Чешуёй загар

Оксана После обеда или ужина, (девушка уже потерялась во времени), началось форменное сумасшествие. Чем больше Шорм её ласкал, тем ненасытнее она становилась. Без стыда сама терлась о его тело, просила сильнее. Харг пользуясь своим преимуществом в силе и гибкости, вертел её так, как она и придумать не могла, легко удерживая её тело на весу. Пытаясь отдышаться после четвёртого?.. пятого? раза Оксана спросила: — Что со мной? Так никогда не было… Бешенство матки какое-то… — Потерпи, это скоро закончится. Это всё вещества в моих жидкостях, они для тебя, чтобы лучше настроиться. — А потом? Я перестану хотеть тебя? — Не должна. Для наших самок, когда проходит гон, если муж любимый, то и желание не исчезает. Просто спокойнее становится. А если самец не желанный, то самка не стремится к близости. Но совсем не может отказать, у него будут расти гормоны агрессии без регулярного соития. Биохимия… — Так, хватит разговоров, хочу поцелуев, — Оксана отдохнула, и желание опять заявляло свои права. Но Шорм не знал, о чем она говорит, у них не был такого понятия. — Я покажу. Девушка оперлась на грудь харга, наклонилась и начала покрывать поцелуями его лицо, по довольным вздохам вычисляя чувствительные места. Добравшись до рта, Оксана отметила более нежные чешуйки, мягкие, почти как кожа, и скользнула языком внутрь. Тут его встретил хозяин, нежа и лаская гостя. Через миг девушка оказалась на спине, подмятая Шормом, который в упоении вылизывал ей рот. И вновь начался страстный танец. Шорм Пока ришту отсыпается после секс-марафона, при воспоминании о котором аж хвост дрожит, нужно дела переделать. Загрузка, новый маршрут, как раз лицензионный переводчик забрать. Продукты тоже доставили, теперь он будет кормить своё сокровище нормальной пищей, а не синтезированной. Вспомнил Шорм и про родителей, которые ждут вестей от него. Сделать запрос на базу OP2697 на сеанс связи. Одобрение пришло. Теперь им сообщение о времени перекинуть, через двое стандартных суток он обрадует материнское гнездо доброй новостью. Риш посмаковал своё новое имя: Шорм Оссана, такое же нежное, как и его ришту. На планете Шимша рос цветок, очень красивый, но даже трогать его было нельзя, лепестки сразу же облетали, назывался Ассиени. Именно с ним ассоциировалась Оксана у Шорма. Оксана Проснулась девушка вся разбитая, болели все мышцы и связки после страстной гимнастики. Шорм, вошедший вскоре в каюту, быстро разобрался в ситуации, и теперь Оксана отлëживалась в медкапсуле. Сеанс совсем короткий, на двадцать минут, за которые организм избавится от молочной кислоты в мышцах и придёт в норму. После капсулы харг обрадовал: он забрал новый переводчик, лицензия от самих Ффыыы, они известные мастера находить общий язык с любой из рас Союза. Тут же опробовали его, действительно речь Шорма стала более разнообразной, исчезло ощущение тупости собеседника. — А не проще мне выучить твой язык? Говорят, у меня способности к лингвистике. Я уже поняла, что шипите вы нежности, рычите ругательства и грубости, а ворчание что значит? — поинтересовалась Оксана. — Не получится, маленькая моя, твои нежные ушки не слышат и трети звуков, что я произношу, а ротик не воспроизведет и половины. Результат будет хуже, чем у пиратской версии, — пояснил харг. — Но способности у тебя действительно есть, ты очень быстро разобралась в особенностях языка. Ворчание - это информация с нейтральным смыслом. — О, понятно!.. — Кстати, прибыл первый контейнер с овощами. Я поискал в галонете информацию и заказал понемногу продукты, которые употребляют Люди, сами выращивают и импортируют. Будем тебе рацион составлять из понравившегося. — Ого, ты заморочился! — поразилась Оксана. Шорм в очередной раз поднялся в глазах девушки. — Ну а как, я же обещал любить, заботиться и ухаживать. Постоянно тебе повторяю. — Ха! Ты знаешь, что переводил мне переводчик? Сношать, кормить и вылизывать! Харг закрыл рукой глаза: — Представляю, что ты подумала! Ты наверное решила, что я дикий хыр... — Именно так я и решила! — развеселилась девушка. Оксана в порыве чувств приобняла Шорма, опять накатывало возбуждение. — Потом буду пробовать овощи, позже. Сейчас тебя хочу, — уже без стеснения попросила девушка. Оксана Ласкаясь к харгу девушка решила осуществить одно своё желание. Она раздумывала об этом давно, а тут и повод появился побаловать супруга. — Хочу приласкать тебя, ты же полежишь немного спокойно? Шорм устроился поудобнее, заложив руки за голову. Оксана уселась верхом на его бёдра. Она любовалась переливами чешуи, оглаживала торс харга руками, на что тот довольно вздыхал, прикрыв глаза. Пластины на животе приоткрылись, не в силах удержать эрегированный орган. Ему-то и хотела уделить внимание девушка. Выпростав его весь из кармашка, Оксана принялась сжимать ствол двумя ладонями и поглаживать, у Шорма мелко задрожал хвост от удовольствия. Решившись, девушка немного обтерла головку от обильной смазки и наклонившись облизала её по кругу. Харг дёрнул хвостом, чуть не сбросив Оксану с себя. — Мужчина, держите себя в руках! — скрыла за шуткой свою неловкость соблазнительница. И продолжила свою дегустацию. Запах, который ей так нравился, здесь был сильнее, вкус солоноватый, тоже приятный. Распробовав, она погрузила головку в рот. Много не поместилось, но и этого хватило, чтобы Шорм сгреб пальцами покрытие кровати. Он запрокинул голову и издавал хрипящие звуки. — Всё хорошо? — напугалась Оксана. — Дааа!... Очень!... Сделай так ещё… Воодушевленная своим успехом, девушка продолжила ласки, то облизывая, то втягивая в рот головку, нежа ствол руками. Когда собственное возбуждение уже зашкалило, Оксана отрвалась от вожделенного органа, подвинулась выше и насадилась на него жаждущим лоном. Наслаждаясь расслабленностью и негой в объятиях харга спустя какое-то время, Оксана заметила у него на груди белëсую чешуйку, которая отличалась от других. Девушка поскребла её ноготком, та отпала. — Ой, я тут что-то наделала! Я её только потрогала… А она отвалилась, — переполошилась Оксана. Шорм открыл глаза, оценил катастрофу. — Ничего страшного, родная. Это линька началась. Скоро старая чешуя вся так осыпется, я стану на два тона темнее, на спине фиолетовая полоса станет почти чёрной. Это означает, что я в гнезде, женатый харг. И действительно, на месте чешуйки цвета фуксия, теперь красовалась более тёмная, сиреневая. — О, понятно! А почему они по одной сыпятся? — А как должны? — изумился вопросу Оксаны Шорм. — Не знаю… На Земле, ну, то есть на старой планете, где раньше жили люди, в древние времена водились такие звери... Они на вашу расу были очень похожи. У них во время линьки шкурка вся слезала за раз, чулком. Харг на такое заявление аж моргать перестал. Хвост пришёл в движение. — Как? На нас похожи… Опиши… А ты откуда про них знаешь? — пришёл он в волнение. Оксана долго рассказывала про Землю, про то, как её нашли там археологи, что родилась она на самом деле много веков назад, что видела этих зверей сама. Описывала змей, ящериц. Упомянула крокодилов, те не линяли, но похожи чем то были. Заметив в конце своего повествования: — Наверное, я поэтому и подумала, что линять ты как-то по-другому должен… Шорм Харг после рассказа землянки надолго задумался. Теперь ему стали ясны её некоторые странности, порывы, её неосторожность. Она действительно, как ребёнок в этом мире, опыта никакого. И тем сильнее стало его желание защитить, оградить, уберечь ее от стрессов и любой опасности. — Какая удивительная у вас была планета-праматерь… — Да… Жаль, не уберегли... Шорм вдруг развеселился: — А ты ещё сомневалась, что у нас с тобой дети будут?! Будут, раз у вас на планете такие животные были. — А какая связь между рептилиями и нашими детьми? — не поняла Оксана. — На планетах с оригинальной биосферой, не привозной, все существа связаны друг с другом генетическим кодом, аминокислотами. Вот Краксы похожи на нас и успешно вынашивают нам детей. Ты не похожа, но в цепочке вашей эволюции где-то был общий предок с этими самыми «рептилиями». Этого достаточно, мои гены заменят чуждое, зацепившись за знакомое. Извини, понятнее я не объясню, не генетик. А теперь пойдём, пора овощи дегустировать. Шорм раскладывал плоды разных размеров, цветов, форм и запахов на столе, отрезал маленькие кусочки и скармливал своей ришту. То, что Оксана указывала, как вкусное, он вносил в каталог, отмечая пищевую ценность, чтобы потом комбинировать с другими продуктами. То, что не очень нравилось девушке, риш откладывал для термической обработки, некоторые плоды не едятся сырыми. Были и такие, которые она отказалась есть в любом виде. Что-то мерзко воняло для Оксаны, что-то было гадким на вкус. — Всё, я наелась. А много ещё осталось попробовать? — спросила Оксана. — Две трети контейнера. Потом прибудут фрукты, мясо, специи, травы. — Ух ты! А молочко будет? — В смысле молочко?.. Какое?.. Ты же говорила, что вы им младенцев вскармливаете… — риш не понимал, чего хочет девушка. Оксана рассказала про животных, молоко которых употребляли все люди: и взрослые, и дети. Про целую отрасль производства сметаны, творога, сыров, йогуртов и др. Сказать, что Шорм был удивлён, не сказать ничего. Он такого и представить себе не мог. — Я точно знаю, что люди продолжают разводить коров, коз, овец. На лайнере я ела йогурт, и мне рассказали, что этих животных вывезли на ковчегах. — Хорошо, я узнаю про молочко и закажу тебе молочные продукты… — Спасибо! — Оксана поцеловала супруга. — Ты лучший! Шорм обнял свою ласковую ришту и почувствовал себя самым счастливым харгом.