Нет жизни без тебя.

      Быть или не быть? Вот в чём возникает вопрос, когда на кону стоит твоя жизнь. Стоит ли бороться, когда всё уже давным давно пошло на самотек? Или же всё же стоит отпустить и поддаться столь долгожданной свободе? Парень не знал. Он в тысячный раз смотрит в экран телефона, на котором загорается очередной вызов от когда-то близкого человека и блокирует его, а после и вовсе выключает, не желая слушать сейчас хоть кого-то.       А всё так хорошо начиналось. Он думал, что в новой школе сможет найти друзей и всё будет хорошо, но и тогда же он столкнулся с буллингом в его сторону, а всё потому, что его считали фриком. Говорили, что он странный, не от мира сего и что не мешало бы полежать в больничке пару неделей. А все эти слова разбавляли многочисленными избиениями.       В какой-то момент всё изменилось. Его перестали доставать, и он не понимал почему, хотя и был этому несказанно рад. А дело оказалось в том, что к ним перевёлся ещё один новенький, который, на удивление, быстро набрал популярность среди всего класса.       — Ещё одна шутка в его сторону, и я разобью тебе не только нос, усёк? — у одноклассника из носа кровь идёт, а новенький рычит приглушённо, предупреждая, что шутить он и не собирался. Плюнув куда-то под чужие ноги, он рюкзак свой забирает и пересаживается к побитому жизнью парню, протягивая ему руку для знакомства. — Я Джо. Джо Спин.       — Саша, — кажется, он где-то уже слышал эту фамилию, но не обращает на это внимания, пожимая руку. Кажется, всё налаживается? Они толком не общались, иногда перекидывались пару фраз. С тех пор Саша получил кличку «Сода», потому что в тот же день на химии, когда они делали макет вулкана, он переборщил с пищевой содой, что привело к затоплению двух или трёх парт. Его тогда очень сильно отругали, а Джо лишь посмеялся, назвав его ласково «Содик».       Всё действительно стало налаживаться. Появились какие-никакие друзья, презрительных взглядов в его сторону больше не было, потому что стоило только как-то не так посмотреть, как в следующую секунду могло прилететь пару ласковых от его защитника. Порой это казалось чем-то странным, словно это просто какой-то кошмар, и он вот-вот должен был проснуться. Но нет, всё оказалось куда более настоящим, чем хотелось.       Он появился в его жизни внезапно и также внезапно исчез после трёх лет общения, сразу после выпуска. На звонки не отвечал, в сеть не заходил, а после и вовсе удалил страницу, даже не прочитав сообщения. Саша не понимал, что происходит, но как оказалось позже, Джо исчез не по своей воле. Через неделю пропажи, ему позвонила его мать, сказав, что она подала заявление о пропаже сына. А ещё именно тогда парень узнал, что его на самом деле зовут Дима. Красивое имя.       После его исчезновения словно всё снова пошло наперекосяк. Однажды возвращаясь домой его подкараулили какие-то парни, сильнее его раза в два, если не больше. Естественно, они искали Джо, а когда Сода отказался отвечать, избили и изнасиловали, забрав при этом все ценные вещи, оставив только телефон и документы. Знали, что полицию вызвать не сможет, потому что будет думать, что тем самым подставит его.       Еще через месяц тех, что приходили к нему чуть ли не каждую неделю, нашли мёртвыми неподалёку от окраин города. Их тела были изуродованы, кажется, с ними сделали всё, что они делали с Сашей. Тогда он впервые задумался о том, что Джо никуда и не уходил. Казалось, что он всегда наблюдал за парнем. Только вот правда оказалась куда страшнее.

***

      — У тебя новый заказ. Пожалуйста, давай в этот раз без лишних жертв, — Мужчина вздыхает, головой недовольно качая, и смотрит на парня перед собой, не скрывая улыбки. Перед ним стояла живая машина для убийств, которую он воспитал собственными руками. Иногда было сложно, особенно, когда он хотел отказаться от всего этого из-за своего друга, но по итогу выбора не осталось совсем. — Если ты не будешь выполнять то, что я тебе говорю, то он пострадает куда сильнее. Подумай над этим, Джо.       На лице парня усталая ухмылка, а после слышен звук снятия предохранителя и выстрел. Пуля пролетает совсем рядом от чужого лица, оставляя царапину на щеке. Убить не может. Всё же, его родной отец. Жалеет только о том, что не сделал этого раньше, когда была возможность, и он не привязался настолько сильно.       Мужчина уходит, оставляя младшего одного, а тот губы поджимает и сдерживает крик, проглатывая его вместе со слезами. Он всего лишь убийца, примет ли его Сода обратно, когда всё закончится? Точнее, когда узнает всю правду о нём? Думать об этом совершенно не хотелось.

***

      Два года прошло с того момента. Саша загулял, отказываясь учиться, потому что стоило хоть на минуту протрезветь, ему сразу мерещился Джо. Да что уж говорить, он ему и пьяным уже видится. Только не знает, что те поцелуи возле туалета в клубах совсем не мираж и галлюцинации, а самые настоящие. Дима совсем по-настоящему зажимает его у стены, целует жадно, так, словно в последний раз, а Сода и не против, цепляясь пальцами за ворот чужой рубашки.       Их поцелуи совсем не нежные. В них кроется страсть и неподдельное желание обладать друг другом. Что поделать, если оба жадные до чёртиков? Правильно, наслаждаться этими короткими моментами, потому что когда парню становится хоть чуточку лучше, Димы уже нет, словно никогда и не существовало.       — Спиваться, это не лучшее решение.       — Если это единственный выход, чтобы увидеть его хотя бы на минуту, я готов пить хоть каждый день, — Саша уверен в своих словах как никогда. Он не совсем понимал, когда успел влюбиться, понял только, что без него жить не сможет. В его медкарте уже давно чёрным по белому стоит два диагноза: шизофрения, вызванная продолжительной депрессией. О приёме таблеток и речи идти не может, боится, что больше никогда не сможет увидеть его.       А Джо наблюдает за всем этим, понимая, что рушит жизнь любимого человека собственными руками. В какой-то момент он сдаётся и идёт к отцу, чтобы, наконец, покончить со всем этим, да только плата, о которой он не знал, оказалась слишком высокой. Кто-то передал все данные Саше. Вот так, без лишних слов, окончательно сломалась одна хрупкая жизнь.       Сода документы получает и сразу же их открывает, когда один остается. Лист за листом, руки дрожат с каждой прочитанной строчкой всё больше. Он даже не дочитывает, крик пропадает где-то в пустоте, от осознания того, что всё было реальностью. Его друг самый настоящий убийца. А ещё всё, что было в клубе, оказалась правдой. Камеры не могут врать. Жить после такого не хочется от слова совсем.       Быть или не быть? Вот в чём возникает вопрос, когда на кону стоит твоя жизнь. Стоит ли бороться, когда всё уже давным давно пошло на самотек? Или же всё же стоит отпустить и поддаться столь долгожданной свободе? Парень не знал. Он в тысячный раз смотрит в экран телефона, на котором загорается очередной вызов от когда-то близкого человека и блокирует его, а после и вовсе выключает, не желая слушать сейчас хоть кого-то. Он наслушался и насмотрелся, ему хватило.       От безысходности в петлю лезет, хоть и чертовски страшно. Выбор падает в пользу «не быть», но, кажется, и тут не ему решать. Входную дверь выбивают, а в следующую секунду крепкие руки со стула снимают. Он сопротивляется, пытается забраться обратно, потому что уже всё решил для себя.       — Не смей. Я больше не отпущу тебя, — Сода никогда и не думал, что в голосе Джо есть столько власти. Он замирает, словно только ото сна очнулся и медленно поворачивается к старшему, смотря прямо в его глаза. В них океан боли, но и столько же спокойствия и решимости.       — Ты просто галлюцинация, да? — у младшего, кажется, окончательно произошло помутнение рассудка. От здоровой психики осталось ровным счётом ничего. Он пальцами касается щеки, ведет по скуле, на которой яркий и совсем свежий синяк красуется, понимает, что Джо настоящий. — Почему ты ушёл, когда я так нуждался в тебе?       — Потому что тебя чуть не убили из-за меня. Я больше не мог подвергать тебя опасности, — не врёт. Умалчивает лишь о том, что всех обидчиков давно схоронил собственными руками. Крепче прижимает к себе и, наконец, целует уже по-настоящему. Больше не исчезнет.       — Я ненавижу и люблю тебя одновременно, — Сода смеётся прямо в поцелуй. Сопротивляться смысла уже нет, знает, что сколько бы не уходил, его всё равно найдут. Получается, остаётся только смириться? И такой вариант устроит, лишь бы быть рядом. Понимает, что без него точно больше не сможет.       — Я люблю тебя больше жизни, — Дима подхватывает хрупкое тело под бедра, прижимая к себе, Саша лишь льнет ближе. И даже пусть это самый страшный кошмар, но просыпаться совсем не хочется, потому что здесь есть он.

***

      — Если ты не купишь мне этот ёбанный шоколад, обещаю, домой можешь не возвращаться, — Сода кричит, а после сбрасывает вызов, откинув телефон куда-то в сторону. За три года многое изменилось. Сначала он переживал много истерик, попыток суицида, потому что находиться рядом с убийцей было невозможно, а когда он всё же уходил после многочисленных просьб, буквально через пару дней Саша просил вернуться.       К психотерапевту они стали ходить вместе, потому что младший заявил, что с ним всё хорошо, поэтому в кабинет его несли на руках под недовольные выкрики. Джо в каких-то моментах был непреклонен, поэтому Сода не мог подгадать, когда он действительно переходит границу. Такое поведение стало что-то типа проверки. Он не мог прогнать его сам, а спустя год это уже просто вошло в привычку.       Но и Дима иногда не выдерживал. В какой-то момент не сдержался и так сильно ударил по стене, что после еще месяца три ходил с загипсованной рукой. С Сашей всё же поговорил, тот разрыдался от понимания, что вёл себя довольно глупо. Больше так не делал, лишь иногда, так, для профилактики.       Он медленно шёл на поправку. Конечно, всё благодаря Диме, потому что без него бы не справился. Быть или не быть? Сейчас он может сказать уверенное «быть».