Литургия зла

Серый день ранней осени. Солнце будто оказалось декорацией к пьесе, чьи осколки осыпались после постановки на землю в виде листьев, а его отсутствие кокетливо прикрывалось занавесой невыразительных серых туч. Завывал прохладный, но слабый ветер, пока я шел по вечно пустому переулку в секторе тихих частных домов, как меня одернули, вырвав из мыслей. Горячие влажные рты, подобно двум столкнувшимся бабочкам, потрепыхав между собой, разлетелесь в стороны. Дыхание сбилось, со стороны я выглядел совсем нелепо. Между тем, болотисто зелёные глаза, преломляющиеся голубоватым, с любопытством и предвкушением, как у возбужденной на жертву кошки, следили за мной. Стоило стыдиться своей пугливости и комичности, однако, мне даже нравилось это положение, если бы, в отличие от предыдущих наших подобных столкновений, во мне бы не забилась лёгкая, но пронизывающая, как бывает с ужасом необъяснимого от рассказов Лафкрафта, тревога. Я похолодел, а горло запершило. На губах невольно появилась дебильная улыбка, а рука зарылась в мягких коротких медных волосах девушки. -Нравится меня пугать? Ей так нравились эти игры как из "Опасных связей", что она растеклась в такой улыбке, что ей позавидовали бы чеширские коты. - Конечно, ты такой милый, когда я тебя пугаю, так бы и затискала. Лицо исказилось умилительным выражением немного детского восторга. Из кармана куртки девушки играли тихие мотивы самых популярных песен "Пошлой Молли", словно наложенных друг на друга- я не про понять что же это за песня. Глаза же моей спутницы закрылись, лицо расслабилось, обнажив нежнейшую грусть, омрачненную вымотанностью, от которой моя тревога рассеилась. Я ощутил себя безумно глупо и даже виновато, будто пинув котенка. В моей голове пролетели фотографии русской княжны, Натальи... фамилию не помню, однако в её честь поклонник создал аромат Indescret- его любит моя мать. Он отдаёт такой тонкой горечью, цитрусами и розами, я сам становлюсь будто изнутри таким же горьким, когда ощущаю этот запах, который будто выходит за рамки восприятия аромата, витающего в воздухе: эти духи пропитывают меня, они живут и вне меня и напоминают о себе в тонких изящных чертах женских лиц, алых губах, серьезном умном взгляде женщин, их тонких ключицах и прямой осанке... -Милый? Ага, особенно я был милым когда на днях от страха сломал челюсть Алику, когда он с Сеней на самбе стояли со мной в тройничке. Тоже испугал меня, чуть ли со спины зашёл... Ебааать, звучу как быдло, ебаный стыд. Моя собеседница, которую, к слову, зовут Диана, закатила на это глаза и строго, но медленно ответила на очень красивом, отточенном французском: -Son problème c'est qu'il est tellement idiot... Pourquoi es-tu comme un hérisson, accepte juste le compliment. (Его проблемы, что он такой идиот... Что ты как еж, просто прими комплимент). Я приподнял одну бровь, слушая её, а через пару секунд после окончания с демонстративной лёгкостью принявшись флиртовать: -Pourquoi devrais-je être si simple pour toi, ahhh, sorcière ? Êtes-vous habituée à ce que tout soit à vos pieds, mademoiselle ? (А с чего я должен быть таким простым для тебя, аааа, ведьма? Привыкла что все так просто оказывается у твоих ног, мадмуазель?) Пухлые мягкие губы в помаде, которая меня бесила из-за того что обхватывала их манящую кожу непроницаемой пленкой, касаются моего запястья. -А ты думаешь, что ты не у моих ног? Из меня вырвался смешок, это звучало почему-то очень неожиданно, я подвис, а Диана принялась рассеянно клевать мой подбородок, овал лица, будто пытаясь задобрить и сгладить момент, видя мою растерянность. -Все окэй? - непринужденно бросила она, прежде чем так же внезапно уйти. Я словно отмер. -Конечно, почему нет? Она посмотрела на меня как на идиота и рассмеялась, прежде чем пропасть, будто какой-то монстр из хоррора. Она пропала как я пропал, однако я слышал эхо её смеха и мелодии, плавно перерастающей в "Батареи" Нервов. Диана была новенькой в моей школе, однако, совсем не в крохотном городке. Там она пользовалась славой экстравагантной личности: ходила на боевое самбо; окончила художку; серьезно, и вроде как удачно, увлекалась гаданием и ещё какой-то эзотерической чухней; жила со странным дяде из Франции, в которую свалили её родители с младшим братом; лежала, по слухам, в местной психушке; не принадлежала никаким компаниям, ловко и поверхностно лаврируя между самыми крупными; страдала от издевательств в самой пафосной местной школе, что несколько раз перерастало в месть обидчикам- долгая история. У большинства данная особа вызывала настороженность и небольшой страх из-за занятий борьбой, слухов о её взыровоопасном характере, мстительности, к которым прибавлялось множество вопросов к её жизни и смелости, которая, порой, перерастала в безбашенность. Я был знаком с ней по многочисленным рассказам о её якобы "розовых" предпочтениях, романе с 30-летним ментом, скандалах с учителями и учениками, знал, что она кем-то там приходится моему отчиму, пересекался с ней в летних лагерях, бок о бок занимался с ней борьбой (не спарингуясь, само собой, я шпала 196 весом под 90 кг) и французскому языку, экзаменах. Публично не проявлял интереса, но она мне импонировала своим стилем ведьм -школьниц из американских фильмов и внешностью. Где-то внутри я понимал, что между нами немало общего, но симпатия не была настолько сильной, чтобы я решался прорвать социальный овраг между нами настолько, чтобы прям заообщаться, а она меня боялась и стеснялась, это видно, я не верю в слухи про её благосклонность к дамам и мужчинам 30+. Что ж, а теперь о том, как мы оказались в положении, в котором оказались: в 10-13 лет Диану сильно гнобили в самой пафосной школе, как я уже говорил (пытались расстегнуть лифчик на уроке, обзывали, насмехались, садились рядом и специально обсуждали, но драк почти не было, потому что воинственный характер с кулаками были отработанны на младшем брате с СДВГ, а взгляд , особенно тогда, ещё лучше оберегал от прямых нападков), где с ней учился богатый уебок, чьи родители спонсировали школу, от того её никто не слышал и не влиял на ситуацию, лишь вешая на доску почета за многочисленные успехи в математике , истории и литературе, участии в олимпиадах по французскому, она была любимецей на уроках, но когда наступала перемена все учителя как по команде покидали территорию класса, в полной степени показывая свое лицемерие. Вследствии этого родители насильно перевели Диану в другую шкалку, откуда она несколько раз перебегала на домашнее обучение, по слухам и якобы её словам - в связи с очень острым периодом хронической депрессии, из-за которой в тоже время жила в местной психушке. Платной, новой и стерильной, с бассейном, комнатами на одну персону и очень лощеными, однако подозрительными мозгоправами (их семей здесь много, как и скелетов в их шкафах и нет, я никогда не лежал в психушках- был на экскурсии). Подозрения к тем, кто работал и лежал в психушках были у всех, однако Диана будто слегка строила на этом образ и очарование, парируя бездоказательностью суждений о её диагнозах и "отпуске" в лечебнице- её задевали упоминания о подобных слухах. В последние года она училась в менее престижной школе, однако умудрялась глушить преподов своим оправданным нахальством, попутно поднимая эго с помощью самбо со здешним вездесущим мужским вниманием, которое преследовало любую девушку на борьбе, читая классику и не сдерживая остроту своего языка- ей это приносило огромное наслаждение, ведь она знала, что её результаты и связи дают ей картбланш. Касательно внешности, её и моей: она стала рыжей в эпоху брюнеток и "моднее" всех красилась, даже на борьбу: огромные стрелки, красноватые тени под глазами, блёстки, помада, ей все это шло, небольшая ростом, фигуристая, однако не толстая- лёгкая по весу, я однажды осторожно отрабатывал с ней бросок "огнетушитель" и слегка не рассчитал- слишком легко перебросил её, мы запутались и упали друг на друга, лицо у неё симпатичное, изящное, напоминало личико актрисы Авы Гарднер, нос с горбинкой, маникюр, красивые ключицы и плечи; что касается меня, то я уже указал свои параметры, добавлю что я довольно смуглый - мы оба с Дианой молдово-поляки, однако у неё кожа белоснежная, а я, в придачу к своим данным, часто обгораю, брюнет с волнистыми волосами, ношу стрижку не длинней ушей, глаза серые, на меня смотрят как на инопланетянина- я привык. До нашего рокового столкновения у нас с Дианой были нетипичные попытки... Успокоить её, да (почему-то я очень сомневаюсь в том, что кто-то успокаивал её или хотя бы замечал в такие моменты, однако она сама стремилась скрывать эти переодические истерики), так же со стороны я часто слышал от неё ситуативные черные шутки с размытием границ (видимо поэтому вокруг Дианы столько нелестных сплетен), она польщала мне своей сексуальностью, можно сказать сексапильностью. Обойдёмся без сальных подробностей, я залипал на неё и переодически думал, и нет, не о пошлости с ней- это были какие-то аморфные подумывали, как густой табачный дым, как кисель, она была не просто красива - она была интригующей, игривой и наглой, и спустя время я понимаю, что я как долбоеб миллион лет шел к тому, чтобы к ней подкатить, однако я оправдываю себя неприступностью и слухами о занятости Дианы. От неё исходила сильная энергетика недотраха, шлейф меланхолии, нескрываемой начитанности, она была природно изящной, хотя не худой, была как будто немного не из этого реальности, я плохо формирую атмосферу в слова, однако она будто вышла из мира моих рассеянных мыслей, как выход царевна-лебедь к Гвидону в сказках Пушкинская. Что касаемо семьи, то её младшего брата - Бориса тоже знали все, все конкретно в моем кругу общения, но уже как просто подрастающего забивного, а её мать и отца - как врача кардиолога и мастера по отделочным работам- всегда актуальные профессии в глубинке. Я же, как и сейчас, состоял в компании около "забивных", составляющую основную прослойку в нашей системе социума. Было много и чурок, стоящих отдельно от нас- мой город, считай, на границе с Казахстаном и тут дохуя национальностей, в том числе много той, что приехала "за лучшей жизнью", непрошенно меняя правила быта. Существовали здесь и типа нефоры, которых окружало осуждение и презрение, порою, переходящую в прямую агрессию, что, иногда, не мешало отдельным исключениям или плотному сотрудничеству. В нефора записывались лузеры, творцы, дединсайдики, истерички и дети психотерапевтов, короче сами знаете -кого обычно не представляют на пейзаже 60% морально брошенных подростков в России на фоне серых брежневок и хрущёвок после снегодождя, беженцев суровой российской реалити... Однако я не тупой и не моралист. Все эти компании состоят из малолетних идиотов которые хотят социализации и, несомненно, я и в их числе . Во мне, порою, пролетают обрывки моментов, которые я бы не хотел пережить или быть свидетелей за место под "солнцем". Мне противно думать о том, что потом и уже сейчас буду себя ругать, уничтожать, пускай и, как окажется, оправданно, но никому не понравится думать, что он едет на поезде, который катится по туннелю, где вместо света - стена, осознавая и видя, как разбиваются множество других таких поездов, а твоим "товарищам " буква ю на это. В прочем что-то я распустил символичность и лирику, это больше нытье. После школы я уеду и буду жить другими вещами и правилами. Пора бы приблизиться к сути дела, а то я знатно отошёл. Меня зовут Саша. Нет, не Саня, Саня-верни-сотку, Алекс и прочее. Порой лишь некоторые одаренные решаются произнести при мне мою же кличку - Малыш. Иронично, кличка появилась благодаря моему лучшему другу, Владу, или же Призраку, который после "Малыша на драйве" не удержался при всём моём сопротивлении. Я тоже был и есть молчаливым меломаном, служащим водителем для не самых законных действий, однако не таких масштабов. Моя мать- опер, а отчим- важный хер бумажный там же, поэтому, ну и семейным причинам, мне позволяют кататься на машине, переодически я пользуюсь и старым мотоциклом, но такого качества, что от бьюика 67-о куда меньше проблем. Да, я тот ещё гурман и идиот. Черный бьюик в глубинке. Что до романтики, то до Дианы у меня были девушки, я уже не был девственником к моменту серьёзного пересечения с ней, но воспринимал это как норму приличия, просто ритуал, а мои искренние позывы страсти и прочих чувств забирали машины, книги, музыка и немного французский- я вместе с Дианой и Владом в детстве посещал курсы по нему, потом стал изучать сам. Моя по-настоящему личная жизнь отрешена от социальной действительности и людей в ней, в этом я очень похож на Диану. Я почти не пью, парю слабые жижи, как мамка держа в узцах выходки Влада, который и является моим чуть ли не основным кругом общения. Рубаха-парень, к удивлению, умеющий хранить чужие секреты и имеющий потенциал к музыке, чувствующий искусство в принципе, но явно просирающий это в забытье пьяных пошлых приключений, хотя говорить рано. Ну да ладно, я и так раскатал тут полотно подробностей, давайте- ка перейдём к истории сближения с Дианой. Настоящее начало нашей истории произошло на тусовке Призрака в честь окончания 9 класса. Его родители разрешили устроить вписку под магией моих обещаний, мольб сына и факта того, что он же собрался поступать в колледж по подготовке на архитектора. Нам уже было по 16, мне даже ближе к 17. Я переходил в старшую школу. Складывались ожидания о том что я буду грустить, как и остальные, торчать на кухне и рассматривать кринжовые фотки со школы, может плакать - школ я не менял, но оказалось всё наоборот. Я будто освободился от мусора в голове, что наложили сборники по ОГЭ и чужие ожидания, остальных пробил угар и садомия: кто-то с кем-то перепихнулся, забыв закрыть дверь; Татьяна (типа моя бывшая) свалилась в бассейн; Призрак выглядел как жертва неудачного повешанья; кое-кто притащил самодельную махорку, продавал её и курил её рядом с домом; в саду пытались бросаться дымовыми шашками и петардами; я съебался от этих уродов через два часа, заебавшись и прогнав ебанутых спать или нахуй, наперевес с бутылкой домашнего рома. Своеобразный фурор. Я поднялся в комнаты хозяина сие хаты, от которого меня на вечеринках взрывает- мне не кайф нести ответственность за него, ключи на вечеринках были только у меня, чтобы даже сам Влад не творил необдуманной пьяной дичи, так уже было- его плакаты каким-то образом загорелись, а этот идиот начал лить на них водку, которую херачил. Хоромы были заперты, ключ был со мной, однако, вы же догадливые читатели. Распиздяйская нора недорепера (ну да, у него было такое ), как Золушка, превратилась в чудную реализацию арта с пинтереста. У кровати сидела знакомая девушка, которую я не сразу опознал от неожиданности. Голубоватый яркий свет телефона освещал белое лицо, отражал влекущие тени на стекле, потолке. Девушка была небольшой, миленькое лицо, широкие бедра и грудь ближе к третьему. Голубоватый свет превращался в бархатный топик и велосипедки с вышивкой серебряных звёзд, большую клетчатую рубашку с аниме-значком (вроде это был Какаши из "Наруто"), а тьма сделала черные тяжелые ботинки и такие же мнимо черные глаза. Спустившиеся полосатые носки, переливающийся лак на пальцах, держащих за горлышко недопитую бутылку с шампанским, нос с горбинкой, острые крупные стрелки под щедрым оперением ресниц и бирюзовой каймой на нижнем веку, такие печальные глаза, как у брошенного и слишком быстро выросшего ребёнка, тот взгляд меня встряхнул и притянул к себе, как Дом Сфинкса, а я сам не понимал, почему, раньше у меня были определённые обоснования и ограничения, хотя скорее всего дело было в её беззащитности и алкоголе. Розовые полные губы, почти черные брови, каре с чёлкой, чуть поддающиеся естественной волне и вырывающиеся из фона стен, плакатов янтарным оттенком, нигде не выглядя для глаз натурально, однако, почему-то, естественненно. Я неловко застыл, одновременно думая, как она сюда попала, где я её видел, как её зовут, что мне дальше делать и какие же женственные бедра. Кхм, мысли про бедра даже не были словами, как остальные, а скорее являлись физиологической реакцией, всё моё нутро, не считая мозга и ног, обратились на них, в меня словно вдарила водка, я лишь во второй раз в жизни понял значения "вдарила" и оба раза были не из-за алкоголя. Я даже стал хуже излагать мысли, настолько все было плохо. Пока я стоял и не вдуплял как придурок, Диана заметила меня. -Иет -Здоровенько булы, ты как через закрытую дверь вошла? - нашёлся я, лыбясь как голодный маньяк, однако той нравились маньяки. -Она была открыта. -Нет ведь. -Значит я ей понравилась, раз открылась. Девушка заразительно, но мило рассмеялась, у меня трескались щеки от наиболее моей располагающей улыбки, я почувствовал себя тошно от попыток понравится. -Что тогда ищешь здесь, ведьма? Ты ведь даже не из нашего класса, бывшего класса. В реальности моя фраза звучала мягче, в чем-то ласково. Я закрыл дверь, щелкнул замок, девушка с напускной уверенностью хлебнула из бутылки, хотя я видел, что ей страшновато, даже очень. Странно не бояться таких как я в подобной ситуации, даже учитывая наше небольшое общение до. Меня облило жаром, я ненавидел себя за это. Я вспомнил как меня однажды поставили с ней на спаринг- бой просто потому что не было подходящих людей в наших разных категориях, я ей поддавался, а она как котенок шотландской породы, дулась, я смеялся, тогда я не возбудился, а сейчас умирал, умирал от стыда и считал это абсолютно праведным. -Теперь с вами. Я перешла, поздравляю. Недавно заобщалась с Катей, потому Влад меня позвал. Там кое-что с ней случилось, мне стало... Печально , да, и я ушла сюда, кажется, это было единственное место без людей. Не поспоришь. Катя- сестра Влада, интересно, что же с ней случилось, хотя всё довольно очевидно: что может быть ещё, кроме как мальчиков или девочек. Говорят, Катерина из розовой гвардии, хотя так говорят и о Диане... -Грустно? Из-за чего? Я присел рядом, на край кровати, попивая обжигающующий ром, не дающей мне вновь улететь отсюда вслед за потоком мыслей и песней Монеточки на фоне. Какой ужас пить ради чего-то практичного, чтобы жить в этом... Я на долю секунды задумался о жизнь- трипе с безвозвратностью, как у Призрака. Ужас иметь зависимость. -Да много почему. Она отвела лицо в сторону. У неё был очень спокойный и нежный голос, всегда. Это даже убаюкивало, я вспомнил Фрэнка Синатру. Хорошая бы получилась пара голосов. Текст на экране телефона потух. Я присел на пол, соприкасаясь ногой с ней, хотя потом сгорал от ужасного стыда, при том парадоксально действуя - вообще нетипично для меня в русле девушек, но она не была против. Хорошо, что тогда мы оба были уже пьяненькими. -Разрешишь обнять? На языке вертелось сочувствие: что она часто выглядела печальной и не принимающей себя (я помнил это по занятиям на самбе), что эта несчастность в чем-то и делала её уникальной, но это наверняка очень и очень больно, но промолчал, зря ли? Вряд ли. Сомневаюсь что хоть кто-то хотел бы слышать подобные слова, убивающие желания. Моя печаль окрасила меня как акварель лист, однако это стало нашим мостом понимания. -Угу. Её личико повернулось ко мне. Я слабо обнял её, она меня нет. Щечки едва порозовели, кожа была горячей. Моя рука оказалась на её руке, разминая предплечье, поднимаясь выше. Глаза, вблизи ставшие куда больше, опустились вниз. Я чуть не поддался порыву сделать шаг невозвратности в желание слияния, однако, как же хорошо, что сдержался, иначе бы потом винил себя и лишил удовольствия воспоминаний . Для меня та сцена как реалистичный ускользающий сон. "...вся ваша мудрость умещается в наколке, Вся ваша юность- это надпись на футболке... " -Так почему тебе плохо? Что тебя перевели? Мой нос уткнулся ей в висок, переходящий в макушку, от чего Диана едва вздрогнула, кажется, к ней подкатывали слезы, а я чувствовал себя аквариумом, в котором стайка рыбок перетекла вниз, за едой, одинаковые, но не единый организм, верно ведь? Руки чуть ближе притянули девушку к груди за плечи, та недоверчиво прижалась в ответ, мягко будто зарываясь в моих объятьях. Сука, как хорошо что у меня тогда не встал. -Нет, меня это наоборот успокаивает. В прошлой я не подружилась с училкой, хотя с большей частью класса я ходила вместе в сад, я не была частью их компании. Хочу попытаться влиться. -Целостной части в компаниях нет, наверное, за исключением лидера- если ты часть компании, ты несешь за собой роль, функцию, я бы не назвал это целостностью. Насчёт учителей, то понимаю, со мной тоже было подобное, но сейчас они нас не учат, и класс и преподы нормальные, верь мне. А что с Катей? -Долгая история, но, видимо, мы с ней больше не дружим. Неприятно, я успела привязаться, печальненько. -Печальненько - тупо повторил я, стараясь не продолжать лезть в её пространство физически, хотя бы физически. -Не хочешь подробнее это обсудить или пока нет? Ты часто выглядишь грустно. -Да? Не хочу тебя впутывать в такие разборки. Опять. -Как скажешь. Ага. Я слышал, ты сама не очень предпочитаешь общество людей, но я понимаю тебя, а надо ли тебе это или нет. Я тоже часто думаю об этом. Она бросила на меня взгляд, чем-то похожий то ли на удивление, удовлетворение, страх и одновременно признание того, что мне можно доверять. -Вау. Я вместо этого зависаю в анонимном чате, на то есть множество причин, но например та, что я не привязываюсь к людям там, а когда стремлюсь настроить крепкие связи, такие, в которых можно говорить о многом, чтобы можно было часто гулять и говорить честно, то получается как с Катей или выползает крысиное царство, где я что-то не то сказала или в том духе. Я спокойна к сплетням, но другие им реально верят. Что поделать. Потому я смирилась с тем, что глубокая связь в таких обстоятельствах не может быть между людьми из одного небольшого социума. -Да? Я заискривающе улыбнулся. На такой жест она отразила мою дерзость в прямом взглядом с вызовом. -Ага. -Ты девственница? Не знаю, от чего пошел во банк. Оказывается, я знал о ней куда больше чем ожидал. -Угу -Совсем? -Да. Она вновь стала похожа на шотландского кота, недовольного кота. Я скорчил пораженое лицо, растирая спину. Девушка заулыбалась, отворачиваясь, а я встрепенулся. Как это было все по-дурацки. -Прости за такие вопросы, должно быть, звучат они грубо, будто я разговариваю с тобой чтобы по итогу повалить и выебать. -А разве нет? Она вновь захохотала, а я сдержал улыбку, как сделали бы примерно все в такой ситуации. -А ты, по-видимому, не против? Я слегка поддался вперёд, чтобы заглянуть в лицо. Меня обдало сладковатым запахом духов и чистых волос. -Смотря как.... Продолжал играть пинг-понг смущения, мой покрасневший нос погладил её ухо, после я принялся покусывать и целовать его, не переставая гладить под грудью край топа. Такое мягкое тело, что хочется затискать, тем временем её щеки пуще залились краской. Думаю, я был отвратителен в этот момент, но так явно казалось лишь мне. -Если не хочешь- я могу остановиться, - прошептал я. -Слушай, мне страшновато... Я покорно отстранился, вроде кровь стала чуть отливать, пора бы, а то такое возбуждение сводит как судорога. Диана рвано дышала, стала паниковать и вновь побаиваться меня. Наверняка думала, как бы я ей за это отомстил, какие бы слухи пустил. -Расслабься, я не утяну в крысиную возню тебя. Как банально и приторно. Чтобы сгладить момент из кармана джинс показался под, в котором была слабая жижа с холодком, не помню какая. Девушка принялась делать кольца, изредка неловко беря в легкие. Внизу буйствовал хохот. -Ты читала? На вечеринке? -Да, любимые отрывки из "Дома в котором..." . Я приподнял брови, а Диана с таким же непонимаем посмотрела на меня, от чего стало неловко уже мне. Раб стандартов, м, всё ясно. Я вновь стал невольно лыбиться без особых причин, если радость и лёгкость не считаются причиной. -Мне недавно подарили этого монстра, говорят, что это фантастический шедевр. Я верю. -Читал Гарри Поттер? -Да. -Похоже по атмосфере, скрещенной со страной чудес. Многим заходит, потому что много типажей, дух отверженных, находящих собственный дом. -Отверженный... отверженный в толпе, отверженный в эпохе, городе, ты вроде читала Гюго? -Ага. -Я тоже, при том благодаря тебе. Слишком уж загадочно смотрелась с его томом перед тренировками. Честно - это была правда, но она мне явно не поверила. Я бы так же поступил на её месте. Мы дружно вздохнули, поочереди беря тяги и наблюдая за растворяющимися кольцами сладкой дымки. -Ты говори что тебя коробит, тревожит- я выслушаю, я не против. -Почему? Надеешься, что я всё же на тебя сегодня сяду? -Нет, мне нравится слушать. -Мазахист. Я опять улыбнулся. -Я так слежу, приглядываю за всеми, потому что слова нас выдают, а ты, к тому же, мне нравишься, так что это отнють не мазахизм- только проявление симпатии, расслабься. Та с сарказмом посмотрела на меня. -Ага. И опустила с моего лица глаза, окончательно опустошив свою бутылку. Мысленно я вздохнул, принявшись гладить её напряженный живот, из-за которого Диана продолжала смущаться, стыдиться уже себя, своего тела, но мне оно нравилось, и животик исключением не был. Между тем заиграла песня, с помощью которой я нашел, как и куда вести диалог. Кринжово, ну да окей. -Ты не такая, ты не такая как все, особенная и с красотою в душе... -Урок усвоил... теперь понятно, что я... -...Я не достоин... женщин вроде тебя. Она подняла глаза, не сдерживая приподнятые уголки рта, а я поцеловал её кончик носа. -Ой, извини, это было не очень, надо было спросить разрешение, прежде чем лезть в твоё личное пространство, - нарочито сказал я, хотел было отстраниться, но, неуверенно, меня притянули ближе и робкие нежные губы засосали рот, а потом и всего меня- я был не против. Эти губы, запах ванили и ночь так ненавящево вошли в мой разум, что я не заметил, как они заставили меня стать безнадежным романтиком и идиотом. Какой кошмар, я уже говорил о том, что мне не нравится пубертат, от того что всё происходящее в нём мы потом будем воспринимать всего лишь как безумный сон, а от прошлого себя ловить неимоверный кринж? Вроде говорил. И это страшно. Но вот так.. люди взрослеют. Я старался быть как можно ласковее и осторожнее, потому что подсознательно понимал, что если я сделаю ей больно был шанс не просто не восстановить контакта с ней, а потом сразу не восстановить последствия её инструктивного удара. Конечно, вихрь касаний и гормонов был сильным, но попутно меня настигли флешбеки, как как-то я боролся в партере с Дианой (ну то есть на коленях) и она мне случайно ушибла промежность и челюсть, хотя мне было и смешно от этого тогда, после я, стыдно признаться, думал что после выглядел для неё как жалкий чувак, который "не бьёт девочек" и поддался. Какой кошмар и как же хорошо, через минуту я забыл об этой нелепой глупости) Диана оказалась на мне, а я- на кровати. Руки то мяли, то поглаживали, то массировали , то грубо лапали её упругую грудь, ягодицы, хрупкую шейку, потом зажимали запястья, стопы, гладили всюду, без преград. Её губы, в ответ, оставили россыпь крупных кровавых засосов на шее, ключицах и я отозвался подобным, плавно подбираясь на грудь и бедра. Попутно мы рывками раздевались, и пока Диана стягивала лиф я шепнул ей на ухо, будто не мог говорить слишком громко, вслух : "Ты точно согласна на все это?", отчасти потому что не был уверен в презервативах Влада в его же закладках по комнате (у меня с 14 лет с собой всегда была пачка презиков, которые в 70 % выпрашивал Влад, и этот вечер исключением, увы или к счастью, не был), и от страха последствий. Всё же для меня было странно ебать свою родственницу, пускай без какой-то кровной линии, да и в так быстро... Я звучу жалко, но увы да, я не бэдбой. Мне тогда казалось, будто меня совращает милфа, напоминающая старшую сестру - вот мой примерный уровень конфликта внутри. -А ты-нет? - сказала Диана и отстранилась от меня. Я покачал головой и доверительно вновь обнял её, а опустив глаза столкнулся вблизи с нежной грудью, чуть свисающей под собственным весом, столкнулся с бледными небольшими розоватыми и рельефными сосками, с едва проглядывающимися растяжками, однако от этого не менее очаровывающей. Честно не знаю чем именно эта мне стала настолько приятна. Хотя может и знаю. Белая кожа будто светилась. Во мне хотели разорваться два противоречивых чувства, ощущения на уровни полуосязаемой биологии. С одной стороны был животный магнетизм, внезапная потребность в женском тепле, плоти, сексе, тепле. А с другой было что-то типа умиления от невинности. Первые засосы на девочке, чуть ли не трясло жестоко лишить её и прочей девственности, поглотить как оборотень эти стоны, эти вкусы и воспоминания, есть и есть это, как будто меня почти задушили и я теперь жадно глотал воздух. Странно, мне это не было присуще. Я встряхнулся, словно убирая с глаз дрему после дневного сна. Во мне что-то переклинило. -Можешь пощупать внизу, если сомневаешься в моей верности слов и действий. Я тебя хочу, но я пьяный, как и ты, мы можем утром понять, что совершили херню, уж сомневаюсь что твоя мечта провести свой первый с машинным задротом, которому ты нравилась, но он находил причины не написать. Думаю, это мерзко, так что давай в другой раз, если мы продолжим нравиться друг другу. И заглянул в её глаза, поглаживая макушку. Та прикусила губу и увела взгляд, будто боялась расплакаться. От обиды. -А если да? -А если нет? -Я не верю что можно отказаться от подобного, только если девушка из тех, о которой правда на утро жалеешь, что вдул. В дополнение прозвучал смешок. Я взял её ладонь и опустил на промежность, где из боксеров выпирал кол. -Ну да, ну да... На личике мельком пробежала улыбка. -Ничего тогда не хочешь? -Хм... Не прочь 69? -Ну давай. На Диане оставались лишь серые трусики. Я принялся снимать свой последний предмет одежды, а девушка, от доли напряжения, жевала нижнюю губу с пустым взглядом в стену, попутно следуя моему примеру. Между ног было влажное пятно. Мой член чуть подергивался, вся головка была в предъэякуляторе. Я лёг на кровать, Диана, с осторожностью, устроилась на мне. Тёплые мягкие бедра, я стал их мять, лизнул стык внешних и внутренних, сочащихся кисловатым соком, губ, почувствовал глубокий вздох, кажется, граничащий с поскуливанием и продолжил. Горячие пальцы откликнулись слабыми поглаживаниями контура уздечки, а член на это дернулся вслед за ними, Диана рвано вздохнула. На это я глубже проник ко внутренним лепесткам языком, пальцем потирая клитор. Девушка тихо застонала, робко лизнув головку, быстро взяв её всю в рот, обсасывая, облизывая, от чего я не мог сдержать шумные вздохи, попеременно постанывая. Помню, каждая моя прошлая девушка закатывала глаза и просила не стонать, от чего меня это просьба стала дико злить. В том моменте пролетела мысль, а что если Диана тоже выскажет мне это, однако, она промолчала. Позже оказалось, что ей нравится такое. -Сместись хотя бы на ствол - я так скоро кончу, - взволнованно воскликнул я, шлепнув девушку. Кожа тут же залилась румянцем. Девушка вздрогнула, с влажными звуками доставая моё чувствительное место изо рта, а я, вслушиваясь в это, слегка запрокинул голову назад, не останавливая ласок, указательным пальцем проникая внутрь, предельно осторожно двигаясь там. У меня нетолстые пальцы, однако, я ощущал что второй начнёт растягивать влагалище внутри, для меня такая узость была в новинку, член на это активнее задолжал. В свою очередь, пальцы Дианы скользнули по вздувшимся венам, принявшись с переодичными замедлениями дрочить крайнюю плоть, иногда касаясь кончиком языка верха. Я почувствовал, что долго так не продержусь, потому куснул девушку за бедро, зажав клитор. Та сбавила темпы, а я с рвением впился в разбухший клитор, руки вновь стали мять, похлопывать порозовеющие бедра. Через пару минут эхом раздался отчетливый чистый стон, он был мне знаком, но я не помнил с кем и откуда. Возможно, походило на звуки из песен Ланы Дель Рей, остальные сравнения неприлично лиричны. Диана, на удивление хорошо, взять член в рот, и стала старательно сосать. Я лениво гладил клитор. Не прошло и пол минуты, как киска продолжила сокращаться, выдавая беловатый секрет, напоминающего привкусом её естественную смазку. Из головки полилась сперма, я как-то глухо отозвался на это. Какое-то время мы не сдвигались, успокаиваясь и продлевая наслаждение друг друга, но скоро Диана слезла с меня, сев на краю кровати, я же встал и уложил её обратно, обняв, на что получил непонятливый, как у котенка, взгляд. -Стало лучше? - спросил я. "Мне очень" ответил бы я. Даже слишком. На тот момент для моего крохотного опыта это было нечто. Она промолчала, видимо, не желая повторяться фразой : "Такое чувство, что все делалось только для меня". Лишь уставший краткий бросок в глаза и она отвернулась, а я посильнее обнял. -Ну встаёт у меня на несчастных девушек, ахах, ну разве тебе неприятно при том быть объектом вожделения? -Синдром спасателя? -Да, я о нем. -Приятно, конечно, но все равно странная херня. Ты и раньше видел мои истерики, почему только сейчас решился успокаивать? Что со мной было не так? -А с чего ты решила, что проблема в тебе? Ты мне всегда чем-то нравилась, но мы заложники своего положения и страхов . Мне было неловко к тебе подойти напрямую, у тебя был агрессивный образ, я не знал, чего от тебя ожидать и боялся последствий глаз вокруг, мнения, у меня и так образ чудика, не хотелось вызвать раскол из-за того что люблю помогать брошенным котятам, понимаешь, о чем я? А сейчас я понял, что это все - дичь, просто дичь. Ты мне привлекала раньше. Она повернула ко мне все лицо, исказившееся в таком выражении, что было страшно двинуться. Пару секунд - кулак с размаху попал мне в переносицу. -Боялся глаз вокруг?! Да пошёл ты, мудак! Я зашипел от боли и сел, текла кровь. Диана соскочила, одновременно смутившись и злясь. Из её рта вырвались слова - обрывки мыслей, ругающие меня, вроде : "Мудак, ты из тех, кто говорит :" посмотрим "?!", но более тяжёлые, чёрные, чем я могу их сейчас воспроизвести, как рой кусачих мух. Я не спорил, ретировавшись в ванную. Девушка, подобно тасманскому дьяволу от Луни Тьюнз, оделась и вылетела из комнаты. По-счастью, кровь текла из ноздрей- внешней раны не было, но потом появится синяк. Мерещилась легкая ассиметрия, но она у меня была и раньше : трудно её не получить, занимаясь АРБ. Обиды почти не было, были непонятки и лёгкий шок. Промыв лицо я, придерживая полотенце, оделся и, как выдохшийся странник из дремучего леса, выбрался на кухню. Сразу наткнулся на Влада, к счастью его. -Ээээ, чел, с кем петушился? -Девушкой. Тащи лед. На его рот лезла тупая улыбка, друг закудахтал и с грохотом погрузился в чёрный морозильник. Моя туша плюхнулась за небольшой кухонный островок, как за барную стойку. -Ебааааааааать, кто она? Барцуха? За что? -Да. Я грубо выразился и получил. Призрак своей тощей кистью положил исполинский кусок льда для напитков, вновь принявшись за грохот, но теперь шкафчиков в поиске ваты, гогоча как бесенок. -Фемкой что ли обозвал? -Неа. -Пошутил про парня? -Нет. -Музыкальный вкус оскорбил? -Нет. -Жирная? -Для тебя все жирные, скелетон. -Да чо ты такой грубый?... А сам засмеялся. Я тяжело вздохнул и закатил глаза, даже слегка отвернувшись, как презирающий родитель. Пьяным я больше всего его нелюбил. Влад пододвинул моток ваты и смолк. На десяток секунд повисло молчание. Справа наверху кто-то жёстко ебался, девушка молила партнёра о чем-то, прерываясь на стон, а слева играли в бутылочку, искрясь смешками, от чего нагнетание пуще наступало вокруг как стая дементоров. -Извини. Опять не выдержал Влад. Я сел в прежнюю позу. -Я встретился с Дианой в твоей спальне, рыжая. Мы распизделись - она давно мне нравилась, я осмелел, мы повеселились в 69-ой. После она меня спросила, чего я была прохладен к ней раньше, я сказал, что не бегу успокаивать таких как на людях и боялся подкатить, вот и получил. -Дед, ну тут грешно было не въебать. -Справедливо. Ущербная была фраза. -Лучше бы промолчал. Теперь я отвёл голову из чувства вины и стыда. Влад встрепенулся. -Так, окей, может бахну тебе чего? "Отвертки"? -Может. Он резво закружился, как хозяйка, у которой попросили добавки фирменного блюда, а я слушал и смотрел, переносица продолжала ныть. -Вовремя я, однако, спустился за пивом. Слушай, мне бы, да всем, было бы тошно услышать подобное, особенно с тонкодушевно организованными личностями, прям как я, сечешь? Да и к тому же с её то характером и манерами. Ты ведь должен знать подход к таким, так чего ступил? А? Хуев мафиози?! А? Я же был твой учитель, чего позоришь, ммм? (тяжёлые вздохи и бульканье шэйкера)... Хотя что-то новенькое- тебя потащило на пышек. -А разве у меня были типажи по внешности? -Нет, но как-то все это подозрительно. Неужели правда околдовала? Ахпх. Ну ладно, старым нравятся жопастые, не берусь судить этот критерий, вот только она все равно страньше твоих бывших. -С которыми я трахался или с которой мутил? -Какая разница?... -Как между спиртом и коньяком. А эта похожа на шампанское. -Оу, да ты романтик? Ошалеть! Мальчика настигла любовь, вырубаем мигалку, срочно, срочно!!!... Ладно, даже так выбор очень на любителя. Ты слышал недавний слух о ней? Её родители куда-то переехали, хз надолго ли, но сейчас она живёт со своим чудным дядей. Из Франции вроде, на Жана Рено похож. Он вроде фармоцевт, по утрам ходит и ходит в лес, собирает какие-то грибочки, ягодки, даже моя мать считает его чем-то вроде мага... -А я блять тогда тоже хуев француз, который ещё и подрабатывает актером и курьером наркоты ты знал? А то ведь ездию ездию куда-то, да и ещё и родственники французы, а отчим на Джейсона Стейтома похож... Я аж отвернулся от этого идиота, хотя тут же принялся корить себя за внезапный гнев. Ну как внезапный. Меня всегда чем-то подбешивала манера рассказала Влада о девушках, пусть я сам не был джентельменом- признаю, для меня они часто были вещью, вроде шмотки, но, кажется, я об этом уже говорил. -Ну это твой член семьи- тебе виднее. А сам хитро прищурился. В его голове точно вихрем пролетели кликбейты инцест порно. Я ещё пуще распалился, выглядя, вероятно, как злой пес, псина, а Призрак лишь пододвинул высокий бокал с рыжеватой жижей с надрезанной клубникой на донышке. Мне по голове словно от души врезали стволом увесистого револьвера. Я сам не знал, почему, что со мной не так. Я внезапно понял, как я одинок, как меня , словно надувающийся мыльный пузырь, распирает и я становлюсь нелепо большим, вот-вот собираясь лопнуть. Мне хотелось то ли кричать, то ли плакать, то нести словестный понос, то зарыться под землю. Я сам не знал, чего ищу и искал, я не знал что говорить и знал одновременно, я не хотел ничего, и в тоже время хотел слишком, слишком много. Я испытывал отчаянье, но не знал из-за чего. Я хотел петь, но в голове была тишина и боль. Я не знал откуда, почему и зачем. Я не знаю и не знал себя. Я не знаю ничего. Да и не знал. Влад потряс меня за плечо: -Старик, ты в порядке?... Я задыхался и смотрел на него, будто мою мать только что пристрелили при мне же, а на глазах наворачивались слезы. Блять, блять, что со мной?! Последующие полчаса я парил, пил, а Влад стремился распросить меня, что не так, я почти не поддавался, потому что тот бы почти ничто не понял. Постепенно я, словно разбитая любимая ваза, медленно собрал себя по кусочкам и был примерно таким же, как и до. Почти. Но таких деталей не видят. Кончился коктель. После меня утащили (вроде кто-то припелся за Владом, может это был Холодок, может Олег - я не заметил) играть в бутылочку, чтобы развеиться, однако увидев Таню я быстро смотался, пока до меня не дошла очередь шипперской расправы. Там я присел у окна на той же кухне и через силуэты виноградника стал рассматривать желто-красную луну, словно злобно или зловеще улыбающююся мне, попутно паря и хлебая разбавленное розовое вино. Где-то позади играли Бич Бойз- Калифорниа Дреамс, а потом и песни Думс. Мы были наедине с луной, словно с кровавой Мэри в осенний вечер после тяжкого дня. И этот вечер был прекрасен, будто имея орел сентементальности. Чуть оторвавшись я стал разглядывать звезды. Быстро нашёл Ориона, медведиц, Водолея, а дальше было лень, я завис и ушел в себя пока не заметил девушку. Именно девушку. Летящую на метле. На фоне луны. То что я выпал- не сказать ничего. Разве что можно добавить, что у меня ещё выпала бутылка из рук.Однако, вместо того чтобы возиться с осколками и вином я стал приглядываться в ночь. Да, это правда она на метле. Ведьма, как из попсового кино. Я схватился за телефон, успев сделать 2 нечетких фото, прежде чем тень ведьмы исчезла. Исчезла на фоне луны, продолжая, почти сливаясь с небом, двигаться куда-то. Я видел это, видел, как что-то поблескивает, но телефон не мог уловить того же. Я не разрешил себе преследовать эту женщину. Остаток ночи, пока не завалился спать, окончательно подшофе, как придурок рассматривал снимки. Чем дольше я смотрел и думал, тем страшнее становилось, будто ведьма превращалась во враждебное НЛО, что не звучит так уж безумно. Мне начинало казаться, что это был пьяный бред, что фото какие-то странные, а под конец меня вовсе пробило две идеи. Первая - а что если эти отблески были звездочками как на костюме Дианы, вторая- если это была Диана, то мне лучше не копать, я уже у неё не в почете, мало ли как она может меня заткнуть. Затем я уснул в комнате Влада, а на утро подумал, что я просто ебанутый. Фотографии пропали.