Мой враг - мой любовник

Головная боль была невыносимой, в ушах звенело будто под ухом разорвалась бомба. Мерзкий писк пронизывался через всё только пробудившееся сознание, заставляя вжаться в мятый неразборчивый комок. Парасоул не знала где она, не могла вспомнить что произошло, её будто оторвали от одной реальности и сразу пихнули в другую. Сейчас она имела свзять только с одной частью тела — головой, но ограничивалась лишь слабым поворотом ею в сторону. Остальные конечности стали чувствоваться не сразу, но раньше мыслей и чувств. Постепенно, как заново вспоминая движения рук она начала сгибать пальцы, кровь пошла и по телу, влеча за собой разбросанные сгустки боли. От некоторых девушка только кривилась, от других же сжимала зубы. Сердце билось с неизмеримой скоростью. Она пыталась открыть глаза, запустить в свою голову мысли. Но в мозгах витал только шум, похожий на помехи неисправного старого телевизора. Ренуар чувствовала себя фотоаппаратом из которого вытащили всю плёнку, но никак не могут поставить новую. Девушка лежала почти неподвижно. Но вдруг, когда она стала ощущать всё свое тело, по нему прошлась дикая боль, а за ней толпы неразборчивых мыслей. Теперь она вспомнила всё. И девушку с которой сражалась, и проваленное задание, и взрыв. И даже тот победный тон, что слышала как думала перед смертью. От такого резкого познания Ренуар вскочила, получив ещё больше неприятных ощущений — всё тело болело и жгло, кончики пальцев чуть заметно затряслись, а головная боль стала ещё явнее. Почему же она не умерла? Такой взрыв пережить невозможно. Может её спасли Чёрные Цапли? И уже теперь принцесса открыла глаза, ожидая увидеть знакомую больничную палату её войска. Но картина появившаяся во взоре заставила сердце упасть в живот, а дыхание остановиться. Белые стены незнакомой комнаты замкнули её без возможности выбраться. В помещении было темно, и только голубой свет изогнутых ламп отдавал некоторые блики на них, окрашивая в небесный. Такими же казались и остальные предметы: различные ИВЛ-аппараты, экраны с кардиограммами, столы и подставки с бесчисленным количеством скальпелей, шприцов, других приборов использующихся во время операций и осмотров. Парасоул без сомнений находилась в медицинском кабинете, возможно операционном, но сути не меняло. Вот только это не было помещением Чёрных Цапель. Она лежала на операционном столе в совершенно незнакомом месте. — Уже проснулась? — высокая стройная девушка безмятежно перебирала медицинскую атрибутику в противоположном углу кабинета. Её голос не выдавал ничего кроме лёгкости и безразличия, она даже не обернулась на голос пробудившегося пациента. Парасоул же прикрепила всё свое внимание к ней. Ладони вжались в кулаки, а на лице появился ненавистный оскал. Эту девушку не составит труда узнать со спины. — Валентайн… — уж имя то её она запомнила, хриплым низким голосом произнося его врагу. То, что Ренуар лежала вся в бинтах вызывало много вопросов, но то что в больничном халате вместо своей одежды — ещё больше. Прямо сейчас ей хотелось встать и начать душить эту девушку, параллельно задавая много вопросов, на которые ответ был обязателен. Она винила Валентайн во многом, ненавидела из-за характера и стороны в войне, в любой удобный момент готовилась напасть. Враг. Она в убежище врага, который покалечив её решил побыть ангелом-спасителем. — Все-таки ты запомнила моё имя. Что случилось? Если что, голова будет болеть ещё долго. Я могу дать обезбаливающее, но вряд ли поможет. — за словами последовал вздох, и девушка обернулась к Парасоул с тканью в руках. — Дай мне левую руку, я сменю бинты. Валентайн подошла к Парасоул, но та словно загнанная в угол собака отпрянула от неё, игнорируя новые раскаты боли. — Ты недавно пыталась меня убить, а теперь притворяешься ангелочком и лечишь? — голос тоже пришёл в норму, и девушка стала обращаться к медику низким, недоверчивым тоном. Она смогла взять себя в руки, но и готовилась взять в руки что нибудь ещё, желательно острое. — Где я? Что ты собираешься со мной сделать? Почему я здесь? Ты же подорвала грузовик, вряд ли человек сможет выжить после такого взрыва. — Сахарок, помедленнее. — закатила глаза Валентайн. На этот счёт у неё были смешанные чувства. — Естественно тебя не подорвало, иначе ты бы лежала не здесь, а под каменной плитой. Я вытолкнула тебя на дорогу перед взрывом, а потом, увидев твоё бедное, залитое кровью личико мне стало тебя жалко. Поэтому ты тут. Считай как поблажка за то, что ты первая, кто меня так покалечил, — медик притронулась к появзке на шее. — Тц, сутки прошли, и даже боль не ослабла. Парасоул не ожидала что на такое количество вопросов она получит столько информации. Девушка уставилась на Валентайн, пытаясь переварить все что той сказано. Оставила в живых? Валентайн? Самовлюбленная эгоистка, которой важна лишь собственная жизнь? В этом был подвох. Но как только Ренуар услышала слово «сутки», её брови сместились, а взгляд упал в пол. — Сутки… Меня же ищут, где мои вещи? — тон поднимался в более резкий и раздраженный. Она не верила ничему, хотелось поскорее вернуться на базу. Но со множеством ран, и хорошо что не переломов, это будет достаточно сложно. Так что вновь оставался лишь один план. — Там. — медик пожав плечами показала на рюкзак и аккуратно сложенную форму на небольшой койке. — А теперь сделай то что я сказала. Ренуар рыкнула, но ничего не оставалось кроме как подчиниться. Она вытянула левую руку Валентайн, и та стала осторожно снимать старую повязку. Правую же руку девушка стала осторожно опускать за пределы стола. — Ты не ответила на вопрос, где я нахожусь? На базе Девы? — Я верила что у тебя есть хоть капля интеллекта. Естественно нет, я не собираюсь себя подставлять. Так же глупо вести врага к себе домой. Это моя личная операционная, хорошо оборудованный подвал. Мы в километре от моей базы. Пальцами девушка нащупала скальпель, лежащий рядом на небольшой тумбочке. Нужно было его незаметно подобрать, но любое движение сейчас повлечёт шум, который девушке не нужен. Поэтому, дождавшись когда медик начнёт затягивать бинты, Парасоул с кряхтением резко согнулась, создавая ощущение сильной боли. Она и так была, но это движение и характерный звук поспособствовали скальпелю оказаться у принцессы под боком. — Удивительно что кости целы, наверное потому что машина сбросила скорость перед взрывом. Так что тебе ещё повезло. — только и сказала Валентайн, разворачиваясь к Парасоул спиной. И теперь настал этот момент. Уловив момент Парасоул закрепила скальпель в руке и замахнулась на медика, целясь в бок. Вот только её удар заблокировали, Валентайн схватила принцессу за руку, с силой выворачивая ей запястье. — Сахарок, я помню расположение каждого предмета в этом кабинете. И когда я разворачивалась, этого скальпеля на месте не было. Сжав зубы от боли, Парасоул решила идти до конца. Пальцами она развернула серебристый ножик и все же вонзила его в Валентайн, попав в запястье. Рана небольшая, но хватило для того, чтобы медик ослабила хватку. Тогда Парасоул выдернула свою руку, быстро разворачиваясь и пиная красноглазую в спину. Девушка полетела на столик с препаратами, рассыпая их в стороны. Осколки и разнообразные жидкости разлетелись по полу, а Валентайн же разозлилась. — Вот и делай что то хорошее людям. — сплюнула она, разворачиваясь и налетая на Парасоул. Та в свою очередь уже поднялась, все ещё неуверенно шатаясь. Валентайн подбежав нагнула её к столу, блокируя её руки. Командирша вновь пустила в ход ноги, но её удар в живот блокировали, и тогда девушка ударила по излюбленным ими обеими лодыжкам. Валентайн подкосилась, отдавая лидирующую позицию принцессе. Парасоул не была особым асом в схватках на кулаках, поэтому вариант был один. Она сменила позицию, и теперь уже Валентайн была внизу. Ренуар сразу же обеими руками стала сжимать той горло. Но её хватка не была достаточно сильной, а ноги предательски подкашивались при любом, даже легком ударе. Поэтому почти сразу её опрокинули на пол, и девушка поджав колени перевернулась на спину. — Давай покажу как надо. — усмехнулась Валентайн, и подойдя к Ренуар медленно уселась на неё, так, что согнутые ноги принцессы стали для медика опорой. Ей были безразличны сопротивления Парасоул, яркоглазая была слишком слаба чтоб дать хороший отпор. По этому лишь одной рукой Валентайн сжала ей горло, а другую положила на живот соперницы. И там и там напор становился сильнее, а медик, наслаждаясь беспомощностью противницы, стала водить пальцами по животу Ренуар, временно ослабив напряжение в этой руке. — Ты ведь понимаешь что я могу спокойно убить тебя, и никто об этом не узнает. — правой рукой, что находилась на животе она продолжала водить взад-вперёд, но после сосредоточила силу только на одном пальце. — Что ты делаешь... — прокряхтела Парасоул, она не могла понять игр Валентайн и её действий, от чего чувствовала себя странно. Но медик игнорировала принцессу. — Лучше тебе быть милой и покладистой, сахарок. — прошептала Валентайн. — Иначе… — убрав палец девушка сжала кулак, со всей силы ударив Парасоул в живот. Она знала что там находится серьёзная рана, поэтому и метила в самую середину. Парасоул хотела сжаться, но сидящая сверху девушка и рука на горле этому помешали. Новый раскат боли прошёлся по телу, хотелось вскрикнуть, но воздух почти иссяк. Все попытки убрать руку Валентайн были бессмысленны, она мёртвой хваткой вжалась ей в глотку. Самое ужасное было связаться с медиком. Валентайн знала место каждой царапинки на теле Ренуар, это уже главный минус, ведь она будет бить именно по этим местам. Кислород кончался, картина перед глазами стала расплываться. Девушка попыталась что то сказать, но Валентайн тянула до последнего. И только когда девушка стала терять сознание, медик с ухмылкой отпустила хватку, разминая запястье. — Надеюсь урок ты усвоила. Парасоул словно витала в тумане, и последнее что она запомнила перед отключкой — то, как Валентайн несёт её на койку, убирая с постели вещи. Она застряла в бункере со своим врагом. То, чего Парасоул хотела в последнюю очередь.