Добро пожаловать в Aurum

Сказать, что Вика таки испортила вечер, это не сказать ничего. Неудавшейся алкоголичке стало плохо, и Рите пришлось откачивать непутёвую подругу, а впоследствии отвезти домой и уложить в постель. Маргарита даже жалела, что им пришлось увидеть только одно выступление, и сердилась на Вику за то, что та так неумело обращалась с алкоголем. Она пообещала, что в следующий раз — и когда к ней в голову пришла мысль, что обязательно пойдет туда ещё раз? — они обойдутся без спиртного. Кто сказал, что весело должно быть, только если выпить? Вике вообще, как думала Рита, весело всегда. Но самое тяжёлое ждало Риту утром. И дело было не в Вике, которая мирно спала в постели у себя дома. Сегодня — крайний срок, когда надо было найти работу. Стоял ранний сентябрь, началась учёба, и финансы были на исходе, а дальше жить как-то надо было, и если первое время можно было попросить какую-то сумму у родителей, то потом совесть не позволит этого делать. Вообще Рита собиралась идти на поиски работы на следующий день, во вторник; они даже именно поэтому пошли в клуб в воскресенье, чтобы отсыпаться весь понедельник, ибо пар в этот день всё равно не было, а во вторник с благословения Вики её подруга отправилась бы искать свою финансовую судьбу. Но раз уж ночью они вернулись намного раньше, чем планировалось, а делать было нечего, то Рита решила заняться полезным делом сегодня. Пройдясь по заранее выбранным местам предполагаемой будущей работы, Рита печально осознала, что ни одно из них ей не подходит по графику — как-никак, а учёба на первом месте. Причём она претендовала не на самое замысловатое рабочее место — всего-то официантка, коей ей приходилось работать уже не впервой в различных пиццериях и студенческих кафе. Однако согласовать рабочее и учебное время всё никак не удавалось, поэтому Рита перманентно меняла место работы, пытаясь найти идеальное решение и по финансам, и по времени. Выйдя из очередного кафе, Рита тяжело вздохнула, но тут же попыталась вернуть себе бодрость духа, напомнив самой себе, что такие вещи, как жильё и работа, за один день найти или выбрать практически невозможно. Она настроилась, что завтрашний день также придётся потратить на бесконечные визиты в забегаловки и рестораны, но часы, настойчиво показывавшие, что не было ещё и двенадцати дня, в свою очередь убедили её в том, что пока рано заканчивать поиски. Рита уже прошлась по ранее выбранным местам, и теперь не мешало бы поискать что-нибудь другое, в чём ей любезно должно помочь печатное издание. Впереди она заметила газетный киоск. Но в паре шагов от её цели Рита заметила серый фонарный столб, украшенный свеженаклеенным объявлением о том, что требуются официанты, с указанием адреса и телефона. Внимательно ознакомившись с текстом, набранным жирным шрифтом на шероховатой бумаге, Ритка поняла, что предлагаемое место работы находится совсем недалеко, и ей гораздо проще явиться туда собственной персоной, чем позвонить. Но к ней в мысли прокрались смутные сомнения, что по указанному адресу находится заведение, из которого она поспешила вчера увести Вику от греха подальше, хотя точного адреса клуба она и не помнила. Как оказалось, не зря её посетили подобные мысли. Придя по указанному адресу, Рита встала прямо напротив дверей клуба “Aurum”. Как ни странно, но при свете уже почти полуденного солнца здание выглядело не столь впечатляюще, как ночью при освещении электрического золотого света. Да, красиво, но ничего особенного. Видимо, на это и рассчитывала администрация клуба — подобные заведения должны привлекать толпу ночью, а днём надо работать. От размышлений Риту отвлёк молодой человек, неспешной походкой вышедший из парадных дверей. Вялым движением рук — явно было видно, что парень всю ночь не спал — он достал сигареты и зажигалку из кармана рваных голубых джинс (к слову, больше подходящих для подростка, хотя парню на вид было лет двадцать семь или двадцать восемь) и закурил, выпуская едкий дым. Рита поморгала и внезапно поняла, что это был вчерашний ведущий, приветствовавший гостей клуба и объявлявший номер с Ягуаром. Да, это точно был он: Маргарита узнала его продолговатое лицо с впалыми щеками и аккуратный пепельный ёжик на голове, который сейчас смешно торчал во все стороны, придавая молодому человеку забавный вид, как и принт с губкой Бобом на его растянутой футболке, хотя на лице сохранялся отпечаток суровой утренней угрюмости невыспавшегося человека. Не хватало только таблички с надписью «Не подходить — убьёт!». — Э-э… Доброе утро, — нерешительно промямлила Рита, не будучи уверенной, слышит ли её вообще этот парень, смотрящий впереди себя стеклянным усталым взглядом. Однако он обернулся, и Рита даже слегка испугалась его выражения лица, которое сейчас являлось визуальным олицетворением фразы о том, что утро добрым не бывает. — Чего Вам? — недовольно буркнул он в ответ, кивнув в её сторону. Рита недовольно скривилась: вроде он обратился к ней на «Вы», что предполагало собой вежливость, но сама фраза прозвучала настолько недружелюбно, что лучше бы он сразу сказал ей: «Иди ты нахер». — Я по объявлению. Вам требуются официанты, — ответила Рита, скрещивая руки на груди. Отчего-то ей казалось, что так она выглядит более грозно, хотя парню явно было всё равно. Он задумчиво повёл бровями, вспоминая что-то, и снова слабо кивнул. — А-а… Заходите. Он выбросил потушенную сигарету в урну и, повернувшись к двери, махнул Рите рукой, делая знак следовать за ним. — Сергей, — сказал через плечо парень, не оборачиваясь и ведя Риту по коридору. Она не сразу сообразила, что он представился, но прежде чем она назвала своё имя, он раздражённо сказал: — Не люблю безымянных людей. — Маргарита, — выпалила она, взглядом сверля воображаемую дыру в его спине. «Терпение, Марго, только терпение, — успокаивала она сама себя, — ты же устраиваешься на работу, вот и веди себя прилично». Когда они вошли в зал, Рита удивилась тому, насколько он отличался от того, что она видела сегодня ночью. Лучи приглушённого электрического света — на этот раз нормального серебристого, а не золотистого — мягко очерчивали стоящую кругом мебель и барные стойки и освещали присутствовавших в небольшом количестве людей. Некоторые лица уже были ей знакомы. За установкой с музыкальной аппаратурой сидел диджей, на которого Рита мельком успела глянуть вчера. Его светлые волнистые локоны ярко блеснули в свете ламп, когда он поднял голову, чтобы посмотреть, кто вошёл в зал. Цвет его ярко-голубых глаз — настолько больших и ярких, что даже в полумраке можно было легко различить их оттенок — выигрышно контрастировал с его красной толстовкой с длинными рукавами, на груди которой белыми полустёртыми буквами красовалась надпись “Barcelona”. Парень медленно нажимал клавиши на клавиатуре блестящего чёрного ноутбука, стоявшего прямо перед ним на столе, и каждое нажатие сопровождалось сменой музыкальных композиций, негромко доносившихся из колонок, расставленных по всему залу. Рядом с ним о чём-то тихо спорили двое высоких молодых людей. Их обоих Рита также видела вчера. Один из них — тот самый Ягуар. Черноволосый парень с короткой стрижкой (Рита только сейчас разглядела, что внешность его была восточного типа) энергично размахивал руками, доказывая что-то своему собеседнику — брюнету с полудлинными волосами, небрежно спадавшими ему на плечи. Именно этого парня они с Викой встретили вчера на выходе из клуба. Он устало кивал, подперев кулаком правую щёку, мечтая, видимо, о том, чтобы поскорее оказаться в собственной постели под одеялом. Судя по всему, Рита была права, когда подумала, что он был стриптизёром. Оба парня не стеснялись своих спортивных тел и стояли в одних джинсах: первый — в облегающих чёрных, а второй — в свободных синих, и лишь на его широкие плечи было накинуто белое полотенце, судя по виду, ещё влажное. За столом в углу сидело ещё четверо — две девушки и двое парней, в одном из них Рита узнала официанта, обслуживавшего их ночью. Он задорно смеялся, слушая, что рассказывает один из его коллег, но тут же затих, когда в зал вошёл Сергей. — Гато! Глеб ещё не приехал? — поинтересовался парень, и его насыщенный глубокий тембр едва уловимым эхом отразился от стен обширного помещения. Голос у него был что надо — по-настоящему мужской и проникновенно красивый. Именно такой должен быть у отличного ведущего. Хоть Рита и не знала, какого происхождения было имя Гато, но экзотичная внешность Ягуара заставила её думать, что откликнуться должен именно он. Однако она ошиблась: вновь блеснули золотистые локоны диджея, и его мягкий голос донёсся из-за стола: — Уже едет. Сказал, будет через пару минут. — У меня тут официантка, — оповестил всех Сергей, указав пальцем на Риту. Ей стало неловко, когда трое парней оценивающим взглядом оглядели её с головы до ног. — Не помню такую, — равнодушно сказал диджей и вернулся к своему занятию, но резко вздрогнул, когда Сергей прикрикнул: — Идиот, она устраивается к нам на работу! Он недовольно вздохнул и нервно потёр лоб ладонью. Парни многозначительно переглянулись, а Ягуар произнёс вслух: — Не нервничай. Морщины появятся. — У меня из-за вас уже морщины, причём даже на заднице, — съязвил Сергей, презрительно оглядывая танцоров, — вот как сильно вы заставляете меня нервничать. — Спешу оповестить, что это не морщины, а целлюлит, — ответил Ягуар, довольный, видимо, тем, что ему удалось подколоть ведущего. Яростная гримаса Сергея говорила о том, что если бы в этот момент в зал не вошёл ещё один работник клуба, то незадачливый шутник был бы обложен матом высотой с Эйфелеву башню. И хотя Рита смотрела на всё происходящее едва ли не с открытым ртом, она тоже отвлеклась, услышав спешные шаги за спиной. — О, Божечки, — проговорил вошедший, хаотичными движениями засовывая что-то в небольшую кожаную сумку, висевшую на поясе его брюк. — Дурацкий город с его дурацкими пробками. Моя бедная «Тойоточка» сегодня чуть сознание не потеряла, когда два нахала впереди нас чуть не въехали друг в друга, да ещё скверными словами начали ругаться. Это было так мерзко, что у меня даже сердце замерло. Надо после этого «Тойоточку» отвезти в автомойку, моя девочка не должна терпеть все эти грязные ругательства. Рита резко опустила ладонь на рядом стоящий стол — на всякий случай, чтоб не упасть. После грубых слов ведущего подобные речи были как ледяной душ после кипятка. Даже бледно-жёлтый губка Боб на выцветшей футболке Сергея выглядел сурово по сравнению с ярко-оранжевыми брюками только что появившегося парня и его зелёной рубашкой с психоделическим узором. Образ довершался массивными кедами с полосами чёрного и зелёного цветов. Светло-каштановые кудри были зачёсаны назад, а большие болотного цвета глаза пытливо перебегали с одного парня на другого, пока, наконец, не остановились на Рите, оперевшейся на стол и пребывавшей в шоковом состоянии. — Доброе утречко, мои болезные, — поприветствовал всех парень, не сводя взгляда с Риты, видимо, дожидаясь, пока ему кто-нибудь объяснит присутствие здесь незнакомой ему девушки. — Это кандидатка в официантки, — вместо приветствия буркнул Сергей, ткнув пальцем в Риту. Та злобно посмотрела на ведущего, и ей даже захотелось этот палец откусить, чтоб он больше не тыкал в неё сегодня. И никогда больше. — Отличненько, — ответил тот, и на его лице просияла добродушная улыбка. — Я Глеб, администратор, но ты лучше называй меня Глебушкой. — Э… Маргарита, — отходя от шока промямлила девушка, пожимая протянутую ей руку. — Вот и славно, Ритуля, — выдал Глеб, снова вводя Риту в состояние лёгкого ужаса: она же только что была Маргаритой, как она так быстро стала Ритулей? — Пойдём ко мне. Учитывая обстоятельства, безобидная в общем-то в условиях приёма на работу фраза прозвучала почти зловеще. Рита не сдвинулась с места. Заметив, что провозглашённая им кандидатка в официантки ушла в режим перезагрузки, Сергей нахмурился и слегка толкнул девушку в сторону Глеба. — Что стоишь? Иди. «Конечно, вы все тут уже привыкли к такому. А что мне прикажете делать?» — мрачно думала Рита, механически передвигая ноги по направлению в кабинет этого самого Глебушки. — Значит, ты хочешь работать у нас официанткой, моя сладкая? — поинтересовался Глеб, забрасывая сумку на стол, и без того заваленный бумагами, папками, дисками, книгами и даже обычным мусором — обёртками от шоколадных батончиков и мятыми, наверняка использованными салфетками. — Пожалуйста… — почти взмолилась Рита, осторожно присаживаясь на стул. — Можно без излишних… э-э… комплиментов? Глеб резко поднял глаза и посмотрел на неё таким разочарованным и жалостливым взглядом, что Рита даже испугалась и пожалела, что попросила беднягу не обращаться к ней подобным образом. Казалось, он вот-вот расплачется или закатит истерику. — Ну… если по-другому нельзя… — решила она смягчиться, но Глеб тут же её перебил: — Ладно, давай займёмся делом. Честно говоря, у меня нет причин не брать тебя на работу, потому мне очень нужны официанточки и официантики… Рассказывая всё это, Глеб непрерывно ёрзал на стуле, так, что Рите хотелось пристукнуть его чем-нибудь по голове, чтоб успокоился. Вдобавок его руки постоянно шарили по столу, то убирая фантики и мусор в корзину (причём предварительно его глаза внимательно рассматривали каждый предмет, видимо, принимая решение, достойна ли та или иная бумажка оказаться в мусорке), то швыряя диски и папки в картонную коробку, стоявшую сбоку от стола. При всём этом его рот не закрывался ни на секунду, и Рита узнавала море полезной информации о своей новой работе. К концу разговора, который больше походил на монолог одного артиста, стол был уже почти пуст, а все проблемы были улажены. Оставалось лишь пару штрихов — куда-то деть огромную папку с документами и позвать зачем-то Сергея. Высунув голову из двери своего кабинета, Глеб крикнул на весь коридор: — Серёженька, болезный мой, иди сюда! Через полминуты явился ведущий, окутанный никотиновой дымкой. Сидя на стуле, Рита слегка повернула голову в сторону, чтобы услышать, о чём эти двое болтали. — Чего, Глеб? — Ты знаешь, что мне от тебя нужно. Твоя вдохновляющая на трудовые подвиги лекция. Из-за двери послышалось недовольное цоканье. — А сам ты этого не можешь сделать? — Нет, я же добренький и миленький, я не могу так, как это делаешь ты, а по-другому они не понимают. — Ой, Гле-е-еб… — злостно протянул Сергей, но всё-таки вошёл в кабинет. — Глебушка! — возразил администратор, но его крик глухо стукнулся о захлопнувшуюся дверь. Сев на стул, на котором минуту назад сидел его эпатажный сотрудник, Сергей скрестил руки на груди и строго, исподлобья посмотрел на Риту, вжавшуюся в свой стул. Даже изображение смеющегося губки Боба на футболке ведущего не помогало расслабиться. — Значит так, — уверенным, поставленным тоном, будто произносил это уже тысячу раз, начал Сергей. — Я хочу, чтобы ты уяснила важную вещь. Здесь никто не несёт ответственность за окружение. Неприличные предложения и неадекватность в поведении клиентов в подобном заведении в порядке вещей. В конце концов, ты должна понимать, куда попала. Со слезами и соплями от обиды ко мне и Глебу тоже не бегать, ты должна быть в силах разруливать ситуации самостоятельно, за исключением особо тяжёлых случаев, для которых у нас есть охрана. И я не из тех, кто повторяет или оправдывается. Объяснил один раз — на этом моя ответственность заканчивается. Если не поняла с первого раза или если ты вообще дура, вина тоже не наша. Ясно? Ритиной смелости хватило лишь на то, чтобы энергично кивнуть. Она ещё не знала, что сделать: то ли дать по носу этому грубияну, то ли просто-напросто убежать подальше. Вот только убегать не особо хотелось. Эмоции дали о себе знать, и Рита почувствовала себя среди столь разных людей словно в своей стихии. Когда Глеб и Сергей наконец выпустили несчастную на волю с пожеланием увидеть её через пару дней и сразу заступить на смену, Рита протяжно простонала и потёрла лоб. Условия работы в кои-то веки удовлетворяли её и по финансам, и по времени, хоть и придётся работать ночью, но Рита уже давно ловила себя на мысли, что именно в это время суток ей было бы удобнее всего работать. Она снова показалась в зале, где обстановка практически не изменилась, разве что официантов за небольшим столиком в углу уже не было видно. — Выжила? — услышала Рита дразнящий тон и повернулась в сторону стола с музыкальной установкой. Судя по улыбке, обращался к ней брюнет, хотя двое других также с любопытством смотрели на неё, ожидая услышать ответ. — Не на ту напали, — широко улыбнулась Рита и, секунду подумав, шагнула в их сторону. — Принимайте в штаб сотрудников. — Тогда стоит познакомиться, — в свою очередь сказал черноволосый и протянул Рите руку, добавляя: — Тимур. Рита слегка разочарованно на него посмотрела, но всё же ответила на рукопожатие. Она ожидала услышать «Ибрагим» или ещё что-то в этом роде, но никак не «Тимур», хотя и это имя исконно русским не назовёшь. — А я Данила, но меня все зовут Гато, — представился диджей, вставая со своего места. Рита приподняла бровь, соображая. — Не вижу логики, — выдавила она, думая, не обидит ли парня это заявление, но тут вмешался брюнет: — Ты что, это же знаменитый на весь город диджей el Gato Blanco*. Данила смущённо хохотнул и сел обратно на своё место. — Не верь ему, не такой уж я и знаменитый. Всего лишь обычный клубный диджей. — Не скромничай и не умаляй своих заслуг, — засмеялся брюнет и наконец повернулся к Рите, сощурившись, будто что-то припоминая. — А я Максим. — Наверное, сегодня твоё «добро пожаловать» звучит более актуально, — заметила Рита, пожимая ему руку, на что Максим ответил растерянным взглядом. — Прости? «Ты идиотка, Марго, — мысленно ударила себя по голове девушка, — неужели ты думала, что он так легко тебя запомнит?». — Да ничего, забудь. Рита даже покраснела — не любила она эти неловкие ситуации. — Ладно, мне пора, — сказала Рита, бросив небрежный взгляд на наручные часы. — Было очень приятно со всеми вами познакомиться. До следующего раза. — В следующий раз будет веселее, — подмигнул ей Тимур и игриво добавил: — Ритуля. Девушка закатила глаза и развернулась к двери, хитро улыбаясь. — Не сомневаюсь. _________________________________ El Gato Blanco (исп.) – белый кот