Вечерами в таверне

Был уже далеко за вечер, освещали таверну лишь теплые лампы, мелодия бардов сошла на нет. Почти все посетители либо напились и убежали на улицу, либо давно покинули заведение. Лишь Венти и Дилюк оставались в таверне вдвоем, и единственным источником звука в зале были только их ровные дыхания. — Вот это ночка была... — пробормотал Венти. По его виду и нельзя было сказать, что это – архонт. Красные от опьянения щеки, откинутый куда-то далеко плащ и запотевший лоб. Его мозолистые от лука и стрел пальцы держали стакан, а сам он не то, что сидел – скорее, разлегся на барной стойке. — Бард, ты собираешься уходить? — М-м-м, хотите от меня избавиться, Мастер Дилюк? Не хотел. На самом деле, компания барда иногда была приятной – он не задавал лишних вопросов Дилюку, и в ответ Рагнвингдр не лез в дела Венти. Он был прекрасным слушателем, когда не был пьян в стельку... хотя, а могут ли боги напиться? Стоп, было не время о таком думать, – промелькнуло в мыслях Дилюка. — Я хочу закрыть заведение и пойти домой, но я не могу же тебя здесь на ночь оставить. Тем более запереть. — Я не против... здесь тепло... и вином пахнет. У Дилюка за тяжелый рабочий день энергия потратилась, поэтому сил на спор не было. Ничего страшного, если один день он поиграет поо правилам барда. Но вот водички дать Венти хотелось — а то тот совсем... — Тебе может хоть воды принести? — устало вздохнул бармен. — М? Мастер Дилюк, Вы слишком добры... но как такой скромный бард как я может отказаться? Давайте! — Я воду несу, не водку. Венти заявление проигнорировал и начал с терпением солдата ждать свою воду. По-тихонько поднимая будто свинцовую голову со стола, он оглянулся. Никого не было. — Ой, а куда все делись? — Ушли еще пять часов назад. — Ого... я и не заметил. Кажется, время опять для меня пролетело незаметно, хах. Что-то в смешке было очень горькое, но Дилюк не стал спрашивать. Однако, о скоротечности времени задумался – настолько, что чуть не уронил стакан. Спасибо опыту работы бармена, с ловкостью кошки он его удержал в руке. — Держи, бард, выпей хоть. Венти чуть ли не замурчал при виде воды, и быстрыми глотками закончил её за один присест. Холодная. Освежающая. Дилюк мирно наблюдал за постепенно отходящим юным (очень, очень старым) алкоголиком. Названный алкоголик с счастливым вздохом потянулся и посмотрел за его спину. — А это что? — спросил он, указывая пальцем. Дилюк обернулся – Венти указывал на старую красочную вазу стоящую на полке, — её раньше здесь не было. — Я принес её из Винокурни, — серьёзно произнес Дилюк, — она не подходила под интерьер там. Подумал, может хоть здесь будет хорошо смотреться. — Она не похожа на ваш стиль. Выглядит очень по-Сумерски... ещё и узоры какие, ух! Это что, паттерн Ранголи? Дилюк был без понятия, что такое «паттерн Ранголи», почему Венти ваза напоминала Сумеру и зачем он вообще про неё расспрашивал. Ему не хотелось говорить об этом предмете декора – слишком личная история была связана с уже знаменитой вазой. С другой... может, и вправду стоило открыться Венти? Из всех людей, Барбатос точно мог знать ответы на его личные переживания. Но делать этого все равно не хотелось. — Бард, ты скоро хоть пойдешь уже? Я домой хочу. — Да-да... а все же, Мастер Дилюк, я не ожидал от Вас любви к Сумерской культуре! Знаете, общался я как-то с Рук– — Лорд Барбатос помоги мне... — М? — А, точно. Лорд Барбатос, не помогай. Бард, вон. Венти приложил руку ко лбу, смотря на Дилюка глазами очень обиженного кота. Драматизму барду было не занимать. — Да ладно-о-о Вам! Вы что, не любите со мной общайтся! И вообще... я не уйду, пока не скажите откуда такая ваза хорошая! Прелестная, просто невероятная! Столько истории... ох, как я давно не был в Сумеру! Рагнвингдр медленно набрал в грудь воздуха, морально готовясь к аду. И что вообще его тянуло ставить эту вазу сюда? — Она была подарена мной сэром Кэйей после того, как он оказался виновен в разрушении моей прошлой. Я не знаю, почему он решил купить именно такую вазу. Венти с интересом слушал, оперся на стойку и поддержал щеку кулаком. — Сэр Кэйя? Любопытный он человек, любопытный... — произнес он, улыбаясь, — конечно, у него свои секреты... но у кого их нет? И как вам ваза от Сэра Кэйи? — Уродливая до жути. — Ну что вы так! А зачем держите? — Это грубо, выкидывать чужие подарки, — устало выдохнул Дилюк. — А как вам Сэр Кэйя, Мастер Дилюк? Что? Зачем ему знать об его отношениях с Кэйей? Дилюк знал, что в его словах и действиях, – и том, как он начал про вазу болтать, и том как он своим словесным штормом распутывал бармену язык. Но мотива Барбатоса Дилюк не понимал. И навряд ли поймёт, все же – куда ему, смертному простому гражданину соревноваться в проницательности с самим Анемо Архонтом? — Бард, я честно не знаю чего ты хочешь, но я правда не в настроении. — Ага! — победно воскликнул Венти, — значит что-то случилось у вас двоих, да? — Пф, и с чего у тебя мысли такие? — Мастер Дилюк, вы все время пытаетесь сменить тему когда я у вас про Кэйю спрашиваю! И вообще... это любому понятно, если посмотреть на ваши взаимодействия. Дилюк изумился. Конечно, он не был мастером маскировки, однако чтобы его можно было настолько легче прочитать? Неужели его взаимоотношения с Кэйей были настолько очевидны для других? Венти внезапно схватил его ладонь и мягко начал поглаживать своим большим пальцем. Язык любви и заботы Венти – физический контакт, и хотя Дилюк был к этому не привычен... иногда даже такое действие спасало от тактильного голода. — Неужели это настолько очевидно? — он хмыкнул, не убирая ладонь. — Может и очевидно, может и нет... ветру все равно, он раскроет любой орешек, — подмигнул Венти. С каждым предложением барда Дилюк все больше и больше запутывался в метафорах, которые даже не факт что таковыми являются. Барды они такие – говорящие загадками. Только вот типичный бард не обладал таким уровнем проницательности как у Венти. Дилюк посмотрел на его лицо и... удивился. Венти смотрел на него так, как смотрели родители на любопытных детей. Нежно, тепло и очень ласково. Но со своей доли строгости, мотивирующей открыться и перестать быть скрывающим все ото всех бараном. Конечно, у него были глаза зелёные – а зелёный совсем не красный, – да и волосы были темными черными, а не яркими и уникальными в своем роде. Даже бороды у Венти не было – и все равно, он со всеми своими отличиями был так похож на Крепуса. Может, Дилюку и вправду нужно было... поделиться, получить совет от человека с опытом. Для Венти его тяжелая и глубокая внутренняя драма была тривиальной проблемой смертных, легко решаемая за пару хорошо отточенных психологических трюков. Но он все равно будет сидеть здесь и выслушивать переживания Дилюка – направлять его эмоции в правильное русло. Это слишком... слишком, слишком похоже на отца. Венти не говорил ни слова – он был нехарактерно тих. Давал пространство. Возможность подумать. А Дилюк... Дилюк знал, что пора уже заканчивать бежать от проблем и утопать их в бесконечной работе. Перестать притворяться жертвой и лгать себе. Сразиться со внутренними демонами и одним внешним – синим, обыкновенно пьяным и одноглазым. Пора. — Ты слышал про Урсу Тэ Дрэйка?