Прогулка по саду

Альфред не часто был инициатором прикосновений. И это делало каждый такой момент особенным. Двое стояли в саду замка, поросшем виноградными лозами и сорняками. Альфред взял руку Герберта в свою, положив голову ему на плечо. После бала прошло несколько месяцев, и сейчас была весна, и первые цветы начинали расцветать. Переход Альфреда к новой, вампирской жизни, прошел весьма неплохо. Особенно учитывая все обстоятельства. Первый месяц или около того, конечно, был для него тяжелым, но он смог приспособиться, как и все. Герберт помогал ему, и все время был рядом. – Как ты думаешь, Магда могла бы помочь, если я решу попытаться навести здесь порядок? – Спросил Альфред, повернувшись к Герберту лицом к лицу. Расстояние между ними было меньше сантиметра, и они могли бы ощутить дыхание друг друга, если бы продолжали дышать. – Сначала реорганизация библиотеки, теперь сад? – Сказал, посмеиваясь, Герберт. – Ты, конечно, можешь спросить, но, честно говоря, кто знает, что бы она сказала. – Я полагаю, ты прав. Ты не мог бы мне помочь? – Спросил Альфред. – О, боги, нет. Представь, что станет с моими ногтями! – Сказал он, взглянув на ногти с беспокойством, будто на них уже была грязь. Альфред рассмеялся, как Герберт мгновение назад, и поцеловал его в щеку. – Конечно, как я мог забыть! Твои бедные ногти! Они слишком важны, чтобы рисковать. – Пошутил Альфред, легонько ткнув локтем в бок своего дорогого возлюбленного. Герберт легко улыбнулся, чуть сжав руку Альфреда. – Знаешь, я бы не променял тебя ни на что на свете, мой дорогой. Я действительно так рад, что ты и этот глупый профессор пришли. Лицо Альфреда омрачилось при упоминании профессора, хотя довольно быстро снова просветлело. Он не видел его с тех пор, как был обращен, и они расстались в том лесу. Он надеялся, что профессор нашел дорогу и вернулся в Кенигсберг, но, зная, как все прошло в прошлый раз, когда они разошлись в лесу, он сомневался в этом. – То же самое касается и тебя. И тогда Герберт повернулся к Альфреду лицом, взял его за подбородок и поцеловал. Лунный свет падал на этих двоих, как луч прожектора, будто они были единственными людьми, которые когда-либо имели и будут иметь значение. И для них это было правдой. Они вдвоем оставались в саду до восхода солнца, разговаривая друг с другом, наслаждаясь обществом друг друга. И когда они уходили, они шли рука об руку, зная, что в мире нет никого, кого они любили бы больше, чем друг друга.