Спрос на танцующее тело

Толпа студентов медленно продвигалась в сторону дверей университета: кто-то что-то бурно обсуждал с одногруппниками, особо недовольные прошедшими выходными фыркали им в ответ, первокурсники, ступавшие во второй семестр с рухнувшими как карточный домик ожиданиями, нуждались в более продолжительном отдыхе, однако одна деталь оставалась неизменной — у каждого в руках красовался бумажный стаканчик с пряным согревающим кофе — тыквенным латте. Кажется, его можно назвать самым осенним напитком. Когда верхушки деревьев окрашиваются в золотистые цвета, а под ногами тяжело разглядеть кусочек асфальтированных дорог из-за опавших листьев, в любом уважающем себя кафе Сеула обновляется меню, помогая посетителям прочувствовать всю атмосферу осени. В университетском танцевальном зале группа студентов, что взяли класс современного танца, отрабатывали новые движение для ежегодного осеннего фестиваля. Молодые девушки в черных купальниках нервно перебирали ногами, пытаясь сосредоточиться на музыке, пока замученные парни разминали мышцы у балетного станка. — Я хуже группы в жизни своей не видела! — хромая женщина вскочила со своего стула с криками, стуча тростью по блестящему паркету, — Я не собираюсь больше с вами заниматься! Никчемные создания! Танцоры не успели перевести дыхание, как женщина уже вылетела из зала, бубня себе что-то под нос. — Почему она до сих пор не на пенсии? — выключая музыку, казалось, двухметровый парень присел на маленькую табуретку и вытянул длинные ноги. — Да какая разница, ХюнКи? — послышался женский голос из другого конца зала: девушка тяжело дышала, собирая со лба капельки пота белым полотенцем, — В любом случае пришлет на следующее занятие старшака, который сделает всю работу за неё. — На кого ставим в этот раз? — усмехнулся блондинчик, присаживаясь рядом с ХюнКи на пол. Каждый в танцевальном зале называл имена старшекурсников, которых вечно нахваливала преподавательница по современному танцу. У госпожи Кан нервы были ни к черту, видимо, из-за возраста, поэтому за подготовку к разным выступлениям всегда отвечали её любимчики с третьего или четвертого курса. На сайте университета не раз оставляли отзывы о той самой преподавательнице современного танца, но на них всегда находился ответ — стажировка для студентов. Чересчур глупое оправдание, но, похоже, госпожа Кан имела свои связи, раз до сих пор оставалась на этой должности. — Если честно, надеюсь, что госпожа Кан поставит Пак Чимина… — промычала под нос одна из танцовщиц, переводя взгляд на внимательно слушающую весь этот балаган девушку, — ДжаИн! Ты же знакома с Чимином, да? — Да, но я не слишком хорошо его знаю, — вставая но ноги, ДжаИн загребла в охапку все свои вещи, — Мы танцевали в прошлом семестре в одной постановке. Он действительно хорош! Улыбнувшись одногруппникам, ДжаИн поплелась в гримерку, чтобы подготовиться к следующей паре, которая начиналась не так скоро, но девушке было жизненно необходимо снять с себя прилипший к телу купальник. Её примеру последовали и остальные студенты, расходясь по гримерным. Слушать ворчание старой женщины было подобно пытке, поэтому, после почти двух часов нервотрепки, голова раскалывалась на две части. Лучшим решением в этой ситуации было занять последний ряд в аудитории и проспать пару по истории хореографического искусства. Каблук лаковых туфель стучал по идеально вымытой плитке коридора, пока торопящийся студент одаривал каждого своей ободряющей улыбкой. Пак Чимин был из тех людей, которые всегда улыбались, даже в самый паршивый день, и вместе с этим подавали пример остальным. Многие молились на то, чтобы именно с ним преподаватели поставили в пару или он подготавливал программу для выступления. Чимин отличался не только своей добродушностью, но и выделяющимися способностями. Если он брался за какую-то группу, то она обязательно выигрывала в конкурсе, не говоря уже о тех постановках, в которых парень участвовал сам в качестве танцора. ДжаИн открыто пялилась на пролетевшего мимо Чимина: солнечные очки закрывали красные от недосыпа глаза, черные брюки обтягивали накаченные ноги, а несколько первых расстёгнутых пуговок на белоснежной рубашке открывали обзор на острые ключицы. Свернув губы в тонкую трубочку, она тяжело выдохнула и, сжимая телефон в потных ладонях, понеслась следом за ним. Девочки в гримерной собрались вокруг одногруппницы, что была знакома с Чимином, и забрасывали вопросами о нем. Все в группе хотели, чтобы ДжаИн поговорила со знакомым о возможном кураторстве, а она не могла отказать. Ей самой хотелось поскорее избавиться от госпожи Кан и не столкнуться с таким же душным студентом со старшего курса. — Простите! — выкрикнула ДжаИн, стараясь остановить парня, — Чимин! Темная макушка в толпе остановилась, а ДжаИн вжалась головой в плечи, прокручивая свою просьбу в мыслях. Парень спустил очки на кончик носа, изучая прохожих в попытках найти обращавшуюся к нему девушку. — Чимин! — она помахала тому рукой, кланяясь в знак приветствия. — ДжаИн? — Чимин поклонился следом и, подбежав к ней, отвел в сторону, чтобы не мешаться на проходе, — К твоим услугам. — Вы уже нашли группу на фестиваль? — ДжаИн с трудом давались слова из-за стеснения. — Я не планировал вообще участвовать с осеннем фестивале, — развел руками парень и усмехнулся милой реакции ДжаИн, — У меня есть проект за стенами университета… ДжаИн подняла глаза полные мольбы. Уговорить Чимина на кураторство полностью легло на её плечи из-за какой-то жалкой постановки в прошлом, теперь, если госпожа Кан пришлет некомпетентного старшекурсника, то она будет ловить на себе до самого фестиваля и месяц после осуждающие взгляды. — Напомни-ка, с какого ты курса? — улыбка с лица Чимина пропала, и он слегка нахмурился. — Второй. — Ким ДжаИн, у тебя сейчас пара по истории хореографического искусства? — Чимин посмотрел на наручные часы, а после на кивающую собеседницу, — Прогуливать нехорошо, так что я зайду за тобой после неё, и пойдем в кафе неподалеку. — Хорошо, спасибо! — ДжаИн радостно поклонилась и быстро зашагала в сторону аудитории, расходясь с Чимином в разные стороны. «Откуда он знает мое расписание?» — шепетом проговорила ДжаИн и насупилась, перебирая всевозможные варианты. Она торопливо спускалась по лестнице, перепрыгивая две последние ступени и стараясь не столкнуться случайно с кем-то. «Неужели Чимин настолько внимательный, что помнит пары каждого курса с его направления?» — ДжаИн болтала сама с собой на ходу, пока её мыслительные потуги не прервала ЫнЭ. — Поговорила? — поддела плечом одногруппницу та, — Вся надежда на тебя. — Как сказать… — жуя губу, задумалась ДжаИн, а когда перевела взгляд на взволованную ЫнЭ, не смогла сдержать смешка, — Ты такая забавная. — Не переводи тему, ДжаИн! — капризничала ЫнЭ. — После этой пары мы пойдем в кафе. — Я не понимаю, — возмущенно трясла ДжаИн за плечо девушка, — Ты с ним о кураторстве договаривалась или на свидание позвала? — Я бы не отказалась от свидания, — испытывала терпение ЫнЭ Ким, почему получила ладошкой между лопаток, — Ауч! Убить меня вздумала? — Мне кажется, что это ты меня довести вздумала! — девушки задержались в огромных дверях, ведущих в аудиторию: на них пялились одногруппники из одной группы по современному танцу, — Объясняйся! — Он сейчас занят, поэтому даст ответ после этой пары. — пришлось немного соврать, не могла же ДжаИн сказать, что Пак Чимин позвал её в кафе, перед этим сказав, что прогуливать нехорошо. Под недовольные стоны остальных она поднялась на последний ряд, предвкушая сладкий утренний сон перед посиделками в кафе с милашкой с третьего курса, хоть, если бы не этот милашка, она могла получить свой тыквенный латте намного раньше, сходив в кофейню с одногруппниками, а не выискивать Чимина в коридорах университета. С началом пары вместо лица ДжаИн с последних рядов выглядывал только капюшон черной толстовки, которую она надевала каждый раз, когда утром было максимально лениво выбирать что-то посимпатичнее. Вообще, в шкафу девушки было сложно найти спортивную одежду: ДжаИн не была любительницей подобного стиля, предпочитая толстовкам и свитшотам — свитера, а спортивным брюкам — джинсы или длинные юбки. За свой нежный образ она получила милое прозвище на первом курсе. Тягучая слюнка скатывалась вниз на ткань толстовки, а тихое похрапывание ДжаИн было слышно только в том случае, если сесть девушке под бок. В принципе, что и сделал ХюнКи. — Я в жизни не слышал, чтобы девушка храпела. — пробирались сквозь сон мужские смешки, отчего ДжаИн слегка нахмурилась, постанывая, — Может, нам послать к Чимину кого посексуальнее, чтоб его заинтересовала не только возможность подготавливать второкурсников к бесполезному фестивалю. Аудиторию наполнил звонкий смех, но его быстро заткнул строгий тон Ынэ. — Представляешь, ХюнКи, девушки даже какают. Но откуда тебе знать, если ты ни разу в жизни с девушкой в одной постели не просыпался. — Да что ты знаешь о том, с кем я просыпался…было такое. — было видно, что эти слова задели парня за живое. — С мамашей? — Давай уже ДжаИн разбудим, иначе она проспит свиданку с третьекурсником и нашим будущим куратором. — перевел тему ХюнКи и начал трепать ДжаИн за плечо. — Обиделся, малыш… — притворно надула губки Ынэ, продолжая издеваться над парнем. — Ничего я не обиделся, ты ведешь себя как самая настоящая сучка, следи за словами! — Хюнки повысил голос и встал с длинной скамьи, резко пихая ДжаИн. Ее голова слетела с рук, и она сильно стукнулась о парту лбом. Мыча еще громче, девушка к тому же и захныкала, но этого не было слышно за громкими голосами двух ругающихся одногруппников. Пока ДжаИн пыталась раскрыть тяжелые веки, ХюнКи уже сбежал вниз по ступенькам и вышел из аудитории, не закрыв дверь. Взгляд метнулся на злобную Ынэ, от её вида мурашки пробежались по телу, а голова вжалась в плечи. — Просыпайся, ДжаИн. — на выдохе произнесла Ынэ и потрепала девушку по волосам. — Уже, как тут не проснуться то, — зевота захлестнула ДжаИн, почему пришлось сделать длинную паузу, — Тебе не жалко его? Знаешь же, что нравишься бедненькому, а сама так жестоко подкалываешь. — Ничего, подуется немного и прекратит. — Ынэ встала с парты и отряхнулась, — Ладно, я пойду и тебе советую, а то правда опоздаешь. В ответ девушка лишь согласно промычала и проводила взглядом уходящую одногруппницу, растянувшись на парте. Только спустя пару минут до ДжаИн дошел смысл сказанных ею слов. Она совсем забыла про встречу с Чимином в кафе. Схватив почти пустую спортивную сумку, ДжаИн молнией вылетела в наполненный людьми коридор. Она неслась сломя голову, расталкивая всех вокруг. Страх, что Чимин не захочет даже слушать девушку, заставлял колени подкашиваться. Неужели из-за такой глупости ей придется терпеть недовольные взгляды одногруппников несколько месяцев. Листья под ногами шуршали, слегка холодный ветерок опалял щечки ДжаИн, пробираясь под заправленные в толстовку волосы и морозя с потевшую от бега шею. Раз…надоедливый звоночек, оповещающий о новом посетителе, два…расположившийся на месте у окна Чимин, три…головокружение. ДжаИн почувствовала, как силы её покидают: комок подступал к горлу, желудок свело, перед глазами плыло, почти темнело. Схватившись за живот, она продолжила свою дневную пробежку в туалет. Не рассчитав скорости, ДжаИн влетела в стенку кабинки, ударяясь головой о нее, а после рухнула на закрытый крышкой унитаз. В голове все смешалось, появилась отдышка, в уголках глаз скопились слезы. ДжаИн не могла понять из-за чего точно: из-за полуобморочного состояния или из-за такого позора перед всеми находящимися в кафе. Она не представляля, как можно выйти обратно в зал и как ни в чем не бывало сделать заказ и поговорить с Чимином, о чем они изначально собирались. Прошло не меньше трех минут, как физически ДжаИн была уже готова вернуться из уборной, но назойливые мысли не позволяли сделать этого, почему она до сих пор пялилась на дверцу кабинки и нервно ковыряла кутикулу на ногтях. Из своеобразного астрала её вывели пару оповещений на телефоне. Пак Чимин: «Тебе лучше? Я волнуюсь». Пак Чимин: «Это Чимин». «Волнуется?» — озвучила свои мысли ДжаИн и слегка нахмурилась. Задумавшись откуда у Чимина её Какао, она вновь вернулась в свой мир. Голова гудела, а непонятные подозрения о парне сами всплывали в голове одно за другим. Теперь девушке не хотелось оказаться за одним столом с Чимином не только из-за позорного происшествия на входе в кафе. «Он что, сталкер?» — разговаривать сама с собой входило во вредные привычки ДжаИн, но она не особо видела в этом проблему. Крякнув что-то неразборчивое, ДжаИн все-таки набралась смелости и для начала вышла из кабинки, уставившись на себя в зеркало. Небольшие синяки под глазами, свежий прыщ на подбородке, дурацкая черная толстовка и безразмерные джинсы не украшали её, а из-за недавно произошедшего упадка сил к тому же и лицо приобрело нездоровый цвет. Состроивши недовольную мордашку, ДжаИн раздраженно подрыгала телом, пока в туалет не зашла одна из посетительниц, и теперь уже девушка убегала от позора из туалета. В принципе, ничего такого страшного, что представляла себе ДжаИн не произошло. Только сдавливающее чувство в груди, пока она шла мимо столиков, мешало сосредоточиться на одной точке, отчего ДжаИн неловко переводила взгляд от одного человека к другому, которые, как оказалось, не совсем то и были заинтересованы в девушке. Кроме одного. Его обеспокоенный вид заставил замешкаться ДжаИн на месте, отчего она пару секунд не знала, куда себя деть, и сначала села на одну сторону с Чимином, но позже пересела напротив для удобства. — Откуда у тебя мой номер? — сходу выпалила ДжаИн. — У тебя моего не осталось? — встречный вопрос освежил память девушке, и теперь она еще и чувствовала себя неимоверно глупой. — Черт…прости, я забыла, что мы обменивались из-за той постановки. Зеленоватый оттенок на лице ДжаИн сменил розовый, а её взгляд опустился вниз. Она опять ковыряла кутикулу, боясь сделать лишних движений. Показаться Чимину глупой и грубой последнее, что ей хотелось, но, видно, ДжаИн отлично с этим справлялась, как думала она. Чимин так не думал. Смущенная ДжаИн казалась ему безумно привлекательной, даже в простейшей толстовке, похожей на мешок, её феминность никуда не исчезала. — Я заказал тебе тыквенный латте и миндальные круассаны, надеюсь, что твои вкусы не изменились. — пододвигая тарелку с ароматным круассаном и чашку с еще не успевшим остыть напитком, Чимин выжидающе улыбнулся. — Ты такой внимательный. — оголяя ровный ряд зубов, ДжаИн счастливо похлопала в ладоши, набрасываясь на еду, — Спасибо большое! Пришли свой счет, чтобы я отдала деньги. С набитыми щеками ДжаИн попыталась сделать глоток тыквенного латте, но, обжигая язык, подпрыгнула на месте и активно замахала ладонью у рта, пытаясь его остудить. Чимин засмеялся. Его глаза превратились в две тоненькие ниточки, а носик забавно расширился, что заставило ДжаИн замереть на секунду. — Прости, я веду себя…в общем, я очень проголодалась, мне кажется, я из-за это чуть не упала в обморок. — попытки оправдаться выглядели также глупо, как и сегодняшнее поведение ДжаИн, — Еще раз прости… — Ничего, я понимаю, что тебе пришлось выискивать меня в коридорах вместо того, чтобы пойти и позавтракать с одногруппниками, — Чимин казался таким проницательным, в принципе, он таким и был, — И я тебя позвал в кафе, поэтому я и оплачу. — Но я чувствую себя неудобно. — ДжаИн и правда чувствовала себя так, ей хотелось побыстрее закончить разговор и, придя домой, выругаться в подушку. — Пожалуйста, позволь мне заплатить за тебя, — улыбка не слезала с его лица, разбивая сердце девушки на части, — Ты казалась всегда такой сдержанной, если честно, мне было приятно увидеть тебя с другой стороны. — Я даже не знаю, что сказать… — откашлявшись, ДжаИн положила половину круассана обратно на тарелку и взглянула Чимину в глаза, — Ты подумал о кураторстве? — Да, — из-за тяжелого вдоха парня ДжаИн сжала края толстовки под столом, — Я не смогу курировать вашу группу для фестиваля, но мой друг готов взять на себя эту работу, — заприметив отчаяние в глазах девушки, Чимин продолжил, — Не волнуйся, он действительно способный и веселый парень. Тем более, если будут какие-то проблемы, то я смогу помочь, ведь мы с ним хорошие приятели. — Спасибо, — прозвучало немного недовольно, отчего ДжаИн встрепенулась, — Нет, правда, спасибо больше, что не просто отказал, а нашел достойную замену. Никто не может быть достойнее Чимина. ДжаИн знала это. — Скажите спасибо ДжиУ, он даже не думал над ответом, когда я ему предложил. — внезапное оповещение перебило Чимина, и он, посмотрев на экран телефона и нахмурившись, будто завис, — Я бы тебя проводил, но на работе что-то хотят от меня, извини. — Нет, все хорошо, иди. Чимин вышел из-за стола и попрощался с девушкой, лишь на мгновение отрываясь от мобильника. Табун мурашек прошелся по телу, когда он оказался на улице, но застегнуть косуху даже не пришло ему в голову. Сеул сегодня не мог порадовать стабильной погодой. Еще с утра небо было затянуло непроглядными серыми тучами, но ближе к обеду они рассосались, позволяя солнцу нагревать теплыми лучиками землю. Однако буквально за секунду эту прекрасную картину испортил моросящий дождик и прохладный ветер, из-за которого было невозможно прочувствовать все пятнадцать градусов тепла, о которых так активно вещали синоптики в новостях. В принципе, на Чимина это никак не влияло. Он сам был сродни нестабильной погоде. О какой стабильности вообще может идти речь, когда внутри тебя происходит ураган из противоречий, который остальные не должны видеть, иначе сколько гадких слов ты сможешь услышать в свою сторону.