Так бы и сразу

В шею Малфою вонзились самые настоящие клыки. Не такие, как если бы это был вампир. Было гораздо больше похоже на захват крупной кошки, вроде пантеры или даже тигра. От неожиданности он остолбенел и даже выронил из ослабевшей ладони палочку. …Он не хотел доучиваться в Хогвартсе этот год, пока его семью катали в дерьме и перьях в прессе и заседания суда неизменно приходили ни к чему. Он не хотел оставаться в этих стенах, слишком явно напоминавших о последней битве, смертях и мерлиновом Поттере, который умудрился спасти его из адского пламени. О Поттере, перед которым у него образовался неоплаченный долг жизни. И теперь ещё и это. — Отпусти, — прошипел он. — Немедленно. Хватка всё же разжалась. Быстро призвав палочку назад в ладонь, Малфой очистил плечо и убрал всякие видимые последствия на ткани мантии. К сожалению, тёмных синяков с белизны кожи это бы не убрало. Он развернулся. Всё-таки тигр. В темноте коридора, должно быть, в единственном закоулке Хогвартса, где не осталось сейчас портретов, стоял крупный поджарый тигр и смотрел на него изумрудными глазами. Похожие на живые драгоценные камни, эти глаза будто сияли изнутри собственным светом. Малфой глубоко вздохнул. — Это слишком даже для тебя, — сказал он тихо. Тигр фыркнул. Через мгновение перед ним стоял Гарри Поттер, прислонившись плечом к холодной стене. Взгляд его прятался за очками, и Малфой был этому несказанно благодарен. — Не говори, что тебе не понравилось, — хмыкнул он. Удивительно, как война изменила его. Малфой и думать не хотел, что это значит — замечать подобные изменения и удивляться им. Иногда он отчаянно желал лишь одного — оказаться от всего этого подальше, но ему пришлось остаться в Хогвартсе, общаться с Поттером и… Малфой сощурился и покачал головой. — Мне не нравится, что ты — незарегистрированный анимаг. И это никому не понравится в Министерстве. Это может быть опасно, в конце концов. Гарри Поттер насмешливо блеснул очками. — Министерству не нравится, что я выжил. Неприятно. Нужно было умереть вместе… — он оборвал себя, покачал головой, заметно помрачнев. — Многим что-то не нравится, Малфой. Но тебе — именно тебе — нравится этот тигр. Малфой отвернулся, потому что это было правдой. Тигр ему понравился, но в целом ему не очень нравился Поттер. Или… наоборот, нравился чересчур. И уже этот факт не нравился совсем. В ворохе «нравится» и «не нравится» Малфой погряз уже давно, лишившись всякой надежды разобраться в себе. — Хочешь коснуться шерсти? — лукаво предложил Поттер. Малфой спрятал руки в рукава мантии, а кончики пальцев закололо от желания действительно дотронуться. Поттер читал его, как раскрытую книгу. Крупный тигр подошёл ближе, потёрся о него большой лобастой головой, замурчал, точно был домашней кошкой. Искушение было чересчур велико, и вот уже ладони сами собой зарылись в густую шерсть. Малфой знал, что сейчас мог бы сказать Поттер, если бы анимагическая форма предусматривала возможность разговора. Он хмыкнул бы и произнёс: «Так бы и сразу». Как в тот день, когда Малфой впервые ответил ему на поцелуй. Или как тогда, когда он сел с ним рядом, пресекая любые шепотки за спиной. Или… Малфой опустился на корточки и уткнулся в шерсть лицом. Тигр продолжал мурчать, опасные клыки спрятались, и сейчас его морда даже выглядела умильной. «Так бы и сразу», — снова подумал Малфой.