Не бойся высоты!

Мы идём мимо большого здания Дом Мурузи, название которого будто бы мурлычет, ассоциируясь у меня с каким-то домом котов. Мы смеёмся, рассказываем анекдоты, я, конечно же, знаю их больше из ТикТока. А Макс, наверное, с времен школы или из Инстаграма. Лицо чуть ли не треснуло от улыбки пару тысяч раз, из-за чего я пыталась успокоится, но снова смотря на смеющегося Максима начинала заливаться смехом. Таким звонким. Будто бы во мне звенят много колокольчиков. А тот немного нагнулся вперёд, обвив живот рукой. –У меня живот уже болит! –Воскликнул Максим, все ещё не переставая смеяться. –Махахахахакс. — я пыталась ответить, слегка ударяя себя от смеха. Эта привычка мне передалась от Макса. — Морковь… — я вспомнила нашу старую шутку с 2020 года, когда мы смеялись с этого слова. Друг начал смеяться ещё сильнее, прищурив глаза, отвернувшись в сторону. Я почувствовала жар и слезы смеха, стекающие по щекам, обжигая щеки больше, чем солёные капли разгоряченной грусти. –НАСТЯ! — он воскликнул строгим голосом, продолжая смех, но вытирая не успевшие скатиться по щекам слезы, чем потом занялась и я. Холодный ветер, повернувшись к нему лицом, будто проходил сквозь лицо, заставляя кожу остывать, а разум успокаиваться. Пытаясь забыть шутки мы оба шмыгали носом, глядя на горячие летние деревья. 18.47. Мы идём близко друг к другу, пытаясь услышать голоса, которые не слышно из-за шума на улице. Машины едут с нереальным гамом. Чувство, будто бы там едут сковородки, стаканы, тарелки, бьющиеся друг об друга каждый раз. Петербург имеет такую особенность. Пару минут назад было тепло, солнце палило так, будто бы город находится в экваториальной зоне, но потом оно уже затягивается серыми тучами, с высоты полёта самолёта похожие на наковальню или большой стол с одной ножкой по середине. Голубое небо посерело, а листья начали редко опадать, но, оставаясь на своих стебельках, шевелились от ветра. Взор устремился на быстро двигающиеся облака. Я почти не слышала голос Макса. Воздух дул в уши, звукоизолируя меня от внешнего мира. Дождь начал моросить, потому мы с Максом решили не идти домой, а остаться гулять, думая, что дождь скоро пройдёт. Мы болтали обо всем, смотрели в чужие окна, придумывали теории о людях, мол, многие тут не из нашего мира, а из какого-нибудь Агарта, где обитают множество страшных тварей, ненавидящих смешанство миров. Где девочка ищет способ воскресить своего умершего друга из этого Мира, хотя сама она родом с мира людей. Прохожие могут розыскивать эту девочку, ища её по всему свету. Не зря же они все такие злые тут ходют. — Это все похоже на сюжет аниме. –Сказал Макс, когда я смогла слышать его лучше. –да. Макото Синкай? — я поняла, про какого автора он подумал. –да-да-да! Он! –удивительно, что ты его знаешь. — я поморгала глазами пару раз, удивившись, сказала. — увидел где-то по телевизору одно из его созданий, в титрах было написано имя автора. –уточнил собеседник. –а. –а ты откуда его знаешь? –он глянул на меня. –в Тик Токе видела. –я улыбнулась, проговаривая фразу. Тот недовольно цокнул, подняв подбородок немного выше. Я смотрю на других людей, когда Макс рассказывает мне что-то. Я одновременно слушаю и смотрю, задумавшись, на угрюмых людей, чьи рожи застыли в недовольстве. Когда плачет погода, кто-то зря тратит свои годы. Думала я, пока на голову капали чистые капельки с неба, будто бы от Бога. Коты в измученных душах содрали все обои, начиная корябать холодный бетон, где последуют палки арматуры у обжигающе холодных душ людей. Люди меняются вместе с погодой. Если солнышко светит-те смеются, пьют по дороге колу или воду. Дети покупают в ФиксПрайсе дешёвые кириешки и лимонад за 9 рублей, после чего выходят, ища ближайшую лавочку. И вот, по улице вяло идут, их измученные лица там и тут, будто вот-вот… Умрут! Чего они все такие злые? Злюки смертные! Фе! Думаю я, не помнив о том, что у себя в Москве, в одиночестве, я почти такая же. Не важно! Главное, что сейчас в моей душе распускаются цветы! Это все он! Он-и солнце для погасших растений, и вода, помогая расти маленьким росткам. Мы заходим на мост, где мимо проезжают автомобили. Добрые и злые, это можно определить по их фарам. –Ой, какая злая машина проехала. –я понизила тон голоса, сменив тему разговора на другую. — да, и правда. — мы оба на одной волне, оба понимаем, как понять настроение машин. Подходя к краю моста, от огромного воздушного пространства которого нас отделяет лишь перила, я напряглась, зажав толстые перила в руках. Я боюсь высоты с детства. Может это и глупо, но у всех свои страхи. Голова начинает слегка кружиться, и, наверное, видно летающие звёздочки над головой. –ты боишься высоты? — Макс немного наклонил корпус, посмотрев на меня жалобными глазами. –ну бывает немного. –я перевела взгляд на друга, поморгав, прищурилась. Макс погладил меня по голове, после чего положил руки на плечи. От твоей теплоты ко мне! К тебе мосты! Не бойся высоты… Голова перестала кружится, я смогла разглядеть реку Неву лучше Лодочки, плавающие. Чайки, голуби. Все как обычно, но красиво! Вместе с ним, красиво! На воде капельки светящегося дождя образуют мини круговые волны, разбиваясь, обращаясь в часть речки. Мы стоим, а ветер продувает горло. Я чувствую холод внутри, но его согревает присутствие друга. Падай, падай, чистой каплей! Залей этот город счастьем! Так я думала, горячо смеясь, не давая загрустить старому, красивому Северному городу! Пусть его нельзя отличить от реальности, если наложить на него черно-белый эффект, он тоже может быть ярким, цветастым, будто цветы Анютины-Глазки в разных оттенках. Когда плачет погода, кто-то утопает в невзгодах, а я расцветаю! Я хвастаюсь сама себе, радуясь, улыбаясь почти без причины. Возле меня идёт такой же друг Мы снова смеёмся, но уже не из-за чего-то определённого, а из-за молчания. Нам просто достаточно помолчать. Эх, сейчас бы придти домой, собрать все одеяла и найти сериал, накрыться одеялками с головой, крепко обнимая моего Максима. Макс-самый лучший компаньон! Да! Пусть он обнимет меня крепче, вечно, как будто последний шанс поговорить. Смешно Комментируя фразы героев в сериале, мы будем посмеиваться, чувствуя тепло. Со своим человечком легче проживать все процессы и слать проблемы лесом! Мы помогаем друг другу со всем. Но я просто стараюсь. Макс не просит помощи, но я настаиваю. Он решает все проблемы сам. А в моей душе распускаются цветы.! Это все Макс, он мне помог! Я пыталась выйти на связь с другими, но я не могла писать кому-то, кроме Макса. Он мне давал советы каждый день, интересовался моим самочувствием каждый час. Хотел приехать, после чего извинялся за это. Выглядело мило. За это я его и люблю. Мы сидим тихо на немного мокрой лавочке, молча. Макс любуется вдаль. Куда-то на другую сторону Петрограда. Я думаю обо всем. Больше всего о нем. Он мне нравится, да. Я резко начинаю движение, поцеловав в щечку остолбеневшего друга. Это был родной поцелуй, который не намекал почти не на что. Я улыбнулась, издав короткий смешок, закрыв глаза. Макс покраснел, опустив веки вниз, поднял уголки губ вверх. Тёплый след моих губ остался на щеке Максима навсегда. «Я тебя Люблю!» проговорила я, обняв немного уставшего друга. Он ответил. «Я тебя тоже, Настя.»