалось выяснить, что родителей дома, к удивлению, нет, однако, если младшая спит, будить ее своим появлением всё же не стоит. Она косится на соседнюю дверь, вспоминая о том, что сообщил ей сегодня Ликс, примерно минуту прокручивая это в голове и в сотый раз задавая себе вопрос: «а возможно ли это вообще?», и назвав себя «параноиком», проползает к себе в комнату. Шин привычно достаёт из кармана куртки нож и кладёт его на рабочий стол, перед тем как стянуть с себя вещь и небрежно кинуть на кресло. И только в этот момент в голову приходит осознание того, что она забыла забрать у Ли свою биту. —Чёрт..— шипит она, прикрыв глаза. Значит ли это, что появился ещё один «повод» для встречи с ним между согласованными двумя неделями? Рюджин бы хотела, чтобы эти даты совпали, а там уже зависит от находчивости парня. Девушка решает отложить эту мысль в долгий ящик, чтобы не забивать голову ненужной информацией и не перегружать мозг, и в этот момент ее прерывает тихий звук включённого телевизора из соседней комнаты. Он был включённым всё это время или Хана включила его только что? А если и был включённым, младшая могла уснуть и под его звук? Может, ей стоит просто проверить? По крайней мере, Рюджин хотела бы поговорить с ней в ближайшее время и надеется, что Ли поступит так же. Девушка невольно задерживает дыхание, перед тем как поднять руку и тихо постучать в дверь дважды. А почему она, собственно, волнуется? Возможно, из-за осознания того, что сейчас она поговорит с младшей сестрой о ее первых отношениях, и от этого, честно говоря, внутри зарождается чувство неловкости. Очевидно, почему Хана не решилась поделиться о таком первой. Господи... —Заходи! — заглушенный, но тем не менее бодрый голос Ханы звучит за закрытой дверью, поэтому блондинка нерешительно входит в комнату. Рюджин кидает взгляд на сестру, лежащую на кровати и активно строчащую что-то в телефоне, и медленно шагает к креслу чуть дальше, чтобы обратить на себя внимание. И этот незамысловатый способ оказывается эффективным. —Ты поздно, — замечает младшая, ненадолго отрываясь от гаджета, — в гараже были? Девушка садится в кресло, предварительно переместив с него лежащую книгу на рабочий стол и устало качает головой: —Нет, просто гуляла. В ответ слышится глухое мычание, поэтому Рюджин терпеливо смотрит на сестру, прожигая в ней дыру, и заметив взгляд, Хана всё-таки откладывает телефон, растерянно моргая глазами. —Случилось что? Ты выглядишь сердитой. Чёрт, это совсем не поможет расположить ее к расслабленному и свободному разговору. Поэтому Шин выдыхает. Надо вспомнить, зачем она здесь. Всё должно пройти мягко, без какого-либо прессинга. —Всё в норме, — слабо усмехается Рюджин, — просто вечерок насыщенным оказался. —Ясно, опять кого-то мутузила, — догадывается младшая, хмыкая. Старшая Шин фыркает, закатывая глаза. Если на свете и есть тот человек, что знает ее как облупленную, то этот человек находится напротив неё. Сёстры, и этим всё сказано. Однако такая быстрая смена настроения ощущается почти физически. Рюджин чувствует, как расслабляются мышцы тела, поэтому позволят себе откинуться на спинку кресла. В голове почему-то не возникают вопросы о том, как ей стоит начать разговор. По ее мнению всё должно пойти быстро. Они поймут друг друга. Она уверена. Поэтому: —Слушай, я сейчас кое-что спрошу, а ты постарайся ответить честно, ладно? Хана озадаченно хмурит брови, будто перебирая в голове варианты того, что может спросить ее старшая, но сдаётся, кивая. Отлично. Они только что сделали шаг навстречу друг к другу. —Ты и Айки, вы типа... встречаетесь? И не успевает Рюджин мысленно похвалить себя за то, что не ходила вокруг да около, как Хана обреченно закрывает глаза, измученно прикладывая ладонь ко лбу. —Боже... Старшая понимает такую реакцию. Она ожидаема, если брать в счёт то, что она задала такого рода вопрос без предварительной подготовки. Возможно, ей стоило захватить с собой валерьянку или приготовить для младшей травяной чай? Однако Хана приходит в себя довольно быстро. —Какое «встречаетесь»? — кривляется она. —Нам по шестнадцать, Рюджин. Нет, мы не встречаемся. Кто тебе вообще такое сказал? Эмм... ладно? На отрицательный ответ отводилось примерно десять процентов. И что мы получаем? Его и получаем. И это... удивительно. — Ладно... Да нет, неважно, не бери в голову, — задумчиво просит Шин, смотря в пол. Она понимает, что Хана терпеливо смотрела на неё только когда лежащий на простынях телефон издаёт несколько уведомлений подряд, и Рюджин приходится рефлекторно выбраться из своих мыслей. Видела бы младшая своё лицо со стороны, думает она, хмыкая: —Другу своему сообщи, что ночь на дворе, — притворным голосом строгой родительницы произносит Шин, кивая в сторону гаджета, намекая, — так что говорите друг другу «спокойной ночи» и закругляйтесь, Окей? Хана позволяет себе засмеяться только когда это делает старшая после весьма серьезной речи.

***

Впервые за долгое время Шин Рюджин снова вспомнила про это чувство, вспомнила, каково это. Она ощутила это сегодня утром, когда она с Ханой обычно вышли из дома, чтобы пойти на занятия, однако по пути к ним присоединился Айки и младшие двигались в нескольких метрах от неё, что-то бурно обсуждая. Ничего странного, скажете вы? Верно, ничего странного. Как подобная картина может вызвать внутри какие-то отрицательные эмоции? Вот именно. Шин такого же мнения, поэтому она пыталась связать эти две точки, пытаясь соединить, найти места соприкосновения, и это было поистине сложно. Почти невозможно. Ведь тревожные мысли не появляются из воздуха, и не было никаких предвестников! Она лишь расслабленно наблюдала за сестрой, что свободно общалась с Айки, они шутили, смеялись весь путь до школы. Они напомнили её с парнями, когда они вчетвером только-только прощупывали землю под ногами, изучая друг друга, но даже на этой стадии всё становилось ясно. Вот о чем подумала Шин, смотря на младших: Айки появился в жизни Ханы только сейчас, в то время как Айса, Джуна и Тэ она считает одними из самых близких людей уже пару лет. Но Рюджин всегда знала, что дружба с ними родилась не просто. Однако младшая по воле судьбы должна была пережить всё сама, в одиночку, поэтому и назревает вопрос «почему?». Возможно, старшей досталось чуть больше, но это почти ничего не меняет, чёрт возьми. Если спросить об этом дерьме Хану, скорее всего ответ будет обычным, не заставляющим о чём-то переживать или задуматься. Однако Рюджин знает, что от их прошлого у обеих остался нехилый осадок и эта мысль заставляет накручивать себя снова и снова, возвращаясь в события двухлетней давности. Из мыслей вырывает Айс, появляющийся в пороге собственной комнаты, неся в руке газировку в железной банке и какие-то снэки, вынуждая улыбнуться. —Джун с Хонтэ будут минут через сорок, — сообщает парень и ставит всё на столик рядом с сидящей в кресле блондинкой, плюхаясь на кровать. —Когда-нибудь эти двое научатся рассчитывать время, но не сегодня. Рюджин кидает короткое «Окей» и издаёт смешок. «Это точно», думает она. Айс устало протягивает руку, первым передавая пачку чипсов Рюджин через стол, уже зная, что за этой девушкой всегда надо ухаживать, неважно сколько лет вы знакомы. Так он и поступает. —Неделька какая-то бешеная оказалась. Я приходил домой только чтобы спать, — выдыхает брюнет, отправляя в рот сухарик и опирается затылком в стену сзади. —У тебя как? Шин хмурит брови, пытаясь вспомнить события недели, и в голову сначала ничего не приходит, но в следующую секунду в черепной коробке загорает лампочка, подкидывая кое-что интересное. И смотря, как внезапно усталое лицо подруги вытягивается, Айсу становится поистине страшно. —Я сейчас скажу тебе кое-что, а ты попробуй отреагировать так, чтобы мне не пришлось вызывать скорую, ладно? — просит Шин, хитро щуря глаза и даже встаёт со своего места, двигаясь к кровати, намереваясь сесть рядом с парнем ради такого случая. —Возможно, тебя разорвёт от смеха, а возможно, ты взбесишься. Айс озадаченно хмурит брови, слушая всю эту технику безопасности, и от вида этого лица блондинка хочет истерично засмеяться. Боже, это правда смешно. —Ладно, я начну издалека, — Рюджин берет себя в руки, строя полу-серьезное лицо, и наконец приземляется рядом, — одному... человечку нравится принцип нашей работы. Точнее, моей. Как он выразился. Поэтому предложил, чтобы я перешла к нему, но как бы не до конца; типа работа на два лагеря. Реакция Айса изменяется незначительно и молчит он недолго, почти сразу выдав версию: —Кто? Старший Ли? Вот это почти попадание, друг. Шин даже удивлённо приподнимает брови, ухмыляясь. —Почти. Младший. Ты почти угадал. Брюнет шумно выдыхает, отводя взгляд с Рюджин, чтобы избавиться от мешающей на данный момент пачки. Если спросить его мнения, такому роду «предложения» он почти не удивлён. Он же знает, как окружающие его люди реагируют на их четверку. И в их числе была и семейка Ли, это было слишком прозрачно. Это странное отношение к Рюджин должна была иметь какой-то смысл. Он был удивлён лишь тому, что это был не Дэн. —Эта семейка неровно к тебе дышит. Они оба. Шин лишь задумчиво мычит, соглашаясь. —Только не говори пока Тэ с Джуном, — просит она, — Скажу им, когда дам Ли ответ. Брюнет вопросительно изгибает бровь: —Ты ему ещё не сказала? —Не-а, — легко отрицает девушка, — он дал мне две недели, а я обещала подумать. Иначе он бы не отстал. Айс дёргает бровями, следя за тем, как Рюджин расслабленно выпивает колу. —Я начинаю ревновать, — и слышит издевательский смешок, получая лёгкий удар в плечо с коротким «очень смешно», — а что? Он намного умнее старшего брата. Представь. Мне кажется, с ним поладить шансов побольше будет, чем с Дэном. Видимо, он это и сам понимает. —Ни с одним из них я не собираюсь «ладить», — Шин закатывает глаза, слабо ухмыляясь. Это такой новоиспечённый способ Айса проверить её? Мол, давай, переходи к этой безумной семейке, а я посмотрю. Она так и поняла. Но получилось так себе, думает блондинка. И Айс к этой минуте тоже тормозит, судя по издевательской улыбке. —Вот и супер.

***

Замёрзшую ноябрьским ветром кожу на смену ударяет тёплый, содержащий в себе привычный запах мячей и прочего инвентаря, спортзала. Почему в такой собачий холод уроки физкультуры до сих проводят на улице - секрет Вселенной. Тело невольно дрогает из-за разности температур, однако Рюджин всё-таки благодарит небеса, что эта каторга закончилась, и теперь стоит начать просить всех известных богов о том, чтобы в награду ее стойкости она не заболела. Было бы вообще замечательно. —Отнесите обручи в каморку и можете быть свободными. Занятие окончено, — сообщает физрук, зажимая подмышкой классный журнал, протирая ладони, и направляется в учительскую. Шин выпускает облачко воздуха, замечая пустые руки одноклассников, которым не надо в отличие от неё, тратить лишние две минуты на то, чтобы вернуть эти железяки на место. Сорок минут назад они поступили разумнее, вот и результат. Однако таким весьма пессимистичным мыслям в голову приходит другая, яркая, красочная, говорящая «Рюджин, ты пережила целый урок, переживешь и эти несчастные две минуты». Вообще, да, так оно и есть, но... Ладно, никаких «но», мысленно переубеждает себя она, просто верни эту штуку на место. А что ей ещё остаётся? Правильно, ничего. И с этого момента в голове щёлкает некий счётчик, чтобы добраться до каморки, поставить обруч на место и выйти оттуда. Плюс-минус полторы минуты. А после этого... она пойдёт в раздевалку и наконец наденет тёплую куртку, и по пути к выходу из школы, возможно, возьмёт тёплый какао из автомата. Разве не звучит как самый прекрасный план на свете? Определённо! Однако, видимо, судьба говорит ей «не так быстро», имея за спиной кое-что интереснее, и злорадно машет ручкой, стоит Рюджин появиться в дверях маленького помещения, наполненного различными атрибутами для спорта и встретить здесь неожиданного гостя. Действительно, это место не пользуется популярностью, чтобы здесь вобле был кто-то кроме физрука, поэтому удивлению правда есть место быть. Честно, Рюджин даже не хочет задумываться о том, что здесь забыл Дэн Ли, просто не интересно. Какой бы ни был ответ, она выбирает сейчас вернуть на место вещь и молча уйти. План ни на градус не сменил положение. Но Шин буквально физически чувствует, что момент слегка затягивается, когда брюнет хмыкает и отводится неё взгляд, делая вид, что ему интересно рассматривать старый деревянный пол каморки, и именно в этот момент глаза почему-то опускаются чуть вниз, смотря на то, что лежит на краю стола, рядом с которым был парень. Она моргает только для того, чтобы переубедить себя в том, что у неё галлюцинации. И замечает, что за ее взглядом пристально следят, только когда поднимает глаза, безмятежно всматриваясь в сверкающие в плохом освещении комнаты, чужие. Ничего. Передоз спокойствия во взгляде; будто всё так и должно быть. ..Ладно? Рюджин слабо ухмыляется. Видимо, концерта не будет, и всё это бездействие со стороны - это шанс просто сделать отсюда ноги без лишних и никому не нужных спектаклей. А что ещё остаётся? Зачем усложнять простое, верно? Правда, таким решением она преподнесёт огромный подарок Ли Дэну, но об этом позже. Скорее всего, он и сам это понимает. Блондинка делает пару шагов вперёд, и снова косится в сторону маленькой белой баночки, читая название на этикетке. Хоть узнает, каким дерьмом интересуется Ли. Что ж, понятно. Треклятый обруч отправляется на место к другим, поэтому Шин, без каких-либо мыслей расслабленно двигается к двери, желая оставить всё, что увидела только что, за ними. — Знаешь, Шин, твоя безмятежность, это то, за что ты мне нравишься, — неожиданно подаёт голос парень, не скрывая веселых ноток. — Наверняка думаешь «2:1», да? Рюджин закатывает глаза: мир этого человека крутится вокруг этого чёртового счёта, он уже с ума сходит. —Боже... —Только это не так, Рюджини. Потому что я рад, что это была ты, — расслабленно произносит Ли, медленно шагая вперёд. —Я просто хочу знать, что ты сделаешь с этой информацией. Он останавливается в шаге от Шин, смотря на неё сверху-вниз, из-за разницы в росте, ожидая ответ. —Знаешь, в чём твоя проблема? — вопрос, брошенный в лицо, со вздернутым подбородком. —В том, что ты… глупый. Ты вечно хочешь выиграть меня, бегая в перегонки. Почему? Я понимаю, что ты увидел во мне сильного противника и всё такое, но для меня в этом нет ничего забавного. Так что… chill out. Ей нравится, как тихо и медленно были произнесены эти слова. Ни грамма нервозности, потому что всё это - правда. Она довольно ухмыляется и невинно пожимает плечами. Ли шумно вздыхает, раздувая крылья носа, а на скулах начинают бегать желваки. Ой-ой. И порывом этих эмоций является то, что в следующую секунду она оказывается прижатой к дверному проёму. —Ты правда не сделаешь с этим ничего? После этого ты называешь себя умной? — кидает он, кривя лицо. —Я же сказала. Мне уже просто неинтересно. Ты хочешь, чтобы я сделала? Тогда ты попытаешься что-то найти про меня, хоть у тебя и вряд ли получится. А я срежу всё здесь и сейчас, так скажем, топор войны и все дела. —Правда думаешь, что ничего не найду? А вот то, как губы Ли вдруг тянутся в ухмылке, когда он лихорадочно осматривает ее лицо, ей совсем не нравится. А ещё не нравится тот факт, что она до сих пор ощущает его ладони на своих плечах, поэтому это нужно сейчас же исправить. —Дать тебе коленом между ног или ты сам отойдёшь? Дэн дёргает бровями: —Оу, простите, — он поднимает руки, будто сдаваясь и делает пару шагов назад, снова держа между ними хоть какое-то расстояние. Так-то лучше. Значит, всё? Темы для разговоров исчерпаны? Но если даже брюнет хочет каким-то образом задержать её в этом крошечном пыльном помещении для бессмысленного разговора лишние две минуты, то тут Шин умывает руки. Она оценивающе осматривает парня с ног до головы, тем самым тянет время, для того чтобы одним видом показать всю неприязнь к этому человеку и наконец движется к выходу. Хотя… погодите. —А, ещё, — девушка оборачивается вполоборота, — про «найдёшь» или «не найдёшь»… Не советую. Там столько всего грязного… Утонешь. Блондинка тянет губы в милой улыбке, строя невинное лицо, подмигивает парню, а через мгновение возвращает профессиональный poker face, за пару секунд до того, как уверенно шагнуть за дверь.

***

Настроение, честно сказать, не лучшее, и причина этому сумасшедшая тяжелая неделя, которую пришлось буквально пережить из-за промежуточных тестов почти каждый день, а если вспомнить, что на дворе четверг, и завтрашний день будет как совокупность этих четырёх, хочется застрелиться. Однако, Шин Рюджин уже приняла этот факт, и вместо того, чтобы действовать ответственно, она гневно пролистывает социальные сети, лёжа на кровати в своей комнате Гаража на втором этаже. Парни, заметив такой настрой, обещали оставить ее в одиночестве ровно полчаса и не минутой больше, но Джун гарантировал, что всё плохое уходит, когда в желудок попадают сладости, поэтому скоропостижно отправился в магазин. Рюджин переворачивается на другой бок, кладя ладонь под ухо, а другой по-прежнему держа телефон, когда в дверь стучат. —Да, заходи! Она оборачивается через плечо, чтобы посмотреть, кто это, только когда Айс медленно подходит к кровати. Вероятно, пришёл сообщить, что полчаса истекли и Джун вернулся из супермаркета, поэтому ей придётся спуститься, однако его лицо, почему-то слишком каменное для такого. И то, что заявляет через секунду это обосновывает. —У нас гости. Даже приходится убрать телефон от своего лица, чтобы рефлекторно вопросительно нахмурить брови. Это весьма неожиданно, если брать в счёт то, что Хана сюда одна не придёт не при каких обстоятельствах, а кроме ее - некому. Поэтому приходится задать соотвествующий вопрос. —Кто? —Ли. ..Простите? Вопросов становится ещё больше, потому что… какого чёрта? Шин приподнимается на локтях: —Старший? —Нет, это Феликс, — сообщает брюнет. И по нему видно, что он тоже не в восторге от этого посетителя их скромного жилища. —Отправить его или спустишься? Кстати, у него твоя бита. Айс не выглядит разочарованным. Рюджин знает, что попроси его выпроводить Ли за дверь - он выпроводит, а в случае желания идти на контакт - он будет рядом, чтобы хотя бы немного контролировать диалог. Однако вся ситуация от этого не становится даже на процент менее сюрреалистичным. Это становится очень интересным. Конечно, Ликс наведался к ней не из-за какой-то биты. Это и ежу понятно. И если Рюджин не ошибается, две недели, что были ей даны на размышление, тоже ещё не истекли. Тогда что? Вместо траты лишнего времени, Шин шумно вздыхает, приподнимаясь. Она не будет терять такой шанс, чтобы просто отправить брюнета, хотя бы без выяснения причины его визита лично. Это обещает быть весело. Рюджин медленно спускается с Айсом по лестницам, уже безразлично цепляясь взглядом за стоящего прямо у железной двери Феликса Ли, окружённого с двух сторон Тэ и Джуном. Они поступили верно, не давая делать лишний шаг вперёд в их скромное пространство, так и надо. Девушка бегло осматривает парней, перед тем, как встать напротив брюнета, безмолвно давая понять, что внимательно готова его слушать. Почему-то в голове начинается неосознанная загрузка незамысловатой информации о том, какая сейчас на ней одежда, потому что по ней скользят оценивающим взглядом. Забавно, что в обычной укорочённой майке с широкими спортивными штанами в чёрном цвете Ли нашёл что-то интересное. Незнакомый человек бы подумал, что эти люди видят друг друга первый раз. —Нужно поговорить, — наконец сообщает парень, поднимая голову. Рюджин мысленно фыркает. —Говори, — пожимает плечами, давая понять, что скрывать от парней ей нечего. В абсолютной тишине раздаётся недовольный выдох брюнета, и девушка вопросительно приподнимает брови, когда пара сердитых глаз смотрят на неё, без надобности что-либо вообще говорить. Всё и так понятно: Ли приближается к той самой точке невозврата, а блондинка уже готовится к исходу. Однако этот тяжелый взгляд переходит на рядом стоящего Айса, холодно изучавший Феликса со скрещёнными руками на груди: —Нам нужно поговорить, — снова повторяет он, теперь обращаясь к Айсу. Они и правда мешают разговору, поэтому если для Шин они не проблема, то для него - огромная. Лишние уши ему не нужны. И зачем ей нужно присутствие друзей? Какая от них польза сейчас? Шин не из тех, что боится оставаться один на один, поэтому всё, что сейчас происходит - не больше, чем показуха. Следует, решение ситуации так же придёт через ее друзей. Айс выпускает смешок, качая головой, вероятно, забавляясь с выбранного пути, и австралиец уже жаждет стереть с его лица эту издевательскую ухмылку, как: —Погуляйте. Парни вопросительно смотрят на блондинку, однако ее уверенный взгляд направлен на их гостя, поэтому они, переглядываются, дабы невербально понять, как поступить, но Айс действует первым, спокойно двигаясь к железным дверям Гаража. Ликс оборачивается через плечо, дожидаясь, чтобы все трое были снаружи и хитро ухмыляется. Он неспешно осматривает помещение, не обращая внимание на то, как Шин вздыхает и скрещивает руки, вероятно, ожидая начала. Девушка следит взглядом за каждым изучающим шагом и сдерживается из-за всех сил, чтобы не закатить глаза, когда брюнет показательно поднимает биту в руке, будто напоминая про неё, прежде чем положить ее в кресло. —Миленько тут у тебя, — хвалит он, неспешно шагая по периметру, — у вас, — артистично исправляется сразу. А вот сейчас Рюджин закатывает глаза, раздраженно вздыхая: —Может, скажешь уже зачем пришёл? —Мы куда-то спешим? — как ни в чём не бывало интересуется Ли, приподнимая брови, однако не ожидая ответа продолжает свою экскурсию, заметив в конце просторного помещения висящую грушу, — так вот где ты учишься мутузить людей… —Я не учусь. В этой жизни я стараюсь делать всё правильно, они лишь вынуждают меня, — блондинка строит грустное лицо и пожимает плечами. — Сначала диалог, а если он не помогает, уже другие меры. Ликс хмыкает. —А мне кажется, что на земле есть тот человек, которого ты превратишь в инвалида, если он попадётся тебе на глаза. Если кто-то и мог в этой жизни произнести те слова, которые заставили бы её забыть дышать, ощущая пульс в ушах, голове и груди, то это они. Феликс поворачивается к ней с загадочным взглядом на лице, будто подтверждая, что они действительно звучали. Да чёрт побери. Он же уже делал такое, верно? Читал ее, будто открытую книгу, в то же время не зная о ней ровным счетом ни-че-го. И это… обезоруживает, честно сказать. Те скелеты, что так секретно хранятся в шкафу, для него как за прозрачной витриной. Шин Рюджин хочет знать, как он это делает. Иначе, если она не придумает, как закрыть этот поток информации, дела будет плохи. Ли не тот человек, которому можно много знать. —Я не сделаю этого человека инвалидом, — голос тихий, но есть ощущение, что даже с того конца комнаты Ли её услышит, — Я его убью. По крайней мере, я этого сильно желаю. Парень всматривается в ее глаза по-странному долго, но в этом взгляде нет эмоций. Тех, что она хотела разглядеть. Феликс лишь по-детски выпячивает губу, мысленно оценивая разглашений план действий и восхищённо кивает. —И ты, конечно же, не просветишь меня, да? —А должна? — Шин саркастично выгибает бровь. Он хитро хмыкает, снова меряя шагами комнату. Конечно, не должна. То, что он случайно получил какую-то информацию, это лишь бонус. Далее выбор за Шин: открывать ли ей замки или нет. И ответ очевиден. —О чём болтали с Дэном? — словно невзначай интересуется он, резко меняя тему. Однако то, как быстро звучит ответ, хоть и не тот, что ожидался, говорит о том, что Шин ждала этот вопрос. —Спроси у Дэна. Вот как. Нет, он не будет спрашивать у Дэна. Ответ на этот вопрос даст ему именно Шин. В этом он почему-то уверен. Тем не менее, Ликс раздражён. Он шумно выдыхает, опуская голову и обнимает руками грушу, загадочно смотря на блондинку. И что бы значил этот взгляд? Только вот его перебивают, вынося свой вердикт: —Ты прямо не отрываешься от этой груши, — подмечает девушка, меняясь в настроении, — проснулось резкое желание позаниматься? —Возможно, ты подарила мне идею как занять себя сегодня вечером, — признаётся брюнет. —Ну так ответа на мой вопрос не будет? Но Шин лишь разводит руками, строя грустное лицо: —Sorry. —Ясно, — пальцы сжимают переносицу, это помогает немного остудиться. Однако всё скопившееся внутри раздражение улетучивается в миг, когда до ушей долетает внезапное предложение, заставляющее удивлённо приподнять брови. —Я предлагаю тебе сместить время своей грядущей тренировки вперёд. Кто в ауте, тот выполняет желание второго. М? —Я девушек не бью, — Феликс смотрит на неё как на сумасшедшую, в ужасе хмуря брови. Блондинка выпускает смешок: —А ты не воспринимай меня как девушку. Господи. Как ее друзья живут с ней? Они точно психически здоровы? Ему нужны подтверждающие справки от врача. —Это весьма хитрая затея, Шин. Подумай трижды. Я ведь даже забуду про свой вопрос, и тебя ждут более ужасные желания. Я поддаваться не буду, сама предложила. Она закатывает глаза, не слушая предостережения и уверенно шагает к полке, где лежат боксёрские перчатки: —Забудь про все свои желания. Потому что единственное моё желание - чтобы ты отстал от меня, — она поочерёдно кидает их парню, уже надевая на себя свои. Брюнет не берет свои слова обратно о том, что Шин чёкнулась. То, как она решительно завязала светлые волосы в высокий хвост, зажимая перчатки локтем, при этом ни на секунду не теряя этот безумный огонь в глазах, только подтверждает этот факт. Серьезно. Но, возможно, это каким-то образом передаётся по воздуху, потому что он качает головой, но стягивает с себя куртку, небрежно кидая ее на спинку кресла, оставаясь в чёрной майке. Время ли сейчас для того, чтобы хотя бы мысленно прикинуть их физическую силу? Вероятно, нет. Потому что Феликс знает, сколько ее в этой хрупкой на первый взгляд девушке. Она ведь может спокойно уложить здорового охранника свалки. Должен ли он поддаваться? «Не воспринимай меня как девушку. У него другой план. Он выиграет даже не для того, чтобы Рюджин спустилась на землю, не для никчемного звания «победитель», и тем более не для выигрыша. Он выиграет так, чтобы показать ей её слабые места, потому что скорее всего, они есть. Для дальнейшего анализа и работы над ошибками. У неё ведь «грандиозные» планы насчёт одного человечка, верно? Феликс лишь поможет ей усовершенствоваться. Этакий добрый жест с его стороны. Она и правда хорошо работает. Ликс это понимает с первых секунд «боя». Хороший удар и самооборона. Энергия и сила внутри Шин способна высвободить весь скопившийся мусор. Этот человек не сдастся. Ни за что, о чем вы. Девушка входит во вкус лишь после нескольких минут, показывая намёки на ярость, злость и гнев. Возможно, она даже представляет того человека, которого так яро ненавидит в своих мыслях и каждый день просыпается с готовностью прикончить его, на его месте. Так даже лучше. Таким образом она действительно будет работать в полную силу. Шин готова вылезти из кожи для того, чтобы выиграть. Однако… как и предполагалось, одно ловкое движение: Ликс опускает корпус, пропуская удар, и за секунду находится за ее спиной, окольцовывая чужие опущенные руки, блокируя любые попытки двигаться. Он чувствует, как девичье тело напрягается, вероятно, осознавая поражение, а через пару секунд Рюджин гневно выдыхает, расслабляя мышцы. Почему-то Феликс уверен, что она прикрыла глаза и всё ещё ожидает услышать невольное ругательство. В какой-то момент их тяжелое дыхание синхронизируется, и ощущение чужой спины, касающееся его груди, почему-то не кажется странным. А разве должно? Он и не ждал чего-то подобного. Видимо, Шин «включается», злобно прорычав, выражая таким образом своё недовольство, и устало опускает затылок на чужое плечо, продолжая восстанавливая дыхание и гипнотизирует потолок. Феликс почти незаметно поворачивает голову влево и опускает глаза, видя только половину лица: брови нахмурены, губы поджаты, а кожа лица стала розоватой. Она действительно хорошо постаралась. Так хорошо, что за прошедшие минуты забыла, что к ней о-боже прикасаются, и не особо спешит это исправить. Ликс хмыкает. —Тебя ноги держат? Я собираюсь отойти от тебя. —Я тебя ненавижу, Феликс Ли. Я говорила? —Трижды. Он ухмыляется, когда замечает как Рюджин раздраженно прикрывает глаза, а через пару секунд поднимает голову. Ли зачем-то осматривает ее, когда оказывается перед ней, словно убеждаясь, что вытрясла она не всю душу, а только ее часть, хоть и значительную, и стягивает с себя перчатки, по-хозяйски бросает их на прежнее место. Теперь-то всё, он может уходить. Парень тянется за лежащей в кресле курткой, когда замечает на низком столике то, что здорово ему поможет. Он косится на телефон и берет его в руки. —Это же твой? — задумчиво спрашивает он, осматривая его, даже не ожидая какого-то ответа от Шин, потому как знает. —Эй! К моменту, когда девушка оказывается рядом с ним, пытаясь забрать Айфон, он уже вводит больше половины своего номера в контакты, и ловко сохраняет его, и успевает при этом ещё защищаться от взбешённой Шин. И все же Феликс оказывается ловчее и протягивает телефон уже с сохранённым номером, смотря на неё так, будто не сделал ничего плохого. —Позвони мне. У неё даже нет сил удивляться такому заявлению, правда. Но почему-то то, с каким взглядом на неё смотрят, всё-таки заставляет разбудить хоть что-то внутри. —Я не знаю, что должно произойти в мире, чтобы я это сделала, — устало, но со слабой улыбок признаётся Рюджин. —Как это? — с гипнотическим взглядом спрашивает Ли. —Можешь, позвонить, чтобы попросить меня научить классным приёмчикам, можешь позвонить, чтобы я прибежал на помощь, когда за тобой будут охотиться два огроменных мужика где-нибудь на свалке, а можешь и просто так. Девушка хмыкает с такого предложения и Ликс, продолжая смотреть ей в глаза ещё секунд тридцать, обходит ее, направляясь к выходу.