Часть 4. Гермиона
27 октября 2022 г., 20:40
Примечания:
Приятного чтения!
Гермиона сидела в своём кабинете в Министерстве и смотрела на дату в документе, который держала в руках.
2 июня 2003 года.
Прошёл уже месяц.
Прошёл целый месяц с тех пор, как мужчина, которого она любила, унизил её и разбил сердце, и как она вышвырнула Драко из своей жизни.
Долгий и несчастный месяц, когда её тошнило по крайней мере два раза в неделю, чаще всего она спала и плакала при малейших воспоминаниях о своём бывшем парне (хороших и плохих).
По крайней мере, её волосы и ногти выглядели потрясающе — по какой-то чудесной причине.
Но она была раздражена, срывалась на своих друзьях и огрызалась, как раненый зверь, хуже всего было то, что она не могла ни с кем об этом поговорить.
Никто не знал, что она встречалась с Драко четыре с половиной года, и если бы она рассказала им об этом сейчас, то была уверена, что все они скажут, как ей будет лучше без него.
Почему они держали это в секрете? Спрашивала она себя. Если бы все знали, это облегчило бы расставание.
Но она прекрасно знала, почему они никому не рассказывали о своих отношениях.
В школе это имело смысл, они пришли к обоюдному согласию, что секретность — лучший вариант, её друзья и так были в ярости от того, что она решила объединиться с Драко на зельях. Если бы она им ещё сказала, что начала целоваться и трахаться с ним, это было бы воспринято совсем не хорошо.
Как только Хогвартс остался позади, Гермиона вспомнила, что они решили сохранить тайну, чтобы избежать конфликтов с его родителями и, опять же, с её друзьями.
Не говоря уже о прессе — они оба понимали, что Рита Скитер начала бы активно использовать их, если бы узнала об их паре — «Золотая девочка и Пожиратель смерти, Любовное зелье или Империус?» — непременно гласил бы заголовок статьи этой проклятой женщины.
Нет. Им не нужно было такое внимание.
Но когда он переехал к ней два года назад, и его родители начали давить на него, чтобы он нашёл себе жену, она думала о том, что Драко пригласит её, наконец, познакомиться с ними должным образом, помимо той вечеринки, когда они наблюдали за её пытками в их гостиной, но Драко никогда не поднимал эту тему.
И каждый раз, когда он шептал ей на ухо, что женится на ней, Гермиона хотела, чтобы он либо сделал это, либо перестал говорить об этом, потому что стало ясно — этого никогда не произойдет.
Она бы солгала, если бы сказала, что никогда не думала о том, что всё может закончиться именно так, конечно, она надеялась, что этого не произойдёт, но ей пришлось признаться, что она не раз задумывалась об этом.
И это заставляло её злиться на себя так же сильно, как и на него.
Она знала Драко с одиннадцати лет, он всегда был маленьким засранцем с предубеждениями, воспитанным как Лорд по титулу и ожидавшим женитьбы на невесте из такой же семьи, как и его.
За то время, что они жили вместе, она ежемесячно читала отчёт «Священных Двадцати Восьми» и считала его одновременно уморительно шикарным и очень познавательным — это давало огромное представление о воспитании её парня.
А если серьёзно? Единственный недостаток, который она смогла найти в Священных Семьях, было их предубеждение против магглов и магглорождённых, потому что ценности, которые они ценили в первую очередь это семья, уважение и честь, и в этом нет ничего плохого. Эти семьи отнеслись к этому очень серьезно.
Вы только посмотрите, она находила положительные качества в культе Священных Двадцати Восьми. Гермиона покачала головой от своих мыслей.
— Привет, Миона. — Вдруг услышала она знакомый голос, который исходил от двери при входе в кабинет.
— Привет, Гарри. Уже время обеда? — Она скорчила гримасу.
— Да. А что? Тебе снова нездоровится? — обеспокоено спросил Гарри.
— Немного. — Она солгала, ей было очень плохо. Всё утро её тошнило, даже вода надолго не задерживалась в желудке.
Гарри шумно выдохнул, дав ей понять, чтобы она приготовилась к небольшой лекции.
— Обещай мне, что ты сходишь к целителю в больницу Святого Мунго, Гермиона. Пожалуйста.
Она вздохнула, её раздражали его постоянные просьбы сделать это.
Но он не ошибается. Она слышала, что внутренний голос поддерживал его идею.
— Хорошо, — вздохнула она. — Завтра я уйду пораньше и отправлюсь в больницу Святого Мунго. Доволен?
Гарри улыбнулся.
— Да. Ты моя сестра, Гермиона. От уничтожения троллей до победы над самым могущественным злым волшебником всех времён — ты моя девочка. — Он подмигнул ей.
Она засмеялась и покачала головой.
— Я не пойду сегодня на обед, Гарри. Извини.
Он кивнул.
— Я понимаю. Спасибо за то, что приняла решение пойти завтра к целителю. Будем надеятся, что ты не беременна, — пошутил он, и уходя даже не заметил, как на её лице медленно образовалась хмурая гримаса и испуг в глазах.
О, чёрт.
***
После работы Гермиона примчалась домой и побежала в ванную, быстро найдя флакон с тестом на беременность, который она сварила некоторое время назад, чтобы иметь под рукой на всякий случай, если он ей понадобится. Что ж, видимо этот самый случай наступил. Она откупорила пузырёк и уколола палец маленькой иглой, позволив капле крови упасть в белую жидкость. Розовый цвет: нет реакции = не беременна. Жёлтый цвет: реакция = беременна. Предполагалось, что нужно было подождать две минуты, чтобы реакция проявилась, так как время зависит от того, сколько хорионического гонадотропина человека (ХГЧ) было в крови. Блядь. Он стал жёлтым, хотя не прошло и тридцати секунд. Её сердце готово было выскочить из груди через горло. Ещё раз. Нужно сделать ещё один. Порой случаются ложноположительные результаты. Твердила она себе, открывая второй флакон. Затем она добавила в него две капли крови, немного размешала и… Желтый. Снова. — Чёрт — прошептала она, хватая из ящика маггловский тест на беременность, и использовала его в соответствии с инструкциями. Пять минут спустя красные буквы результата теста пристально смотрели на неё, как и две желтые пробирки с зельем рядом с ней. Беременна. — Вот дерьмо, — прошептала она в пустоту ванной комнаты, в шоке прижимая руки к животу и вспоминая желудочную инфекцию, которую, как ей показалось, она подхватила некоторое время назад, но это было не пищевое отравление, это был… — Ребёнок, — сказала она, как будто произнесение этого вслух делало это менее шокирующим. Её мысли сразу же обратились к отцу этого ребенка и сердце сжалось. Должна ли она сообщить ему? Задумалась она. Драко оставалось пять месяцев до свадьбы с женщиной, которую его семья считала идеальной для него, с той, которая с изяществом примет титул Леди Малфой и родит ему чистокровного наследника. Его наследника. Проклятье. Холодная дрожь страха пробежала по её спине: этот ребенок олицетворял падение чистокровной линии Малфоев, кто может сказать, что сделает Люциус Малфой, если узнает, что магглорождённая носит незаконного наследника его сына? — Чёрт возьми, нет, — сказала Гермиона вслух, защитно прикоснувшись к своему животу. Похоже, что сработали материнские инстинкты, она ещё десять минут не знала, что станет матерью, а уже хотела защитить ребенка. Она начала обдумывать варианты своих действий, но одно она знала точно — она ни за что не решится на аборт. Прервать беременность и жить дальше, как ни в чем не бывало, Гермиона не могла. Война и так отняла у неё многое: обычные подростковые переживания, отсрочила окончание школы, заставив бросить её на год, заставила собственных родителей бояться её. У неё не было семьи. До сих пор. Добавила она, дотрагиваясь до своего живота и улыбаясь. Быть матерью-одиночкой в волшебном мире нелегко, а если ребёнок родится со светлыми волосами, то трудно будет отрицать его связь с Малфоями. Но она могла бы скрывать этот факт как можно дольше, а потом переехала бы куда-нибудь подальше от всех, чтобы спокойно растить его. Она бы нашла способ. В конце концов, она была Гермионой Грейнджер, она сражалась с самым опасным волшебником всех времен, подвергалась пыткам, была заклеймена и выжила в последней битве с Пожирателями смерти, оборотнями, великанами и многими другими. Она никогда раньше не выбирала лёгких путей и не собиралась делать этого сейчас. — Ну, первое, что тебе нужно знать, детка, это то, что твой папа — взрослый избалованный идиот, но я люблю его. — Она чувствовала себя немного глупо, впервые обращаясь к своему ещё не родившемуся ребёнку. — И я люблю тебя. Ты был создан в любви — никогда в этом не сомневайся. — Она шмыгнула носом; чувство тревоги сменилось на чистое счастье, даже если там было немного чувства страха.***
В ту ночь Гермиона положила голову на подушку, чтобы уснуть, подушка до сих пор пахла Драко и она крепко обхватила её. Затем она позволила своему разуму перенести её в воспоминания о той ночи, когда она ещё училась в Хогвартсе, и когда Драко и она обнаружили, что у них есть общий фетиш на размножение. ФЛЭШБЕК Драко поставил её на четвереньки на большой кровати в Выручай-комнате, где они тайно праздновали свой первый День Святого Валентина вместе. Гермиона надела для него сексуальную кружевную ночную рубашку, а также подарила коробку его любимых шоколадных конфет, в то время как он подарил ей изысканные и явно дорогие духи. — Чёртова грязнокровка, — застонал Драко, входя в неё сзади и видя красные следы от своих ладоней на её ягодицах, результат порки, которую он ей уже устроил. — Да! — Гермиона застонала в ответ. — Пожалуйста, сэр, используйте меня. Трахните меня… Кровь прилила к члену от произнесенного ей «сэр», и он добавил ещё один отпечаток ладони к её заднице. — Да! — Захныкала она, её ягодицы восхитительно горели от всех этих шлепков. — Я заставлю эту киску снова кончить для меня, — сказал Драко, глядя в её глаза в зеркале рядом с кроватью, он наблюдал за её соблазнительным телом, извивающемся от удовольствия, которое он ей доставлял и которое было покрыто потом, спермой и следами от его рук и зубов, — Блядь, Грейнджер, прекрати так сжиматься! — Он потянул её за волосы. — Чёрт возьми, ты заставляешь меня терять самообладание! — Он запустил руку в её растрёпанные потные кудри и потянул её голову назад, рыча прямо ей в ухо: — Ты хочешь, чтобы я снова наполнил тебя спермой, грязнокровка? — Да! Ааа! — простонала она. — Конечно, хочешь. Это единственный способ для тебя иметь в себе что-то чистое, — он опустил её голову на матрас, его бёдра не прекращали толчков по её киске. — Да! Дай мне свою чистокровную сперму! — Умоляла Гермиона, ей нравилось, когда он поддерживал её извращения — хотя сначала ему было не по себе. — Я не могу, грязнокровка, — сказал он, сдерживая стон, она сжималась вокруг него каждый раз, когда он произносил это ужасное слово. — Я не могу кончить в твою восхитительную грязную киску! Что, если ты забеременеешь? Он заметил, как она выгнула спину, отчаянно двигая бёдрами ему навстречу, его слова сводили её с ума. — Оооо, тебе это нравится, — он ухмыльнулся, чувствуя, как его собственное тело охватывает похоть при мысли о том, чтобы оплодотворить её. — Тебе нравится идея, что мой чистокровный член осеменит твою грязнокровную киску? — Спросил он, чувствуя её ответ по тому, как она задрожала и начала сокращаться вокруг него. — Я сделаю это, я буду наполнять тебя, пока ты не понесёшь моего ребёнка! Её дыхание внезапно сбилось и она кончила, она начала стонать в панике: — Я не на зелье, сэр. Ты меня оплодотворишь! — Её фальшивый страх дополнил их новообретенное извращение. — Чёрт… — Драко застонал, хотя он знал, что она была на зелье, и разыгрывала спектакль только для их удовольствия, но мысль о том, чтобы излиться в неё и сделать её беременной, заставила его чуть ли не взорваться. — Я не могу остановиться, Грейнджер, я не могу выйти. — О, но ты оплодотворишь меня! — Простонала она, потерявшись в чувствах, которые он вызывал, находясь глубоко внутри неё. — Да, да, я сделаю это! — прорычал он. — Потому что я не могу… остановиться! — он выделял каждое слово жёстким толчком. — Оооо… не вынимай! — захныкала она, её удовольствию не было предела. — Ты хочешь этого, грязнокровка? — Он двигался быстрее. — Ты хочешь, чтобы я трахнул и заделал тебе ребёнка? — ДА! И он трахал её, как животное во время течки, вбиваясь в неё, пока её киска плотно не обхватила его, пульсируя в очередном оргазме, и он выпустил свою сперму прямо в её шейку матки, почувствовав, как она задрожала, когда его кульминация вызвала ещё одну волну оргазма в её теле. — Чёрт возьми, любимая. — Драко задыхался, чувствуя, как его сперма стекала по её ногам, когда он вышел из её набухшей киски. — Чертовски люблю тебя, Гермиона, — сказал он, опускаясь на кровать рядом с ней. Она улыбнулась, положив голову на его вздымающуюся грудь. — Я тоже люблю тебя, Драко, — сказала она, пытаясь отдышаться. — С Днём Святого Валентина. — Это самый лучший день, любимая, — ответил он, целуя её в губы. КОНЕЦ ФЛЭШБЭКА***
Когда на следующее утро Гермиона села за стол завтракать, взяв больничный на работе, за который она не чувствовала вины, потому что никогда раньше этого не делала, она знала, что ей нужно обдумать свои следующие шаги. Прежде всего, ей нужно было обратиться к целителю. Однако существовали заклинания, которые легко могли определить, кто являлся отцом ребёнка, а она уже определилась, что не может рисковать, чтобы Малфои узнали о её ребёнке. Нет, больница Святого Мунго — это слишком рискованно. Если она хотела сохранить эту беременность в тайне как можно дольше, ей нужно было провести дородовое обследование маггловским способом. Дело было не в том, что она не хотела говорить Драко, что носит его ребенка — его наследника. Дело было скорее в том, что она не могла этого сделать, она не была той самой. Астория Гринграсс должна была быть той, кто подарит Драко ему законного наследника, ребёнка. И Гермиона ничего не могла сделать, чтобы изменить это.
Примечания:
Грустно за Гермиону🥲
