Визерис
7 ноября 2022 г., 18:39
С содроганием я думал о неизбывной необходимости поднять свое жалкое тело и, к собственному стыду, еще раз публично продемонстрировать немощь и бессилие близким и челяди.
Пытаясь без стона пережить очередной приступ боли, сложно продолжать врать самому себе. Железный трон безжалостно карает за трусость и измену пророчеству. Почему дом Таргариенов превратился в клубок змей? Раскол, как язва, со временем лишь углубился.
Слишком долго в моей жизни главным было удобство.
Отто, ты состоял Десницей еще при моем деде. Осторожный, надежный, разумный. На тебя всегда можно было оставить неотложные дела, если развлечения, охота, турниры или праздники отвлекали меня от скучных государственных обязанностей. В какой миг желание направлять, переродилось в безудержную потребность править? Может тогда, когда я, поддавшись искушению, взял в жены Алисенту Хайтауэр? Немыслимое возвышение дочери второго сына из Староместа, хлесткая пощечина для всех Великих домов.
Дочь Десницы, испуганный олененок, одетый во «взрослые» платья, была красива, нежна и невинна. Казалось, она искренне слушала и сопереживала моему горю. Пусть и по указке Отто. Но это же было так удобно! Молодая, прелестная супруга, ради укрепления власти отца, всегда будет заботливой и послушной в постели. Тем более, Хайтауэры славились своей плодовитостью! Зачем брать в жены очередную высокородную леди, а потом терпеливо сносить ее капризы и придирки? Да и не потерпит дочь Великого дома сохранения права наследования за ребенком от первого брака в обход ее сыновей! Так и до вооруженного восстания в Вестеросе недалеко.
Жена моя, как из ласковой, доброй, солнечной девочки выросла королева, в ледяном сердце которой живет лишь одержимость властью? Почему угли теплой дружбы с Рейнирой, так радовавшей нас с Эйммой в года вашей юности, разгорелись в костер ненависти и злобы, отравив даже детей?
Алисента, в какой момент я потерял твою заботу и симпатию? Может в злосчастный день, когда ты в отчаянии кинулась с ножом, дабы отомстить за ужасное увечье сына? А может их никогда и не было, а королевой двигали лишь стылый долг и расчёты хитроумного Десницы….
Я давно не надеюсь на визит в опочивальню наших cыновей.
Слишком долго все что меня интересовало - мое спокойствие. Когда кричащие малыши
размещены подальше от покоев короля, это же так удобно! А теперь, зачем выросшим отпрыскам больной старик, коротающий остаток дней в маковых грезах?
Хелейна всегда была немного мечтательной, но неудачный брак превратил мечтательность в отрешенность. Пожалуй, и Эйгону супружество не принесло счастья, добавив лишь вина к трапезам, да сделав более извращенными вкусы при посещении Блошиного конца.
В Тронном зале я видел, как Эймонд не отрываясь, смотрел в благоговейном восхищении на жестокую месть Порочного принца. Темная сестра очередной раз спела свою кровавую песню, в секунды превратив Веймонда Велариона в растерзанный кусок плоти. Я знаю об одержимости сына и обиде на детей Рейниры.
Искуснейший мечник, неутомимый воин, наездник непобедимой Вхагар…Очередной безумный Таргариен, познавший лишь ненависть, но не любовь. Дай мальчишке волю, он превратит Вестерос в пепел, просто дабы превзойти Дэймона.
Возлюбленный брат мой, сколько лет прошло с твоего последнего посещения Красного Замка? Шестнадцать, десять? Почти целая жизнь…. Я поклялся матери всегда беречь и защищать младшего, но так и не выполнил обещания. Пусть в душе не сомневался в преданности и верности семье Дэймона, но он всегда был слишком неудобен. Неуемные дурацкие амбиции, неконтролируемые желания, жестокость, ум и сила, помноженные на бесконечное обаяние. Хотя Эймму и родителей такая смесь света и тьмы всегда лишь забавляли.
Неприкрытые этикетом слова или чувства могут резать не менее остро, чем нож. Дэймон - это вечный конфликт, вечное желание внимания, вечные безумные проделки. Снова и снова я публично грозно отсылал его, уставая терпеть сложности при дворе, но тайно веруя в скорое возвращение Порочного принца в Королевскую гавань. А потом, забывая о содеянном, вечером хотел видеть брата у себя в покоях, дабы пожурить за проступки и посмеяться над его язвительными и хлесткими характеристиками героев прошедшего дня.
Скоропалительная женитьба брата на Лейне Веларион не убавила моей веры в то, что нищий брат, лишившись содержания от Рунного камня, скоро попросит поддержки от короны. А тогда я, наконец, смогу потребовать прибытия ко двору на моих условиях.
Но Дэймон очень удивил меня. Оказалось, опальный изгнанник не нуждался в чьей-либо милости, дабы обеспечить достойную жизнь своей семье. Они с женой улетели в Пентос, где их приняли как королей.
Торгаши правильно рассчитали выгоду. Никто не осмелится атаковать противника, у которого на вооружении есть сильнейшие драконы. А ради наблюдения за уникальным танцем невероятных опаснейших крылатых чудовищ в порт ежедневно прибывали десятки кораблей. Развлечение, стоившее дороже, чем любой рыцарский турнир. Все Вольные города кусали локти от зависти. Даже Триархия, забыв недавнюю кровную вражду, предлагала немыслимые деньги, чтобы перекупить Порочного принца и драконов его семьи. Лишь родство с Веларионами сделало подобный союз невозможным.
Летели годы, болезнь все сильнее ослабляла меня, я терялся в маковом забвении, передавая больше власти Деснице и его дочери.
Но, как бы я не желал отстраниться от семейных сор и склок, невозможно заставить себя забыть засыхающую бурыми пятнами кровь на полу. Кровь моей дочери, пропитавшей насквозь подол ее платья! Храбрая упрямая девочка нашла силы явиться по приказу королевы и продемонстрировать новорожденного Джоффри. Пусть немощь лишает меня силы защитить дочь, но Дэймон никогда не боялся бросить вызов Деснице и даже всему миру. Ради семьи, во имя Таргариенов.
И я готов идти на примирение и уступки.
Прошло десять лет пока я увидел брата на похоронах его второй жены в Дрифтмарке. Жестокого, обидно язвительного и совсем чужого. Я потерял доверие и поддержку младшего. Принц был более не готов прощать многолетнюю безжалостную опалу. Впервые, Таргариену ничего не нужно от Вестероса. Почти ничего…
Рейнира, родная дочь!
Единственное дитя от первой жены. Самый драгоценный ребенок. Пусть возведение малышки на трон было капризом, но переросло в клятву, которую я исполню любой ценой.
Но слишком многое брошено на карту неправильно. Если бы твои дети не были откровенными бастардами, делающими любую женщину в глазах всего мира шлюхой! Основы попраны так, что даже мне сложно защищать внуков. Но когда-то я сам выбрал тебе консорта, желая мирного решения проблем государства и защиты права наследования Рейниры в будущем. Спокойный, удобный, благородный супруг, знающий место. Дорогая дочь при дворе, рядом со мной.
Это было ошибкой. Если жена готова убить мужа ради заблуждений юности после десятилетнего брака, нет в этом постылом союзе ничего стоящего.
А я до сих пор помню давнее прошлое. Бесконечные полеты дяди с племянницей на драконах. Роскошные подарки, достойные венчанной супруги, на крайний случай, любовницы. Дэймона Таргариена, самодельного вдовца, растерянно стоявшего на чужой свадьбе, не зная как присвоить невесту себе. Глаза дочери, которые горели. Чем - надеждой, похотью, а может любовью?
Не просто же так, Наследница рискнула всем, обвенчавшись с дядей, забыв даже о священном праве наследования.
А ведь минуло столько лет с их последней встречи!
Когда я потерял тебя, чтобы Дэймон смог так полно присвоить? Когда я перестал слышать в Красном замке искренний смех Рейниры, а в родных глазах пропал огонь, сменившись пеплом смирения? Брат, дочь – я всегда любил только вас, вас и Эймму. Я рад что вы нашли счастье, пусть не благодаря, а вопреки моей воле.
Может, согласись я на мольбу Порочного принца о браке, сейчас права законнорожденного Эйгона-младшего, истинной чистой крови Дома Таргариенов, не посмел бы оспорить никто. А спокойный и рассудительный Визерис Второй стал бы Десницей брата.
Что мечтать о несбывшемся….
У меня так мало времени. Но, клянусь Семерыми, я попробую все исправить. Пусть эта бесконечная боль будет не напрасной, дабы наши с Эйммой потомки смогли исполнить пророчество.
