Никто.

Будильник. Кажется что эту громкую, режущую все тело и мозг, мелодию фонарь, на протяжении всего рабочего дня, будет вспоминать очень часто. Может оно и к лучшему? Ведь она уж точно будет перекрывать все вредные, противные и такие постоянные мысли обджекта. А может и нет..? Он не сумеет помечтать о своем, поговорить с самим же собой, как он любит это делать во время прожигания своего времени за тем столом. Или же понаблюдать за другими обджектами, пока они заполняли документы, изучая их поведение и продумывая свои сюжетные линии для их жизней... Но ему некогда было размышлять об этом, лежа в кровати. И без того он уже прилично опаздывал, но даже и не хотел торопиться на работу. Он не видел в этом должного смысла, да и инициативы, что двигала бы им день ото дня, у него не было. От того и ощущал себя почти пустым. Безвкусным. Тусклым по сравнению с остальными обджектами со своего же офиса. Поднимаясь с постели он осмотрел комнату, наполненную приятным запахом бензина и чернил. Мельком бился сквозь темные шторы солнечный свет, озаряя золотым оттенком каждую мелкую пылинку глухой и скрытой от чужих глаз комнаты. На большой кровати пустовало второе место, потому приятного тепла под одеялом не ощущалось, что было довольно-таки неприятно. Мужчина недовольно вздохнул, ощущая как прохладный воздух пал в его легкие. Причиной было открытое настежь окно, что явно успела перед уходом открыть Сьюзен, оставляя комнату в жутком холоде. Где-то внизу он услыхал радостный вскрик сына, что явно увлекся игрой с недавно приезжей бабушкой. Затем следовал и ее теплый и такой ласковый голосок, что явно упоминал малышу о том, что его отец еще не проснулся, а будить его не стоит... Какое доброе утро. Легкий ветерок от только что накинутой на плечи золотистой рубашки прошелся приятным потоком холодных мурашек по телу обджекта, и лишь после, убедившись в том что его внешний вид вполне приемлем, он спустился вниз. В момент уши прорезал радостный оклик со стороны маленького мальчика, что прося объятий побежал к вышедшему отцу, по дороге роняя свои игрушки. Обджект с теплой улыбкой опустил взор свинцовых глаз на сына, пока сам опускался на корточки дабы принять его теплый жест. Маленький обджект залился милым смехом, порой прерываясь на какие-то реплики в сторону отца. Но мужчина с янтарными глазами не слушал его.. Он снова был полностью погружен в свои мысли, что так и уничтожали его зрелость к настоящему и туманили разум. Словно мертвая пелена они висели над ним, мертвым облаком витая в его голове. Дурманили, ослепляли и оглушали. Из них его вывел оклик приятной на вид женщины, чей возраст не посмел испортить ее небывалую красоту... На территории помещения повеяло приятным ароматом корицы, смешанным с горячим мятным чаем. Тепло заполнило не только помещение, в котором сейчас проходил семейный завтрак, но и сердца обджектов, что, порой обмениваясь искренне добрыми и честными взглядами, обсуждали самые уютные и интересующие всех темы. Так хорошо и уютно. Мужчине не хотелось покидать стены этого дома, чтобы вновь тратить своё время за той стойкой.. Но иначе бы он не наслаждался этим крепким чаем сейчас. Работа есть работа, и, к сожалению, с этого ничего нельзя взять. Пришло время прощаться. Робкий вдох, и вновь присев на корточки он обнимает сына. Из его юных уст звучит довольно обычная фраза, что каждый раз заставляет сердце мужчины сжиматься где-то внутри. И до самого возвращения на нем, словно на злосчастном заключенном, весит эта тонна каменных цепей, что не смеют освободить его спокойствие... - Папочка, возвращайся домой к 18:00! Я буду ждать тебя, чтобы мы с тобой смогли посмотреть новый выпуск звёздных супергероев! - с яркой улыбкой воскликнул мальчик с глазами цветом голубого неба, пока он поднимал свой взгляд на отца и так задорно подпрыгивал. - Я обещаю что постараюсь вернуться домой к назначенному времени, малыш. - улыбался мужчина в ответ, отводя взгляд от парнишки и наконец покидая помещение, где хранились все тайны их семейного очага.

***

"Прости, малыш. Папа не вернётся домой вовремя.."

***

Рабочий день был завершён. Маловидная легковая машина проезжала по высокому, широкому и такому красивому мосту, что расстилал свои бетонные крылья над большой, и невыносимо яркой, рекой. Легким потоком мимо пролетали машины, что порой заставляли гулкий и тонкий слой ветра отражаться шумом из слабо открытого окна. Погода была невесомо приятной, что не могло не радовать. Яркий, приятно-желтый и даже почти белый круг солнца парил в небе, одаряя своим теплом и светом весь округ города. Голубой небосвод сладким покрывалом лежал над городом, укрывая его от злостных напастей далекого и загадочного космоса. Янтароглазый наслаждался приятной поездкой, но еще больше его воодушевляла мысль о том, что вскоре он вновь сумеет насладиться уютом и теплом семейного окружения. Громкий и такой гулкий стон тормозов где-то впереди, и прямо на бампер автомобиля летит темная легковушка. Мужчина бьет по тормозам. Но, видимо, незнакомый любитель скорости и не собирался совершать тоже самое. Вырулить он не сумел бы... Невыносимый грохот. Бьющий по ушам звук разбитого стекла. Разъедающий сердце вой сирен машин скорой помощи. . "Я не сдержал обещание. Прости меня..."

***

Мужчина в золотистой шляпе, схожей на огромный козырек, стоял на зеленой лужайке, пучки травы которой были нацелены к солнцу, что словно тянулись к нему в неслышных мольбах о своих просьбах. Взор его моментально пал на знакомую для себя издалека местность, внимательно вглядываясь в нее вблизи, изучая и так нехотя признавая свое в ней существование. Все что мог вспомнить обджект, так это как последний его шаг на сырое бревно, по которому густым потоком билась вода из ручья, стал раковым. Падение. Громкий стук стекла, всплеск и тьма. Как он открыл глаза и вновь увидел солнечный свет, который бился в его лицо и заставлял жмуриться из-за весомой непривычки в его обзоре, ведь там где он пробыл большую часть своей жизни его чаще закрывали черные тучи, пуская по местности свои горькие слезы. Зеленую лужайку, на которой сейчас стоял и осматривал ее треугольные узоры, а затем и деревянный домик, сделанный также из кривоватых бревен, явно некогда разломанных простым, и таким же самодельным, топором. - Рюкзак. - Только и проговорил мужчина легким шепотом перед тем, как сделать пару шагов к тому самому домику, на который было тошно смотреть. Он уселся на мелкий пенек, вырубленный самостоятельно неизвестно кем. Радио стояло на круглом столе, что был аккуратно выведен дабы не получить лишние занозы, и тихо шипело. Этот шум отдавался легким эхом в окружении светлых бревен и тени, что закрывала и тело обджекта от яркого солнечного света. Он не слышал чужие голоса, что плавно продвигались к нему, а лишь молча всматривался в это звенящее радио которое то и дело барахлило, своим шумом словно призывая небольшую шайку обджектов двигаться в его сторону...