Конец Священных Двадцати Восьми / Ending The Sacred Twenty-Eight

      В последний день июня Гермиона прибыла в свой офис, на столе её лежало два фиолетовых конверта, один из которых был адресован ей, а другой — «Малфой Энтерпрайзиз», и она сразу поняла, что в нём было:       Одобрение нового Волчьего Аконита!       Она быстро вскрыла конверт и прочитала официальный документ, который давал HélèneLabs запрошенное согласие на приготовление и распространение этой новой версии Аконита.       Я должна рассказать об этом Драко! — Они оба много работали над этой формулой, и именно его компания будет работать над её созданием.       Она быстро написала письмо главе «Малфой Энтерпрайзиз» — официальное, строго деловое письмо от Министерства — и приступила к другим своим обязанностям на этот день.       Через несколько минут после того, как её помощница ушла с письмом, Гермиону навестили Пэнси и Блейз, которые зашли проведать её и передать привет малышам.       Она улыбнулась, зная, что скоро тут появится Чарли, и правда, едва она подумала об этом, как услышала его голос, разговаривающий с её помощницей.       — Моя прекрасная невеста у себя?       — Да, мистер Уизли, — Ответила Вики. — Вы можете войти, сэр.       И дверь широко распахнулась.       — Доброе утро, моя прекрасная невеста.       Гермиона рассмеялась. С тех пор, как они сообщили его семье о помолвке и обьявили об этом официально, он стал называть её именно так.       — Доброе утро, Чарли. — Ответила Гермиона, поднимаясь, чтобы обнять его.       — Как поживают сегодня мои сладкие малыши? — спросил он, коснувшись её живота и поцеловав в лоб.       — Я ещё не успела увидеть свой завтрак во второй раз за это утро. Так что всё хорошо.       — Это здорово. Гарри всё ещё косится на меня и не разговаривает со мной с тех пор, как мы рассказали всем о детях.       — Ну, пока он не доставляет нам никаких проблем…       Она замолчала, когда её взгляд упал на неожиданно появившегося в дверях блондина.       — Теперь сотрудникам разрешены личные встречи в рабочее время? — нахмурившись спросил Драко, когда вошёл, его взгляд остановился на руке рыжего мужчины, всё ещё лежащей на её маленькой выпуклости живота. — Это место действительно превратилось в собачий двор! — резко закончил он.       — Следи за своим языком, Малфой! — прорычал Чарли.       — Для тебя я Лорд Малфой, Уизли! — огрызнулся Драко в ответ.       Гермиона вдруг заметила перстень на мизинце его левой руки — то, чего он никогда раньше не носил.       — Почему ты здесь? — спросила она.       Он не осмелился сказать ей, чтобы она обращалась к нему по его новому титулу, а просто молча смотрел на неё в течение двух секунд, прежде чем заговорил:       — Мне нужен официальный документ, позволяющий моей компании начать производство нового Аконита. Вы прислали мне письмо, но я полагаю, что для вас было излишним добавлять документ ещё и в конверт.       Гермиона смутилась, что совсем не подумала об этом:       — Я была, — пробормотала она, ненавидя его прямо сейчас, — Я была слишком взволнована полученным одобрением, чтобы подумать об этом, Лорд Малфой. — Сказала она со всем сарказмом, на который была способна. Гнев закипал внутри неё, когда она увидела его такого безупречно одетого, без единого лишнего волоска. — И вы могли бы послать свою секретаршу, чтобы она принесла его для вас, — в её тоне прекрасно слышались отголоски гнева.       Драко сделал несколько шагов к ней, его челюсть была стиснута, но глаза смотрели на неё с такой силой, что она задрожала — он ревновал и был в ярости.       И это разозлило её. Как он смеет вести себя так, будто это она виновата во всём этом?       — Да, — протянул Драко с усмешкой, — Если бы я послал её, то не подвергся бы тому непрофессиональному поведению, свидетелем которого я только что стал.       — Я скажу тебе ещё раз, Малфой, — сказал Чарли, вставая между Драко и Гермионой. — Следи за своим ртом, пока я не начистил тебе его!       Драко посмотрел на него так, словно он был ничем иным, как грязью на его дорогих туфлях, и снова повернулся к Гермионе:       — Документ, Грейнджер. — Протянул он руку.       — На столе, Малфой. — Она указала на фиолетовый конверт с названием его компании на нём.       Но он не сделал ни единого движения, чтобы взять это. Его серые глаза наполнились высокомерием, которого Гермиона не видела со времён их первого года обучения в Хогвартсе, а его рука продолжала смотреть в её сторону — он хотел, чтобы она сама передала ему конверт.       Игра за власть.       Гермиона в гневе сжала руки в кулаки, если бы эти бумаги касались чего-то другого, она бы швырнула этот конверт в лицо его светлости.       Как бы то ни было, она положила руку на плечо Чарли, молча прося его отойти в сторону, затем взяла конверт и отдала его Драко, сожалея о том, что подошла к нему так близко, что запах его одеколона заполнил её ноздри, а воспоминания грозились лишить её дыхания.       Драко забрал конверт из её рук и уже собирался повернуться и покинуть кабинет даже не попрощавшись, когда в дверях появился ещё один мужчина.       — Здесь всё в порядке?       Драко нахмурился.       — Блейз? — воскликнул он, наблюдая, как его друг детства подошел к Гермионе и положил руку ей на спину с такой заботой, о которой он и не подозревал.       — Что? — удивленно спросил он, заметив, что Чарли не сделал ни единого движения, чтобы оттолкнуть волшебника от своей невесты.       Гермиона стояла между двумя мужчинами с улыбкой, и кажется, она была рада их присутствию.       Тем временем оба мужчины гневно уставились на Драко, по языку их тел он понял, что они привыкли находиться рядом с ней в такой непосредственной близости.       И Драко ослепила волна ревности.       — Сразу с обоими, Грейнджер? И ты выбрала в мужья более бедного?       Она резко вдохнула, когда поняла, на что он намекал, и её рука опустилась на его щеку быстрее, чем кто-либо из мужчин смог остановить её.       — Пошёл вон, Малфой. — Прошипела она ему. — Я больше никогда не хочу видеть твоё глупое лицо.       Но вместо того, чтобы уйти, он схватил запястье руки, которой она дала ему пощечину, и сделал шаг к ней, его серые глаза были полны похоти.       Гермиона внезапно поняла почему, она почувствовала необузданное желание и в своём собственном теле. Она дала ему пощечину, назвала его лицо глупым — по их правилам это была прелюдия.       К счастью, двое других мужчин в комнате не стали комментировать это и истолковали позицию Драко как угрозу.       Блейз обнял Гермиону в тот самый момент, когда Чарли встал между ней и блондином, отталкивая мужчину от неё.       — Ты слышал мою невесту, Малфой. Убирайся к чёрту!       Драко не сводил глаз со своего друга детства, державшего его бывшую девушку — не защищая, а фактически останавливая её от повторного нападения на него.       — Уходи, Драко. — Сказал Блейз.       Он свирепо посмотрел на них троих и ушёл.       Когда за ним захлопнулась дверь, Чарли выдохнул:       — Вот это был неожиданный способ начать неделю…       — Спасибо, что вернулся сюда, Блейз. — Сказала Гермиона.       — Вики позвонила мне, когда увидела, что он пришёл. Она сказала, что он просто вошёл, даже не пожелав ей доброго утра.       Гермиона кивнула, она будет заказывать Вики обед до конца недели в её любимом ресторане в качестве благодарности.       Блейз и Чарли многозначительно переглянулись, пока она садилась на свой стул.       — Что? — спросила она.       — Я знаю достаточно много, — начал Блейз, — о сексуальных предпочтениях Драко, чтобы понять напряжение, возникшее между вами после пощечины.       — И я не желаю даже слышать об этом! — Добавил Чарли, содрогнувшись.       Гермиона смущенно покраснела и отказалась отвечать на это. Оба мужчины просто покачали головами, покинув её кабинет, ещё раз поприветствовав малышей.       Она улыбнулась и закатила глаза, проводив их взглядом.       — Ради всего святого, дети ещё даже не родились, а эти двое, Джинни и Пэнси, уже балуют их!

***

      Вернувшись в «Малфой Энтерпрайзиз», Драко засел в своём кабинете и попытался сосредоточиться на работе, чтобы забыть увиденное им, а именно то, как Гермиону защищали и трогали Чарли Уизли и Блейз Забини.       — Блядь! — Выругался он, бросив перо на стол и обхватив голову руками.       Он знал, что она, должно быть, трахалась с Уизли, так как ждала от него детей, но Блейз? Драко почувствовал себя преданным — причём дважды.       Сначала его друг переспал с женщиной, которую он любил, а затем она же переспала с двумя мужчинами и забеременела.       Имело ли что-нибудь из этого значение?       Нет.       И в глубине души Драко знал это. Но в последнее время он чувствовал себя не в своей тарелке из-за большого количества обязанностей, а также из-за своей неудавшейся личной жизни, и он чувствовал, что терял контроль над собой. И как бы ему ни хотелось обвинить Гермиону и других из-за своей боли, он знал, что именно он стал тем, кто вырыл эту яму, которая теперь была так глубока, что он не знал, как из неё выбраться.       Сосредоточившись на одной дерьмовой проблеме, Драко задумался о том, что только что увидел. Блейз, Уизли и Гермиона, причем Блейз был его братом, как и Тео. Они выросли вместе, всю жизнь ходили вместе в школу — от начальной до Хогвартса.       А теперь Блейз украл его ведьму и делил её с другим мужчиной.       Создалось ощущение, что его мысли были способны вызвать этого человека, потому что помощник Драко сообщил ему о том, что мистер Забини пришёл к нему.       — Впусти его, — резко ответил Драко, встав с кресла и ожидая, когда войдёт его друг.       Блейз закрыл за собой дверь и некоторое время молча смотрел на Драко.       — Что это была за сцена в Министерстве, Драко? — спросил он.       — Что? Как ты смеешь спрашивать меня об этом? — взорвался Драко. — Это что делал ты, лапая Грейнджер, как будто она твоя собственность!       Блейз сделал вид, что не в курсе ситуации.       — Ты ревнуешь? Я думал, что твоя влюбленность в Грейнджер прошла. Разве ты не собирался жениться на Гринграсс?       Драко сжал руки в кулаки, прежде чем провести одной по волосам, выдохнув он принял решение сказать ему правду:       — Я встречался с Грейнджер ещё пару месяцев назад.       — Серьёзно? — Блейз продолжал изображать из себя ничего не понимающего. — Короткая интрижка перед свадьбой, я полагаю? Чтобы выбросить потом Грейнджер из головы?       Драко покачал головой, печально отвечая:       — Четыре года, Блейз. Мы были с ней вместе четыре с половиной года.       — То есть ты хочешь сказать, что четыре года ты был вместе с самой замечательной ведьмой во всём волшебном мире, и в итоге бросил её, чтобы жениться на Гринграсс?       — Отец составил контракт, когда я сам не смог выбрать невесту. — выдохнул он.       Блейз видел, что мужчина перед ним превратился в тень самоуверенного друга, которого он всегда знал — Драко ломался под всем этим давлением.       Поэтому Блейз предпочел говорить спокойно, но слова его били безжалостно:       — Ты был воспитан в тех же семейных ценностях чести и уважения, что и я, Драко. Ни один из нас не стал бы встречаться с женщиной в течение четырех лет, не имея намерений жениться на ней. Если бы Грейнджер была из чистокровной семьи…       — Тогда она уже была бы моей женой! — почти прокричал Драко. — Если бы она была из чистокровной семьи — чёрт, да хоть полукровкой! Отец поженил бы нас в год окончания школы по моей просьбе.       Блейз не был готов смириться с этим признанием:       — Значит, это правда: ты действительно бросил её, потому что она магглорожденная. Ты думал, что она будет твоей любовницей, только потому что ей не хватает статуса крови, чтобы стать Леди Малфой!       — Нет! — Драко посмотрел на своего друга, удивлённый тем, что тот, оказывается, обо всём знал. — То есть, я думал, что она останется со мной, но…!       Но его попытка защититься не была достаточно убедительной, и он получил второй удар за день: Блейз нанёс сильный удар по его правой щеке.       — Ты идиот, Драко!       — Так ты тоже с ней трахаешься? — злобно крикнул Драко. — Делишь её с Уизли?       — Хочешь, чтобы тебя снова ударили? — прорычал Блейз.       Драко свирепо посмотрел на него, но промолчал.       — Гермиона выходит замуж за Чарли… — решил продолжить Блейз.       Но Драко снова перебил его:       — С каких это пор вы с ней дружите?       — Джинни, сестра Чарли, встречается с Пэнси. Мы все стали ближе. Если бы ты делал чуточку больше, чем просто смотрел на людей свысока и вёл себя как маленький засранец, ты бы уже знал это.       — Я занимаюсь свадьбой и взятием на себя обязанностей отца.       — Ах, да. — усмехнулся Блейз. — Лорд Малфой.       Драко бросил на него ещё один свирепый взгляд и сел за свой стол.       Блейз только покачал головой:       — Ты идиот. И ты должен знать ещё вот что: если бы Чарли не добрался до неё первым, это сделал бы я. Грейнджер — удивительная ведьма. Честно говоря, я не могу поверить, что она потратила впустую четыре года своей жизни на тебя. — И он ушёл, прежде чем Драко смог ответить.

***

      Когда наступил вечер, Драко больше всего на свете хотел пойти в свою квартиру, снять костюм с галстуком и расслабиться под душем, позволив себе окунуться в воспоминания прошлого, что стало для него ежедневной привычкой, и заснуть с мыслями и воспоминаниями о том времени, когда любимая женщина спала в его объятиях каждую ночь.       Вместо этого он бродил по дому своей семьи, направляясь в Весеннюю комнату, где его мать любила собираться за несколько минут до еды.       Он получил её приглашение на ужин через несколько часов после того, как Блейз покинул его кабинет. Никому нельзя было отказываться от приглашения Нарциссы не имея потом последствий — даже ему.       В первую очередь ему.       Драко открыл дверь в обставленную со вкусом комнату и увидел, что его ужасный день стал только что ещё хуже.       — Мама, — поцеловал он её в щеку, стараясь не смотреть на неё, когда повернулся, чтобы взглянуть на ведьму рядом с ней. — Мисс Гринграсс.       Красивая молодая ведьма положила одну руку ему на грудь и сделала шаг ближе, её резкий цитрусовый аромат ударил в его чувствительный нос и заставил задержать дыхание — рискуя оставить его без воздуха, но он не желал снова вдыхать этот запах.       — Зови меня Астория, Дрейк, — сказала она голосом, который, как он предположил, она считала соблазнительным. — Мы поженимся через пять месяцев!       Он просто кивнул со слабой улыбкой, подавляя раздражение из-за дурацкого имени, на котором она настаивала, называя его, и направился к бару с напитками, снова вздохнув нормально и отыскивав любимый огневиски своего отца. Он налил себе двойную порцию в бокал, выслушивая раздражающее хихиканье Астории над тем, что говорила его мать.       Драко осушил всё содержимое своего бокала, чувствуя на спине неодобрительный взгляд матери.       И в этот момент он подумал, что не чувствовал себя таким несчастным с тех пор, как в этом доме жил массовый убийца с его ручной змеёй.

***

      Ужин был пыткой.       Люциус сидел во главе стола, Драко сидел рядом с Асторией с одной стороны длинного стола, его мать перед ними — и, чёрт возьми!, Нарцисса была очень болтлива в этот вечер.       Драко никогда не видел свою мать такой весёлой и откровенной, всё казалось фальшивкой — так оно и было.       Люциус выглядел немного удивлённым поведением своей жены, но улыбался и смеялся над тем, что она говорила.       Нарцисса рассказывала им глупые и неловкие ситуации, которые она видела за все годы жизни в высшем обществе волшебников.       Его отец был удивлен многими из них, а Астория, казалось, никогда в жизни не слышала ничего смешнее.       Молодая женщина смеялась и хихикала, время от времени откидывая свои волосы в сторону Драко, и ему приходилось задерживать дыхание, чтобы не задохнуться от её отвратительных духов.       Когда они доели последнее блюдо перед десертом, Астория поблагодарила Люциуса и Нарциссу за приглашение.       — Чепуха, моя дорогая! — сказала Нарцисса с улыбкой. — Давненько мне не было так весело. — И её голубые глаза сверкнули, когда она устремила их на Драко.       Она снова мучила его.       И, чёрт возьми, она чуть не заставила его скучать по своей тёте Белле.

***

      Когда принесли десерт, Драко понял, что он, должно быть, достиг дна этого ужасного дня.       — О! — воскликнула Астория рядом с ним. — Пирог с баноффи!       Драко посмотрел на мать: она знала, что он совершенно ненавидел пирог с банановым сиропом.       — Я слышала, это твоё любимое блюдо, Астория, — ответила Нарцисса.       И Драко чуть не подавился.       Как, чёрт возьми, он мог жениться на женщине, которая любила самый отвратительный десерт в мире?       Его коварный разум немедленно напомнил ему, что его любовь к джандуйе превзошла только любовь Гермионы — им было очень весело размазывать сладкую пасту по телам друг друга, слизывая её, пока пот и сперма не присоединялись к джандуйе на их коже.       Духи Астории вернули его к реальности, когда она наклонилась ближе к нему, снова хихикая и протягивая в его сторону вилку с кусочком отвратительного десерта на ней:       — Попробуй, Дрейк. Это восхитительно!       С него хватит.       Он больше не мог этого выносить.       Драко извинился и побежал к камину в холле, так быстро переносясь прочь домой, что у него закружилась голова, когда он приземлился в гостиной своей квартиры.       Но этот день ещё не закончился — о, нет!