Часть 1
29 октября 2022 г., 17:37
Эрик Дэстлер и Дэвид Нолан. Этих мужчин ни в коем случае нельзя пускать на кухню одновременно! Кристина и Эмма это знают, но вот, случайно, не углядели.
Говорят, что из ничего можно сделать салатик. Но Эрик и Дэвид из ничего способны сделать не только салатик. И всего за час! Шведские и французские блюда, фаст-фуд, сэндвичи, блины, спагетти. В одиночку Дэвид легко способен приготовить на целую роту солдат, а вместе с Эриком они приготовили столько, что хватит накормить весь Сторибрук (ещё и осталось бы).
Кристина и Эмма сели за стол, напротив них Эрик и Дэвид, ждут когда девушки приступят к трапезе.
Каждая из них опускает голову под выжидательные взгляды Эрика и Дэвида.
Но… Дэвид готовит слишком вкусно, а Эрик за то время, что они живут вместе, на отлично изучил гастрономические вкусы Кристины. Отказаться от столь прекрасного, ароматного и вкусного рабства девушки не в состоянии, и не то, чтобы они возражали.
— Тебе нравится? — спрашивает Эрик осторожно.
— Да, очень, — отвечает Кристина.
Это правда, вот только, она уже наелась — крем-суп и жаркое получились, как и всегда, великолепными, но если съесть ещё хоть чуть-чуть, то потолстеет, и карьере певицы придёт конец. Вот только Эрик всё подталкивает к ней свои яства. Девушка улыбается — вот так же, словно искуситель, он вёл себя и в тот день, когда они впервые встретились, как Эрик и Кристина, а не учитель и ученица. И вот также пододвигал к ней блюда. В тот раз она растерялась, так как не знала, откуда Призрак может знать её, а сейчас только и может, что умиляться своим мужем.
— Ешь побольше, — заботливо молвил Дэвид, подливая в стакан Эммы сок, чтобы дочь не ела всухомятку.
— Пап, я и так ем очень много, но даже для меня это — перебор, — отвечает Свон, но всё равно кладёт к себе два сэндвича Монтекристо.
Реджина обещала приготовить лазанью, турновер и много чего ещё, и Эмма не знает, как в неё после такого роскошного обеда, влезет хотя бы лазанья.
Кристина и Эмма страдальчески переглянулись друг с другом.
Впрочем, с трудом, потому как Эрик очень нежно смотрел, и отказать ему было трудно; но она жена Призрака Оперы, ему под стать, и потому Кристина всё же добивается амнистии.
— Эрик, всё очень вкусно, но я наелась. Я закончу трапезу десертом, как и положено. Вот то пирожное с белым шоколадом подойдёт, — Кристина взяла означенный десерт в руку.
Эрик даже расстроится не успел, пододвинув блюдо с пирожными и налив горячий чай в её чашку. То, насколько сильно ему важно её внимание, важно угодить ей, его забота — всё это несказанно трогает Кристину, что целует мужа в нос и щёку, отчего Эрик поморщился и улыбнулся.
— Спасибо, мой Ангел.
Эмма, наблюдая за ними, воскликнула:
— Ого! Я думала, что только мой отец может так открыто проявлять трепетное отношение и демонстрировать нежность.
Кристина покраснела. Будучи его женой, она знает, что Эрик искренен в своей к ней нежности и любви, и это до сих пор очень смущает её.
— Ну, твой отец и мой муж — точно не единственные, кто ведут себя так. Разве у тебя нет на примете кого-то?
Эмма не знала, как отреагируют на её ответ оперная дива и её муж, но всё же объяснила.
— Эта роль, скорее, досталась мне. Реджина в основном, очень ранимая, я — её рыцарь.
Эрик и Кристина несколько секунд молчали, прежде, чем поняли сказанное.
— О… прости, что не нашлись, что ответить сразу. Для нас это нечастое явление, но мы осведомлены о однополой любви.
— Верно, — кивнул Эрик. — Всякое бывает.
— Главное — что вы любите друг друга, — хором молвили гости из Парижа.
Дэвид подошёл к дочери и поцеловал её в волосы.
— Я полностью с ними согласен, — прошептал Дэвид. — И одобряю ваши отношения.
— Я знаю, пап.
Беседа продолжалась ещё несколько минут, и все забыли о еде. Затем Эмма переглянулась с Кристиной — пока их кулинары тоже углубились в разговор, нужно делать ноги, пока они вообще могут встать, иначе очередная порция «ещё одного сэндвича» или «вон того салатика» не заставит себя долго ждать.
