Последняя капля

      Обычно многолюдная днём, вечером набережная в Детройте совсем иная: это тихое место, освещённое слабым светом фонарей, и лишь шелест листьев и плеск воды сопровождают любителей прогуляться. Здесь, вдали от городского шума и любопытных глаз, можно устроить романтическое свидание, тайную встречу или выбрать тривиальный вариант досуга —расположиться на скамейке с ящиком пива и медленно дурманить сознание, что и делал Хэнк. Коннор, слишком долго анализировавший происшествие в клубе «Рай», поначалу и не думал возражать, когда Андерсон решил нанести очередной удар по своему организму, а потом вместо возвращения домой отклонился от маршрута. Но сейчас, сидя в машине, андроид переживал очередной программный сбой, новую поломку продуманной системы. Он провалил задачу. Снова. АХ400 с маленькой девочкой, рискуя быть размазанными в лепёшку на хайвее, сбежали, их примеру последовал любитель птиц и зашифрованных дневников, а завершающим штрихом к портрету нестабильного девианта стали кибердевочки, в драке с которыми RK800 мог получить критические повреждения. Из-под контроля выходило не только расследование, но и его собственные действия.       «Я старался адаптироваться к Хэнку, понять ход его мыслей. Это побочный эффект», — пытался объяснить себе Коннор возникшую растерянность и беспокойство. Тревожился он и из-за самого Андерсона: кого обрадует игра в русскую рулетку? Не в силах больше предаваться грустным размышлениям, андроид вышел из машины.       Голова всё ещё гудела, во рту был какой-то мерзкий привкус, а холодный осенний воздух не бодрил, только пробирался под одежду, вызывая мурашки. Держа в руке бутылку, Андерсон смотрел на тёмную неподвижную воду, словно на речной глади намечалось что-то интересное. Но думал лейтенант о другом — об этих странных андроидах. Раньше их можно было просто ненавидеть или игнорировать, тем более, причина для этого существовала, но расследование сумело поколебать его упрямство. Да и как иначе, если один из них постоянно вертится рядом, временами смотрит так проникновенно и сочувственно, что его в эти моменты трудно от человека отличить? В памяти вновь промелькнуло, как он повис на краю, и варианты спасения на миг уступили место растерянности, но, по иронии судьбы, спас его «манекен из пластмассы», чьё обычно серьёзное лицо исказил тогда неподдельный страх. — Что ж, хоть кому-то на меня не плевать, — пробормотал Хэнк, ставя пиво на землю. Он устало прикрыл голову руками, однако успел заметить, что напарник направляется к нему. Значит, разговора не избежать. — Красиво тут, а? — тихо произнёс лейтенант, выпрямляясь. — Я часто приходил сюда до того… —Хэнк оборвал фразу и отвернулся — пусть это и тёплые воспоминания, но с привкусом горечи. — А до чего? — уточнил Коннор мягко, тактично, но его заложенное в программе любопытство всё равно оставалось на первом плане. — М? — переспросил Андерсон, задумавшись. — Вы сказали: «Часто приходил сюда до того…» А до чего? — продолжил допытываться андроид, стараясь сделать какие-то выводы по мимике и эмоциям человека. — А ни до чего, — махнул рукой Хэнк, жалея, что начал этот разговор. Разве машина способна понять, каково это — перенести невосполнимую утрату? — Вам лучше перестать пить, — нахмурился RK800. — Так вы можете серьёзно подорвать здоровье. — В этом-то и вся суть… — горько отозвался Андерсон на разумное предложение.       Коннор с тревогой наблюдал за лейтенантом, ощущая, что это состояние всё сильнее передаётся и ему. Но подобное ведь невозможно — пусть революционный прототип и способен подстраиваться под людей, однако испытывать эмоции ему не дано. Хотя в последнее время RK800 сомневался в правдивости данной мысли, сейчас она казалась ему отличным средством для самоуспокоения, только от очередного программного сбоя не защитила.       Андерсон слушал рассуждения андроида о поступках девиантов и их возможной связи друг с другом вполуха. Ему казалось, что Коннора интересуют не только результаты расследования — он ищет что-то, необходимое лично ему. — Вы чем-то обеспокоены, лейтенант, — продолжил андроид свой мягкий допрос. — Это связано с тем, что случилось в клубе «Рай»? — Эти девчонки… Просто хотели быть вместе, — со вздохом объяснил Хэнк, ещё не веря до конца, что говорит об андроидах как о разумных существах со своей волей. — Они прямо были влюблены. — Да ничего они не хотели! — резкий, чуть насмешливый выкрик Коннора заставил собеседника вздрогнуть и в недоумении уставиться на робота. Тот хотел казаться холодным и невозмутимым, однако волнение и растерянность трудно было скрыть — висок предательски светился красным. — Ну а сам-то ты, Коннор? На вид человек, а на самом-то деле что? — Хэнк резко встал и подошёл к андроиду. Взгляд человека был пронзительным, лицо — суровым, словом, весь вид говорил о том, что он хотел в чём-то уличить идеального напарника. — Вы точно знаете, кто я и что я, — RK800 попытался произнести эту фразу уверенно и чётко, чтобы убить в зародыше остальные провокационные вопросы, но дрожь в голосе всё равно проявилась, выдавая замешательство. Теперь андроид нервно поглядывал на лейтенанта, пытаясь предугадать его дальнейшие действия. Опыт же подсказывал Хэнку, что он на верном пути. — Ты мог бы пристрелить их, но не стал! — Андерсон и не думал отступать. — А почему не стал, Коннор?! — с этими словами он легонько толкнул андроида, заставив того отшатнуться. — Что, совесть внезапно проснулась в программе?       «Он пьян, поэтому агрессивен и раздражителен», — нашёл объяснение эмоциональному всплеску человека RK800. От этого всё равно не легче – Коннору действительно трудно найти оправдание своей слабости. Слабости ли? Для программы это было нелогичным, однако андроиду казалось, что он тогда поступил правильно. — Я просто решил не стрелять, — пояснил он, пристально глядя на Хэнка, и тут же замер — дуло пистолета смотрело ему в лоб. —Но ты же боишься смерти? — Андерсон говорил спокойно, вот только нагрузка на систему от этого наоборот усилилась. «Да, боюсь, потому что теперь я чувствую, и ты об этом догадался. Это тяжело и одновременно странно — оказаться на месте тех, кого ты должен поймать», — думал Коннор, игнорируя очередное оповещение о программном сбое. — Досадно, если моё существование будет прервано, прежде чем я завершу расследование, — осторожно ответил андроид. Он осознавал, что не будет не только Аманды с её приказами и постоянных погонь за девиантами, но и человека, к которому он привязался и искренне хотел помочь. — Что будет, если я спущу курок? — невозмутимо поинтересовался Андерсон. — Пустота? Рай для роботов? — Ничего. Будет пустота, — голос Коннора звучал тихо, словно его обладатель находился где-то далеко. Произнеся это, андроид вздохнул и поджал губы. Для него действительно всё закончится практически так же, как и для тысяч отключившихся собратьев, разве что его механическое тело перед отправкой на утилизацию подвергнут разбору и анализу. От этого жутко, а ещё не хочется верить, что Хэнк способен так просто убить его, иначе стала бы его привычная к стрельбе рука чуть дрожать? Шумно выдохнув, Андерсон убрал оружие и отвернулся от Коннора, направляясь к выходу из парка возле набережной. — Куда вы? — взволнованно спросил вконец запутавшийся в происходящем андроид. — Пить дальше! — угрюмо отозвался лейтенант. — Мне надо подумать!       Миновав скамейку, Хэнк услышал звон разбивающегося стекла и обернулся. Странная картина предстала перед ним: осколки пивной бутылки лежали у ног Коннора, к ней тут же присоединилась вторая, а робот тем временем доставал из ящика третью. — Вы больше не будете пить, лейтенант! — резко сказал он, безжалостно расправляясь с новой порцией напитка. — По крайней мере, сегодня! —Да ты охренел, что ли! — вскрикнул Хэнк, подбегая к андроиду и пытаясь схватить его за плечи, но Коннор вырвался и оттолкнул человека. — Значит, вам жаль девиантов? — с горечью уточнил Коннор. Диод рябил то красным, то жёлтым, хоть глаза закрывай. — А со мной так поступать можно, раз я бесчувственная машина? Ни за что не поверю, что это просто пьяная выходка! Ну что, проверили? Довольны результатом?       Окончив эмоциональную речь, андроид смутился и уставился себе под ноги, как будто для него уже не существовало ни Андерсона, ни задачи, а только холодный непонятный мир. Хэнк успел пожалеть, что затеял всё это, однако теперь он точно знал — его напарник нечто большее, чем робот из железа и пластика. — Извини, я не думал, что ты воспримешь это так… болезненно, — тихо произнёс лейтенант, думая, что подобрал верное слово для характеристики реакции RK800. — Ты прав: хватит на сегодня, домой пора. Пошли. Аккуратнее, на стекло не наступи, — он похлопал андроида по плечу, надеясь приободрить. — Я поведу машину, — ответил Коннор, которому пока было трудно объяснить испытанные эмоции, уже другим, примиряющим тоном. — Ну, раз ты настаиваешь, — хмыкнул Хэнк, хотя прекрасно понимал, что сам он вряд ли сейчас в состоянии сесть за руль и доехать до дома без приключений. — Слушай, а если ненароком в чужую тачку въедешь, ущерб «Киберлайф» компенсировать будет?       Они подъехали к дому лейтенанта, и Коннор осторожно разбудил Андерсона. Тот с удовольствием отметил, что чувствует себя лучше, а когда увидел починенное за время его отсутствия окно, — настроение повысилось ещё на один пункт. — Слушай, оставайся до утра, — предложил Хэнк, заходя в своё жилище и попутно снимая куртку. – Нечего ночью по городу шастать. — Спасибо, — робко улыбнулся андроид, не став говорить, что может вызвать такси. Забота человека была неожиданной, но приятной.       Сумо совсем не удивился возвращению этого странного существа, которое выглядело как человек, однако совсем им не пахло. Он разговаривал с ним и гладил, и этого собаке было достаточно, чтобы признать его своим другом.       Когда Хэнк ушёл в спальню, Коннор устроился на диване в гостиной, а чуть позже к нему присоединился сенбернар. Сейчас этот дом казался андроиду самым красивым и уютным местом, с которым не сравнится ни сад дзен, ни башня «Киберлайф».