Овечки

Прозрачный шум витает тут и там, приправляемый лëгким гудением двигателя. В салоне тихо, сонно и душно, все присутствующие либо спят, либо пытаются уйти в царство снов. Сам Ланга висит в полудрëме. Глаза слипаются и он сам не ощущает что дышит, настолько глубоко его спокойствие. Всë внутри молчит. Мысли застопорились и больше не вертятся в голове, как букашки. Руки не ощущаются осязаемыми, они больше ватные. Как облака. Как маленькие овечки. Как странно быть маленькой овечкой, но именно так сейчас ощущает себя Ланга. Он проваливается. Медленно и плавно. Парит среди толщи облаков. Не думает, ведь мозг плавится и течëт. Не слышит, ведь уши в вате. Он видит, но глаза врут. Он чувствует, но его нет. Его не существует. Но он есть. И есть овечки вокруг него. Рядом лежит что-то тëплое, ещë одна овечка. Он видит еë, значит овцы есть. Она невесомо облокотилась на него во сне и теперь щекочет ему подбородок, светится ярким оранжевым светом, не так как другие. Другие лежат себе, а эта особенная. Ланга гладит овечку по голове свободной рукой, пропуская кисть через волосы, и чувствуя их мягкость. Точно облачко. Он чувствует еë, значит она есть. Овечка ластится к нему, пока тот упирается в неë томным взглядом. Он устал. Хочется спать. И прижать овечку к себе посильнее. Распластавшись на дырявом сидении Ланга смотрит на окно. Там темно-темно, как будто вообще ничего нет. Как будто этот автобус - конец его вселенной. Как будто Рэки - единственное начало.