«Пылающие сердца в вечной тьме»

Темнота. Сознание покинуло меня почти сразу же от испуга и страха. Мысли отключились. Спустя некоторое время, а возможно и дольше, я стала слышать посторонние звуки. Грохот, шум, выстрелы - все это мешалось и было непонятным для меня, пока я не открыла глаза и не почувствовала яркий, белый и раздражающий мои глаза свет из-за долгой темноты. — Все встают на колени, руки за спину, голову опустили! - кричал солдат с ружьем в руке. Я и все люди, что были в поезде вместе с моей мамой, были в большом помещении, пронизанном ужасом и страхом. Я оглянулась и поняла, что сейчас мы находимся совсем не там, где хотелось бы. Не в уютном, на первый взгляд поезде, не рядом с нашими родными, которых так сильно мы любим своим сердцем, не чувствуем через окно запахи природы. Все стояло наоборот - точно агония открылась перед всеми людьми, которых я видела рядом с собой на коленях. Неумолкающий плач детей сжимал сердце, женщины искали своих, мужчин охватывал страх, впрочем, как и всех. Я не знала, что думать, куда смотреть и как действовать. Оставалось лишь подчиняться и не кричать о помощи, ведь это не помогло бы. Я пыталась найти свою маму, но вскоре поняла, что это невозможно. Не знала жива ли она, цела.Позже, пока остальных людей куда - то уносили поочередно, стало ясно, что перед нами - немцы. Говор был мне не совсем ясен, но я знала как звучит данный язык и могла легко это понять. Тут же я вспомнила о нашем разговоре с мамой утром, пока я готовила завтрак : — Мам, скажи мне, правда ли это? Наума сказала, что сейчас начинается война..Не могу в это поверить, ведь такого просто не может произойти…Страны дружат…но - меня перебили: — Не верь словам чужих, Дана, все это чушь. Наша страна может дать отпор в случае такого проишествия. Я не слышала и не хочу слышать об этом. Нам скоро выезжать, тебе стоит поторопиться приготовить завтрак и собрать свои вещи в сумку - мама встала из-за стола, допила последний глоток свежей воды и направилась переодеваться к отъезду. Была она настроена очень решительно, ровно держалась за свой мысленно продуманный план. Я не знала кому могу верить - своей подруге, чей отец работает на фронте или взрослой женщине, своей матери, которая знает больше,чем моя подруга. Я оставила эти мысли и сосредоточилась на своих делах. Мои мысли прервал выстрел из другого конца комнаты - на глазах у всех выстрелили в молодую женщину, которая вероятно была в попытках найти своего маленького сына, а возможно и дочь. Ее застрелили точно также, как застрелили бы маленького, беззащитного зверька в огромном и густом лесу. Пуля попала точно в сердце, теперь уже мертвое тело упало на землю, а пустые глаза смотрели на серое небо, которое было видно через дыру в крыше здания. Слёзы текли с моих глаз так долго и так безутешно, что я перестала ощущать их на своём лице. Тело дрожало, мысли путались - страх овладел мной. В голове возникало множество мыслей - «Почему мы здесь?», «Как мы тут оказалась и почему мы не в поезде?», «Началась война?», «Где моя мама?»,но ответа не было. Я не могла кричать, не могла плакать так, чтобы вся боль ушла, я не могла ничего, кроме того, чтобы просто ждать. Чуть позже, по моим ощущениям я поняла, что скорее всего наш поезд взяли немцы в захват и удерживали его так, как было им уже нужно. Возможно сейчас мы в Германии, так как от моей страны это было относительно недалеко. Ещё давно, в школе, я хорошо ориентировалась в пространстве и географии, что помогло сделать мне этот вывод, возникший так внезапно. Солнце пробивалось сквозь обвалившиеся стены здания - старые, краска на которых уже отваливалась, а крыша говорила, что здание было починено после пожара. Снова раздался крик - громкий, вселяющий ужас - — Встать. Многие сначала не услышали его, боялись, что если встанут, то случиться что-то ужасное, но вскоре это слово повторялось сново и сново, громче и громче, что не осталась ничего, кроме как подчинится. Всех людей, в том числе и меня повели в дальнее здание - точно такое же как и то, в котором мы сидели пару минут назад, словно в кипящем эпицентре мук. Нас развели по множеством комнат - они были небольшие. Старые, потрепанные кровати были расставлены от начала до конца комнаты. Темно и сыро, возможно даже хуже, чем в самом старом и ржавом подвале. На кроватях лежала рабочая одежда. Каждого подвели к своей и привязали верёвкой к ручке. Командир представился перед его, уже пленными. Важный, не знающей начала и конца, дерзкий мужчина оценивающе смотрел на его рабочих и ухмылялся успеху его ближайшего будущего. Он заговорил грубым и громким тоном : — С этих пор, вы, никчёмные существа - подчиняетесь нам - высшей расе мира-немцам. Мы - захватим и будем править над всеми вами - жалкими, подавленными людьми, не заслуживающих даже дышать кислородом. Будете работать так, что вскоре ваше сердце остановиться и все про вас забудут - плюнут на ваше тело,а потом сожгут. Работать - вообще дело до конца ваших дней. - закончив эту фразу, он мотнул головой своим солдатам и вышей из комнаты. Слёзы, слёзы и только они беспощадно лились из моих глаз. Моя жизнь провались в пропасть уже навсегда…