От судьбы не уйти.

"ДАВАЙ!!!" - крикнул Хви И Кёль с Мум Боком тут же схватились за створки ворот, стараясь открыть их как можно быстрее. Петли на них, видимо, давно проржавели, и намоченные дождем, они оглушающе заскрипели. Этот противный, пронзительный звук мгновенно разнесся по всей округе, грубо разрывая вуаль напряжённой тишины, в которую погрузился обреченный Гегюн. Двое чжурчжэней, что сидели на страже у дверей домика напротив, мгновенно вскочили на ноги, выхватили мечи и бросились к открывающимся воротам. Воины Ихвару пришпорили лошадей и с криками "ХЭЙ", практически вылетели из двора. Кони громко ржали, выражая недовольство от грубого понукания, а стук их копыт по мокрым булыжникам мостовой, звонким эхом разносился вдоль улицы. Варвары бросились наперерез всадникам. Тот, что был ближе, попытался разрубить животному мечом сухожилия, чтобы остановить его, но Хви, одним точным выстрелом из лука, не позволил этого сделать. Стрела попала бандиту точно в глаз, его лицо побагровело, и он тут же беззвучно осел на булыжники, которыми была вымощена улица. Второй, увидев это, прибавил скорость и побежал зигзагом, чтобы сбить прицел лучника. Но это ему не помогло. Мгновение спустя чжурчжэнь захрипел и упал, захлёбываясь в собственной крови. Стрела, выпущенная Хви, пробила ему горло, разорвала адамово яблоко, и вышла через шею. Хви не промахивался, даже будучи на грани потери сознания, с заледеневшими руками, почти полностью потерявшими чувствительность, и, из последних сил, натягивающих тетиву. Он с трудом мог дышать, словно какие-то силы перекрыли воздух в легкие невидимым заслоном. Перед его глазами все плыло, как в тумане. Во рту стоял сильный привкус железа от скапливающейся там крови. Голова кружилась так, что Хви понимал — в любой момент он может потерять сознание. Но, ему НЕЛЬЗЯ! Только не сейчас… Он зажмурился, пытаясь хоть немного сосредоточиться, потом непослушными пальцами попробовал выхватить еще одну стрелу из колчана за спиной. В это мгновение, из дома напротив, начали выскакивать остальные чжурчжэни, растревоженные сильным шумом на улице — кто с мечами, кто с луками. Они зло махали руками вслед удаляющимся всадникам и что-то грозно кричали на своем гортанном наречии. Двое побежали следом, пытаясь догнать. Некоторые начали стрелять во всадников из лука, но все их попытки окончились полной неудачей. Мишени стремительно удалялись все дальше и дальше, и их силуэты были уже едва различимы в окружающей тьме. Раздосадованные таким развитием событий и еще более озлобленные, варвары обрушили весь свой гнев на головы оставшихся в доме Джей Ми. Спасительные секунды истекали, а Хви никак не мог нащупать стрелу за спиной. Огромными скачками на него несся разъяренный убийца, размахивая мечом, и Хви нечем было отбить атаку. Он чуть присел, подставив древко лука под занесенный меч, прекрасна понимая, что тонкое легкое древко из красного кедра, специально изготовленное таким образом, чтобы его могли удержать слабые женские руки, никак не защитит от удара тяжелым чжурчжэньским палашем. Он просто не заметит такого препятствия. Ещё шаг и все — времени больше не оставалось. В последний миг перед лицом Хви, отбивая удар чжурчжэня, просвистело лезвие меча, более тонкого и длинного, чем у варваров. От столкновения двух стальных лезвий в разные стороны посыпались искры. Это Кёль подоспел на помощь, отбросив своим мощным ударом варвара на несколько шагов назад. Хви наконец извлек стрелу из колчана, мгновенно вложил её в лук и пустил в нападавшего. С такого расстояния она без труда пробила и доспех, и тело, разрывая легкие и круша кости на своем пути. Разнесся ужасный крик умирающего, пытающегося со свистом вдохнуть. И, потом, тишина. У Хви оставалось всего две стрелы, а против них было ещё шесть живых врагов. Убийц, полных сил и лютой ненависти. Двое сразу бросились на Кёля, который встал перед Хви, пытаясь его прикрыть. Еще один напал на Мум Бока, у которого пока не было никакой возможности бежать с Хва Воль в горы. Все пути были перекрыты оставшимися чжурчжэнями. Женщины укрылись за повозкой. Хва Воль все больше теряла связь с реальностью. Она закрыла уши руками, пытаясь заглушить жуткие крики с улицы, и с тихим стоном, зажмурив глаза, покачивалась из стороны в сторону. Хи Дже перестала обращать на нее внимание, сейчас она ничем не могла помочь несчастной. Женщина была максимально собрана и полна решимости дорого продать свою жизнь, если до этого дойдет. Она держала в руках длинный кинжал, готовая пустить его в ход в любой момент. Вот из темноты показался один из варваров. Он еле слышно крался по двору, оглядываясь по сторонам и пытаясь зайти Мум Боку сзади. Увидев в нескольких метрах от себя спину убийцы, Хи Дже, ни секунды не раздумывая, выскочила из своего укрытия и вогнала свой кинжал ему под левую лопатку по самую рукоятку. Женщина не ожидала что это окажется так легко. Лезвие кинжала было настолько острым, что оно вошло в тело будто в масло, без труда проскользнув между ребрами и пробив сердце. Чжурчжэнь даже ничего не успел понять, он удивленно обернулся, и из его рта хлынула кровь. Секундой спустя он также молча, тяжелым тюком упал к её ногам, пару раз дернулся и затих. На камнях, из-под его мёртвого тела, начала быстро расползаться лужа тёмной густой крови и её металлический запах резко ударил Хи Дже в нос. Женщина зажала рот рукой, стараясь удержать крик ужаса. В ушах гулко и часто стучал пульс. Её начало мутить и, внезапно, комком к горлу, подкатила тошнота. Она отвернулась, тряхнула головой и задышала глубоко-глубоко, пытаясь взять себя в руки. Чуть придя в себя, Хи Дже упрямо вытащила свой кинжал из трупа и оглядела поле сражения. Ближе всего к ней находился Мум Бок. Он дрался очень тяжело, но явно справлялся и потихоньку теснил врага. Помощь ему была пока не нужна. Кёль за воротами сражался сразу с двумя чжурчжэнями, прикрывая спиной пошатывающегося, еле стоящего на ногах Хви. Вот её бессменному, верному телохранителю было действительно трудно. Он почти не опирался на правую, раненую ногу и старался только блокировать многочисленные удары нападавших, сыпавшиеся на него с двух сторон. Ни о какой атаке речь не шла. Каждое их нападение все больше и больше оттесняло его назад к воротам. Вот один из варваров нанес очередной сильнейший удар. Кёль с трудом отразил его, но правая, раненая нога подломилась, и он упал на колени. Этим воспользовался второй убийца. Он замахнулся мечом и насквозь пронзил его правое плечо. Лезвие раздробило ключицу и вышло из спины. Кёль болезненно вскрикнул. Из раны хлынула кровь и его правая рука, в которой он держал меч, безвольно упала на камни и разжалась, выпуская из ладони рукоять клинка. Оба нападавших на него врага тут же занесли свои палаши и кинулись на раненого, пытаясь добить. Хи Дже закричала от ужаса и полной безысходности, понимая, что для Кёля нет спасения. Ничего не соображая, она бросилась к нему за ворота. Но, вдруг, чжурчжэни, как будто налетев на препятствие, резко остановились и мгновением спустя повалились на камни. Это выпущенные одна за другой, стрелы Хви, сразили их безжалостно и неотвратимо. После небольшой передышки, что подарил ему Кёль, невероятным усилием воли Хви снова смог поднять лук, и последние две стрелы из его колчана, наконец, нашли свои жертвы. Хи Дже увидела, как он отбросил в сторону уже бесполезные лук и колчан, забрал меч из безжизненной руки Кёля, и тяжело пошатываясь, пошел навстречу двум последним чжурчжэням из девяти, оставшихся в живых. Эти варвары только что вернулись ни с чем из неудавшейся погони за всадниками, и теперь стремительно приближались к Хви. Они были дико озлоблены, а в глазах читалась уверенность в легкой победе над противником, едва стоявшим на ногах. А ещё, безумная ненависть и ожидание жестокой мести этому человеку, положившему из лука почти весь их отряд. Они жаждали его крови, поэтому намеревались убивать его долго и мучительно, с наслаждением смакуя его боль, как он того заслуживает… Хи Дже знала, как виртуозно Хви владел мечом. Ведь его отец, генерал Со Гом — лучший мечник Корё, учил его когда-то. И, чтобы убить двух обычных бойцов-чжурчжэней в прежние времена, ему потребовалось бы не более пары секунд времени и нескольких отточенных, молниеносных ударов. Но этот бой, здесь и сейчас, ему не выиграть. Хи Дже очень ясно осознавала, что Хви идёт на верную смерть, и она не оставит его одного … Когда до Хви оставалось всего несколько метров, варвары подняли свои мечи и с диким рёвом бросились на него. Первый из подскочивших, обрушил на него палаш с невероятной силой, вложив в удар всю свою свирепость и злобу. Хви, чуть присев, заблокировал удар, потом резко крутанулся под занесенным лезвием и полоснул открывшегося противника по животу. Но он был слишком слаб, чтобы нанести сильный удар. Рана оказалась не смертельной и не причинила убийце особого вреда. Варвар замычал от боли и ярости и отскочил в сторону. Тем временем подоспел второй, и нанёс Хви следующий удар. Он снова поднял меч защищаясь, но сила удара чжурчжэня выбила лезвие из его рук, которое отлетело в сторону на несколько метров, и бросила его на колени. Хви понял, что больше ему не встать. Он поднял голову и мутными глазами посмотрел на своих убийц, ожидая быстрого и неминуемого конца. Мокрые волосы прилипли ко лбу и некоторые пряди упали на глаза, но Хви не мог даже поднять руку, чтобы сдвинуть их в сторону. Сил не хватало даже просто дышать, не то, чтобы сражаться дальше. Вот, как сквозь туман, он увидел, как лезвие одного из варваров поднялось. Но, вместо того, чтобы пронзить его тело и, наконец, навсегда закончить эту жизнь, полную бесконечных страданий, оно лишь чиркнуло, рассекая грудную мышцу под правой ключицей. Боль была резкая, но не такая сильная. Видимо его тело настолько занемело от холода, что потеряло большую часть своей чувствительности. Кровь, широкой полосой, потекла из раны по мокрой от дождя коже груди к бинту на ребрах, когда-то белому, впитываясь в него и окрашивая в красный цвет. Свой следующий жестокий удар чжурчжэнь нанес плоской стороной палаша по замотанным рёбрам. И боль от этого удара оказалась по настоящему дикой, расходящейся эхом по всему телу. Хви задохнулся, и еле слышно захрипел. На губах выступила кровавая пена. Пузыри на ней лопались и струйками крови стекали по подбородку. Хи Дже отчаянно закричала и бросилась на чжурчжэня, только что ударившего Хви. Она занесла свой кинжал, метя ему в горло, но варвар легко перехватил женщину за тонкое запястье. Он без труда сдавил его своей большой ладонью, и кинжал выпал из её руки, звонко ударившись о камни мостовой. Потом грубо схватил за волосы и притянул её лицо ближе к своему, с любопытством разглядывая, как охотник, изучающий свою добычу, прежде чем убить. Его губы раздвинулись в кривой, издевательской усмешке и в лицо Хи Дже ударил противный, гнилостный запах из его рта. Второй убийца воткнул остриё меча Хви в грудь, прямо над страшным шрамом, что находился над его сердцем и под крик женщины, полный безысходного страдания и муки, начал не спеша вдавливать лезвие внутрь, медленно рассекая мышцы. Сознание, наконец, милосердно покинуло Хви, и он безжизненно упал на спину, раскинув в стороны руки. Чжурчжэнь, что держал Хи Дже, изо всех сил толкнул её вперед, на тело, лежащее на мокрых камнях, и она упала сверху. Женщина очень нежно провела пальцами по его волосам и лицу, убрала мокрые пряди со лба, поцеловала его глаза, нос, задержалась на губах. Потом обхватила его истерзанное тело руками, как бы закрывая собой, положила голову на грудь и затихла. Чжурчжэнь занес палаш, собираясь одним ударом проткнуть оба те́ла…