А сложен ли выбор?

Как предполагал Рихард, вся пьяная компания заседала у Флаке на квартире и упивалась пивом дальше. Вокруг царил неимоверный бардак, пахло бычками и разлитым алкоголем, а парни как будто всего этого и не ощущали. Развалившись - кто на диване, кто на стуле, они обсуждали вчерашнее выступление и стремительный побег гитаристов с вечеринки. Женская половина вчерашней тусовки отсутствовала, и парни дефилировали по квартире в трусах, ничего и никого не стесняясь. Дверь была не закрыта, и Рихард привычным жестом толкнул ее вперед. - Кому холодного пива? – закричал он с порога. - О! Риха! Спаситель, у нас как раз заканчивается, - пьяный Шнайдер шатающейся походкой подошел к Круспе и обслюнявил его поцелуем. - Фу, Шнай, от тебя воняет, - он беззлобно оттолкнул барабанщика, который узрел в проходе Пауля. - Ба, Поль, рад видеть, - и он кинулся целовать Ландерса. Рихард вошел к ребятам и поставил пакет с пивом на стол. - Вы хоть жрали? - Неа, у нас пусто совсем, ик, - ответил Флаке, как-то стесняясь и ежась на стуле. - Повар, мать твою, - упрекнул Рихард. - Есть из чего готовить? - Мясо есть, пельмени и морковь, - выдал Оливер и рыгнул на весь дом, звонко и раскатисто. - Дайте-дайте-дайте пива, - Шнайдер танцующей походкой направился к столу за новой порцией пенящегося напитка. Отхлебнув из запотевшей бутылки, он погладил себя по голой груди. - Кайф! Риха, все для тебя сделаю. - Иди свари пельмени, - направил тут же друга Круспе. - Ой, нет. Я образно, - он сел на диван и прижался к Оливеру, - ну, пожалуйста, - лицо его выражало такую лень, что Рихард махнул на него рукой. - Поль, пошли приготовим этим олухам пожрать, - он взял с собой пару бутылок и направился на кухню. - Блядь, тут-то что у вас происходило? Пауль зашел вслед за ним и обалдел: стулья все были перевернуты, содержимое фужеров было разлито и перемешано с едой, которую ребята принесли из кафе, всё это растекалось-разливалось по столу, а пол был черный от того, что по нему все это безобразие растоптали и развезли. Финалом были женские трусы, натянутые на люстру. - Панки гребаные! Что у вас тут вчера было? – Рихард пошел обратно в комнату спрашивать парней о вечере. Пауль стянул предмет женского туалета и прикинул размер. - Фигасе! Это где вы такую знатную даму раздобыли? - он показался в комнате. - Ой! Точно! – оживился Ридель. - Это Флаке ее привел, когда за водкой ночью бегал, - он начал ржать, - а потом на кухне с ней заперся и нас не пускал. По комнате раскатился хохот. - Ну, Флаке, мачо! – ребята ржали, вспоминая вчерашнее веселье, постепенно припоминая и подробности. - Он ее еще выпроводить никак не мог, - Шнайдер тыкал в Оливера пальцем. - Ага, - отвечал ему тот. - Сдюжил мужик, удовлетворил телку. - Хули ржете? – обиделся Лоренц и поправил очки. - У меня хоть был секс. - А вы? – Рихард уставился на ребят. - Те близняшки? Они что с вами не пошли? - Они пошли, - сказал Флаке. - Только эти два урода затеяли спор, когда мы вышли из клуба, кто дольше пройдет на руках, и девкам надоело смотреть, как они кувыркаются. А когда они, наконец, успокоились, то были такие грязные, что бабы сбежали. - Идиоты! – Пауль бросил трусы Флаке, и они с Рихардом направились на кухню. - Давай уберемся хоть и покормим лишенцев, - Рихард засучил рукава и принялся поднимать стулья, поражаясь всему произошедшему. - Ха, - усмехнулся он и прикурил сигарету. - Если бы не ты, я бы с ними тут сегодня куролесил и на руках ходил. - А я бы тоже с удовольствием так покуролесил, - он погрустнел. - У меня никогда в жизни не было таких друзей. Так, все приятели: сначала по школе, потом в училище, ничего серьезного. - Зато теперь у тебя нас аж четыре штуки, - он улыбнулся и поставил в раковину грязную посуду. - Помоешь? - Конечно, зачем же еще нужны друзья? – Пауль засучил рукава и включил воду. - Стой, тут у Флаке секрет, - Рихард сам настроил напор воды, - кран нужно поменять, купили уже месяца полтора назад, а руки никак у него не дойдут. - Давай я заменю, я умею, - Паулю хотелось сделать что-то хорошее этим парням, он себя чувствовал очень легко и непринуждённо в их обществе. - Валяй, сейчас принесу инструмент, - Рихард куда-то направился с кухни. Пауль задумался: «А и правда, как я раньше жил? Спокойно, по-обывательски просто: учился, приходил домой, потом устроился на скучную работу, с которой выгнали за прогулы, когда я начал пить. Потом постоянное ощущение - гадкое и нехорошее - тревога и крушение надежд. И как все изменилось в один день, жизнь заиграла красками, эмоции просто бьют через край! Я выступал на сцене, и меня просили дать автограф. Да я и не мечтал об этом даже». - Ты чего такой? – Рихард вырвал его из размышлений и протянул инструменты. - Еле-еле нашел, на меня барахло все свалилось из шкафа. - Рихард, - Пауль серьезно посмотрел на друга, - спасибо тебе за все. - Это за что? – он отвел его к окну и предложил сигарету. - Давай выкладывай, что у тебя на душе. - Я провернул сейчас в голове свою жизнь и пришел к неутешительному выводу, если бы не ты, я бы пропал. Я пил. Пил много и страшно. Был жалок, походил на брошенную и побитую палкой собаку. Я был клоун, грустный клоун, который и сам не прочь был посмеяться над собой. А ты перевернул мою жизнь, просто взял и поставил ее с ног на голову. - Кхм, я прям не знаю что и ответить, это, наверное, просто стечение обстоятельств, – он прижался к Паулю вплотную. - Но я рад, что ты такого высокого мнения обо мне, - перестав улыбаться, Рихард серьезно посмотрел на Пауля, - будешь рядом со мной - и все в твоей жизни будет хорошо. - Но мы ведь не можем быть вместе, Рихард, ты о чем? - Можем! – тон был настолько непререкаемый, что Пауль не нашелся, что ему ответить в данный момент и, затушив сигарету, направился чинить кран, обдумывая, что сейчас ему сказал Рихард. - Скоро жрать? – к ним заглянул Флаке. - Ой, Пауль, ты мне кран чинишь. Спасибо, а то у меня руки никак не дойдут. - Сейчас будет вам жрать, иди уже, - отправил его обратно Рихард. - Нам поговорить нужно. - Все-все, секретничайте, - он пошел дальше пить с друзьями. - Мы сделаем что-то неординарное, такое, что просто сведет весь мир с ума, мы станем очень известными музыкантами, нас будут узнавать на улицах, искать встреч, нам будут посвящать стихи и песни, о нас снимут фильм, - Рихард замолчал,.- Я тебе это обещаю, я знаю, что так все и будет, только нам нужно еще одно звено в цепи - шестое. И это звено - вокалист. - Ты серьезно? Ты не шутишь? – Пауль проверил кран, он отлично работал. - А чего мне шутить? Ты спокойно сейчас починил кран и не задумывался, получится у тебя это или нет, потому что умеешь это делать и знаешь как. Так и я знаю и умею. - Ну, ты сравнил тоже, кран и всемирная известность. - Хм, Поль, не в этом дело. Ты просто взял и сделал, несмотря ни на что. Тебе было не лень. Так и я возьму и сделаю, а вы все мне поможете. Пельмени, наконец, сварились, и Рихард, слив воду, бросил масло прямо в кастрюлю. - Так прямо поедят, тарелки потом еще за ними мыть, - он глянул на Пауля. - Ты не хочешь есть? - Нет, - он помахал головой и продолжил уборку. К вечеру вся компания направилась на вечеринку, куда их пригласили знакомые музыканты, – на «квартирник». - Пауль, ты был когда-нибудь на таких встречах? – спросил Оливер. - Нет, никогда. - Тебе понравится, - сказал Флаке. - Ребят, я домой, - Шнайдер вдруг как-то обмяк, - пьяный совсем. - Доедешь? - Да, вон и мой автобус, - он махнул им рукой. - Увидимся. Паулю очень понравилось, непринужденная атмосфера "квартирника", стирающая границы между выступающим и зрителем. Он с удовольствием послушал ребят, а потом еще и пообщался и был сильно удивлен, когда его узнавали, пожимали руку и предлагали завести знакомство. Девушки были раскованы и нежеманны, говорили с парнями на равных о музыке и политике, кто-то читал стихи, да такие, за которые можно было сразу попасть за решетку. Все-таки, как не крути, помимо музыки на этом вечере была политическая подоплека. - Валим, Штази! – раздался крик, стоящий на шухере увидел, как подъехала машина к подъезду. Начался настоящий бедлам, все повскакивали с мест и кинулись: кто в окна, кто в дверь, в надежде успеть спрятаться на чердаке, пока власти поднимались по лестнице. - Сюда, - ладонь Пауля крепко сжал Рихард и нырнул в окно. Ухватившись за лестницу, которая спускалась с крыши, он с легкостью подтянулся и, свесившись, подал руку Паулю. Тот тоже быстро подтянулся, и они полезли на крышу. - А ребята? - Они убегут, не переживай, - подав руку, Рихард помог Паулю подняться, и они быстро побежали, топая тяжелыми ботинками по оцинкованному металлу. - Сейчас разгоняемся и прыгаем, - крикнул Рихард. Пауль сжался в комок от страха, но последовал за другом. Перемахнув на крышу другого дома, они уже спокойней продолжили путь. - Я тебе сейчас кое-что покажу, - Рихард устроил Паулю настоящую экскурсию по ночному Берлину, только сверху. Это было настолько необычно и незабываемо: прогулка над городом, над его суетой. Это было загадочно и романтично, Пауль просто унесся мыслями от всего земного. Когда они сели на самый край, свесив ноги, у него просто дух захватило. - Ну, как тебе, понравилось? - Спрашиваешь? Конечно. - Как ты раньше жил? Ужас, - он толкнул его в плечо, и Пауля шатнуло. - Ты что? – он перевел дух и засмеялся. - Не пугай так. - Перед нами открыты все дороги, весь мир, мы многое сможем, мы непобедимы! – крикнул Рихард в небо, разведя руки в стороны. - Да! – вторил ему Пауль. Так они и просидели, встретив рассвет, болтая обо всем и мечтая о будущем. - Пошли домой, - предложил Рихард. - Скоро на работу собираться. - Я с тобой когда-нибудь высплюсь? – засмеялся Пауль и положил руку ему на плечо. - Сон для слабаков, - Рихард накрыл ладонью его руку, и они пошли к выходу сначала на чердак, а потом и на лестницу. - Поль, я тебе серьезно говорю, переезжай ко мне. - Нет, я дома привык, да и спать мне нужно, хоть не часто, но нужно. - Ладно, потом мы это обсудим, но сейчас ты ко мне. - Сейчас да.