Back to the Start

Как раз когда врачи уходили, возник трудотерапевт Бен с тонкой книжицей в руках. Стукнувшись кулаками с ними, потом с Нилом, он предложил приветствие и Эндрю, который смерил руку взглядом и, естественно, не сдвинулся с места. — Эй, мужик, принес тебе книгу, — сказал он с легкой улыбкой. — Но не ту, о которой я тебе говорил. Забыл, что у меня есть вот это! Нил взглянул на обложку протянутой книги. «Хроника объявленной смерти» Габриэля Гарсии Маркеса. Эндрю неохотно взял ее. — Я уезжаю завтра, — сказал он. — У меня не будет времени ее прочитать. — Знаю, чувак, я буду здесь, чтобы подтвердить, что ты готов к выписке. Все круто, ты можешь оставить ее себе. Или ты можешь начать читать, прикинуть, нравится она тебе или нет, и купить себе собственную. — У меня она есть, — сказал Нил, и Эндрю посмотрел на него с плохо скрываемым удивлением. — Только на испанском. Она довольно забавная. Юмор, конечно, не совсем здоровый, но тем не менее. — Не знаю, чему я удивлен больше, — сухо сказал Эндрю, — что ты читал книгу, которую не читал я, или что у тебя правда есть чувство юмора. Нил закатил глаза и стукнул Эндрю по плечу. — Мне нравится Гарсиа Маркес. В его книгах много… мистики. — Да, чувак, — сказал Бен с ослепляющей улыбкой. — Он шикарен, верно? — Нил ухмыльнулся в ответ, он ничего не мог с собой поделать. — В любом случае, увидимся завтра, ребята. Бен вышел, кивнув Кейтлин и Аарону. Они тоже вскоре уехали, пообещав приехать пораньше с утра, чтобы помочь Эндрю с выпиской. Нил думал, не пересесть ли ему обратно на кресло, но Эндрю, казалось, не возражал, что он сидит рядом, поэтому он остался, наслаждаясь теплом, идущим от места, где их ноги соприкасались друг с другом. Прежде чем Эндрю успел углубиться в книгу, Нил прочистил горло. — Так что случилось раньше? С Кейтлин и этим биполярным расстройством? С показным вздохом Эндрю отложил книгу. — Аарон ныл о том, что он не понимает, как, если сексуальность определяется генетически, он может быть натуралом, а я могу быть геем. Поэтому я привел единственный другой пример, который я мог придумать, о том, насколько мы разные, и что нельзя было бы полностью объяснить нашим разным детством. И она намеренно неправильно меня поняла. Нил продолжал думать об этом, когда Эндрю вернулся к чтению. Он подозревал, что Эндрю не помнил или действительно никогда не хотел признавать, как сильно непосредственность Кейтлин повлияла на готовность Аарона принять их пару. Но это определенно не та дискуссия, которую он собирался вести прямо сейчас. Его взгляд остановился на мобильнике Эндрю, все еще стоящем на зарядке. Он слез с кровати и подобрал его, отсоединив шнур и засунув его в сумку, затем присоединился к Эндрю и включил телефон. Сообщения загружались целую вечность, он потратил это время, чтобы отписать Ваймаку их план на следующий день. Когда загрузка сообщений закончилась, Эндрю подобрал телефон оттуда, где он лежал, с живота Нила. Он быстро пролистал свои сообщения, не отвечая, затем переключился на переполненный ящик голосовой почты и прослушал их через громкую связь. Там были десятки сообщений от его агента, каждое следующее все менее вменяемое, и несколько от Лисов. Он выключил телефон и передал его Нилу, а затем откинулся на спинку закрыв глаза. — Как твоя голова, в порядке? Эндрю колебался, прежде чем кивнуть, что означало «нет», но Нил не собирался никак это комментировать. Как только дыхание Эндрю выровнялось, Нил соскользнул с кровати, выключил свет и свернулся калачиком в кресле, наблюдая, как поднимается и опускается грудь Эндрю, пока он тоже не уснул. Вздрогнув, он проснулся, когда Эндрю резко сел, подтянув колени к груди. — Эй, — сказал Нил, и Эндрю повернулся в его сторону, его глаза были почти черными в тусклом свете. — Кошмар? — Нет. Не совсем, — прохрипел Эндрю. Ох. Ох. В последний раз это закончилось довольно хорошо для Нила, но он был абсолютно уверен, что подобное напряжение на данный момент было за пределами обсуждения. Нил опустил руку на кровать, но Эндрю это проигнорировал — и Нил убрал ее. — Как это происходит? — спросил Эндрю после столь долгого молчания, что Нил почти заснул снова. Нил непонимающе посмотрел на него, и Эндрю жестом указал между ними. — Я вспоминаю кое-что, но не могу сказать, было ли это на самом деле. Нил думал как ответить; сложная задача, когда он не понимал точно, что Эндрю имел в виду. — Имеешь в виду секс? — наконец спросил он. — Я не о механике спрашиваю. Нил коротко рассмеялся. — Понимаю, — он думал о том, как объяснить тот замысловатый танец, которому они научили друг друга за последние четыре года. — Мы спрашиваем. Мы считываем настроение друг друга. Понадобилось много времени, прежде чем все стало в порядке, и иногда это все еще не так. Иногда много дней подряд это просто поцелуи, или сидеть рядом, или, как в последнее время, видеозвонки. Мы просто… вместе. И все это хорошо. — И тебя это устраивает. В нем было что-то скрытое, почти гнев, но не совсем гнев, чего Нил не мог уловить. — Да, Дрю. Более чем устраивает, — он видел, как Эндрю подтянул колени, сжимаясь, и это разбивало ему сердце. — Что ты вспомнил? На самом деле он не ожидал, что Эндрю ответит ему, и уж точно не ожидал хрипоты в его голосе. — Райские Сумерки. Мы были в подсобке, и ты отсасывал мне. Нил кивнул, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно. — Это был хороший день. Может быть, один из нескольких, но это не было ложью, все они были хорошие. — Ты не был пьян? — Нет. Ты бы ни за что не позволил мне, выпей я больше шота, — Эндрю хмыкнул в ответ; его лицо все еще было напряженным. — Что тебя беспокоит? Почти-гнев снова затаился, когда Эндрю встретился с ним взглядом. — Что беспокоило тебя раньше? Нил не удивился тому, что Эндрю это заметил, только тому, что он раньше не спросил. — Я ненавижу, что мое присутствие столько испортило для тебя, — тихо сказал он. — О чем, черт возьми, ты говоришь? — Я действую на нервы твоим врачам, раскрыл нас, чуть не попав каким-то образом в национальные новости, твой тренер выглядел так, будто вот-вот уволится - и твоя команда расторгает твой контракт, по крайней мере, отчасти из-за меня. И не говори мне, что тебе плевать на экси, потому что я знаю, что это не так. Эндрю закатил глаза и подвинулся на кровати, освобождая место. Нил колебался. — Не будь идиотом, — сказал Эндрю, и Нил подсел к нему. — Нахер команду. И моего тренера. Если они не могут справиться с моей травмой или выходом из шкафа, или чем угодно еще — значит, найду команду, которая сможет. — Ты продолжишь играть? Нил знал, что ответное пожатие плечами означало «да». Они молча сидели в полумраке, и напряжение медленно покидало тело Эндрю. — Так тебе понравилось? — Нил не мог сдержать улыбку в своем голосе. — Воспоминание? Эндрю толкнул его плечо так сильно, что будь у Нила худшие рефлексы, он бы упал с кровати. Ему и так пришлось ухватиться за перила, чтобы предотвратить это. — Иди спать, наркоман. Завтра долгий день за рулем. Ухмыльнувшись, Нил пододвинул кресло ближе и лег спать, ничуть не расстроенный, что это будет его последняя ночь, проведенная в чертовой штуковине. Через двадцать четыре часа, если все пойдет по плану, он подъедет к дому Эбби и вернет свой дом домой. ***** Он знал Нила меньше недели. Он знал его четыре с половиной года. Странно, как обе эти вещи могут быть правдой. Он все еще чувствовал тяжесть в своем животе после сна или воспоминания, или что это, черт возьми, было. Трудно поверить, что это не просто фантазия, но Нил был так невозмутим, когда Эндрю рассказал ему об этом. И видеть Нила перед собой на коленях… Он не понимал, как, но он не чувствовал ничего, кроме удовольствия. Он не понимал, куда делся страх. Казалось, Нил был загадкой, которую перед ним загадал невидимый сфинкс. Или одно из тех неразрешимых уравнений, которые годами могут изучаться самыми яркими умами мира и оставаться загадкой. Как Нил мог довольствоваться непоследовательными обрывками, которые были тем немногим, что мог предложить Эндрю. Как беглец, которого он помнил, мог так яростно стоять на своем. Как то, что не должно было быть возможным, не должно было быть реальным, было таким осязаемым. Как он мог заставить Эндрю почувствовать что-то, что должно было быть ненавистью, но не было ей. Следующее утро было сплошной суматохой. Он едва успел поесть, когда вошла доктор и провела осмотр, затем сразу пришла Нэнси с физиотерапией. Теперь, когда его головная боль стала более управляемой, у него не было проблем с равновесием, но его немного раздражало то, сколько силы и гибкости он потерял за эту неделю. Аарон с подружкой показались во время его прогулки по коридору и тут же устроились заниматься в его палате, как будто это была библиотека. Появился Бен, он стукнулся кулаками с Нилом, кивнул Эндрю и весело сказал: — Привет, чувак, доктор А прислал мне ссылки на пару твоих прошлогодних игр. Вы двое сумасшедшие, чувак, это просто улет! Щеки Нила порозовели вокруг шрамов и он сказал что-то обычное в ответ, а Аарон поднял взгляд со своего кресла с чем-то вроде оскорбления на лице. Интересно, знал ли Бен, что Аарон тоже был на той площадке. Эндрю брился под присмотром Бена. Нил смотрел на него с его чертовым выражением лица, пока его не выгнали, чтобы Эндрю мог принять душ. Надеть уличную одежду было облегчением, еще одним признаком того, что эта реальность подходит к концу и начинается новая. Потом пошла бесконечная бумажная волокита. Нил пообещал останавливаться каждые два часа и выгуливать Эндрю, как щенка. Аарон отказался что-либо подписывать, оставив все Эндрю и Нилу. Куча инструкций при выписке и упражнений по лечебной физкультуре. Указание сделать компьютерную томографию через шесть недель, чтобы увидеть, зажил ли его череп. Пакет с лекарствами вручили Аарону, который тут же, закатив глаза, передал его Нилу. А потом ожидание уже, собственно, выписки. Аарон и Кейтлин пошли вперед за кофе в дорогу. Эндрю сидел в кресле, Нил — на крае кровати. Они ждали медсестру, которая, очевидно, должна была отвезти Эндрю вниз. Еще одна идиотская больничная политика. Он внезапно понял, что Нил как-то странно смотрит на него. — Что. — Что это за песня? — Какая песня? — Та, которую ты пел. Я никогда раньше не слышал, как ты поешь. Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не уставиться на Нила. — Я пел? — Нил кивнул, наморщив лоб. — И что за хрень я пел? — Не знаю, — терпеливо сказал Нил, — Потому и спрашиваю. Эндрю вздохнул. — Дашь мне подсказку? Как там было? Нил выглядел смущенным. — Эм, я не умею петь, — Эндрю подождал, и Нил закусил губу, прежде чем согласился. — Я думаю, что последние пару строк были такими: Nobody said it was easy No one ever said that it would be this hard Take me back to the start * — …Или что-то в этом роде. Эндрю сделал глубокий вдох, задержал дыхание на мгновение, затем выдохнул через рот. — Coldplay. Я пел чертовых Coldplay? Он не стал комментировать тот факт, что для человека, который утверждал, что не умеет петь и редко слушал музыку, Нил на самом деле пел довольно хорошо. Хотя, учитывая, что Нил говорил примерно на трех-четырех языках и мог переключаться между акцентами в одном предложении, наверно, он не должен удивляться. — …Не могу поверить, что пел Coldplay. Мое подсознание ненавидит меня. — А мне понравилось. — Тебе? Еще бы, — он был доволен уровнем пренебрежения, которое он вложил в эти три слова, но идиот лишь улыбнулся ему в ответ. — Наркоман. Нил рассмеялся. Появилась медсестра с инвалидным креслом. Прежде чем Эндрю сел в кресло, он схватил книгу, которую одолжил ему Бен, и ручку, стоявшую на тумбочке. Он прочел достаточно, чтобы решить, что ему нужна собственная копия, поэтому он открыл титульный лист и написал сверху: Спасибо, что развеял скуку сумасшедшего экси-игрока, и подписался ниже своим именем. Нил ничего не ответил, но выражение его лица говорило достаточно. Эндрю позволил затащить себя в лифт и частично пройти через вестибюль, но когда он увидел огромную стену окон с горсткой людей с камерами снаружи, он опустил ноги и заставил медсестру остановиться. — До сюда достаточно. — Я должна проводить вас до выхода из здания. — Вы привезли меня в вестибюль. Представьте, что вы довезли меня до парковки, а я вернулся, если нужно. Я не собираюсь проезжать мимо этих ублюдков в инвалидном кресле. Она проследила за его взглядом. — Ох. Хорошо. Да, я действительно не думала об этом. Нил поблагодарил ее, и Эндрю кивнул ей, вставая с кресла. Она пожелала им удачи и стояла там, наблюдая, как они шли через вестибюль. Аарон и подружка заметили их и подошли с подносом кофе и пакетом пирожных, Эндрю надеялся, что они поделятся. Челюсть Нила дернулась, когда они прошли перед окнами, и начался стук. Аарон одарил папарацци самым презрительным взглядом, на какой только был способен, а девушка просто смотрела прямо перед собой, свободная рука лежала на руке Аарона. Они были на полпути к окнам, когда Эндрю остановился. Нил повернулся к нему лицом, в его глазах был вопрос. Все, о чем Эндрю мог думать, это прошлый вечер, как голос Нила сорвался, когда он прошептал: «Я ненавижу, что мое присутствие столько испортило для тебя». О тревоге на его лице пару дней назад, когда он показывал ему видео с репортером из кафетерия. О бесконечных напоминаниях Эллисон, о пресс-конференции Ваймака и откровенном почти-признании Эстрейены. — Да или нет? — спросил он, и лицо Нила просияло до такой степени, что на него было больно смотреть. — Правда? — спросил Нил, подходя немного ближе и оглядываясь на окна, — Прямо сейчас? — Да или нет, наркоман. — Да, — выдохнул Нил, — всегда да. Эндрю зацепился одной рукой за ворот куртки Нила и потянул его вниз. Поцелуй сначала был почти диким: столкновение губ и зубов, взрыв отчаянной потребности. Нил встретил его поцелуй с равной силой, не поддаваясь напору. Эндрю до этого не приходило в голову, что, возможно, жажда Нила не уступает его собственной. Как только острые края поцелуя стерлись, он стал почти ошеломительным. Свободная рука Эндрю добралась до затылка Нила, пальцы впились в его мягкие короткие волосы. Только эта рука удерживала его на ногах; без него он бы падал и продолжал падать. Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем он снова стал слышать приглушенные удары и вопли. Не прерывая поцелуя, он выпустил куртку Нила и протянул руку к окну, подняв средний палец. Нил чуть отстранился, чтобы посмотреть, что он делает, затем фыркнул смехом, который Эндрю проглотил еще одним поцелуем. Когда они наконец разошлись, вестибюль отмер и просто взорвался обсуждениями. Аарон наблюдал с легкой улыбкой на губах; подружка сияла. Нил выглядел раскрасневшимся, ошеломленным, почти пьяным, когда повернулся, чтобы последовать за ними к их машине. Эндрю знал, что он чувствует. Он удерживал Нила за рукав для равновесия, пока они шли. Когда подружка украдкой оглянулась на них, ее глаза блестели и она улыбалась. — Если ты надеешься, что это не разлетится по всему интернету… — прошептал Нил ему на ухо. — Мне все равно. Он почувствовал легкое касание губ Нила у своего виска. — Пойдем домой, Дрю. Дом. Эндрю крепче сжал рукав Нила, ему не нужно было говорить ему, что он уже там.