Красные цвети

Бамблби сплевывает очередной комок из крови, слюны и лепестков. Кажется, он моет раковину на их базе чаще, чем уборщики. Это же закончится? Сегодня их больше, чем обычно. И мне хуже. Если бы его спросили, когда это началось он бы показал запись в блокноте, куда он позже стал записывать свое состояние и симптомы. А вот если бы его спросили, когда он влюбился в своего командира ответить будет сложнее. Он перешел в этот отдел сразу после выпуска из военной академии Иакона. Он хотел помогать и быть полезным и поэтому сразу попросился в спецотряд Прайма. С его оценками и показателями на тренировках это было легко, да и сам Оптимус, который наблюдал за кадетами кажется его заприметил. И первая же вылазка показала, что его старания окупились. И пусть не обошлось без ошибок. Но Прайм сказал, что для первого раза это было очень хорошо. И что-то внутри Бамблби переклинило, он прижал руку к сердцу, даже не заметив этого. Он попросил персональную тренировку с Праймом, отработать ошибки и научить его паре новых приемов. На фоне все больше и больше разгорающегося конфликта нужно постоянно улучшать свои навыки. А дальше, все произошло само собой. Все чаще они тренировались вместе, Прайм оказался очень внимательным и заботливым. Его тон всегда был добрым и этим он резко выделялся на фоне тех же учителей инструкторов из Академии, всегда строгих и немного холодных. - У тебя отлично получается. У тебя хорошие способности. – улыбается Прайм, когда Бамблби валит его на пол новым броском. Бамблби кивает и тоже улыбается, показывая жестом «спасибо» и протягивает руку, помогая командиру встать. - Тебе стоит больше внимания уделять быстрым и внезапным приемам. С твоей комплекцией и скоростью это будет давать тебе преимущество. – снова кивок от подчиненного. Прайм, наверное, быстрее всех привык к общению с Бамблби, лишенного голоса. Пусть он и носил небольшой преобразователь речи это было не самое удобное и легче было общаться жестами. И спустя какой-то месяц Прайм начал ими пользоваться. Оказалось, он нашел несколько файлов с ними и понемногу учил, чтобы общаться с таким необычным подчиненным. В тот день в раковину упал первый лепесток. Оптимус всегда был добр к подчиненным, поступал по справедливости и оберегал, как мог. Иногда казалось, что он немного не от мира сего, ведь такими правильными обычно только герои древних сказаний были, а никак не реальные люди. Разведчик вышел из их базы. Достал сигарету из кармана и уставился вдаль. Кибертрон был очень красивым, даже в сравнении с лунами и ближайшими планетами. Невероятные строения, которые казалось, нарушают законы физики своими формами, пропорциями, словно архитектор бросал вызов природе, Вселенной и Создателям. Небо с двумя лунами и россыпью звезд темно-темное. Он сделал вдох и тут же закашлял. Легкие горели огнем, словно дым застрял, стал твердой и сухой почвой. - Что с тобой? – откуда взялась Арси разведчик потом не понял, но она аккуратно обняла его за плечи и повела в здание, опуская на скамью в раздевалке. - Можешь не отнекиваться. Ты сдерживаешься, но у тебя с уголка губ течет кровь. – Арси встала перед ним, скрестив руки на груди. Она была суровой, как и большинство в Академии, но то ли под руководством Прайма, то ли по собственному характеру была более мягкой и по своему заботливой. - Это… ханахаки. - И готова спорить это Прайм? – подняла бровь Арси. Шок на лице разведчика не требовал перевода. - Это не сложно. Но ты первый, кто полюбил нашего праведника до такого состояния. Даже не знаю, как он еще не заметил, ты ведь все время рядом с ним. Вот что. Поговори с ним после сегодняшнего задания. У него уйдет часа два на отчет, а ты как раз сможешь подготовится к разговору. - Не уверен, что правда стоит. – быстро набрал Бамблби поникая. - Тогда ты умрешь. – пожала плечами Арси. Она казалась равнодушной, но Бамблби уже научился читать ее эмоции. Она правда волновалась. – А этого я не хочу. Не скажешь сам - расскажу я. Ты ценный разведчик, так, что даже, как просто старший офицер, я должна это сделать. -Не надо! Я сам! – юноша вскочил одновременно тыкая в лицо Арси и пытаясь печатать. - Хорошо. – она улыбнулась. – Я проверю. *** Трое. Слева. Автоматы. Бамблби быстро настучал морзянкой то, что видел. Маленький и незаметный среди темных зданий и ярких желтых полосок света, он подошел почти вплотную к основному строению. Задание простое – сфотографировать все что можно для доказательств в суде и дать им как можно больше информации для штурма. Пойду. Вперед. Брешь в охране. - Не стоит. – Прайм отвечает голосом. – Материала достаточно. Ждите. - И что это значит? – недоуменно спросила Арси. Они и так ждали. Одна из крыш далеких зданий с такими удобными вентиляционными блоками давали много тени, вполне достаточно для их небольшого отряда. Прайм, Арси, Уилджек. Девушка хмыкнула. Кажется, она единственная без балаклавы. - Не знаю. Надеюсь, Бамблби будет слушать приказ. Он ведь надеж… Я. Внутри. Близко. Лица. Четко. - …ный. Би, нет! Уходи немедленно! Все. В. Порядке. - Арси, вытащи его оттуда. Тихо. Арси уже двинулась вперед, легко спрыгивая на крышу следующего здания. С ее аномальным ростом незаметна даже на почти открытом пространстве. Но уже через десяток метров она поняла, что скрываться не надо и бежит она уже не одна. Из строения, где был Бамблби раздались выстрелы. - Как они его заметили?! Это случалось буквально раз-два! – Арси все равно была первой, кто ворвался внутрь. Два выстрела в потолок, все отвлекаются на нее и дальше уже работают Прайм и рэкер. Арси бежит к одному из ящиков из-за которого уже вытекает небольшая лужа крови. - Как они тебя заметили? – рычит она на разведчика зажимая рану на бедре. Достает подсумок, прижимает стерильную ткань. Поднимает голову на его лицо. На подбородке уже подсохшая корочка крови и вопрос отпадает. – Говорила не стоит идти. - закинув руку разведчика себе на плечо и обняв его за талию она медленно пошла к выходу, стараясь не попасть под перестрелку сбоку. - Помрешь и Прайм будет тебя оплакивать. Бамблби теряет сознание где-то за десять метров после выхода, возле стены ближайшего здания, где они с Арси остановились дождаться Рэтчета. Последней мыслью было, что кажется он опередил смерть. *** Тихое гудение приборов было первым, что он услышал. Палата на их базе, он уже был тут. На попытку встать тело не отреагировало, зато запищал прибор, моментально провоцируя шаги за дверью. - Отсутствия голоса тебя мало? Жизнь тоже не особо нужна? – Рэтчет устало хмурился, очки не скрывали темных кругов под глазами и было ясно, что он провел несколько дней без нормально сна, следя за пациентом. – И да, знаешь, мне было бы легче тебя лечить и понять, что вообще с тобой делать, если бы я знал обо всех твоих болезнях. – устало потер пальцами переносицу. Вздохнул и переставил ближе к кровати стоящий рядом стул. – Кровь пару часов не будет волновать тебя, я немного почистил все. Но боль никуда не уйдет. – медик внимательно посмотрел на разведчика. – И только не говори, что ты влюбился в кого-то из команды. Бамблби опустил взгляд. -Хуже - О нет. – Рэтчет устало вздохнул. – Прайм? Голова опустилась еще ниже, теперь было видно только желтую макушку. - Праймус, за что? В любом случае тебе надо рассказать ему об этом. Ты не можешь работать в таком состоянии. И да, я присоединяюсь к угрозам Арси. не расскажешь ты – расскажем мы. Возможно еще и Уилджека позовем и поверь ты не захочешь, чтоб Прайму о твоей в него влюбленности рассказывал Уилджек. – он вздохнул, кажется на секунду что-то вспоминая. – Он скоро придет. Ты пришел в себя, и он захочет тебя проведать. Так что отдыхай и готовься. - Готовится? Да как к такому можно подготовится… Но Рэтчет уже вышел. - Здравствуй, Бамблби. Как ты себя чувствуешь? – мягко улыбаясь спросил Прайм, едва зашел в палату. - Нормально. Ничего не болит. - Рэтчет хорошо о тебе позаботился. Но нам нужно поговорить. – он перестал улыбаться. – И даже не о том, что ты нарушил приказ. Это было ожидаемо. Но вопрос в другом. Как они тебя заметили? Такое было лишь несколько раз в начале. После – ни разу. С тобой все хорошо? Бамблби понял, что не может ответить. Просто потому, что рядом с Праймом его наконец-то перестала мучать жуткая боль в легких. Пока тот рядом, он может дышать. - Бамблби? – Оптимус приподнимет бровь. Он очень редко использует этот жест, почти всегда на одной из связисток, Мико. И означает он «ты же понимаешь, что я все равно узнаю правду, а тебя потом ждет наказание?» - Я… болен. Сильно. - Почему не рассказал Рэтчету? - Не поможет. – разведчик лишь слегка отодвинул ворот рубашки. Сквозь кожу пробивался первый цветок. Нежные и тонкие лепестки фиолетового с красным. Повисла тишина. Лицо Прайма не выражало ничего, словно он робот, которому дали нелогическую задачу. - Ты влюблен. В… меня? – Прайм посмотрел на него внимательно. – Поэтому на тренировках я ничего не заметил. И снова тишина. А потом Оптимус тихо засмеялся и упал рядом с кроватью, обнимая юношу и утыкаясь головой куда-то ему в живот. - Я не знаю почему ты заболел ханахаки. Ведь я люблю тебя. Давно. С первой встречи. – сказал он, тепло улыбаясь и аккуратно поцеловал своего разведчика, мягко и ненастойчиво. А Бамблби вцепился пальцами в широкие плечи, чувствуя, как боль уходит из легких и сердце щемит от счастья.