Огрызки

Пустая грудная клетка, где вместо привычного всем свечения непроглядная чернота. Белые бездны зрачков тускло светятся в глазницах, с безразличиием смотря на окружающий мир. И, будто в противовес всей этой картине, в обманчиво хрупких фалангах находится небольшой пузырёк с красной жидкостью. Слишком не естественная для этого мира, слишком яркая, слишком неправильная. Всё в ней слишком. В этой белой пустоте, в руках пустого скелета, красный выглядит переполненным эмоцией. Ярость. Жидкая ярость сейчас лениво переливаеться красными искрами, будто предупреждая о том, что не всё так просто. Огонь. Пламя, что сжигает леса и города. Раскалённая лава что течёт в жерлах вулканов. Сейчас эта поистине опасная стихия находится за хрупким стеклом, будто присмиревшее дикое животное. Будто хищник в засаде. Тихий звук открывающейся пробки оглушающе прозвучал в белой пустоте. Аккуратные фаланги поднесли пузырёк к челюсти, приокрывая её и вливая багряную жидкость внутрь. С тихим вздохом в скелете будто проснулось что-то. Расправились плечи, поза перешла в более устойчивую, заставляя напрягать всё тело. А в глазницах зажглись рубиновые огни. Пустой пузырёк полетел вниз, а руки привычным движением достали непомерно большую кисть из-за спины. Босые стопы прошли по стеклу, но скелет будто не замечал боли. На черепе появился жуткий оскал. Превышена доза красной краски.