Случайности не случайны

И вот мы снова возвращаемся к событиям первой главы. С момента как Северус растянулся перед Блэком в луже молока и с дыркой на штанах прошло уже два дня. Этого было достаточно, чтобы рана от разодранного прыща на носу подзажила, а сам Северус нахрен сошел с ума. Именно так, потому что по-другому свое состояние даже он сам не мог охарактеризовать. Сумасшествие. Однозначно. А как иначе можно оправдать свое поведение? Одно дело, когда твой секси-бывший живет за океаном, и совсем другое — когда этот самый секси-бывший шастает где-то в округе, но при этом даже случайно не попадается на глаза. Видимо это была разовая акция. Нервишки накалялись очень стремительно. Северус сам не мог объяснить, чего хочет и почему постоянно ждет звонка. На телефон, а лучше сразу в дверь. Он снова и снова перечислял причины, по которым им пришлось разойтись, но по прошествии времени в разлуке и с учетом возвращения Блэка в Лондон, они казались уже не такими вескими и совсем неубедительными. Северус снова и снова твердил себе, что поступил правильно. Но снова и снова пялился на телефон. Ничего. Экран пуст, даже уведомлений никаких нет. И в соц.сетях тишина. Никто из общих друзей ничего не постил и даже сториз не выкладывал за всё это время. По крайней мере таких, которые могли выдать где и с кем сейчас Сириус. Но нет. Тренировка Поттера, Лили со своими вечными пирожными, даже Петтигрю и тот выложил какое-то мутное пиксельное то ли небо, то ли реку. Северус только раздраженно отбросил телефон в сторону. Заварил чай, потыкал в пульт, щелкая каналы один за другим, походил по комнате туда-сюда, но всё-таки решился. В конце концов, что в этом такого? Не чужие друг другу люди. Сириус говорил, что скучал? Говорил. И малышом его называл? Называл. И если это могло ему показаться, то записка, которая все это время была присобачена на холодильник, доказывала как минимум последнее. Но всё равно делать первый шаг самому было как-то стрёмно. Вот если бы Блэк сам проявил настойчивость, Северус бы сразу же широко распахнул навстречу объятья. И ноги. Но Сириус или не стремился делать эти шаги или просто выжидал, окончательно разъебывая Северусовскую психику. Надо отдать ему должное, такая месть была более чем эффективной. «Ну ладно, Блэк. Твоя взяла». Нужный контакт набран, в ухо раздаются долгие гудки соединения. Сердце колотится, руки потеют и дрожат, рот наполняется слюной. — Да? До боли знакомый голос и шум толпы фоном. — Привет. — Привет. Что-то случилось? — Н-нет…я просто… Нуу... эээм... что делаешь? Может ты хочешь, не знаю…кофе? Может быть. — Что? Прости, плохо слышно. Всё, что я разобрал это «просто. делаешь. хочешь. кофе». Северус закатил глаза и сказал громче и отчетливее: — Ты занят сейчас? — Что? Северус, я сейчас немного занят. Марлин! Я здесь! Последнее он уже явно не Северусу кричал. То чувство, которое сейчас испытал Снейп, было сложно описать. В груди резануло, а потом всё ухнуло вниз. Северус прижимал к уху телефон, силясь расслышать голоса через какую-то возню и шум. И то, что он услышал ему не понравилось от слова «пиздец», потому что даже слово «совсем» тут не подойдет. «Сирииииииуууус, привет, крошка, как же я соскучилась!» «Мы не виделись пару дней, забрала багаж?» «Четыре вообще-то. И этого более чем достаточно, чтобы заскучать по тебе, засранец» В этом Северус был полностью согласен с тонким хриплявым голоском какой-то девчонки. Он нажал отбой. Телефон выпал из безвольных пальцев на ковер. Через десять минут, пока Северус неподвижно стоял и пялился в одну точку, телефон зазвонил снова. — Ты что-то говорил про кофе, верно? — Ты же занят. — Слова прозвучали ядовито, но Блэк явно не уловил его интонацию. — Ну вообще-то да, сейчас я занят. Может быть встретимся вечером в кафе? Познакомлю тебя с Марлин. Точнее вы знакомы, помнишь Марлин Маккиннон? Она училась в параллели до восьмого, а потом переехала в США… — Эмм… — Северус не понимал ни-хре-на. Он просто не знал, что ответить. Поэтому просто сбросил и выключил телефон. В голове была каша, в душу будто насрали все кошки Лондона. В этой ситуации самому было не выгрести, поэтому оставалось единственное верное решение. В любой непонятной ситуации — иди к Регулусу. Это платиновое правило. Рег оценил его состояние сканирующим профессиональным взглядом будущего психоаналитика и затащил страдальческую тушку в дом. — Говори. — Потребовал младший Блэк, когда усадил Снейпа на диван в гостиной. В руку сунули вкусный и ароматный ромашковый чай. Северус сделал глоток. — Блэк. Аэропорт. Тёлка. — Хм. Краткость — сестра таланта. Подробности? Северус только страдальчески скривился. Регулус вздохнул и выгнул бровь. — Ладно. Имя? — Марлин Маккиннон, кажется. Дальше Регулус только тапал по экрану своего планшета в течение следующих пяти минут. Только один раз одобрительно кивнул и присвистнул. — Это еще что значит? — Не выдержал Снейп. — Помнишь её? Блэк повернул к нему экран. Там была групповая фотография параллельного класса, седьмого примерно, если судить по длине волос Люциуса Малфоя. Тогда они были чуть выше плеч. Северус с параллели помнил только его. Но вот Регулус приблизил фото на девочку, тоже блондинку, но не такую вырви-глаз-платиновую. Обычная девочка, маленькая, пухленькая, щекастая, с криво подстриженной челкой, за которой почти не видно глаз. — Один хрен я ее не вспомнил. — Ага. Могу понять. А это она сейчас. Палец Рега смахнул в сторону и теперь на Снейпа смотрела афигенная красотка. Тоже маленькая, пухленькая, но только там, где нужно, и щекастая тоже, но ей это шло, потому что даже за рваной блондинистой челкой ее короткой стрижки были видны большие раскосые глаза. — Такую Марлин Маккиннон ты бы запомнил, да? — Рег повернул экран обратно к себе и ухмыльнулся. — Подросла малышка, ничего не скажешь… Северус рухнул лицом в диванную подушку и страдальчески замычал. — Ыыыыыыыыыыыыыыы — Погоди ныть. Это мы только оценили масштаб угрозы. Угрозы, не катастрофы, Снейп. Всё решаемо. Теперь рассказывай. И Снейпу пришлось отпрянуть от подушки, чтобы пересказать ему события последнего дня. Про встречу в супермаркете Регулус уже знал. Блэк внимательно выслушал и протянул руку раскрытой ладонью вверх. Северус покосился на него с сомнением. На что Регулус ответил сощуренным взглядом, означающим «я тебя когда-нибудь подводил?» и требовательно щелкнул пальцами. Северус послушно отдал ему свой телефон. Параллельно с тем, как Блэк что-то печатал, он косился на Северуса. А Северус, в свою очередь, с видом мученика завел такую балалайку: — Ну да, всё верно. Я сам виноват. Я же с ним расстался ради того, чтобы он был счастлив. Чего я жду? Всё правильно. Он счастлив. Не со мной, но… Значит, так суждено. Что ж. Нужно отпустить, нужно забыть окончательно… — Хуйня. — Аа? — Б! За свое счастье надо бороться, придурок. Или ты считаешь, что дружище-Регулус снова всё организует и принесет вам ваши слюнявые поебушки на блюдечке с голубой, как ваша с моим братом ориентация, каемочке? — Регулус отложил телефон Снейпа на столик и взял свой, снова начал быстро тапать по экрану. — Правильно считаешь. Я всё сделаю, не вопрос. — Рег. — Тшш. Больше Северус спорить не посмел, да и отвлекать друга тоже. Допил свой остывший чай и разблокировал экран телефона. Глаза полезли на лоб от увиденной переписки. Северус: «Прости, телефон вырубился. Вечером будет отлично. Конечно, я помню Марлин, рад буду увидеть её через столько лет». Сириус: «О, правда? Супер, не представляешь как я рад это знать, Северус». Северус: «Только я буду не один, ты не против? У меня уже были планы на вечер, не хотел бы их отменять. Можно же и совместить)». Сириус: «Хорошо. Конечно, как скажешь». Северус: «Тогда в 19:00? Я займу нам столик. До вечера, Блэк». — Ну и с кем я иду? — Недовольно цыкнул Снейп. — Кингсли Бруствер. — Это еще кто? — Это твой псевдо-парень, с которым вы только начали встречаться. У вас было всего пару свиданий. Ничего такого, только поцелуйчики без языка и держания за ручки, если ты переживаешь. — А он об этом знает? — Сев, не тупи. Кингсли учится на юрфаке и на пару лет младше тебя. Он ходит в кружок актерского мастерства и неплохо играет в молодежном театре по пятницам. А еще он мой должник. — Регулус! Ну зачем? — Так, успокойся. Выдохни. Ты помнишь, что поспособствовало тогда, четыре года назад? — Ревность? — Бинго! И ты, как и я, прекрасно понимаешь, что дергать нужно именно за эти струнки в душе моего братца. Зачем изобретать велосипед, если можно отработать по старой схеме? Только теперь нужен веский повод. — Кингсли Бруствер — это веский повод? — Кингсли классный, он всем нравится. Даже если тебе нет, то это не значит, что Сириус проигнорирует его харизму. Он почувствует в нем соперника, уж поверь. И пока я не потратил всё оставшееся время, объясняя тебе очевидные вещи, пошли. Нужно тебя приодеть. — Это еще зачем? — Напомнить тебе как ты выглядел в последнюю вашу встречу? — Не надо. В памяти невольно всплыли ухмыляющиеся мультяшные лягушки. — А еще с ним будет Маккиннон. Показать тебе ее фотку еще раз? — Нет. — А вот я, пожалуй, посмотрю. — Рег, блять. — Ладно-ладно. Го за шмотками. Регулус был прав, Северусу нужно было приодеться. Хотя бы потому что теперь он неплохо смотрелся рядом со своим псевдо-парнем. Кингсли и правда был ничего. Высокий темнокожий парень с бритой головой, добрыми темными глазами и широкой заразительной улыбкой. Он выглядел тем самым хорошим парнем. Про таких как он обычно говорят «сын маминой подруги». И нужно было отдать должное Регулусу, Бруствер идеально подходил на эту кандидатуру. Кингсли был в светлых джинсах, массивных белых кроссовках, и фиолетовой худи. У него были золотые цепочки на шее, запястьях и несколько таких же колец на пальцах. Северус — в кашемировом бадлоне темно-зеленого цвета, черных узких джинсах и в объемном черном жакете. Спорт и кэжуал. Смотрелись они вполне эстетично. Однако, скрипя зубами, пришлось признать, что Сириус Блэк в неизменной кожанке поверх простой белой футболки и джинсового комбинезона смотрелся лучше. Эта сволочь была чертовски хороша. И даже эта опухоль на его руке его не портила. Ну ладно, тут тоже Рег был прав, Марлин была хороша собой. В джинсовке поверх воздушного нежно-голубого платьица, в грубых высоких ботинках и черных капроновых чулках в точечку, при этом с собранными в две гульки волосами, она смотрелась милой девушкой байкера. И тоже гармонировала с Блэком, что болезненно укололо Северуса под ребрами. После неловких приветствий они сели к ним за стол и повисло еще более неловкое молчание. Блэк смотрел на Кингсли изучающим и одновременно опасным взглядом, на что Бруствер улыбался снисходительно и с пониманием ситуации. Марлин потягивала принесенный молочный коктейль и поглядывала на всех по очереди большими любопытными глазами. Северус не знал куда смотреть. На Блэка — тяжело и почти невозможно, на Маккиннон не хотелось, да и на своего нового «парня» тоже. Поэтому он смотрел на чашку латте и сухо отвечал на вопросы Марлин. Она изо всех сил старалась разрядить обстановку и завязать разговор на условно безопасную тему. — Значит ты химик-экспериментатор, да? Круто. Это интереснее, чем у нас с Сириусом. Кому нужно это гражданское право, когда можно придумать лекарство от рака там или… — От внимания Марлин не скрылось, как Северус закатил глаза, поэтому она обратилась к Брустверу. — А ты тоже на юрфаке, да? — Да, второй курс. — И вы типа вместе? — Резко спросил Блэк. — Типа да. — Кингсли улыбнулся шире и откинулся назад, оттого теснее прижимаясь плечом к Северусу. Снейп видел, как побелели костяшки на кулаках Блэка. Но он продолжил интересоваться сухим, почти безэмоциональным тоном. — Давно? — Это третье свидание. — И куда вы уже ходили? — В кино и гулять в парк. — Какой фильм? — Повтор четвертого эпизода «Звездных войн». — И что Снейп заказал? — Холодный чай и острые начос с кетчупом. — С кетчупом? — Вскинул бровь Блэк и сощурился. — Сырный соус только для картошки фри, да, Северус? — Не подсказывай. — Зыркнул на Снейпа Сириус. — И что же он сказал после фильма? — Что пятый эпизод самый лучший, а последняя трилогия просто попытка навариться на культовом явлении кинематографа. Северус мысленно выдохнул. Нихрена ж себе допрос. А Рег отлично подготовил этого Бруствера. Теперь у Блэка не может остаться сомнений. — То есть вы правда встречаетесь? — Я же сказал, что да. Еще вопросы будут? Дата рождения, любимый цвет… — Насмешливо спросил Кингсли. — Ха-ха. Называй, Бруствер. — 9 января, зелёный. — Мимо. Черный. — Черный — в прошлом. От этой игры слов воздух потяжелел. Сириус смотрел на Кингсли так, будто сейчас кинется через стол и задушит его голыми руками. Ноздри раздувались, на скулах выступили желваки, а зрачок сузился в маленькую точку, как прицел оптической винтовки. Напряглась и Маккиннон, а Северус побледнел еще сильнее и тяжело сглотнул. Неожиданно для всех Кингсли рассмеялся. Искренне и вполне добродушно. — Блин, прости, чувак. Я понятия не имею какой у него любимый цвет, об этом мы пока не говорили. Просто ткнул наугад. Сириус выдохнул, но не потерял грозного вида, по-прежнему препарируя глазами Кингсли. А потом посмотрел на Северуса таким тяжелым взглядом, что Снейпу показалось на него рухнула огромная скала, прямо как в мультике про Тома и Джерри. Северус видел его только боковым зрением, потому что не мог смотреть в ответ. — Ты решила, поедешь в отель или останешься у меня? Теперь Северус не выдержал и встретился с ним взглядом. Полным злобы, горечи предательства и ревности, которыми уже была переполнена его душа. Сириус смотрел так же. — Да, думаю на Гриммо будет удобнее, по крайней мере первое время, пока не найду квартиру. — Тогда поехали, в центре скоро будут пробки. — Процедил сквозь зубы Блэк, не отводя взгляда от Северуса. — Хорошо. Пока, Северус, рада была увидеться, Кингсли… — Пока, приятно было познакомиться, ребят. — Отсалютовал Бруствер. Они ушли. Северус спрятал лицо в ладонях. — Эй, Сев, ты как? — Отвянь. Бруствер понимающе вздохнул и отсел подальше. Но тишина продлилась недолго. — Какого хрена ты творишь, Северус? Ну что это за жалкая размазня? Кингс, к тебе вопросов нет. Регулус плюхнулся на место напротив, где только что сидели Блэк и Маккиннон, вынимая из ушей наушники. Бруствер делал то же самое — достал микронаушник и отдал младшему Блэку. — Фух, я чуть не обоссался, когда он начал давить. Все несколько жестче, чем я думал. — Еще бы. Я ставил на то, что он тебе все же вмажет, но видимо мой братец взрослеет. Так, теперь следующее задание, я уже предупредил Эванс, она обещала подыграть. Завтра идете в гости к Тонкс и Люпину играть в настолки… — Блять, Регулус, хватит, не надо… — Отставить нытьё! Побольше жизни, Северус, просто не сиди грустный-хуй-сосал-не-вкусный, а улыбайся! Спроси Сириуса о его практике, о дипломе, поинтересуйся у Маккиннон как ей Англия после стольких лет, ясно тебе? Бруствер, работаем по той же схеме, я шепну тебе на ушко, что нужно делать и говорить. — Без проблем. Так я пойду? — Иди-иди. Северус? Снейп посмотрел на него измученным и усталым взглядом. Регулус улыбнулся хитро и довольно. — Причины раскисать нет, дружище. — Да что ты… — Уверен, нет между ними ничего. И он всё еще сохнет по тебе. Инфа сотка. Северус снова тяжело вздохнул. Но слабо улыбнулся. Он привык всецело доверять лучшему другу. На следующий день он собрал в кучу всю свою решимость, на какую был способен. Нарядился в выданный ему Регом прикид — светлый свитер и голубые джинсы, погундел, что терпеть не может подобные оттенки в своем гардеробе, выслушал от Регулуса, что тот думает по поводу его предпочтений в одежде и на чем он их вертел, встретился в условленном месте с Бруствером и уже к 17:00 нажимал на дверной звонок в квартирку Тонкс. Из открывшейся двери пахнуло до дрожи знакомым запахом. Смесь пряного чая Люпина, имбирного печенья Лили, чего-то уютно-тёплого, чем всегда пропитывалась квартира, когда они зависали здесь все вместе и, конечно же, Блэка. Этот аромат он узнал бы всегда. И сам Блэк сейчас смотрел на него в упор. Стоял так близко и так чертовски далеко. В серых хрусталиках глаз нет и толики тех эмоций, что помнил Северус со вчерашней встречи. Сейчас же — радость, нежность, бессменное лукавство. — Привет. — Северус улыбнулся, к собственному удивлению, легко и искренне, без всяких усилий. — Привет. — Сириус улыбнулся в ответ. — Рад, что ты пришел. Северус скучал по этому взгляду и этой улыбке больше всего. Столько хорошего дарили они ему, столько прекрасного. В животе взвился рой волшебных бабочек. — Мы заходим? Ёу, здарова, Блэк. Блэк перевел взгляд за спину Северуса, на Кингсли Бруствера, и выражение его глаз изменилось кардинально. Пустота, опустошение, раздражение, непонимание. — И ты здесь? Блэк даже не спрашивал, больше констатировал малоприятный факт. Больше на Северуса он не смотрел, ушел из прихожей, куда тут же прибежали Лили и Тонкс, встречая гостей. Марлин тоже была здесь, разумеется. Звонко смеялась и что-то рассказывала со своим идиотским акцентом. Но, что странно, через минут двадцать Кингсли тоже полностью ассимилировался в компании. Теперь Северус был единственным человеком в гостиной, который чувствовал себя неуютно и явно лишним. Раньше всё было иначе. Теперь же в воздухе вокруг будто скопилось густое напряжение. Он старался вести себя в соответствии с планом Регулуса. Улыбался, источал привычный сарказм, общаясь с Поттером, и выглядел как минимум нормально. Со стороны. Только, пересекаясь взглядом с Сириусом, хотелось сбежать. А Сириус смотрел. Украдкой, бросая быстрые взгляды, тут же прятал глаза и пытался вникнуть в беседу, в которой участвовал. Все были рассредоточены по группкам, но вскоре центральное место в комнате занял большой стол. И Северуса вновь кольнуло что-то болюче-острое под ребрами, когда Блэк занял свое обычное место. А рядом с ним теперь сидел не Северус, а Марлин. Сам же Снейп сидел рядом с Кингсли. Это был такой диссонанс, это было так неправильно, что уйти хотелось просто нестерпимо. Особенно, когда повод представился. Вот для чего нужен был именно светлый свитер. Для большего драматизма. Бруствер «случайно» облил его колой. — Ой, прости, Сев. Сейчас я… И если до этого момента Сириус выглядел отстраненным и даже равнодушным, то после этого истинные эмоции взяли верх. Поджатые губы, сощуренные глаза и взбугрившиеся от напряжения мышцы под футболкой. На лбу пульсировала вена, а кулак сжимал стакан так, что он чудом не треснул в его хватке. И было отчего. Ведь так вывело Блэка не то, что Кингсли облил его бывшего, а то, что он стянул с себя свою фиолетовую худи и предложил её Северусу. И Северусу пришлось её надеть поверх своей майки. Потому что Кингсли очень красноречиво показывал глазами, что надо. Что план такой. Идиотская ситуация. Северус сидел, потупив взгляд. Кофта пахла приятно, но до жути чуждо, хотелось содрать ее с себя вместе с кожей. Тонкс выбрала «Элиас», все начали делиться на пары, но число людей было нечетным. Петтигрю как всегда был пятым, точнее девятым, колесом. — Я не хочу играть, просто посижу посмотрю. — Вставил Северус, когда предложили тянуть жребий. — Брось, Снейп, я уже привык быть зрителем, а ты ведь просто монстр в этой игре. — Не без восхищения ответил Петтигрю. — Вы так разносили на пару с Бродягой, просто круть. И как только умудрялись понимать друг друга с полуслова? Ха-ха. — Я тоже не плохо играю. Постараюсь не подвести тебя, чемпион. — Подмигнул Северусу Кингсли. В этот момент Сириус раздраженно цыкнул и едва заметно кивнул Марлин. Она тут же вскочила с места, поправляя короткую юбочку. — Одну минутку, я сейчас. И свалила в уборную. Сириус скрестил руки на груди и сверлил Бруствера таким взглядом, будто смотрел на врага народа. Марлин вернулась быстро и уселась на свое место, подмигнув Блэку. Завязалась игра. Поттер как всегда был громким, но Тонкс, конечно же, громче всех. Лили смешно размахивала руками, объясняя слова, а Люпин говорил быстро как пулемёт. Всё было как раньше и при других обстоятельствах Северус бы словил такую мощную ностальгию, но сейчас было все не так и всё не то. Игра в их паре клеилась очень вяло, хотя Бруствер играл неплохо, подбирал тьму вариантов, но Северус постоянно ловил себя на мысли, что они с Блэком раньше коннектили просто молниеносно. — Ниагарский… — Водопад! — Салем, мётлы… — Ведьма! — Множественное… — Ведьмы! — Звонок. — Фильм ужасов? Дверной? — У тебя в кармане, Кингсли. Телефон звонит. Очередь объяснять перешла дальше, Северус пригубил свой напиток и покосился на Бруствера. Тот выглядел недоуменным, даже шокированным, читая длинное сообщение. — Всё в порядке? — Нет. Нихера. Мне нужно уйти, Северус. Прости. Кингсли скривился и дёрнул головой, и Снейп догадался, что сейчас в его ухе трёхэтажный матерный поток брани от младшего Блэка. Бруствер объяснял причину больше для него, чем для Северуса. Оказалось, что только что Грюм прислал ему сообщение с разносом его курсовой. И велел переделать и принести исправленную работу к завтрашнему утру. У Бруствера действительно не было выбора. Северус пошел провожать его и не заметил ехидную переглядку Марлин и Блэка. Он хотел вернуть его худи, но Бруствер только улыбнулся и сказал, что заберет её в другой раз. Когда Северус вернулся, игра шла полным ходом, но Марлин втиснулась и тут. — Эй, мы же теперь можем поделиться по парам! Давай, Питер, я сыграю с тобой. Петтигрю хотел было отвертеться, но все остальные слишком бурно отреагировали. — Это же значит, что непобедимая парочка возвращается! — Вскинул руки вверх Поттер. — Точно! Нас ждёт мастер-класс по разъебу, да? — Поддержал Римус. — Вот черт, а я надеялась выиграть хотя бы сегодня. — Наигранно надулась Тонкс. Лили пихнула её плечом. — В другой раз, эти двое никому не оставят шансов. Да, так всегда и было. Речь шла о них. Бродяга и Нюнчик. Блэк и Снейп. Сириус и Северус. Детка и малыш. Никто никогда не мог победить их, потому что их взаимопонимание было на каком-то космическом уровне. — Что скажешь? Поимеем их в очередной раз? Сириус самодовольно ухмыльнулся и подмигнул. И у Северуса просто не было шанса устоять. — Надеюсь у вас есть свечи от геморроя, потому что я намерен порвать ваши задницы. Толпа коллективно завопила от радости. Нимфадора собрала все карточки, выставила фигурки на доске в клетку «старт». Правда сначала пришлось помучаться Марлин и ей же несколько раз стукнуть себя ладошкой по лбу, потому что Питер не понял абсолютно ни одного слова. Дальше шли Поттер и Лили, они смогли отгадать 10 слов. Римусу и Тонкс удалось взять 13. — Ну что? Настало время чемпионов? — Сириус взял в руки большую стопку карточек повышенной сложности. — Беременных и слишком впечатлительных просьба покинуть комнату. — Подыграл Снейп и уселся поудобнее. — Старт! — Объявила Тонкс, переворачивая песочные часы. 2, 4, 8 слов в первые двадцать секунд. Все смотрели как финал чемпионата мира, кто-то грыз ногти, кто-то сидел с раскрытым ртом, Тонкс и вовсе судорожно подпрыгивала на месте. Но Сириус продолжал вкидывать слова, а Северус молниеносно их отгадывал, как будто они репетировали это годами. Уже сыпались последние песчинки… — Повышение… — Рождаемость. — Бунт… — Революция. — Несуществующая… — Небывальщина. — Чувство между нами… — Любовь. Сириус сбросил карточку и все подорвались с места. — ВООООУ! КАК? КАК ЭТО ВОЗМОЖНО? — Это, блять, чтение мыслей? Что это было? — Тридцать четыре слова! Сука! Это. Грёбаный. Рекорд. Нахуй. Никто не обращал внимания на то, как эти двое молча смотрели друг на друга. В конце концов Северус не выдержал первым, встал с места и ушел, хлопнув входной дверью. Сириус выдержал лишь полминуты в гробовой тишине. Сорвался с места и вылетел следом. Тишина длилась еще некоторое время. Все переглядывались между собой, не зная что сказать. Кроме Питера. — Афигеть, никогда так не смогу, это какой-то новый уровень. Куда это они? За пивом что ли? Еще ж целый ящик в холодильнике. О, а в этой карточке не было последнего слова. А что он там сказал? Чувство между нами? «Любовь». Ха! Все по-прежнему молчали. Только Лили и Тонкс синхронно вздохнули. Через десять минут напряженно думающий Петтигрю вскочил с места. — Ааааа… я пооооонял. Они типа это, ну… — Да, Питер. — Кивнул Люпин. — А когда успели? Сириус же уезжал на полгода. По переписке типа? — Я тебе потом всё объясню, Хвост. — Потрепал его по плечу Джеймс. — Стой! Не смей сбегать! — Что тебе нужно, Блэк? — Что мне нужно? Издеваешься? Какого черта ты творишь? — Не понимаю о чем ты. — Северус развернулся снова и продолжил путь. Блэк догнал его в два прыжка и грубо развернул за плечо. — Ты и твои новые отношения. Мог бы и сказать тогда, что встречаешься с кем-то… — Может еще и разрешения у тебя спросить? — Знаешь, не помешало бы. — Ты меня не спрашивал, когда спелся с этой Маккиннон. — Спелся? Блять, Северус. — Иди, она тебя там ждёт. — Какой же ты мудак! — Да пошел ты! — Долбоёб ненормальный. — Ненавижу тебя! — Врешь, Снейп! Ты только что признался в обратном! — Ты меня подставил! Уверен, в карточке и слова такого не было… — Какая, нахуй, разница? Ты всё еще любишь меня. — А ты? Ты меня еще любишь? Ты вернулся с какой-то белобрысой болонкой под боком… — Ты сам бросил меня! Ты всё перечеркнул! — Я хотел как лучше для тебя, идиота кусок! — Для меня было лучше быть с тобой, хоть и на расстоянии. — Нет. Ты не понимаешь о чем говоришь, Блэк. — Я всё понимаю. И прекрасно тогда понимал, почему ты пошел на это. Только обо мне ты подумал? Ты хоть представляешь каково мне было? Да если бы не Марлин… — Вот и прекрасно! Я рад, что она тебя утешила! Давай, таскай её с собой везде и всегда. Счастья вам и прочей хуйни… — Хуйня — это то, как ты относишься ко мне! Ты предъявляешь мне за Марлин, а сам притащил своего Бруствера. К нашим с тобой общим друзьям! Что ж ты не скрываешь ваши отношения? Прятаться было нужно только со мной, да? — Тогда всё было по-другому. — Значит наши отношения были полной… — Заткнись, Блэк, всё было не так! — А как, Северус? Снейп не думал, просто сделал. Кинулся на Блэка, повиснув на его шее. Сириус прижимал к себе. Оба сердца колотились, сотрясая грудные клетки. Сириус сжимал крепко и сильно. Как раньше, напрочь лишая возможности дышать. Северусу было плевать, он готов был дышать только его запахом. Родным и любимым. Спустя вечность, пролетевшую как мгновение, Сириус ослабил хватку. Уперся лбом в лоб Северуса. Из зажмуренных глаз полились две симметричные соленые дорожки. Северус только сейчас понял, что и сам плакал. Он стирал холодными пальцами влагу, гладил щеки, держал в ладонях красивое лицо. Сириус распахнул глаза и выдохнул. Его глаза были покрасневшими и полными боли. Северус потянулся ближе, чтобы поймать губами новую каплю на щеке. Но Сириус отстранил от себя за плечи. — Прости. Не хочу, чтобы ты жалел об этом. Мне не нужна жалость, дружбы у нас не получится, ее между нами никогда и не было. Так что давай просто разойдемся в разные стороны. Ты слишком мне дорог, чтобы заставлять тебя страдать. — Сириус… Блэк поднес руку к его лицу, заправил за ухо выбившуюся черную прядь. Не удержался, сжал указательным и большим край фиолетового ворота толстовки, горько усмехнулся и развернулся, чтобы уйти. Северус не нашел в себе сил, чтобы остановить его. Он был полностью опустошён.