Save your tears

Понедельник , раннее летнее утро. Окно открыто настежь, занавески слегка покачиваются под воздействием теплого ветра. Пахнет цветами и куревом, впрочем, как всегда. Арсений яростно скидывает будильник с тумбочки, сопровождая его благим матом, распахивает слипшиеся веки. Изображение перед глазами сначала мелькает недосмотренными снами, а затем яркий солнечный свет начинает резать глаза. Впереди опять рабочий день, ничем не отличающийся от других, кроме одной детали. Примерно неделю назад Арс забил стрелу с Лазарем, что найдет себе парня до среды. Да, осталось жалких четыре дня, но это ли не повод стрессовать и торопиться, ведь спор велся на желание. Учитывая фантазию Сережи, Арсения могло ждать все, начиная с кидания яиц ему на голову с девятого этажа, заканчивая купанием в бассейне с говном. А уж если Лазарю надо будет, он придумает что-нибудь похлеще этого. Но пока Арс не врубается. Вчерашний вечер, проведенный с Катей выбил его из колеи. Если оглядеть квартиру, можно было собрать стену для коллекционера бутылок алкогольных напитков, начиная с дешманского пива, заканчивая доминиканским ромом. Именно так Арс вчера успокаивался в последние роковые дни, а Катя успешно оприходовала холодильник. "Гребаный понедельник"- это пока все, о чем Арс может думать. Из коридора противно орет кот, шурша какими-то пакетами, а затем заявляет о своем присутствии вонючей кучей на коврике в прихожей. Каждое утро рабочего дня арсу давалось с трудом, особенно это. На улицу его тянула только прекрасная погода, желание пофоткаться и надежда выпить с кем-нибудь вечером. Может, именно с тем парнем , который впоследствии станет его мужем. Ну а вдруг повезет? Даже бомжи трахаются, а граф Арсений должен стыдливо прятать свое одиночество и дрочить по утрам в ванной. Голова тяжелеет, глаза закрываются, но вставать нужно, иначе Паша даст пизды (жаль что не хуя, ведь начальник женат, а так хотелось). Не зря же он всех распустил в отпуска, и заставил одного Попова отдуваться за весь коллектив. Ясно-понятно—Арсений с удовольствием послал бы куда подальше Пашу вместе с коллегами, а затем сжег гребаный офис к чертям и отправился домой пить кофе, освещая себе дорогу сверкающей улыбкой. К сожалению, ничего из невероятного, только что придуманного плана он сделать не может, поэтому хрустя костями, переваливается к краю кровати и включает автоматический режим подготовки к работе. За двадцать минут он успевает умыться, сварганить себе бесподобный завтрак, помыться, накормить кота, разбить тарелку, попытаться склеить тарелку, встретиться и поругаться с соседом за постоянную сигаретную вонь, сделать зарядку, позвонить маме, подобрать бесподобный образ к бесподобному дню и выйти из квартиры. И вот тут-то Арсению и приходит осознание того, что он явно что-то забыл. Это то самое чувство, когда одинокая беспокойная серая клеточка в мозгу очень хочет что-то сказать, но голова отказывается работать и мысль никак не лезет в голову. Судорожно перебирая сумку на наличие ключей и документов, и вспоминая, выключен ли газ и утюг, он неожиданно вспоминает смутную картинку лица. Тот самый парень из сна. Арсений вдруг осознает, что видел последний сон уже очень давно. Пугаясь этой мысли, он начинает восстанавливать сон по кусочкам. Да, у Попова начинают подрагивать пальцы, и он нервно сглатывает: настолько красивого парня он еще не встречал. Мужчина шумно вздыхает, облокачиваясь лбом об дверь. Конечно, помимо отвратительного понедельника, его сегодня будет сопровождать противный Пашка и мысль о неизменном ежегодном одиночестве. Ещё и недотрах в подарок, спасибо. Арсений быстро проверяет, закрыта ли дверь, которая к его удивлению оказывается открыта, звенит ключами, отгоняет надоедливого парня из мыслей и бежит в сторону лифта. Вызванное такси бизнес класса едет как назло медленно, а заводить диалог с армянином у руля, который, по всей видимости, даже русского языка не знает, арсений не хочет. В окнах мелькал типичный питер. единственное, что бросалось в глаза, так это солнце. наркоманы, алкоголики и смазливые утренние парочки никуда не делись. Часы показывают девять, а с такими темпами Попов доберется до офиса только к одиннадцати. Из динамика играет надоедливый русский шансон, но водителю, видно, плевать. В машине приторно пахнет мужскими духами, сигаретами, и даже пучок освежителей на зеркале никак не спасает ситуацию. Поездка проходит настолько размеренно, что, кажется, даже апокалипсис не может выбить армянина из сонного состояния. Он сплевывает в окно, и у арса, презрительно покинувшего водилу взглядом, пропадает всякое желание даже смотреть на него. Да, некультурщина в стране-беда. Желание появляется мгновенно, когда из-за поворота неожиданно вылетает черный байк и расплющивается о бок машины. Казалось бы, такое происходит только в фильмах, а на самом деле, даже ранним безмятежным утром можно лишиться жизни за секунды. Удар сильный, и дверь такси вгибается внутрь, а стекла разлетаются в стороны. Мотоциклист отлетает на пару метров от машины, и абсолютным обездвиживанием напоминает труп. Армянин в ахуе, и выглядит так, будто сейчас умрет, и Попову даже немного его жалко. хотя сам Арс выглядит явно не лучше. Он судорожно просверливает глазами валяющийся на дороге байк, пока водитель, наконец придя в себя, вылетает на помощь. "Жив!",- раздаются радостные крики, заставляющие Арсения выйти на улицу на еле движущихся ногах. Он думает, что сию секунду ему не помешало бы рухнуть на землю, чисто для перезагрузки. Попов пробирается сквозь быстро образовавшуюся толпу к байкеру, рассматривая сначала кровавую одежду, , валяющийся неподалеку разбитый шлем, а затем переводит взгляд на лицо. Тело Арса обмякает, и он в обмороке падает кому-то в руки. Раздаются приглушённые крики, кто-то бежит в машину за водой, но арсению просто хочется умереть, ведь это именно это лицо он видел сегодня во сне.