Иллюзия проклятия

Весь вечер домовики по Малфой-мэнору готовили к покеру. Люциус выбирал наряд для того, чтобы покрасоваться перед друзьями и выделяется вообще на фоне всего этого вечера. Мира же наоборот, она не надевала никакого платья, её прикид был прост. Это всего лишь юбка с рубашкой, а поверх пиджак на плечи. Внизу уже было все готово и Добби встречал каждого гостя, что заходил в мэнор. Люциус стоял внизу разговаривал со своими друзьями. Когда Мира спускалась по лестнице, то сразу же ей протянули руки два мужчины, конечно же её отцы. — На сегодняшнем вечере покера, моя дочь Мира составит нам компанию, — восторженно и гордо сказал Люциус. Мира улыбнулась всем присутствующим, и вечер их начался. Рассевшись за столом, причём по разным столам, и как только раздали фишки и карты, то у неё сразу включился инстинкт выигрыша, а так же азарта. Она выиграла за вечер девять партий, и отжала у всех гостей выигрышные деньги. Как говорится — новичкам везёт. Люциус весь вечер улыбался, когда смотрел на то, как его дочь побеждала каждого из присутствующего гостя. — Ну-тес, мисс Малфой-Снейп, — сказал один из гостей рядом сидящий, — вы хорошо играете. — Спасибо, — улыбнулась Мира. Она подкинула ещё фишки для поднятия ставки. — Вы раньше не играли? — Нет, что вы. Я впервые играю в эту игру. — Тогда вам сегодня очевидно везёт. У тех мужчин, что здесь были знали о проблеме девушки с общением с противоположным полом, однако на данный момент Мира общалась свободно с ними, и даже не вспоминала о своей проблеме. Люциус поглядывал за её поведением, и поведением своих друзей, дабы те не позволили себе ничего лишнего. Он ведь знаком с ними давно, но и о похождения по молоденьким девушкам. — Однако, эта игра слегка скучноватая. — вздохнула Мира. — Вот так сидишь, и ничего не делаешь, кидаешь фишки и ждёшь ход от другого. Скучно и не-ин-те-рес-но. Мира вскрыла карты, снова выиграв по картам роял-фреш, и покинула этот вечер. Подойдя к отцу, она шепнула ему, что ей скучно и она пойдёт в комнату. На это отец кивнул одобрительно. Один из гостей в игре покера был Маркус. Он тихо подошёл к Люциусу и непринуждённо заговорил. — Красивая у тебя дочь, Люциус, — спокойно сказал Маркус, совершенно не привлекая никакого внимания к себе, и вообще. Он стоял облокотившись о перила лестницы. — Все так на неё и глазеют. — Что ты здесь делаешь? — сквозь зубы проговорил Люциус. — Как и все. Играю в покер, общаюсь, выпиваю. Но отвечу наперёд, как не все, я наблюдаю за всеми. — Есть ещё что-то, что бы ты хотел мне сказать? — Советую отправить Северуса в комнату Миры, и пусть тот там сидит. Кажется, нет, я уверен, через несколько минут ты отойдёшь от лестницы, а один из твоих друзей, как Ричард Ротт заинтересован твоей дочерью. — Это очередная шутка? — А ты хочешь проверить? Люциус решил проверить и ушёл с места. Маркус предупредил Северуса, и тот незаметно пошёл в комнату дочери. Северус вошёл в комнату, Мира сразу обратила на это внимание, а как только услышал приближающие шаги, то сразу спрятался, выпивая зелье невидимости. — Не пали, и не пались, пожалуйста, — сказал Северус. Мира дальше сидела на кровати, скину в пиджак с плеч и повесила на стул. А после вернулась назад на кровать, садясь на кровать, поджимая ноги под себя. Она читала книгу, а в дверь постучали, а потом и вовсе открылась. В проёме показалась голова того самого Ротта о котором говорил Маркус, предупреждая Люциуса. — Мистер, вы ошиблись комнатой, — сказала Мира, перелистнув страницу, — туалетная комната имеется на первом этаже. — Мисс, вам не говорила, что вы такая обворожительная? — начался этап подкатывания у Ротта. — Поверьте, не вы первый, и не вы последний. А сейчас покиньте комнату. — Ну не могу же я оставить такую прекрасную девушку одну. Тем более, пока развлекается твой отец. — Что? Ротт закрыл дверь и подсел к девушке на кровать, его рука опустилась на её коленку и стала подниматься вверх. Мира начала сопротивляться, убирая от себя его руки, но тот был настойчив, и ухватив две её руки поднял над головой, повалив при этом на кровать. Северус сразу спохватился, и схватив за шкирку Ротта отбросил от дочери в стену. В комнату забежал Люциус, вместе с Маркусом. У девушки начались трястись руки, и та отползла на край кровати, закутываясь в одеяло. Люциус подсел к дочери крепко обнимая, а Северус ударил Ротта в лицо. — Ты был прав, Маркус, — сказал Люциус. Он укутывал дочь в одеяло, согревая её своим теплом. — С…с.спасибо… — заткнулась девушка. Маркус кивнул Люциусу. Северус снова ударил Ротта. — Что ты пытался с ней сделать, ублюдок? — рыкнул Северус. — А на что это было похоже? — усмехнулся Ротт. — Твоя дочь была аппетитна, обаятельна… Северус ударил вновь, но замахнулся ещё раз, когда Маркус остановил его. — Прекрати, — сказал спокойно Маркус, отпуская руку Северуса, — послушай, что ещё скажет. Говори. — Обаятельна? Ты уже не тот! — рыкнул Люциус. — Зачем? — У меня давно не было с молоденькими и богатыми. А когда она выиграла меня, и забрала все мои деньги, мне захотелось большего. Стало же интересно на что способна дочь Малфоя! — Ты пытался её изнасиловать в доме где полно людей! — Согласен, было бы слишком громко, но я бы предусмотрел этот факт и наложил бы заглушающие чары на эту комнату. — И все же тебя это не волновало. — Нет конечно, моё тело и мой орган требовал женского тела… Молодого женского тела, — усмехнулся Ротт. — А когда ещё ты сказал, что на этом вечере будет присутствовать твоя дочь, моя боль в области паха только усилилась. Девушка сидела в объятиях отца с полным отвращением. От услышанного, увиденного и испытавшее на себе это. Люциус прижал ещё ближе к себе ребёнка, поцеловав в макушку. — А тебя уже не устраивают ночные бабочки? — С ними не так интересно, а вот с ней, было бы очень интересно. По разговору с Роттом было понятно, что он абсолютный маньяк-насильник, и ещё проблемой с психикой. — Ты же сломал психику ребёнку! — Но не окончательно. Если бы твой муж не вышел бы из укрытия, то психики у твоего ребёнка просто не было бы. — Так просто ты отсюда не выйдешь, Ричард. Сейчас явятся авроры и тебя заберут. — Ох ты ж, Люциус, ты даже не дашь мне спокойно уйти, а уже вот так просто отправляешь меня в Азкабан? — За попытку изнасилования моей дочери? — криво улыбнулся Люциус. — Да, именно так. Там тебе и место, а я разрываю все с тобой связи и больше не хочу поддерживать с тобой никакой бизнес и дружбу! — Ты не посмеешь! Все, что мы строили было построено вместе! Ты не посмеешь меня лишить всего, что моё! — Ещё как посмею. Маркус взял под руку Ричарда и увёл к двери, где ожидали авроры. Передав Ротта им, те аппарировали от мэнора. — Я могу поговорить с Мирой наедине? — спросил Маркус, посматривая, то на Люциуса, то на Северуса. — Я не уверен, что сейчас Мира может с кем-то говорить после перенесенного стресса, — обеспокоенно сказал Люциус. — Я с…смогу г…говорить… — Ты в этом уверена, милая? — Д-да… — кивнула девушка. Люциус встал, поцеловав дочь в макушку и вышел с комнаты вместе с дочерью. Маркус же остался с девушкой наедине. Он стоял у окна, вглядываясь куда-то в даль. — Не удался вечер покера, — спокойно, почти шёпотом сказал Маркус, вздыхая. — Столько всего произошло. Как твои ощущения? — Н-не очень. ст…рашно и х-холодно. — Это нормальное чувство после перенесенного тобой стресса и этой некрасивой ситуации. — К-как ты у…знал об этом? — Хороший информатор, и маленькое наблюдение. Маркус закрыл шторы, и сел в кресло. Он положил ногу на ногу, скрестив руки на груди. — Т-ты же п…ришел не по своему хотению… Тебя к-кто-то направил сюда. — Да, верно. И этот кто-то и зовётся информатором. Как твои ощущения? — Д-держусь… П-пытаюсь не выпускать наружу свои те с-самые ч-чувства и с-страх… — Держишься, это хорошо, — вздохнул Маркус. — Тебе помогут. — Что? В ч-чем? — С этим справится, а так же с тем парнем. — К-кто? — Есть такой человек. Закаленный характер, холодный ум и достаточно умна. Тебе понравится. — Н-недавно приходил к-кто-то, папы выходили с кем-то г-говорить. — Да, это тот самый человек. — А это ощущение будет долго присутствовать во мне? — Первое время да, потом станет легче. Тебе можно помочь, принимать успокоительное, когда ложится спать, то снотворное. а лучше сны без сновидений. — Я ведь д-дала ему п-повод… — Нет. Ты не давала повод ему. Он разучился ценить отношения и уважать женщин или девушек, редко сдерживает сексуальное влечение даже на первых свиданиях или находясь рядом в состоянии алкогольного опьянения. Этот Ротт хоть и выпил достаточно, но вполне себя контролировал в этом. Он просто не знает грани. — А м-меня же н-никто н-не сможет п-понять. — Мира… старайтесь делиться не только удачами, но и неприятными происшествиями, обратитесь туда, где могут помочь, посещать разные мероприятия, веселиться, путешествовать. Принять факт попытки изнасилования. Принятие, прощение и борьба помогут забыть о трагедии, поселив в сердце добро, веру в хороших людей и любовь. М? — А можно с-стереть п-память? — Не нужно… в такой стрессовой ситуации у тебя могут возникнуть кое какие проблемы. Память бы со временем восстановилась и пришлось бы снова и снова проматывать эти моменты. — Я поняла. — Тебе сейчас лучше поспать. Снотворное или сны без сновидений нужно? — Сны без сновидений. — Хорошо.