Предел

—Я так рада, что ты меня пригласила. Провести время с тобой.. Это действительно важно для меня,—ясные, переливающиеся нежными оттенками глаза Гань Юй сверкают милой благодарностью, когда она смотрит на девушку по другую сторону небольшого стола. —Это взаимно,—Люмин улыбается в ответ, отпивая чай из своей кружки и протягивая руку в тарелку с печеньем, но касаясь пальцами только холодной поверхности. —Так, а где..? Паймон! —Фто?—спрашивает спутница с набитым ртом и переводит взгляд туда, куда указывает Путешественница.—Это не Паймон!—спешно отвечает она, держа в руке надкушенное печенье. Люмин кидает на неё утомленный взгляд из под полуопущенных век. А Гань Юй смотрит на них с искренней улыбкой на губах. Как же она скучала по ним. —Ладно, пойду за новой порции. Гань Юй, следи, что бы эта обжора не стащила что-нибудь ещё,—на веселе девушка уходит на кухню, слыша вдогонку предупредительное «эй!» от Паймон. —В таком случае.. Возьми ещё пирожные, которые ты готовила сегодня,—хихикая, договаривает консерва. —Не лопнешь?—улыбаясь, спрашивает Люмин,—Я вообще-то для Гань Юй их берегла от тебя. —Ой, не стоило.. —девушка смущённо уводит взгляд. Она не привыкла к заботе со стороны других, но с Люмин всё по-другому.. —Ещё как стоило. Мы ведь так редко видимся! И ты постоянно в работе. У тебя вообще есть время на еду? —Ну-у, когда как.. Обычно всё свободное время я трачу на сон, ем уже в процессе работы, если повезёт. —Ужас какой-то. Так, не выпущу тебя отсюда, пока не съешь хотя бы два,—с самым серьезным видом Путешественница ставит перед ней поднос с пирожными. —Ахах, хорошо! Хотя, я не прочь тут остаться.. Люмин улыбается. Смотреть на такую веселую и расслабленную Гань Юй куда лучше, чем на ту, которая с утра до ночи в спешке бегает по всему Ли Юэ с очередными поручениями, стараясь сделать всё точно и идеально. Что, не смотря на плотный график, ей удается. Возвращаясь на кухню, чтобы разбавить себе кипятком уже немного остывший чай, взгляд Люмин цепляется за тарелку, прикрытую кружевной салфеткой. Задумавшись, она никак не может припомнить, что ещё могла приготовить за этот день. Приподняв край ткани, её взору открывается аккуратно разложенный на тарелке и украшенный по бокам листьями миндальный тофу. В её янтарных глазах промелькает тень грусти и она уже без улыбки обращается к сидящей девушке. —А ты не встречала сегодня Сяо? Я его тоже приглашала, а он до сих пор не пришёл.. Гань Юй мрачнеет. —Не видела. Скорее всего он занят. Может, придёт позже? Люмин с сомнением бросает взгляд на настенные часы. Паймон видит, что атмосфера постепенно углубляется в тоску, и решает немного разрядить обстановку. —Сяо точно придёт! Он ведь не отказался от приглашения, а это уже говорит о многом. —И то верно,—с надеждой произносит Путешественница, чуть приподнимая уголки губ.—Ну, ладно, надо съесть пирожные до его прихода.. —Будет знать, как опаздывать,—подбадривает её Паймон,—Чур, вот этот мой! —Я это говорила Гань Юй. —Эй, это нечестно!—консерва показушно надувается, складывая руки перед собой. —Пирожные просто восхитительны. Я не буду сочувствовать Сяо, если он не успеет,—довольно произносит Гань Юй, с наслаждением уплетая лакомство. —Вот ты какая оказывается.. А всё прикидываешься скромной и невинной,—подшучивает Люмин. —Нет, просто с тобой я ощущаю себя.. Как дома. Так можно назвать это чувство..? —Возможно,—задумчиво отвечает Люмин, поворачивая в руках пирожное и любуясь своим творением.

***

Обломки механизмов, испачканные в темной крови хилличурлов. Грязная вода в ручье. Чёрное небо, затянутое облаками. Приоткрытый рот и тяжёлое, болезненное дыхание. С плеча капает кровь, стекая по руке к ладони, пропитывая алым зажатый между пальцами билет с приглашением в Чайник. Голову ломит от боли и до скрежета зубов сжав челюсти, Якса опирается на копьё, приподнимаясь. Из ноги торчит обломок механической клешни рутинного охотника. С гортанным рыком он одним резким движением вырывает острый предмет, чувствуя, как начинает хлестать кровь из раны. Осев на землю, Сяо поднимает руку с билетом. Он не хочет являться им в таком виде. Особенно Гань Юй. Что она подумает, увидев своего «наставника» таким? Но выбора у него особого нет. Умереть так глупо он тоже не хочет.

***

Чай давно выпит, пирожные съедены, Паймон уже спит в своей комнате. Девушки коротают время за рассказом Гань Юй о своём недавнем поручении от Нин Гуан. Люмин слушает вполслуха, то и дело бросая мрачные взгляды на часы. Цилинь понимает её настрой и обрывается на полуслове. Ей тоже не по себе, Сяо вполне мог быть не в состоянии прийти, учитывая всю его деятельность. —Что ж, похоже, он не придёт. Я могу выделить комнату, а то темно уже, почему бы тебе не остаться?—улыбнувшись, спрашивает Люмин. —Спасибо большое. Но я не хочу тебя напрягать.. —Глупости. Тебе ведь ночью.. —девушка обрывается, вспоминая, что Гань Юй работает и в сумерках,—Этой ночью никуда не надо? Бери пример с Паймон, она там вовсю храпит уже. И я зря что-ли организовывала комнату в стиле Ли Юэ? —Действительно не стоило, ты слишком добра. Но твои труды не должны пропасть даром, я принимаю предложение,—Гань Юй немного неловко улыбается в ответ. —Хорошо, тогда сейчас я со стола уберу. —Давай помогу. —Не надо, ты ведь гость. —Это ничего не меняет.

***

Пока они разбираются с посудой и тем, кто её должен мыть, Сяо появляется перед входной дверью. Первым его замечает Пухляш, как обычно парящий на крыльце. В его глаза тут же брасаются темные пятна на одежде. Ничего не спрашивая, Дух Чайника открывает дверь, сразу из прихожей вылетая в просторную гостиную, где пребывают девушки. —Хозяйка.. —зовет он Люмин,—Там к вам гость и он в не слишком хорошем состоянии.. —Это.. —Гань Юй в спешке бросает посуду в раковину, убегая в прихожую. За ней поспевает Люмин. На пороге, облокатившись на копьё, стоит Адепт и действительно выглядит он «неважно». —Сяо!—вскрикивает Цилинь, рука её тянется к его щеке, но она опомнившись, одёргивает себя. Якса морщится от резкого звука. —Не кричи,—выходит хрипло и тихо. И он хмурится, будто злясь на себя. Люмин подходит к нему с не менее обеспокоенным выражением лица. Смотря на их тревожность, Якса чувствует волну стыда и ненависти к себе, накрывающую его с головой. Он заставляет их волноваться. Лучше бы не приходил, сам бы как-нибудь справился. Но думать об этом, когда он уже стоит перед ними, поздно. Первой поддаётся вперёд Люмин, аккуратно берёт его в районе талии, помогая опереться на себя. Гань Юй перехватывает древко копья и не найдя куда его можно деть, убирает в подставку для зонтов. Путешественница меняет положение, подхватывая его под руку, а Цилинь поддерживает сзади. —Где ты хранишь лекарства?—спрашивает Гань Юй у Люмин. —Я принесу. Давай в ту комнату,—она указывает на ближайшую дверь от прихожей. Девушка согласно кивает. Войдя в помещение, они усаживают его на кушетку. Сяо не противиться. Путешественница уходит за аптечкой, а Гань Юй находит ведра с холодной водой и подготавливает угли в камине. К тому времени Люмин возвращается с увесистым пакетом в руках. —Тут есть мазь от Бай Чжу. Она помогает как и обычным людям, так и Ци Ци. Может и тебе..? —Для Адептов нужно лекарство сильней,—отзывается Сяо. —Подходящего у нас нет, но это все равно будет лучше, чем ничего. —Не трать понапрасну средства,—произносит Якса. Люмин только одаривает его хмурым взглядом и подходит к Гань Юй. Та уже заканчивает с подогревом воды и ставит ведро рядом с кушеткой. Достав из пакета ткань, Цилинь смачивает её в воде, осторожно прикасаясь к раненому плечу. Адепт жмурится, но молчит, терпит. Паймон просыпается от возни и шума за стеной. Лениво открыв глаза, она поднимается, вылетая в коридор. В соседней комнате дверь нараспашку, и она заинтересованно заглядывает туда. Оказавшись в помещение, в нос ударяет запах свежей крови и мазей. —Ой, Сяо, а что.. —приглядевшись, спутница замечает его искривленное выражение лица и общую обстановку. —О, Паймон, раз ты здесь, принеси ещё один чистый кусок ткани,—произносит Люмин, помогая Гань Юй закрепить бинт на плече. Она немного в шоке, но без лишних вопросов улетает в прихожую, начиная обыск ящиков. —Сяо, ты как?—Цилинь ласково поглаживает его по спине, заглядывая в медовые глаза. —Нормально,—грубее, чем следует отвечает Адепт, но позже добавляет уже тише и чуточку мягче,—Спасибо.. Люмин с улыбкой наблюдает за ними со стороны и немного подождав, снова возвращается к «работе». —Надо снять с тебя верх,—серьезно произносит она, садясь на кушетку и принимаясь аккуратно расстёгивать замочек его ожерелья на шее. —Не нужно,—он мотает головой, отодвигаясь от неё, но с другой стороны сидит Гань Юй, которая полностью поддерживает решение Люмин. —Одежду всё равно надо будет постирать и зашить. Не будешь же ты ходить в окровавленном.. —продолжает настаивать Путешественница. —Я всё потом сделаю сам,—упрямится Сяо, перемещая взгляд на Гань Юй, но та только качает головой и берёт его за руки, осторожно поднимая их, пока Люмин стягивает с него безрукавку. Якса хмурится, но позволяет себя раздеть. За основой следуют перчатки, прикрепленный рукав и другие мелкие детали гардероба. К тому времени прилетает Паймон со стопкой разных мягких тканей. —Вот!—она плюхает охапку на колени Путешественнице. —Спасибо, Паймон,—улыбнувшись, она отрывает от одной тряпки половину, окуная в воду. Сяо с каплей негодования наблюдает за её действиями. —Не надо было, ткань дорогая. —Для благого дела не жалко,—отмахивается Люмин, прикладывая мокрый край к одному из порезов на груди. Якса вновь жмурится, тихо шипя сквозь стиснутые зубы. —Паймон может ещё чем-нибудь помочь?—спутница маячит рядом с сочувствием поглядывая на Адепта. —Возможно твоя помощь ещё понадобится,—произносит Путешественница, и эта новость явно радует консерву. Гань Юй смывает кровь с шеи, пальцами придерживая подбородок. Сяо слабо противиться, скорее просто из вредности. Паймон же находит себе занятие и стирает использованные ткани в деревянном тазу, пока девушки занимаются ранами. —Не сопротивляйся, тебе же лучше делаем,—произносит Люмин и улыбнувшись, кладёт руку ему на голову, взъерошивая волосы. В любой другой ситуации она бы и не подумала позволять себе такую «наглость». Сяо кидает на неё недовольный взгляд, но сидит смирно. —Нужно осмотреть твою ногу,—через какое-то время подаёт голос Гань Юй и тянется к ремню на штанах. Адепт опережает её и сам вынимает его из первых двух петель. Люмин к тому времени отдаёт испачканные ткани Паймон и садится на корточки рядом с его ногами и осторожно, чтобы не потревожить рану, стягивает штаны. Сяо уводит взгляд в сторону, пока Путешественница со всем вниманием изучает повреждение. Не то чтобы он стесняется наготы, но сидеть в одном нижнем белье перед двумя такими заботливыми и чуткими девушками действительно немного.. Неловко. Паймон заканчивает стирку и отдаёт свежие ткани, на что получает благодарную улыбку от Люмин. —Гань Юй, сходи на второй этаж, там в шкафу лежит домашняя одежда. Цилинь кивает и бодрым шагом отправляется к лестнице. А Путешественница продолжает аккуратно промывать рану, слыша тихое мычание с уст Адепта. Она поднимает голову, чтобы посмотреть на его лицо. Глаза зажмурены, а складки на лбу говорят о напряжении. Девушка протягивает руку, мягко касаясь щеки и поглаживая в попытке успокоить. Сяо бросает на неё вопросительный взгляд из полуприкрытых век. —Кто тебя так?—с сочувствием в голосе спрашивает Люмин. —В долине Гуйли неспокойно. Не бери в голову,—он чуточку расслабляется, когда её ловкие пальцы заправляют бирюзовую прядь за ухо, щекотно проводя по мокрой шее. —Завтра обязательно пойдем туда и Гань Юй возьмём!—встревает в разговор Паймон, довольно улыбаясь и ставя руки в боки. —Мы отомстим за тебя,—подхватывает Люмин, поднимая кончики губ. —Я ради этого даже возьму отгул у Нин Гуан,—в проходе появляется Цилинь с одеждой в руках. Сяо только хмыкает, но в груди разливается тепло. Приятно осознавать, что есть те, кому ты не безразличен. —Люмин, в твоём шкафу одни платья.. Я оттуда взяла халат, не возражаешь? —Конечно нет. А платье ты не взяла? —Аа.. Нет, зачем?—Гань Юй недоуменно хлопает ресницами. —Может быть подошло.. —Путешественница оценивающе проходится взглядом по талии Яксы,—Ну, разве что было бы немного узко в плечах, а так.. —Смеешься?—Сяо смотрит на неё с недоверчивым прищуром. —Конечно нет,—она улыбается,—ты мог бы примерить. —Нет. —Ну, как хочешь,—пожимает плечами Люмин, не убирая улыбки. Через некоторое время Путешественница возвращает себе серьезный вид, вытаскивая нитку и иголку, готовясь зашивать рану. Гань Юй расправляет халат и заходит Сяо за спину, помогая ему одеться. Теплая ткань приятно ложится на тело, а Цилинь наклоняется с трепетом поправляя складки воротника и обжигая кожу горячим дыханием, что заставляет Адепта мелко вздрогнуть. Тем временем Люмин, вставив нитку в ушко иголки, устраивается поудобнее на полу рядом с раненой ногой и принимается за работу. Сяо прикусывает губу, чувствуя покалывание, а затем боль, быстро распространяющуюся по телу и будто бьющую по всем нервным клеткам. Гань Юй шепчет что-то успокаивающее и робко приобнимает со спины, скрещивая руки на его груди. Адепт от таких действий пребывает в некотором смятении, но не реагирует. А Паймон в это время летит на кухню заваривать ещё одну кружку чая, только теперь уже для Яксы. Люмин с максимальной осторожностью заканчивает последний штрих и разматывает моток бинтов, неспеша накладывая повязку. Закрепив, она поднимается с пола, внимательно оглядывая Адепта. —Всё хорошо? Сяо медленно кивает и берёт Гань Юй за запястья, осторожно высвобождаясь из объятий. Та быстро отпускает его, делая шаг назад. В это время Паймон возвращается в комнату и подлетает к Яксе, гордо вручая ему в руки кружку чая. Ладони тут же обжигает теплом от разгоряченного фарфора и он с каплей наслаждения вдыхает знакомый запах горных трав. —У меня есть уже готовая комната. Тебе не будет очень трудно подниматься на второй этаж?—спрашивает Путешественница, паралельно налаживая чистоту в помещении. —Я благодарен за всё, что вы сделали, но я уйду, не хочу и дальше быть обузой,—отвечает Адепт, допивая чай. —Я тебя не пущу. К разговору присоединяется Гань Юй. —Люмин права. Опасно в тёмное время суток ходить в таком состоянии. В этой ситуации мы несём за тебя ответственность и в целях твоей безопасности предлагаем тебе ночлег. —..а если откажешься, то мы заставим,—дополняет Люмин. —Впринципе, да. Согласно законам Ли Юэ в данной ситуации мы имеем право.. —Говоришь как Янь Фей. Но да, Паймон с тобой согласна!—подтверждает консерва, деловито складывая руки на груди. Сяо смеривает их тяжёлым взглядом, и кажется, готов вздохнуть, но в итоге просто кивает, будто принимая свою судьбу. Девушки заговорщически переглядываются между собой, явно довольные своей небольшой «победой». Отставив уже пустую кружку на кушетку и поплотнее закрывшись халатом, Сяо поднимается, опираясь на подставленное Гань Юй плечо. Люмин убегает вперёд, кратко указывая рукой направление. Паймон летит за ними. Лестницу они преодолевают без серьезных проблем, а дальше Путешественница проводит их в нужное помещение, открывая перед ними дверь. Их последнем пристанищем на эту ночь становится та самая комната в стиле Ли Юэ, которую Люмин готовила для Гань Юй. Пройдя в помещение, Цилинь не может не отметить всю грамотность расстоновки мебели. Такой качественный подход к традициям и искусной классике явно бы оценил даже Чжун Ли. Закончив с осмотром, девушка усаживает Адепта на просторную кровать. —У тебя очень уютно,—отмечает Гань Юй, садясь рядом с Сяо и изучая красивый ковер перед постелью. Якса сдержанно кивает. —Обстановка напоминает мне о комнатах в Ваншу. Удобно,—он обводит взглядом стулья с изящными спинками. —Рада, что вам нравится. Я на минуту,—с этими словами она скрывается из виду, оставляя после себя глухие шаги по полу. Цилинь поднимается с кровати и откидывает одеяло в сторону, знаком призывая Сяо лечь. Он не возражает, всё равно согласился остаться, нет смысла противиться сейчас. Тело поглощают мягкие перины, а голова укладывается на воздушную подушку, ему даже кажется, что сможет заснуть прямо сейчас. Люмин постаралась на славу. Она же возвращается чуть позже с тарелкой в руках. —Ты так и не смог съесть,—она передаёт ему миндальный тофу, с улыбкой наблюдая, как глаза Адепта загораются еле заметным, блеклым, но радостным огоньком. Сяо садится на постели, вытягивая ноги и приступая к трапезе, пока Путешественница обходит кровать и садится по другую сторону. Довольная Паймон же устраивается на подушках, между Яксой и Люмин. —М-м, почему в других комнатах нету таких же мягких перин? Теперь Паймон будет спать только тут!—заерзав и пихнув Сяо в бок (чтоб не мешался), она находит себе удобное положение. —Кстати, Люмин, а куда ты дела мои конспекты? Они мне нужны к завтрашнему дню,—немного сонно произносит Гань Юй. —Поищи в этой тумбочке.. Но только не говори мне, что будешь доделывать их посреди ночи. Цилинь отводит взгляд. —Мне всего-то нужно перечитать пару строк, это не займёт много времени. Вздохнув, Люмин без слов опускается на подушку. Гань Юй выдвигает ящик, доставая бумаги и принимаясь за работу. Сяо к тому времени доедает тофу и отдаёт Путешественнице чуть-ли не до блеска вылизанную тарелку. Она ставит её на стол с намерением помыть завтра, сейчас слишком лень, сон утаскивает в свои сладкие объятия. Лампа излучает мягкое жёлтое свечение, наполняя комнату уютом и теплом. Тишина прерывается только редким посапыванием уже спящей Паймон и приятным шелестом страниц в руках Гань Юй. Люмин накрывает уже немного сонного Сяо одеялом, пристраиваясь поближе и сохраняя короткое, но видимое расстояние. Цилинь откладывает бумаги на тумбу, зевая и прикрывая рот ладонью. —Я так и не закончила свой рассказ про то поручение от Нин Гуан.. —девушка чуть улыбается, поворачиваясь к Путешественнице. —Давай как-нибудь потом, Сяо и то уже засыпает,—она понижает голос до шёпота. —Не совсем,—отзывается Якса. —Спи давай. А то потом ты заснешь где-нибудь стоя, как это обычно бывает. И Гань Юй тоже. Адепт решает промолчать, но по нему видно, что он не очень доволен её словами. Цилинь же неловко мнется. —Ты слишком заботишься о нас,—наконец произносит она, отводя взгляд. —Ну, кто-то же должен следить за вашим режимом,—отвечает Люмин, улыбаясь. Якса только хмыкает. —Спи уже,—Путешественница поворачивается на бок, протягивает руку к его волосам и перебирая мягкие пряди. Сяо бормочет что-то неразборчивое, прикрывая глаза и по неволе подставляясь под ласку. Гань Юй же придвигается ближе, уже смелей приобнимая его, подсунув одну руку под лопатки, а другую положив на грудь. Адепт чувствует смущение, он не признаётся, что их внимание ему приятно, но и не принимает попыток противостоять. Да и если бы ему не нравилось, он бы просто сбежал. Согретый их заботой, Сяо засыпает первым. За ним Гань Юй, положив голову ему на плечо. А Люмин ещё наблюдает за ними с улыбкой на губах. —Раздать им приглашения было верным решением,—шепотом говорит Паймон. —А ты не спала, да?—она подбирает её к себе, заключая в объятия. —Хи-хи, не-ет, конечно Паймон спала.. —Надо бы почаще так собираться,—тихо произносит Путешественница. Спутница согласно кивает. Люмин поправляет одеяло на Гань Юй, укутывая её в теплый кокон, откидывает со лба Сяо чёлку и проводит пальцем по его щеке, нашептывая спящим пожелания о спокойных снах.