Мороз

Что именно произошло? Я не знаю, не спрашивайте меня. Как так произошло? Я не помню. Я помню только отрывки. Только они всплывают у меня в памяти. — Расскажите мне, я смогу помочь, только если Вы мне доверитесь. Ага, как же. Все говорят одно и то же, итог всегда один. Сейчас я его ей расскажу в миллионный раз, надеюсь, она не станет задавать уточняющие вопросы. Я помню только, как чувство животного страха охватило меня полностью. Я не могла даже пошевелиться.За что поплатилась ударом в челюсть. Лежа на полу, всё ещё корчась от сильного удара, со звоном в ушах я пялилась на расплывчатый силуэт, нависавший надо мной. Но минута покоя продлилась недолго. Резкая встряска, что происходит? Я слышу только звон, меня дернули наверх, но вот проступила резкая боль в запястье, оно сейчас раскрошится. Как же больно. Ещё один толчок, я ударилась лицом о стену, кажется. Руки снова грубо завели за спину, что происходит? Хруст. Яркая боль и свет внезапно оживили меня, это был хруст моей бедной шеи, и порванной резинки для волос, волос, натянутых так сильно, что казалось, будто снимают скальп.Железный привкус собственной крови на языке давал понять, что не случится ничего хорошего в последующие мгновения. Но он не давал мне придти в себя, как только с моих глаз начала сходить пелена, он так же резко дернул меня вниз на пол, наваливаясь сверху.Как же болит голова, дышать снова ставится трудно, я скоро потеряю сознание? Он что-то сказал. Кажется, это ругательство. Внезапно я ощутила, что меня никто не держит и тяжесть пропала, но как только я попыталась пошевелиться, меня окатили ведром ледяной воды прямо на лицо. Я чуть не захлебнулась.Пытаясь отдышаться и унять кашель, я лихорадочно глотала воздух, издавая хриплый гул, и дергаясь в конвульсиях, о нет, он снова сверху. Попутно я думала, что меня сейчас додушат окончательно, и эти муки прекратятся, но подлец оказался хитрее. Что это? Он поцеловал сначала в щеку, затем в кончик носа, а затем, проведя влажным языком до верхней губы, начал медленно сжимать ее, раздвигая и сминая мои обветренные губы,покусывая, слизывая мою кровь. Ему это определённо нравилось, я слабо улавливала его запах. Сигареты, сандал и ещё что-то терпкое. Закончив с моим ртом, он принялся целовать шею. Но почему так больно. Вероятно, он оставил парочку гематом на ней своими руками, они такие мощные, он мог бы убить меня с одного удара. Если бы он это сделал всё было бы проще, но, нет, он контролировал силу. Щекотно. А ведь это моя эрогенная зона. Инстинктивно я попыталась дернуться и поднять плечи вверх, на что услышала глухой смешок и я почувствовала укус в шею, что-то теплое потекло по ней. Снова боль. Но он промахнулся мимо артерии, жаль. Что-то опять происходит. Я начинаю чувствовать боль отчётливее с каждой секундой, звон проходит, а силуэт соединяется воедино. Я увидела его лицо.Знакомое… Он понял, что я почти полностью пришла в себя. Это его заводит? Он скалится и самодовольно смотрит на меня сверху вниз. А я лишь смотрю на него из-под полуоткрытых мокрых глаз, но настоящие слезы боли ещё не успели вытечь. Нужно как-то это прекратить. Из его кармана торчит что-то острое, нужно лишь дотянуться… Ах! Стон боли слетает с моих губ. Всё таки моё запястье сломали одним ударом. Он снова улыбается, рушить надежду так приятно.Это нож. Раскладной нож. Блеск холодной стали хищно отразился у него в глазах. Вот сейчас будет действительно больно. Но вместо этого, он хватает меня за поврежденное запястье и валит на кровать, лицом вниз, прижимая своим коленом, пока сам завязывает мне руки и, грубо, одним движением, поднимает наверх, закрепляя узел на крючке в стене, который я использовала как некое подобие вешалки, моя сломанная конечность, я ее не вижу, но чувствую, как отмирают ткани, или мне кажется? Он так хорошо знает мою комнату. И моё расписание… О Боже, ах, да, его здесь точно нет. Одним рывком прилипшая школьная рубашка была сорвана и валялась теперь где-то на полу, а его руки скользили вдоль тела, касаясь кончиками пальцев, то царапая, то щекоча мою нежную кожу, он спускался всё ниже. Чёрт, нет, он не спешил снимать с меня юбку. Заметив мою реакцию на его прикосновения к ребрам, он гладил их и слегка щекотал, иногда смещаясь на живот, на котором вздрагивали мышцы, его это умиляло, а мне становилось страшно и жарко. Внизу. Но в следующий момент я обомлела